Чжан Сюэчэн

Чжан Сюэчэ́н (章学诚, пиньинь zhāng xuéchéng; Шичжай, 实斋, пиньинь shízhāi) (1738–1801), китайский философ и историк, крупнейший представитель чжэдунской историографической школы. Происходил из разветвлённого шаосинского клана, в котором на протяжении 6 веков в каждом поколении были конфуцианские учёные и государственные чиновники. Чжан Сюэчэн поздно получил образование и неоднократно проваливался на государственных экзаменах. В 1762–1771 гг. числился студентом пекинской академии Гоцзыцзянь. В эти же годы был привлечён отцом к составлению описания уезда Тяньмэнь провинции Хубэй, что обратило его к исторической науке. После смерти отца несколько лет был «клиентом-гостем» главы императорской библиотеки Чжу Юня (1729–1781). В 1777 г. Чжан Сюэчэн был удостоен высшей конфуцианской степени цзиньши (заняв 54-е место из 157) и до 1788 г. служил в пяти разных конфуцианских учебных заведениях провинций Чжили (ныне провинция Хэбэй) и Хэнань. В эти же годы он составил несколько описаний уездов и интенсивно работал над трактатом «Вэнь ши тун и» («Проникновение в смысл литературы и истории»). В 1790-е гг. преимущественно жил на малой родине – в уезде Куайцзи (Гуйцзи; ныне на территории провинции Чжэцзян), работая по частным заказам влиятельных лиц, приводя в порядок их архивы и генеалогии. В 1796 г. предпринял за собственный счёт первое издание «Вэнь ши тун и» в 8 томах (цзюанях). В 1796–1797 гг. служил главой экзаменационной комиссии в Тунчэне и Аньцине, полемизируя с главой влиятельной тунчэнской школы Яо Наем (1731–1815). В 1800 г. написал автобиографию и завещал издать свои рукописи после кончины. Дом в Шаосине, в котором учёный провёл свои последние годы, в конце 20 в. был превращён в музей.

Положение Чжан Сюэчэна в современной ему интеллектуальной среде было маргинальным. В середине 18 в. в цинской историографии господствовали школы т. н. ханьского учения, активно использующие методологию ««доказательного изучения» (као чжэн). Чжан Сюэчэн пользовался историко-филологическими методами као чжэн, разработав при этом оригинальную философию истории.

Основой философии истории Чжан Сюэчэна было понятие дао, которое задаёт образцы природосообразного человеческого поведения. Понимание истории позволяет осуществить спонтанный прорыв к Дао и способствует образованию и воспитанию каждого отдельного человека. Главная задача исторического познания – возможность морального суждения о любом историческом событии любой исторической эпохи. Эта задача неотделима от понимания места человека в истории. Чжан Сюэчэн различал три вида знания об истории: во-первых, понимание исторического контекста, в который погружена изучаемая личность; во-вторых, дух времени, который характеризует изучаемую эпоху; в-третьих, «вчувствование», которое позволяет понять стремления данной личности и осуществить проникновение в его сердце-сознание (синь). Историк должен интенсивно изучать исторические источники и практиковать медитацию для отрешения от неэтичных оценок и эмоциональных суждений, «отодвинув» собственное сознание и дух современности. Историческое понимание и критика неотделимы от самосовершенствования и постижения Дао, что требует выработки чувства историзма и овладения методологией объективизации.

Саморазвитие Дао определяло периодизацию интеллектуальной истории, предложенную Чжан Сюэчэном. Дао проявляет себя в человечестве, и формы проявлений меняются по мере изменения человеческих потребностей; численность населения определяет формы самоорганизации общества. Общественные формы, следующие Дао, приносят благо, любая попытка пойти против Дао губительна. Древнейший этап охватывал эпоху древних правителей и две первых династии Ся и Шан. Средний период – династия Западное Чжоу – «золотой век» человечества, т. к. все формы морали и общественного устройства достигли зрелости и представляли собою недосягаемый образец. Дао полностью явило себя в мире. Чжан Сюэчэн выделил несколько важных диагностирующих признаков состояния идеального общества: например, неразделимость учёности и власти, профессий чиновника и учителя. Чиновники правителя – Сына Неба – обращали народ к добродетели личным примером в процессе повседневной практики. Канонические «Записи о ритуале» («Ли цзи») и «Чжоуские ритуалы» («Чжоу ли») всего лишь фиксировали древнюю повседневность. Именно поэтому древнейшие тексты лишены авторства и представляют собой исторический источник. Отсюда проистекала главная формула историософии Чжан Сюэчэна – «Шесть канонов – это вся история». На третьем этапе – начиная от династии Восточное Чжоу, человечество приняло книги, фиксирующие обыденность эпохи Чжоу, за книги о сущности Дао. Конфуцианский канон действительно зафиксировал действие истинного Дао, но только явившегося в конкретное время и место. Поэтому прежняя гармония взглядов на Дао сменилась борьбой частных мнений и школ. О причинах смены идеального состояния хаосом в Поднебесной Чжан Сюэчэн не писал ничего.

В методологическом отношении Чжан Сюэчэн был конфуцианским ортодоксом, относившимся к направлению «синь сюэ». Он глубоко воспринял учение Ван Янмина о том, что этические суждения исходят из человеческого сердца-сознания, поэтому не могут быть до конца выражены словами. Это последнее определяется также тем, что исторический контекст изменчив, а вне истории человеческая деятельность осуществляться не может. Конфуцианец Чжан Сюэчэн подчёркивал глубокий прагматизм ремесла историка, который должен служить «делам правления». Историческое произведение должно служить учебником политического опыта и средством воспитания для правителей и подданных.

После кончины Чжан Сюэчэн был забыт, в библиографических справочниках 19 в. его фамилия записывалась другим иероглифом. Трактат «Вэнь ши тун и» был впервые издан его сыном Чжан Хуафу в 1832 г., остальные труды были изданы в 1853 г. библиофилом У Чунъяо (1810–1863). «Переоткрытие» учёного совершили в 1920-е гг. японский синолог Найто Торадзиро (Найто Конан, 1866–1934) и выдающийся китайский историк Ху Ши. В 1922 г. впервые опубликовано полное собрание сочинений Чжан Сюэчэна, небольшое по объёму. В конце 20 в. были изданы все сохранившиеся тексты, выполнен перевод «Вэнь ши тун и» на современный китайский язык.

В 1920-е гг. из философов старшего поколения пропагандой наследия Чжан Сюэчэна занимались Лян Цичао и Чжан Бинлинь; Лян Цичао причислил его к Чжэдунской школе вместе с Хуан Цзунcи, а Чжан Бинлинь высоко оценивал методы исследования конфуцианского канона. Место в истории китайской мысли для Чжан Сюэчэна определил Цзинь Юйфу (1887–1962), который сравнивал его методологию с предложенной в эпоху Тан методологией Лю Чжицзи. Оба были провозглашены величайшими историками традиционного Китая, и эта оценка стала господствующей (Young-tsu Wong. 2003.^[1] Р. 182). В китайской марксистской историографии творчество Чжан Сюэчэна высоко оценил историк философии Хоу Вайлу, который на первое место выносил отношение Чжан Сюэчэна к конфуцианскому канону как историческому источнику. Для западной историографии основным исследованием является монография Д. Найвисона, который защитил диссертацию по интеллектуальному наследию Чжан Сюэчэна (1953). Монография Найвисона (Nivison. 1966.^[2]) была удостоена премии Prix Stanislas Julien французской Академии надписей и изящной словесности. Юй Инши исследовал работы Чжан Сюэчэна и пытался проводить параллели между его философской системой и системой итальянского мыслителя Дж. Вико (Young-tsu Wong. 2003.^[3] Р. 183). В современной историографии считается крупнейшим в традиционном Китае философом истории, опередившим своё время.