Символический интеракционизм

Символи́ческий интеракциони́зм (от англ. interaction – взаимодействие), одно из ведущих направлений в социологии и социальной психологии 20 в., разновидность интерпретативной социологии. Наибольшее распространение получил в США. Термин «символический интеракционизм» введён Г. Блумером в 1937 г. (Blumer. 1937. P. 144–198), но активно стал употребляться в 1950-х – 1960-х гг. для обозначения научного подхода, альтернативного структурно-функциональному анализу и теории социальной системы Т. Парсонса. Непосредственными предшественниками и «родоначальниками» символического интеракционизма обычно признают Ч. Х. Кули (теория «зеркального Я», концепция «первичных групп»), У. А. Томаса (понятие социальной ситуации и её субъективной интерпретации человеком с точки зрения его ценностей и установок) и особенно Дж. Г. Мида, посмертно опубликованные работы которого приобрели известность лишь во 2-й половине 20 в. (концепция «социального Я» и этапов социализации, теория символов, осуществляющих смысловое согласование действий людей и индивидуальных перспектив жизненного опыта). Важным философским источником символического интеракционизма выступал американский прагматизм, прежде всего идеи У. Джеймса и Дж. Дьюи.

Символический интеракционизм представляет собой специфический вариант микросоциологии, в центре интересов которого находятся процессы и механизмы конструирования социальной жизни людей на уровне их повседневного взаимодействия. Грань между сферами социальных и межличностных отношений при таком подходе фактически стирается. Важнейшую роль при этом играют символические посредники (например, язык), делающие возможным достижение взаимопонимания и упорядоченной совместной деятельности. При этом предполагается, что наделённый определённым смыслом символический объект (жест, фраза, визуально или аудиально воспринимаемый образ и т. д.) будет вызывать сходную и принципиально предсказуемую реакцию у всех участников взаимодействия.

Исходным для символического интеракционизма является понятие активно действующего индивида, манипулирующего объектами, т. е. преобразующего своё окружение в контексте значимых для него субъективных установок и представлений. Таким образом, люди в некотором роде «сами создают свою среду», исходя из индивидуальной восприимчивости к её импульсам. Эта особенность человеческого отношения к миру фиксируется в «теореме определения ситуации»: если ситуации определяются людьми как реальные, они реальны по своим последствиям.

Социализация индивида, формирование его самосознания в процессе «бытия с другими» рассматривается в символическом интеракционизме как творческая переработка, оценка и «архивирование» подлежащих интериоризации знаний о конкретных ситуациях общения с партнёрами по взаимодействию. Формирование в этом процессе коммуникации рефлексивной способности к «принятию роли другого», как и мысленно «становиться объектом для самого себя», делает возможным схватывание и учёт ролевых ожиданий социального окружения, требований, исходящих от конкретных «значимых других», а также от т. н. обобщённого другого – социальных институтов, государства, закона, морали. Вместе с тем личность не является «марионеткой» общественных сил, лишь подчиняющейся социальным нормам и ориентированной на конформное поведение, поскольку результаты комбинирования фрагментов социального опыта всегда характеризуются известной новизной, зависят от непредсказуемой в полной мере индивидуальной человеческой природы.

Теоретическая программа символического интеракционизма оказала значительное влияние на практику эмпирических исследований личности, социальной идентичности и малых групп. Многие идеи, впервые озвученные в русле этого направления получили развитие в феноменологической социологии А. Шюца, в «социально-драматургическом» подходе И. Гофмана, в «неопрагматистской» теории действия Х. Йоаса.