Теория предельной полезности

Тео́рия преде́льной поле́зности, экономическая концепция, согласно которой ценность товаров определяется их полезностью, формируемой на базе субъективных оценок потребителя. Сыграла поворотную роль в истории экономического анализа, предложив иное, чем классическая политическая экономия (трудовая теория стоимости), теоретическое объяснение образования меновой ценности благ, положила начало «маржинальной революции». Различные варианты теории предельной полезности были независимо друг от друга и почти одновременно выдвинуты К. Менгером, У. С. Джевонсом и М. Э. Л. Вальрасом, основавшими три школы маржинализма; причём австрийская школа, особенно в лице Э. фон Бём-Баверка, противопоставила теорию предельной полезности экономической теории марксизма. Несмотря на то что предшественниками теории предельной полезности, помимо Ж. Дюпюи, были отдельные германские экономисты 19 в. [[[Тюнен Иоганн Генрих фон|И. Г. фон Тюнен]], Г. Г. Госсен, Г. фон Мангольдт (1824–1868)], в Германии распространение теории предельной полезности сдерживалось немецкой исторической школой. На английский вариант теории предельной полезности, повлёкший замену названия экономической науки с «political economy» на «economics», оказала влияние философия утилитаризма, что способствовало формированию модели экономического человека.

Отправной пункт теории предельной полезности, наиболее последовательно проводимый австрийской школой, – методологический индивидуализм, нередко доходивший до робинзонады. Сместив центр экономических рассуждений на проблему потребительского выбора, австрийская школа из субъективных оценок предельной полезности потребительских благ («благ 1-го порядка», в терминологии Менгера) выводила не только пропорции в обмене товаров на рынке (как равнодействующие индивидуальных предпочтений и решений), но и ценность производительных благ («благ 2-го и более высоких порядков»). Такой подход позволил ввести категорию комплементарности (взаимодополнительности) благ и понятие о производном спросе на факторы производства. Однако приверженцы теории предельной полезности в её австрийском варианте настаивали на дискретности благ и потому возможности определения не точки равновесия между спросом и предложением, а лишь интервала «объективной меновой ценности» между субъективными оценками «предельного покупателя» и «предельного продавца».

В противоположность этому сторонники равновесных подходов других вариантов теории предельной полезности исходили из предпосылки о возможности неограниченной делимости и бесконечно малого приращения количества блага, что открыло перспективы для рассмотрения экономических проблем как оптимизационных задач на максимизацию целевой функции с применением аппарата дифференциального исчисления. Благодаря этому на основе теории предельной полезности стала возможной разработка математического инструментария для анализа предельных величин в микроэкономике.

Сохраняют научный интерес попытки первых русских экономистов-математиков (М. И. Туган-Барановского, В. К. Дмитриева) найти «синтез» теории предельной полезности и трудовой теории стоимости. Но в целом проникновение теории предельной полезности в Россию встретило серьёзные препятствия ввиду влияния исторической школы, народничества и особенно марксизма. Большевики и затем советские экономисты трактовали теории предельной полезности как разновидность «вульгарно-апологетической» политической экономии [такой подход проявился в сочинениях А. А. Богданова, Н. И. Бухарина, книге И. Г. Блюмина «Субъективная школа в политической экономии» (т. 1–2, 1928) и т. д.].