Опрощение (в философии Л. Н. Толстого)

Опроще́ние, образ жизни, характеризующийся ограничением потребностей в материальных благах.

Жизненная установка, присущая опрощению, отчасти сходна с идеями различных философских, религиозных и социальных учений от Античности до Нового времени: философии киников и стоиков, буддизма, христианского аскетизма, концепции «естественного человека» Ж.-Ж. Руссо, книги Г. Торо «Уолден, или Жизнь в лесу».

В русский язык понятие вошло как обозначение нравственно-социальной концепции Л. Н. Толстого, воспринятой и реализованной его учениками (толстовцами), хотя сам писатель ни в художественных произведениях, ни в религиозно-философских трактатах его не употреблял. Ещё в романе-эпопее ««Война и мир» как воплощение истинного, естественного отношения к жизни представлен солдат, бывший крестьянин Платон Каратаев. Простота как правда, сложность как фальшь – эта мысль воплощена во внутренней реплике Пьера Безухова о русских солдатах после Бородинского сражения 1812 г.:

Простота есть покорность Богу; от Него не уйдёшь. И они просты. Они не говорят, но делают. Сказанное слово серебряное, а не сказанное – золотое. Ничем не может владеть человек, пока он боится смерти. А кто не боится её, тому принадлежит всё.Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений. Т. 11. Москва, 1940. С. 294 (курсив оригинала).О самом Пьере, испытавшем духовный переворот после встречи с Платоном Каратаевым, сказано: «он много попростел» (Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений. Т. 12. Москва, 1940.^[1] С. 207). Концептуально идея опрощения развёрнута в трактате «Исповедь» (1879–1882, опубликовано в 1884), где Толстой утверждает:

…для того, чтобы понять жизнь, я должен понять жизнь не исключений, не нас, паразитов жизни, а жизнь простого трудового народа, того, который делает жизнь, и тот смысл, который он придаёт ей. <…> Смысл этот, если можно его выразить, был следующий. <…> Задача человека в жизни – спасти свою душу; чтобы спасти свою душу, нужно жить по-божьи, а чтобы жить по-божьи, нужно отрекаться от всех утех жизни, трудиться, смиряться, терпеть и быть милостивым.Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений. Т. 23. Москва, 1957. С. 47.Обозначение религиозно-нравственного учения позднего Толстого как опрощения последовательно проводится в статье Н. М. Минского «Толстой и реформация» (1909) и в статье С. Н. Булгакова «Простота и опрощение» (1912). В последней работе анализируются три аспекта идеи опрощения: социальный, представленный в трактате «Так что же нам делать?», 1882–1886, опубликовано в 1889), религиозный, выраженный в «Исповеди», и догматический (критика догматов православия), изложенный в трактате «В чём моя вера» (1884).

В 20 в. идеи и практика опрощения сохранили определённое значение. Они выразились, в частности, в движении хиппи. В некоторой степени родственным опрощению является дауншифтинг.