Социальная ситуация

Социа́льная ситуа́ция, последовательность взаимосвязанных событий, локализованных во времени и в социальном пространстве. Время бытования социальной ситуации: от возникновения до разрешения проблемы, значимой для социума, или с момента появления триггера, стимулирующего какие-то эмоции и действия сообщества (полёт в космос, Олимпийские игры и пр.), до его исчезновения или привыкания.

Ключевые характеристики социальной ситуации

Анализ социальной ситуации используется в психологии и социологии как альтернатива «наивному диспозиционизму», который заключается в том, что люди легче приписывают причины поступков личностным качествам субъекта действия, а не контексту этого действия (фундаментальная ошибка атрибуции) (Росс. 2000.[1] С. 162). Контекст – это сочетание природных (географических), экономических, политических и культурных условий. Люди живут в поселении (регионе) с некоторыми природными особенностями; в условиях, определённых общегосударственными законами и обычаями, которые формируют социальные взаимодействия. В данном контексте происходит событие, которое ставит под вопрос привычный порядок взаимодействия и предопределяет развитие ситуации. Событию всегда предшествуют какие-то процессы, которые его порождают или стимулируют. Даже природные катаклизмы имеют разное течение и последствия в зависимости от действий людей (например, качество строительства в предупреждении последствий землетрясения). Эти процессы называются эвентуальной предысторией ситуации.

Собственно ситуация – это цепь событий, включающих взаимодействие участников событий друг с другом и со средой, а также общий смысл, который участники событий придают ситуации. Ситуация имеет событийные рамки (с чего началось и чем кончилось); эпизоды (что случилось по порядку); временные параметры – количественные (как давно началось нечто, как долго продолжается) и социальные (озабоченность теми или иными временными параметрами, выраженная в категориях «преждевременно», «запоздало», «слишком медленно» и пр.). Все включённые в ситуацию её интерпретируют – исходя из своих интересов, сферы компетенции, ценностного отношения к ключевому событию (например, нужно ли бастовать / прекратить забастовку; строить церковь здесь / в другом месте). Эти интерпретации – «определение ситуации».

Ситуация определяется не только с позиций интересов и ценностей, но и с учётом нормативных параметров – формальных и неформальных правил, действующих в ситуации. Правила бывают жёсткими или гибкими; легитимными или нелегитимными; общепринятыми, консенсусными или содержащими конфликтное отношение; общеизвестными или распространёнными в локальных группах; формальными или неписаными; согласованными с интересами всех или только с отдельными группами акторов. В современном организованном обществе правила регламентируют любое социальное действие: от споров между соседями до спасения в случаях наступления природных катастроф. Влияние правил может быть усилено или ослаблено субъектами ситуации – людьми, коллективами, институтами (собственники, местная власть, профсоюз, политические партии), способными придать тот или иной импульс, то или иное направление ходу событий. Степень влиятельности социальных субъектов зависит от их ресурсов: средств, позволяющих убедить людей или принудить их к должному поведению и тем самым изменить ход событий, препятствовать намерениям других субъектов, вовлечённых в ситуацию (например, бастовать или договариваться с работодателем; делать или не делать прививку). Социальными ресурсами принято считать деньги, власть, знания, солидарность. Однако степень мобилизации ресурсов зависит от режима вовлечённости в ситуацию – дистанции субъекта от событийной канвы (непосредственное участие, близость, сочувствие, безразличие).

Ситуационный анализ в социологических теориях

Впервые к понятию ситуации и возможностям ситуационного анализа обратились в начале 20 в. американские социологи У. Томас и Ф. Знанецкий. По их мнению, ситуация включает 3 базовых элемента: 1) объективные условия; 2) актуализированные установки индивида или группы; 3) определение ситуации. Когда ситуация разрешена, результат деятельности становится элементом новой ситуации (Томас. 1994.[2] С. 193–194).

В течение 20 в. эта базовая идея дополнялась, уточнялась, конкретизировалась исследователями разных направлений. Интерес к концепту «ситуация» возрастал, поскольку вызовом времени для социальных аналитиков стали неустойчивые процессы, неопределённость, поливариантность развития общества. Появились концепции, позволяющие детально описать элементы ситуации и механизмы взаимодействия агентов, её конструирующих.

Субъект-объектный подход, акцент в котором делается на взаимодействии и взаимовлиянии объективных и субъективных факторов ситуации, наиболее полно отражён в работах Л. Росса и Р. Нисбета (Росс. 2000). Они сформулировали 3 основные идеи о детерминантах социального поведения в целом и определения ситуации в частности: 1) изменение социальной ситуации влияет на поведение сильнее личностных особенностей; 2) субъективная интерпретация ситуации (construct) – это результат взаимодействия человека и ситуации; понимание ситуации не произвольно; 3) ситуационное взаимодействие субъектов, имеющих разные ресурсы и несовпадающие цели, создаёт напряжение в системе взаимодействия (Росс. 2000. С. 50–51).

И. Гофман, полемизируя с У. Томасом, подчёркивал, что субъективность конструирования социальной ситуации не следует преувеличивать. Он ввёл в научный оборот понятие «фрейм» для того, чтобы обозначить, что у действующего индивида есть рамки, ограничивающие его произвол в определении ситуации и поведении. Определения ситуации создаются не произвольно их участниками, а нормативно определёнными структурами взаимодействий (контекстом), которые существуют дольше, чем конкретная ситуация (Гофман. 2004.[3] С. 81–82). Основной элемент контекста – материальные объекты, представляющие собой неконструируемый смысл ситуации (Гофман. 2000.[4] С. 53). В свою очередь, ключевой материальный объект – место, которое представляет собой матрицу, определяющую схему действий, выходящую за границы любой единичной социальной ситуации.

К. Поппер в концепции «трёх миров», развивая идею о роли контекста в индивидуальном и коллективном поведении, подчёркивал, что произвол социального действия всегда ограничен институтами (Верлен. 2002. С. 11–20).

П. Штомпка отметил, что важный элемент социальной ситуации – время и его определение участниками: как они определяют начало и конец ситуации, полагая её устойчивой или «той же самой». Различая «количественное» и «качественное» время, П. Штомпка пишет, что первое – это внешняя рамка для измерения событий и процессов. Второе – это «время в событиях», вызвавших социальные изменения, которое является онтологическим свойством этих событий (Штомпка. 1996.[5] С. 71–73). Например, «Октябрьская революция», «майские праздники», «восстание декабристов».

Для анализа социальной ситуации важна идея субъектности. Эта идея лежит в русле современных социальных теорий активистского направления, которые рассматривают человека как активного субъекта собственной жизнедеятельности (А. Турен, П. Бурдье, Э. Гидденс, Ю. Хабермас, Л. Тевено) и побуждают анализировать «деятельный потенциал» субъектов, обусловленный, в частности, наличием некоторого набора ресурсов: естественных (материальных), институциональных, личностных. В данном случае важно то, какими персональными и социальными ресурсами располагают агенты, включённые в ситуацию. Одни имеют власть, деньги, связи и потому способны навязывать правила. Другие не имеют таких ресурсов и потому вынуждены подчиняться.

Теорией, способной прояснить вопрос о том, как можно учесть многочисленные элементы социальной ситуации и составить внятную историю возникновения, развития и разрешения какой-то социальной проблемы, является концепция становления правил Т. Бернса и Х. Флам, в которой сделана попытка совместить структуральный и активистский подходы (Burns. 1987[6]). В ней описывается механизм возникновения и изменения систем правил, которые, согласно изложенным выше теориям, являются важнейшими элементами ситуации и, соответственно, объектом анализа для исследователя. Нормы, законы, организационные принципы могут быть и источником конфликтов, и основой согласия. Одни акторы стремятся реформировать системы правил, другие – сохранить их (Burns. 1987. P. 9). Разное отношение к правилам определяется не столько личностными особенностями акторов, сколько их встроенностью в социальные организации, которые создают разные режимы правил. Соответственно, проблемная (конфликтная) социальная ситуация возникает тогда, когда существует много пересекающихся (intersecting) и конфликтных систем правил и некоторые участники взаимодействия пытаются их изменить.

Примечания

  1. Гоффман Э. Представление себя другим в повседневной жизни = The presentation self in every day life / Ирвинг Гофман ; пер. с англ. А. Д. Ковалева ; Институт социологии Российской академии наук [и др.]. – Москва : Канон-пресс-Ц : Кучково поле, 2000. – (Публикации Центра фундаментальной социологии. Logica socialis).
  2. Американская социологическая мысль : тексты / сост. Е. И. Кравченко ; под ред. В. И. Добренькова. – Москва : Издательство Московского университета, 1994.
  3. Гоффман Э. Анализ фреймов : эссе об организации повседневного опыта / Ирвинг Гофман ; [пер. с англ. Р. Е. Бумагина и др. ; вступ. ст. Г. С. Батыгина]. – Москва : Институт социологии РАН : Институт Фонда «Общественное мнение», 2004.
  4. Гоффман Э. Представление себя другим в повседневной жизни = The presentation self in every day life / Ирвинг Гофман ; пер. с англ. А. Д. Ковалева ; Институт социологии Российской академии наук [и др.]. – Москва : Канон-пресс-Ц : Кучково поле, 2000. – (Публикации Центра фундаментальной социологии. Logica socialis).
  5. Штомпка П. Социология социальных изменений : [пер. с англ.] / Петр Штомпка ; под ред. В. А. Ядова. – Москва : Аспект Пресс, 1996.
  6. Burns T. R. The shaping of social organization – social rule system theory with applications / T. R. Burns, H. Flam. – London ; Beverly Hills : Sage Publications, 1987.

Литература

  • Burns T. R. The shaping of social organization – social rule system theory with applications / T. R. Burns, H. Flam. – London ; Beverly Hills : Sage Publications, 1987.
  • Американская социологическая мысль : тексты / сост. Е. И. Кравченко. – Москва : Издательство Московского университета, 1994.
  • Штомпка П. Социология социальных изменений. – Москва : Аспект Пресс, 1996.
  • Росс Л. Человек и ситуация : уроки социальной психологии / Л. Росс, Р. Нисбетт ; пер. с англ. В. В. Румынского. – Москва : Аспект Пресс, 2000.
  • Гоффман Э. Представление себя другим в повседневной жизни / пер. с англ. А. Д. Ковалева. – Москва : Канон-пресс-Ц : Кучково поле, 2000. – (Публикации Центра фундаментальной социологии. Logica socialis).
  • Гоффман Э. Анализ фреймов : эссе об организации повседневного опыта / [пер. с англ. Р. Е. Бумагина и др.]. – Москва : Институт социологии : Институт Фонда «Общественное мнение», 2004.
  • Теоретическая социология. Антология / под ред. С. П. Баньковской. – Москва : Книжный дом Университет : CEU, 2002. – Ч. 2.
  • Верлен Б. Объективизм Поппера и метод критического рационализма / Б. Верлен, С. Баньковская // Социологическое обозрение. – 2002. – Т. 2, № 4. – С. 3–24.
  • Тевено Л. Креативные конфигурации в гуманитарных науках и фигурации социальной общности // Новое литературное обозрение. – 2006. – № 1 (77). – С. 285–313.
  • Хабермас Ю. Отношения к миру и рациональные аспекты действия в четырех социологических понятиях действия / пер. с нем. Т. Тягуновой // Социологическое обозрение. – 2008. – T. 7, № 1. – С. 3–24.
Материалы портала bigenc.ru переданы в ведение АНО «Интернет-энциклопедия «РУВИКИ» на основе лицензионного соглашения. Возможны неточности в отображении материалов. Если у вас возникли вопросы или вы увидели ошибку, пожалуйста, сообщите нам на info@ruwiki.ru