Хабермас Юрген

Ха́бермас Ю́рген (Jürgen Habermas) (род. 18.6.1929, Дюссельдорф), немецкий философ и социолог, представитель второго поколения франкфуртской школы. В 1949–1954 гг. учился в Гёттингенском, Цюрихском и Боннском (диссертация «Абсолютное в истории. О двойственности мысли Шеллинга» у Э. Ротхаккера) университетах. С середины 1950-х гг. во Франкфуртском институте социальных исследований, ассистент Т. Адорно, в 1964–1971 гг. профессор философии и социологии (преемник М. Хоркхаймера). Один из идейных вдохновителей студенческого движения 1960-х гг., однако в 1968 г. отмежевался от его радикального крыла. В 1971–1981 гг. содиректор Института исследования жизни научно-технического мира Общества Макса Планка в Штарнберге (близ Мюнхена). В 1983–1994 гг. вновь профессор Франкфуртского университета. В политических дебатах в Германии и Европе защищал платформу СДПГ, критиковал консервативных сторонников национального консенсуса в немецком «споре историков» середины 1980-х гг.

В творчестве Хабермаса можно выделить три главных этапа: переосмысление критической теории общества (1960 – середина 1970-х гг.); разработка масштабной теории «коммуникативного действия» и этики дискурса (1980-е гг.); обращение к проблемам философии права, нравственности и политики (с 1990-х гг.).

В работе «Структурные изменения общественности» («Strukturwandel der Öffentlichkeit», 1962) Хабермас прослеживает эволюцию форм социальной коммуникации в западных обществах, фиксируя упадок традиционной буржуазной/гражданской публичной сферы в эпоху массовых обществ и движений. В контексте «спора о позитивизме» 1968, где Хабермас полемизировал с Х. Альбертом, возникла работа «Познание и интерес» («Erkenntnis und Interesse», 1968). В ней Хабермас, наряду с базовыми для человечества техническим интересом (господства над природой, побудительным мотивом «эмпирико-аналитических» естественных наук) и практическим интересом взаимопонимания (побудительным мотивом гуманитарных, «герменевтических» наук), выделяет третий, «освободительный» интерес («саморефлексия разума», освобождающая его от догматической зависимости). Этот последний, особенно важный для Хабермаса мотив представлен в критике идеологии у К. Маркса и психоанализе З. Фрейда. Для развития немецкого обществознания большое значение имела развёрнутая полемика Хабермаса с Н. Луманом, где Хабермас критиковал функционалистский подход Лумана и акцентировал прогностическую и преобразовательные цели социальной теории. В центре политических работ Хабермаса 1970-х гг. – перспективы столкновения общественных потребностей и ориентиров экономического роста и прибыли («Проблема легитимации позднего капитализма» – «Legitimationsprobleme im Spätkapitalismus», 1973, рус. пер. 2010). Хабермас не разделял тотального пессимизма «Диалектики Просвещения» М. Хоркхаймера и Т. Адорно и в своей версии критической теории утверждал преемственность с гуманистической направленностью классического рационализма.

В ключевой для 2-го периода книге «Теория коммуникативного действия» («Theorie des kommunikativen Handelns», Bd 1–2, 1981) Хабермас противопоставил примату целерационального действия (основные идеи для М. Вебера, Т. Парсонса и др.) понятие коммуникативной рациональности, нацеленной не на оптимальное достижение результата, но на обеспечение углублённого взаимопонимания и учёта интересов всех участников социального взаимодействия, понимаемого как равноправный диалог. Опираясь на идеи «трансцендентального прагматизма» К.-О. Апеля, своего давнего коллеги (со времён учёбы у Ротхаккера), Хабермас проясняет эпистемологические предпосылки «идеальной коммуникативной ситуации», ориентированной на нестеснённое развитие общественной дискуссии и межчеловеческих коммуникаций. Опасной тенденцией современности Хабермас считает растущую «колонизацию» многообразного «жизненного мира» системой технобюрократических отношений. Переосмысливая этику И. Канта, Хабермас в своей концепции этики дискурса вводит формальный принцип универсальной значимости моральных норм: последняя устанавливается в процессе практического дискурса, когда все его участники достигают согласия относительно действенности этих норм («Моральное сознание и коммуникативное действие» – «Moralbewußtsein und kommunikatives Handeln», 1983, рус. пер. 2000).

В 1990-е гг. на основе разработанной им этики дискурса и переосмысления базовых постулатов аналитической философии и прагматизма Хабермас обращается к обсуждению моральных, правовых и политических проблем современных обществ. Конституирующей основой права является демократия, предполагающая свободных и равных субъектов, которые в процессе политической коммуникации (центром её выступают у Хабермаса добровольные ассоциации) определяют правовые формы совместной жизни («Фактичность и значимость» – «Faktizität und Geltung», 1992). В противоположность структурализму с его акцентом на автоматической реализации внеличностных закономерностей (по модели языка как системы правил и оппозиций) Хабермас развивает идеи В. фон Гумбольдта о креативном потенциале речи и порождающего его субъекта. Задачей философа становится анализ значимости высказываний и прояснение их плюрального, диалогического и потенциально конфликтного характера.

Отмечая наличие в «духовной ситуации» современности двух противоположных тенденций – распространение создаваемых наукой натуралистических картин мира и оживление и политизацию религиозных сообществ и верований, Хабермас анализирует ментальные предпосылки толерантности, взаимного признания и гражданской солидарности в условиях мировоззренческого, в том числе религиозного, плюрализма, характерного для «постсекулярного общества» (сборник статей «Между натурализмом и религией», «Zwischen Naturalismus und Religion», 2005, рус. пер. 2011). Развиваемые Хабермасом идеи «делиберативной демократии» предполагают обязательность открытых и компетентных дискуссий, а также общественных консультаций при формировании любых политических решений, в этом Хабермас видит альтернативу экспертным «процедурным» ограничениям в условиях глобального неравенства.