Неовеберианство

Неовебериа́нство, направление в социологии, представители которого выдвинули новые интерпретации идей М. Вебера и использовали веберовские теоретические модели и их реконструкции для анализа широкого круга социальных явлений и процессов. В рамках данного направления, как правило, проявляются различия между исследователями творчества Вебера, ориентирующимися на интерпретацию его текстов, и социологами, стремящимися применять общие принципы веберовской теории для изучения современных проблем.

В американской социологии 1960–1970-х гг. ведущим представителем неовеберианства являлся Р. Бендикс. С одной стороны, этот социолог положил начало всестороннему изучению всего научного творчества Вебера, показав неправомерность изолированного рассмотрения его труда «Протестантская этика и дух капитализма». С другой стороны, он использовал веберовские идеи в собственных сравнительно-исторических исследованиях. При этом Бендикс критиковал восходящую к функционализму раннюю версию теории модернизации, отвергая идею о том, что в ходе модернизации все общества должны пройти через одни и те же последовательные стадии развития. По его мнению, процесс модернизации в каждом случае обладал специфическими чертами, связанными с историческими условиями формирования данного общества.

В рамках «веберовского ренессанса» в немецкой социологии 1970–1980-х гг. основной акцент был сделан на интерпретации теории Вебера (Тенбрук. 2020^[1]; Шлюхтер. 2004^[2]). При этом особое внимание в немецком неовеберианстве уделялось проблематике социологии культуры. Согласно интерпретации Ф. Тенбрука, основополагающие идеи, прежде всего религиозные, имеют собственную логику развития, которая заключается в их прогрессирующей рационализации. Как утверждал Тенбрук, Вебер рассматривал всемирно-исторический процесс рационализации как единое целое, а не только как рационализацию западных обществ. В отличие от этого, В. Шлюхтер сосредоточивает внимание на эволюции западного рационализма. С его точки зрения, Вебер не стремился создать систематическую типологию рационализации, ограничившись детальным анализом особенностей возникновения и развития рациональной западной культуры.

Социологи, писавшие с позиций неовеберианства (главным образом американские и британские), исследовали социальную структуру современных обществ, рассматривая экономические ресурсы, политическую власть и социальный престиж как относительно независимые параметры стратификации (Р. Коллинз, Ф. Паркин). Сторонники неовеберианского направления в социологии профессий подчёркивают, что государство закрепляет на правовом уровне границы профессий, тем самым увеличивая доход, престиж и власть представителей этих групп (Сакс. 2020^[3]). В политической социологии в центре внимания сторонников неовеберианства находятся институты государственной власти, бюрократические управленческие структуры, основания легитимности различных политических режимов, процессы политической модернизации (Max Weber, democracy and modernization. 1998^[4]). Неовеберианские теории оказали влияние на историческую социологию, где ведущими представителями данного подхода выступают М. Манн и Ш. Эйзенштадт.

М. Манн выделяет четыре формы власти в обществе: экономическую, идеологическую, политическую и военную. Целью своего исследования Манн ставит определение границ и возможностей каждого из названных типов власти; выявление исторических условий, при которых происходило усиление какой-либо из данных форм власти; рассмотрение отношений власти в современных западных обществах и их отличий от предшествующих исторических периодов. В частности, он анализирует перераспределение экономической власти в ходе развития капитализма и усиление политической и военной власти в европейских странах, начиная с 16 в. Согласно Манну, эволюция западных обществ связана с формированием капиталистической экономики и индустриализма, но также и современного национального государства и системы международных отношений. Манн использует свою концепцию власти в том числе для анализа множественных процессов глобализации в различных сферах социальной жизни в период после 1945 г. (Манн. 2018^[5]).

Ш. Эйзенштадт во многом опирался на веберовскую социологию мировых религий в своём сравнительном исследовании цивилизаций (Eisenstadt. 2003^[6]). С неовеберианских позиций он изучал также цивилизационные предпосылки и динамику различных типов модерного общества. Если собственная теоретическая позиция Эйзенштадта характеризовалась как неовеберианская, то в целом цивилизационный анализ в исторической социологии и концепция множественных модернов рассматриваются сегодня как «поствеберианские», что подчёркивает, в частности, Й. Арнасон. В концепции множественных модернов акцент делается не на выявленном Вебером влиянии «хозяйственной этики мировых религий на развитие капитализма, а главным образом на цивилизационных основаниях различных траекторий политической модернизации. Вместе с тем критики концепции Эйзенштадта указывали, что его подход преувеличивает значение «культурной программы» для формирования различных типов модерного общества и предполагает высокую степень зависимости от колеи предшествующего развития. Ограничения данного подхода преодолеваются в работах таких социологов, как Й. Арнасон и П. Вагнер (Arnason. 2003^[7]; Вагнер. 2019^[8]).