Критический дискурс-анализ (в политологии)

Крити́ческий ди́скурс-ана́лиз (англ. critical discourse analysis), один из подходов политического дискурс-анализа, определяющий политический дискурс как форму практической аргументации, которой агенты политического процесса пользуются для принятия решений (Fairclough & Fairclough. 2012.^[1] P. 1). Изучает связи дискурса и прочих социальных элементов, таких как власть, идеологии, институты, социальные идентичности (Fairclough 2012.^[2] P. 9). Имеет корни в марксистской мысли, и в частности в работах таких философов, как А. Грамши, М. М. Бахтин, Л. Альтюссер (Howarth. 2000.^[3] P. 4).

Один из ведущих теоретиков критического дискурс-анализа Н. Фэрклаф возводит его к идеям К. Маркса, рассматривающего социальную реальность как «концептуально опосредованную» (Fairclough. 2012. P. 9). Это значит, что всякое социальное событие не может существовать без семантического опосредования, выражаясь в тех или иных знаковых формах. Причём сами знаковые репрезентации являются частью социального мира. Однако, в отличие от подходов к анализу дискурса, существующих в традиции постструктурализма (Ж. Деррида) и постмарксизма (Ш. Муфф и Э. Лаклау), критический дискурс-анализ не провозглашает полное тождество социального и дискурсивного. Таким образом, критический дискурс-анализ остаётся верен традиционному для марксистской мысли различению между базисом и надстройкой.

Объектами рассмотрения для критического дискурс-анализа выступают не только и не столько семантические структуры, сколько их диалектическая связь с материальными структурами. Так, дискурсы выступают в качестве оптик, с помощью которых социальные группы репрезентируют окружающий мир, другие социальные группы и самих себя (Fairclough. 2012. P. 11). В этом обнаруживается близость критического дискурс-анализа к марксистской критике идеологии как формы «ложного сознания» и с социологией знания К. Манхейма. Критический дискурс-анализ раскрывает идеологический характер дискурса. В качестве примера Н. Фэрклаф приводит идеологический конструкт эпохи тэтчеризма – сравнение ведения бюджета отдельного домовладения с управлением бюджетом всей экономической системы, из чего делался вывод о необходимости сокращения государственных расходов, в том числе урезания затрат на социальные статьи (Fairclough. 2012. P. 10). Идеология в данном случае выступает как форма сокрытия отношений неравенства, как механизм действия, который заключается в конструировании имплицитных, бессознательных смыслов, т. е. в производстве «здравого смысла» (Fairclough. 1989.^[4] P. 84). Идея об идеологическом содержании «здравого смысла» приходит в критический дискурс-анализ из философии А. Грамши и Л. Альтюссера. Вслед за ними Фэрклаф утверждает, что с помощью производства «очевидностей» в дискурсах производятся «субъектные позиции», обладающие для воспринимающего тем же уровнем очевидности, что и факт существования связи между названием и вещью: «субъектные позиции» врача и пациента не существуют естественно, но в качестве составных частей определённого дискурса, в данном случае медицинского.

Критический дискурс-анализ обладает не только описательным и объяснительным, но и нормативным характером (Fairclough. 2012. P. 10). Поэтому критический дискурс-анализ не только исследует «воспроизводство политической власти, злоупотребление властью или доминирование через политический дискурс, включая различные формы сопротивления и противодействия [англ. counter-power] таким формам дискурсивного доминирования», но и выносит ценностные суждения на их счёт (Dijk. 1997.^[5] P. 11). Изучение и понимание дискурсивных механизмов производства неравенства служит в том числе политическим агентам для оспаривания и переопределения социальных отношений.