Дейнека Александр Александрович

С начала 1930-х гг., почти прекратив работу в журналах, Дейнека сконцентрировался на создании живописных и монументальных композиций. Под влиянием шквала «антиформалистической» критики и стараясь соответствовать вызовам времени, Дейнека писал свои картины всё более натуроподобно. В его работах появились цвет, линия горизонта, элементы пейзажа и интерьера. Монохромный период в творчестве Дейнеки закончился. Однако эта трансформация не погубила художника, именно в 1931 г. он написал такие признанные шедевры, как «Бег» (Национальная галерея современного искусства, Рим) и «Девочка у окна» (частное собрание), а также картину «На балконе» (ГТГ), получившую приз зрительских симпатий на Международной выставке современной живописи в Питтсбурге (США) в 1934 г. (наряду с «Пейзажем с загадочными элементами» С. Дали, 1934, Театр-музей Дали, Фигерас, Испания).

В поиске своей «пластической веры» (Дейнека. 1974. С. 238) Дейнека в это время поменял подход к образу человека. Телесное по-прежнему превалировало над психологическим, но в т. н. лирических картинах – «Мать» (1932), «Купающиеся девушки» (1933) и «Игра в мяч» (1932, все – ГТГ) – главным стало совершенство формы, а не социальная составляющая. Эти три работы были восприняты современниками как классические произведения. В них жанр ню перенесён в тематическую картину, где идеал прекрасного воплотился в гармонии формы, а естественность наготы придала героиням сходство с образами древнегреческой скульптуры. Это поэтическое восприятие жизни у Дейнеки неотделимо от духа современности: оно не мешает его персонажам быть активными и энергичными, как героине «Портрета девушки с книгой» (1934, Русский музей, Санкт-Петербург, далее – ГРМ), первого портрета будущей жены художника, Серафимы Ивановны Лычёвой (1912–1986) (официально брак заключён не был). После их знакомства летом 1934 г. Серафима оставалась его музой 14 лет, а пропорции её тела стали эталоном для его будущих героинь.

В 1931 г. стал членом Российской ассоциации пролетарских художников (РАПХ). В 1932 г., после выхода постановления «О перестройке литературно-художественных организаций» и прекращения работы всех творческих объединений, Дейнека вступил в Московский областной союз советских художников (МОССХ).

Меняя стилистику своих картин, Дейнека – боксёр и футболист оставался верен теме спорта. В её рамках он создал особый жанр: в таких работах нет ни сюжета, ни характеров в традиционном смысле слова. Самая известная «спортивная» картина Дейнеки – «Вратарь» (1934, ГТГ). В те годы подобные «левитирующие спортсмены» – любимая тема не только фотографов и кинорежиссёров, но и живописцев (Kowaljow A. A. Freier Flug im totalen Raum. Der Mythos des Fliegens in der sowjetischen Kunst der 20er und 30er Jahre // Die Kunst des Fliegens / hrsg. B.-M. Baumunk. Friedrichshafen, 1996.^[2] S. 124).

В начале 1930-х гг. Дейнека впервые открыл для себя возможности «чистого» натюрморта и пейзажа в серии «Сухие листья», наполненной новым лирическим мироощущением, тонкой интимностью. В 1934 г. Дейнека впервые приехал в Севастополь и был очарован им как городом моряков, лётчиков, спортсменов, а не местом отдыха и развлечений; побывал здесь пассажиром военных кораблей и самолётов.

В конце 1934 г. художник, «полпред советской живописи» (Пророков Б. И. О времени и о себе. Москва, 1979.^[3] С. 97), отправился в полугодовую командировку в США, Францию и Италию. В Америке художника особенно привлекли огромные пространства, автомобильные дороги, урбанистическая геометрия и характерные типажи («Дорога в Маунт-Вернон», 1935, ГРМ, и др.), он увлечённо передавал нюансы образа Запада. «Старая Европа» – другой мир: в своих графических и живописных произведениях на фоне архитектуры прошлого Дейнека подмечал мрачных инвалидов, нарядных дам, одиноких и неуверенных безработных Парижа («Тюильри», 1935, ГТГ).

Рим, в свою очередь, поразил художника. Итоговой работой итальянской серии и одной из самых совершенных «зарубежных» картин Дейнеки стала «Улица в Риме» (1935, ГТГ). В ней воплотились не только впечатления от страны, но и реакция автора на искусство новеченто и метафизическую живопись. Дейнека мастерски распределил внимание зрителя, используя золотое сечение и играя простыми геометрическими формами, сюжетно сталкивая прошлое и настоящее – изобразив древнюю скульптуру, священнослужителей и рабочего.

Вернувшись из-за границы, на своей первой персональной выставке в СССР (1935) Дейнека показал 119 работ 1930–1935 гг., в которых проявил себя блестящим колористом. Выставка сразу же стала «одним из самых крупных событий артистического сезона» (Эфрос А. М. Выставка Александра Дейнеки // Эфрос А. М. Мастера разных эпох. Москва, 1979.^[4] С. 278).

В 1936 г. в СССР развернулась кампания по борьбе с формализмом. В журнале «Под знаменем марксизма» была помещена статья, в которой Дейнека был назван художником, поддающимся «влиянию формализма» (Лебедев П. И. Против формализма в искусстве // Под знаменем марксизма. 1936. № 6. С. 87). Там же Дейнеку осуждали за «увлечение формально понятой ритмикой» в картине «Оборона Петрограда».

Два года спустя художник создал картину «Будущие лётчики» (ГТГ), одно из лучших произведений социалистического реализма. Здесь гармонично соединились художественное качество, узнаваемый пластический язык мастера и жизнеутверждающее содержание. Это не столько жанровая сценка, сколько метафора прекрасного будущего, куда устремлены герои и в которое невольно хочется поверить и зрителю. В 1939 г. мастер обратился к жанру скульптуры: «Мальчик, прыгающий в воду» (1939, Национальный музей «Киевская картинная галерея»), «Старуха» (1939), «Голкипер» (1939–1940, местонахождение обеих работ не установлено); Дейнека создавал скульптуры из металла и дерева до середины 1960-х гг.

Начало Великой Отечественной войны застало Дейнеку в Москве. Художник активно работал, выполняя агитационные плакаты и листовки по заданию руководства Московского военного округа. В 1942 г. он совместно с Г. Г. Нисским совершил поездку на фронт. Создал «полное сверхчеловеческой напряжённостью боя» (Дейнека. 1974. С. 161) крупноформатное полотно «Оборона Севастополя» (1942, ГРМ): сила и выразительность композиции поставили эту картину в ряд наиболее выразительных работ советского искусства военного периода. Среди произведений Дейнеки, также посвящённых военной теме, – «Окраина Москвы. Ноябрь 1941 года» (1941, ГТГ) и «Сбитый ас» (1943, ГРМ). 6 июня 1945 г. командирован в Берлин, где, пробуя себя в новой роли документалиста, выполнил серию акварелей «Берлин. 1945». Наиболее выразительна работа «Берлин. В день подписания декларации» (1945, ГТГ).

С 1945 г. Дейнека возглавлял Московский институт прикладного и декоративного искусства, где заведовал кафедрой декоративной скульптуры. Обвинения в формализме в 1948 г. были предъявлены нескольким преподавателям института, Дейнеку уволили с поста директора, а в 1952 г. сам вуз как «рассадник формализма» закрыли.

В 1947 г., сопровождая «Выставку советской живописи», побывал в Австрии. Во 2-й половине 1950-х гг. создал лаконичные, получившие положительные отзывы критики большеформатные картины «Кузнецы» (1957, Национальный художественный музей имени М. К. Чюрлёниса, Каунас), «У моря» (1957, ГРМ).

Начиная с периода «оттепели» Дейнека стал вице-президентом Академии художеств СССР (1962–1966), удостоился Ленинской премии (1964; за мозаики 1959–1962) и т. д. После 22-летнего перерыва в Москве в 1957 г. открылась его большая персональная выставка – в залах Академии художеств СССР. Он много преподавал, делал эскизы к мозаикам Дворца съездов, участвовал в международных экспозициях, написал и опубликовал книги «Из моей рабочей практики» и «Учитесь рисовать». В 1959 г. назначен главным художником Управления проектирования Дворца Советов на Ленинских горах, работал над циклом мозаик для этого сооружения. В 1961 г. в составе делегации советских художников посетил Францию.

В поздних работах мастера – «Юный конструктор» (1966, ГТГ), «Портрет молодого инженера» (1966, Курская государственная картинная галерея имени А. А. Дейнеки, далее – ККГ) и «На юге» (1966, частное собрание) – видно его желание нащупать новую стилистику, используя набор ранее найденных пластических решений. Их можно назвать авторской модификацией сурового стиля, формированию которого способствовали его ранние работы.

С начала 1930-х гг. и на протяжении всей жизни Дейнека активно работал как монументалист. Он создал панно «Гражданская авиация» для фабрики-кухни авиационного завода № 22 в Филях (1932; местонахождение не установлено), эскизы четырёх панно для росписи здания Народного комиссариата земледелия на тему «Революция в деревне» [1934; эскизы: «Два класса», Государственное музейное объединение «Художественная культура Русского Севера», Архангельск; «Беседа колхозной бригады (Колхозная бригада)», ГРМ], эскизы фресок для кинотеатра в парке Горького «Танец» и «Физкультурники» (1934, ККГ), два панно для Дома Красной Армии в Минске (1936), эскизы панно «1917» и «1937» (1937, Пермская государственная художественная галерея) и панно для советского павильона на Всемирной выставке 1937 г. в Париже «Знатные люди Страны Советов» («Стахановцы»; 1937; не сохранилось), мозаики для станций московского метро «Маяковская» и «Павелецкая» (ныне Замоскворецкой линии) (1938, 1941; смонтированы на станции «Новокузнецкая»); наружные фресковые композиции для ВСХВ (ныне ВДНХ; 1939; не сохранились), два панно павильона ВСХВ «Дальний Восток»: «Женский лыжный пробег Улан-Удэ – Москва» и «Приём бурят-монгольской делегации членами ЦК ВКП(б)» (не сохранились), живописный плафон «Кросс красноармейцев» для Центрального театра Красной Армии (1939–1940), эскизы мозаичных портретов учёных для актового зала главного здания Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова (1951), панно для Центрального павильона СССР на реконструированной ВСХВ (1952, «На открытии колхозной электростанции», ГТГ), росписи Челябинского театра оперы и балета имени М. И. Глинки (1953–1954), панно «За мир во всём мире» и «Мирные стройки» для павильона СССР на Всемирной выставке в Брюсселе 1958 г. (1957–1958, местонахождение не установлено), эскизы мозаик для Дворца Советов на Ленинских горах (1959–1962: «Хоккеисты», 1959–1960, ГРМ; «Хорошее утро», 1960, ГТГ; «Доярка», 1962, ККГ; «Красногвардеец», 1962, Тверская областная картинная галерея), эскизы мозаик для Кремлёвского Дворца съездов (1961), эскиз мозаичного панно на фасаде санатория Совета министров СССР в Сочи (1965, не сохранилось), панно «Все флаги в гости летят к нам» для здания Центрального аэровокзала (1968, местонахождение не установлено; все сооружения, если не указано иное, – в Москве).

Преподавал в Москве во Вхутеине (1928–1930) и в последовательно созданных на его базе графическом факультете Московского полиграфического института (1930–1936; профессор, 1932; вёл отделение плаката), Московском институте изобразительного искусства (1936–1939), Московском государственном художественном институте имени В. И. Сурикова (1957–1964), а также в Московском институте прикладного и декоративного искусства (1945–1952; директор в 1945–1948), Московском архитектурном институте (1953–1957); заведовал кафедрой композиции в Московском текстильном институте [1952; ныне Российский государственный университет имени А. Н. Косыгина (Технологии. Дизайн. Искусство)].

Дейнека награждён орденом Трудового Красного Знамени (1962).