Ваал

Ваалу (Балу) посвящено несколько эпических поэтических повествований на угаритском языке, созданных в середине 2-го тыс. до н. э.: «О любви Балу и его сестры Анату», «О борьбе Балу и Муту», «О борьбе Балу с Пожирающими и Раздирающими», «О постройке дворца для Балу», «О борьбе Балу с Йамму», «О Балу и Змее Туннуну» (рус. пер. И. Ш. Шифмана, 1999). Характер связей между этими текстами, последовательность их возникновения и сама возможность их сопоставления и включения в единый цикл, а также место Ваала в угаритском пантеоне остаются предметом научных споров. После открытия угаритских текстов (1929) представления о месте Ваала в угаритском пантеоне в значительной степени изменились. Долгое время считалось, что Ваал был главным богом в угаритском пантеоне (Л. К. Ханди). Некоторые исследователи предполагали, что он, как «новый царь», заменил собой «старого царя», бога Илу (А. С. Капельруд). С начала 21 в. многие учёные признают главенство Илу над угаритским пантеоном, в котором Ваал занимает подчинённое по отношению к нему, но весьма значительное место (ни одному из богов угаритского пантеона не посвящены столь обширные поэтические тексты). Отмечается также роль Ваала как патрона г. Угарит, в котором находился храм Ваала (Н. Уайатт и др.).

В угаритских текстах ясно выражен характер Ваала как божества плодородия, воплощающего в себе природные силы растительного и животного миров: плодородие земли зависит от дождя, который посылает Ваал; магическое обеспечение плодовитости скота достигается в ритуале священного брака Ваала и Анату в обликах тельца и телицы (Шифман. 1991^[1]. С. 25). В противопоставлении богу смерти и подземного мира Муту образ Ваала приобретает более общие черты божества жизненной силы. Борьба Ваала с Йамму, богом морской стихии, рассматривается некоторыми специалистами в контексте древневосточных повествований о творении как борьба космоса и хаоса (например, как в аккадской поэме «Энума элиш»). Гибель Ваала в борьбе с Муту, сопровождающаяся засухой и другими катастрофическими природными явлениями, и последующее его возрождение ставят Ваала в ряд хорошо известных на Древнем Востоке умирающих и воскресающих богов. В некоторых текстах Ваал ясно отождествляется с Ададом, который упоминается в Ветхом Завете (Зах 12:11 – как Гададриммон) и известен по многим древневосточным источникам как бог бури и грозы. Не вызывает сомнений связь повествований о Ваале с природными, календарными и сельскохозяйственными циклами, хотя характер этих связей остаётся неясным.

Большинство финикийских источников – небольшие монументальные надписи, которые лишь сообщают о присутствии Ваала в пантеоне некоторых финикийских городов. Он входит в триаду главных богов г. Сидон вместе с Астартой и Эшмуном, о чём свидетельствует надпись на саркофаге царя Сидона Эшмуназора II середины 5 в. до н. э. Ваал включён также в различные составные названия: Ваал-Шамем (Ваал Небесный), Ваал Ливана, Ваал-Хаммон (Ваал-Солнце). Ваал-Шамем входил в пантеон нескольких арамейских государств (Хамата, Набатеи, Пальмиры, Хатры), и в некоторых из них он был главным богом. Косвенные указания на имя этого бога можно увидеть в книге пророка Даниила (Дан 8:13, 12:11, 9:27, 11:31), его культ пытался установить в Иерусалиме сирийский царь Антиох IV (Dictionary of Deities and Demons in the Bible. 1995.^[2] Col. 287).

Историк Филон Библский (1–2 вв.) отождествляет Ваала с Зевсом, называя его также Демарус. В «Финикийской истории» Филона есть указание на миф о борьбе Демаруса с Понтом, несомненно связанный с угаритским мифом о борьбе Ваала с Йамму (Д. Дей).

Все упоминания о Ваале, встречающиеся в исторических книгах (от книги Судей Израилевых до 4-й книги Царств, а также в книгах Паралипоменон) и в книгах пророков (Иеремии, Осии, Софонии), так или иначе связаны с осуждением его культа как ложного, заимствованного вероотступниками из числа евреев у ханаанеев. В этих книгах, основной идеей которых является наказание Богом Израиля за отступничество, вина Израиля непосредственно связывается с культом Ваала (например, 4 Цар 17:16; Иер 9:13–14; Ос 2:15).

Для авторов девтерономической истории (от книги Иисуса Навина до 4-й книги Царств) культ Ваала распространён на севере Ханаана, в Финикии и на территории северного Израильского царства. Один из первых эпизодов борьбы с ваализмом происходит в Офре, в долине Изреель, когда судья Гедеон разрушил алтарь Ваала (Суд 6). Царь Израиля Ахав, женившийся на финикийской принцессе, возводит жертвенник и храм Ваалу (3 Цар 16:31-32). Культ Ваала в Северном царстве упоминается в повествованиях о царях Иораме (4 Цар 3:2) и Ииуе (4 Цар 10:18–29). Согласно этой же истории, святилище Ваала появляется в Иудее (4 Цар 11:17-18), судя по всему, благодаря Гофолии, дочери израильского царя.

Библейские тексты почти ничего не говорят о мифологии Ваала. Он неоднократно упоминается в Ветхом Завете вместе с женским божеством Ашерой (см.: 4 Цар 21:7; 23:4, 7), или Ашторет (Суд 2:13; 10:6; 1 Цар 7:3–4 и др.) (в синодальном переводе оба имени переводятся как «Астарта»). Иногда еврейский термин «ашера» понимается как обозначение культового объекта (священного дерева), так или иначе связанного с жертвенником Ваала (Суд 6:25). Женское божество, очевидно, занимает подчинённое положение в данной паре. В некоторых угаритских источниках и финикийских надписях 1-го тыс. до н. э. супруга Ваала названа Ашторет. Однако чаще в Угарите его супругой была Анат. В то же время данные эпиграфики указывают на то, что рядом с Яхве, с культом которого ваализм соперничал, появлялось имя Ашеры (надписи из Кунтиллет-Аджруда), которая в угаритской мифологии была супругой верховного бога Илу. Поэтому нельзя считать ветхозаветные упоминания Ашеры в паре с Ваалом ошибкой или анахронизмом; скорее, речь идёт о местных вариантах культа Ваала и его супруги. Употребление имени Ваала во множественном числе, видимо, указывает на то, что ему поклонялись во многих местах, и, судя по всему, в каждом культовом центре был свой идол Ваала.

Согласно Ветхому Завету, культ Ваала получил распространение прежде всего в Северном Израильском царстве (3 Цар 16:16–28; 4 Цар 10:18–29). По этим текстам можно реконструировать культ Ваала почти во всех его аспектах, среди культовых объектов Ваала упоминаются храм («дом Ваалов»; 4 Цар 10:21), «высоты» (Иер 19:5), идолы (Ос 11:2; 4 Цар 11:18), «статуи» (4 Цар 3:2), алтари (Суд 6:25; 3 Цар 16:32); жрецы приносят ему жертвы всесожжения (4 Цар 10:23–25), сообщается о человеческих жертвоприношениях (Иер 19:5); перед его идолом преклоняют колена и целуют его (3 Цар 19:18); на его культовые праздники, которых было несколько (Ос 2:13), собираются толпы народа (4 Цар 10:20); от его имени говорят пророки (3 Цар 18:19; Иер 23:13). Учитывая иконографическую связь угаритского Ваала c образом быка, поклонение израильтян, и в частности жителей Северного царства, (золотому) тельцу можно рассматривать как поклонение Ваалу. Сакральная (храмовая) проституция нигде в Ветхом Завете прямо с культом Ваала не соотносится, но его характер как божества плодородия наряду с ярко выраженными сексуальными мотивами в угаритских повествованиях о Ваале позволяют исследователям также усматривать связь между этим религиозным феноменом и ваализмом.

Борьба c культом Ваала оставила очевидный след в богословии Ветхого Завета. Прежде всего, в поэтических текстах при описании Яхве можно видеть некоторые параллели в образах, присущих угаритскому Ваалу: борьба с морем, морскими чудовищами и драконом Левиафаном (Пс 73:13–14.; Ис 27:1; Иов 7:12); явление в буре с 7 громами (Пс 28:3а, 4а, 4б, 5, 7, 8); жилище Яхве располагается на горе Цафон, как и в угаритских текстах (в синодальном переводе в Пс 47:3 – «северная сторона»; ср. топоним Ваал-Цефон в Исх 14:2). Кроме того, еврейское выражение «рохев бааравот» – «шествующий на небесах» [Пс 68(67):5], переводимое многими как «едущий по пустыне», возможно, получает подтверждение в эпитете угаритского Ваала rkb ʿrpt – «едущий [верхом] на тучах».