На главную

Отаку

Ота́ку (япон. おたく, オタク, реже ヲタク), практически непереводимое на европейские языки слово, буквально означающее «чужой дом» или «чужую семью». Термин, получивший распространение в японском языке, изначально употреблялся по отношению к поклонникам манги и аниме. В середине 1990-х гг. получил распространение в английском, а затем и в других европейских языках (Galbraith. 2019.[1] P. 50).

Значение и история термина

В расширительном смысле относится к представителям любой субкультуры или людям со специфическими и достаточно узкими интересами, являясь приблизительным синонимом слова «фанат» (Galbraith. 2019.[2] P. 51). В современном словоупотреблении также применяется по отношению к западным любителям манги, аниме и японской поп-культуры. Термин изначально имел негативные коннотации, которые впоследствии утратил, став маркером идентичности для части японских подростков как мужского, так и женского пола (Galbraith. 2019.[3] P. 11).

В Японии с субкультурой отаку связаны многочисленные сетевые сообщества, а также специализированные магазины и кафе, сосредоточением которых считается район Акихабара на севере Токио. Начиная с 2000-х гг. является объектом пристального интереса маркетологов: в 2019 г. рынок товаров и услуг, по разным оценкам, составлял несколько триллионов иен (Hooper. 2019).

В Японии термин «отаку» получил распространение после опубликованного в 1983 г. «Исследования об отаку» японского юмориста и эссеиста Накомори Акио (настоящее имя Сибахара Ясутомо, род. 1960), в котором субкультура поклонников манги впервые была описана как целостный культурный феномен (Galbraith. 2019.[4] P. 49). В 1989 г. термин приобрёл негативную окрасу, а сама субкультура стала объектом стигматизации в связи с делом серийного убийцы Миядзаки Цутому, которого японская пресса называла «отаку-убийцей» (Azuma. 2009.[5] P. 4). На протяжении 1990–2000-х гг. термин вводится в широкий оборот и постепенно утрачивает резко негативную окраску в японском языке (Galbraith. 2019.[6] P. 69), а также получает широкое распространение в английском.

Японский философ Адзума Хироки выделяет первые три поколения отаку, формирование которых связано с выходом определённого аниме сериала и сложившейся вокруг него субкультурой: первое поколение, родившееся в начале 1960-х гг. и выросшее на аниме «Космический линкор "Ямато"» (япон. 宇宙戦艦ヤマト утю: сэнкан ямато, 1974–1975); второе поколение, родившееся в начале 1970-х гг., центральным произведением которого было аниме «Мобильный воин Гандам» (япон. 機動戦士ガンダム кидо: сэнси гандаму, 1979–1980); и третье поколение – 1980-х гг. рождения, сформировавшееся вокруг аниме «Евангелион» (япон. 新世紀エヴァンゲリオン Синсэйки Эвангэрион, 1995–1996) (Azuma. 2009.[7] P. 6–7).

Интерпретации

Субкультура отаку неоднократно становилась объектом исследования социологов, философов и антропологов, предложивших различные интерпретации этого феномена. Исследователи обращают внимание на фетишистский характер увлечения вымышленными персонажами манги и аниме, который по-японски обозначается как «моэ» (япон. 萌え) (Galbraith. 2019.[8] P. 78), а также на специфический набор характеристик подобных персонажей (Azuma. 2009.[9] P. 42).

Американский антрополог П. Гэлбрейт считает субкультуру отаку своеобразной проекцией коллективного воображаемого нескольких поколений японцев, находившихся под влиянием западного общества потребления в последней трети 20 в. и сформировавших образ «классной Японии» (cool Japan), который связан с кварталом Акихабара (Galbraith. 2019.[10] P. 130).

Исследователь Адзума Хироки считает отаку специфически японским явлением, во многим порождённым послевоенным травматизмом, за которым последовал стремительный экономический рост (Azuma. 2009.[11] P. 15–16). Он использует введённый франко-русским философом А. Кожевом термин «анимализация» для описания субкультуры отаку как особого феномена цифровой эпохи, сводящей к минимуму контакты между индивидами и упраздняющей желания, связанные с субъективностью Другого (Azuma. 2009.[12] P. 87). Он также отмечает парадокс консервативной сексуальности субкультуры отаку, которая, несмотря на распространённые предрассудки, не имеет прямой связи с сексуальными меньшинствами или неконвенциональными сексуальными практиками в их западном понимании (Azuma. 2009.[13] P. 88–89).

В социологическом отношении представителями отаку являются в основном мужчины, хотя отмечаются и специфические субкультуры. По мнению исследовательницы гендера Ш. Кинселлы, негативное отношение к отаку во многом связано именно с нарушением в манге традиционных для Японии гендерных стереотипов (Kinsella. 2015[14]).

В начале 21 в. термин отаку получил распространение в английском языке, где используется как синоним слов «ботаник» (nerd) или «гик» (geek). По мнению современных исследователей, понятие является признаком сознательной автомаргинализации (Fandom unbound. 2012.[15] P. 102). В английском языке термин впервые употреблён в качестве кальки с японского журналом Wired в 1993 г. Фигурировал в романе писателя У. Гибсона «Идору» («Idoru», 1996). В 2007 г. включён в Оксфордский словарь английского языка. В русском языке зафиксирован в начале 2000-х гг., вместе с формированием интернет-субкультуры поклонников манги и аниме, ярко выраженных негативных коннотаций не имеет.

В западных медиа распространена критика японской субкультуры отаку за эксплуатацию детской и подростковой сексуальности (Galbraith. 2019.[16] P. 65). В самой Японии популярность субкультуры отаку на Западе нередко оценивается негативно. Например, известный японский режиссёр-мультипликатор и мангака Миядзаки Хаяо считает, что она во многом способствовала утверждению стереотипных представлений о японской культуре и ограничению экспрессивных возможностей японских аниме и манги (Miyadzaki. 2014[17]).

Примечания

  1. ↑ Galbraith P. W. Otaku and the struggle for imagination in Japan / Patrick W. Galbraith. – Durham ; London : Duke University Press, 2019.
  2. ↑ Galbraith P. W. Otaku and the struggle for imagination in Japan / Patrick W. Galbraith. – Durham ; London : Duke University Press, 2019.
  3. ↑ Galbraith P. W. Otaku and the struggle for imagination in Japan / Patrick W. Galbraith. – Durham ; London : Duke University Press, 2019.
  4. ↑ Galbraith P. W. Otaku and the struggle for imagination in Japan / Patrick W. Galbraith. – Durham ; London : Duke University Press, 2019.
  5. ↑ Azuma H. Otaku : Japan's database animals / Hiroki Azuma ; transl. by Jonathan E. Abel and Shion Kono. – Minneapolis : University of Minnesota Press, 2009.
  6. ↑ Galbraith P. W. Otaku and the struggle for imagination in Japan / Patrick W. Galbraith. – Durham ; London : Duke University Press, 2019.
  7. ↑ Azuma H. Otaku : Japan's database animals / Hiroki Azuma ; transl. by Jonathan E. Abel and Shion Kono. – Minneapolis : University of Minnesota Press, 2009.
  8. ↑ Galbraith P. W. Otaku and the struggle for imagination in Japan / Patrick W. Galbraith. – Durham ; London : Duke University Press, 2019.
  9. ↑ Azuma H. Otaku : Japan's database animals / Hiroki Azuma ; transl. by Jonathan E. Abel and Shion Kono. – Minneapolis : University of Minnesota Press, 2009.
  10. ↑ Galbraith P. W. Otaku and the struggle for imagination in Japan / Patrick W. Galbraith. – Durham ; London : Duke University Press, 2019.
  11. ↑ Azuma H. Otaku : Japan's database animals / Hiroki Azuma ; transl. by Jonathan E. Abel and Shion Kono. – Minneapolis : University of Minnesota Press, 2009.
  12. ↑ Azuma H. Otaku : Japan's database animals / Hiroki Azuma ; transl. by Jonathan E. Abel and Shion Kono. – Minneapolis : University of Minnesota Press, 2009.
  13. ↑ Azuma H. Otaku : Japan's database animals / Hiroki Azuma ; transl. by Jonathan E. Abel and Shion Kono. – Minneapolis : University of Minnesota Press, 2009.
  14. ↑ Kinsella S. Adult manga : culture and power in contemporary Japanese society / S. Kinsella. – London : Routledge, 2015. – (ConsumAsian).
  15. ↑ Fandom unbound : otaku culture in a connected age / ed. by Mizuko Ito [et al.]. – New Haven ; London : Yale University Press, 2012.
  16. ↑ Galbraith P. W. Otaku and the struggle for imagination in Japan / Patrick W. Galbraith. – Durham ; London : Duke University Press, 2019.
  17. ↑ Miyazaki H. Turning point, 1997–2008 / Hayao Miyazaki ; transl. by Beth Cary, Frederik L. Schodt. – San Francisco : VIZ Media, 2014.

Литература

  • Иванов Б. Введение в японскую анимацию. – 2-е изд. – Москва : Всероссийский Фонд развития кинематографии, 2001.
  • Reflections on the human condition : change, conflict and modernity : the work of the 2004/2005 API fellows. – [Tokyo] : Nippon Foundation, 2007.
  • Azuma H. Otaku : Japan's database animals / transl. by J. E. Abel and S. Kono. – Minneapolis : University of Minnesota Press, 2009.
  • Fandom unbound : otaku culture in a connected age / ed. by M. Ito [et al.]. – New Haven ; London : Yale University Press, 2012.
  • Miyazaki H. Turning point, 1997–2008 / transl. by B. Cary, F. L. Schodt. – San Francisco : VIZ Media, 2014.
  • Kinsella S. Adult manga : culture and power in contemporary Japanese society. – London : Routledge, 2015. – (ConsumAsian).
  • Galbraith P. W. Otaku and the struggle for imagination in Japan. – Durham ; London : Duke University Press, 2019.
  • Интернет-ресурс:
  • Hooper R. The happiness of the otaku : daydreaming to well-being // The Japan times.
Материалы портала bigenc.ru переданы в ведение АНО «Интернет-энциклопедия «РУВИКИ» на основе лицензионного соглашения. Возможны неточности в отображении материалов. Если у вас возникли вопросы или вы увидели ошибку, пожалуйста, сообщите нам на info@ruwiki.ru