Новгородская первая летопись

Новгоро́дская пе́рвая ле́топись (НПЛ), группа летописных памятников, наиболее полно отразивших официальную летопись Новгородской республики, составлявшуюся в 12 – 1-й половине 15 в. при новгородской епископской (архиепископской) кафедре. Важнейший письменный источник по истории и культуре Новгородской республики.

Сохранилась в 2 изводах (редакциях). Старший извод представлен единственным пергаменным Синодальным списком [13–14 вв.; хранится в Отделе рукописей и старопечатных книг Государственного исторического музея (ГИМ. Син. № 786)] – древнейшим из сохранившихся списков русских летописей. Рукопись дефектная: утрачены первые 16 тетрадей и тетрадь в середине с изложением событий 1273–1298 гг. Состоит из двух разновременных частей: 1-я часть (за 1016–1234) написана почерком 13 в., 2-я (за 1234–1330) – почерком 1-й половины 14 в. На 3 дополнительных листах читаются записи за 1331–1352 гг., сделанные различными почерками.

Младший извод представлен 9 списками (15–19 вв.), главные из которых – Комиссионный [1440-е гг., хранится в Научно-историческом архиве Санкт-Петербургского института истории РАН (Ф. 11: Собрание Археографической комиссии. № 240)] и Академический [1440-е гг., хранится в Научно-исследовательском отделе рукописей Библиотеки Российской академии наук (НИОР БАН. 17.8.36)]. Комиссионный список в его основной части доводит изложение до 1439 г. и имеет продолжение до 1446 г., написанное другой рукой на другой бумаге. Академический список, с утраченным окончанием, судя по снятым с него в 18 в. копиям, заканчивался статьёй 1444 г.

Текст младшего извода НПЛ за 1074–1330 гг. весьма сходен с Синодальным списком, что объясняется не зависимостью одного от другого, а восхождением обоих изводов к общему протографу – новгородской владычной (архиепископской) летописи, ведшейся при Софийском соборе. В основу владычной летописи лёг составленный около 1115 г. княжеский летописный свод, в котором текст киевского летописного источника (использованный до 1016 полностью, а далее – в виде краткой выборки) был объединён с краткими новгородскими известиями за 2-ю половину 11 – начало 12 в. Вскоре после его составления этот свод был продолжен погодными записями княжеских, а с начала 1130-х гг. – епископских летописцев. По-видимому, по крайней мере до конца 14 в. рукопись владычной летописи (её «официальный экземпляр», по терминологии М. Д. Присёлкова) никогда полностью не заменялась, хотя отдельные листы и тетради могли заменяться на отредактированные. Синодальный список в целом отражает более раннее, а списки младшего извода (через ряд промежуточных копий) – более позднее состояние этого кодекса.

По своей протяжённости и текстологической однородности массив погодных записей, составляющих текст НПЛ с середины 1110-х гг., уникален в древнерусском летописании, что позволяет исследователям проследить на её примере периодичность пополнения летописных текстов, динамику смены летописцев, индивидуальные особенности их языка и стиля. Анализ языковой разнородности НПЛ (особенно значительной в первой части Синодального списка, где она проявляется даже на уровне орфографии) показывает, что пополнение владычной летописи носило организованный характер, причём смена архиепископа регулярно влекла за собой и смену летописца. В литературном отношении текст НПЛ также неоднороден – от кратких записей 11 – начала 12 в. до насыщенного авторским комментарием подробного рассказа о событиях середины 13 в. Летописцем 13 в. был пономарь Тимофей, упомянувший о себе в статье 1230 г., а в 1260-х гг. исполнявший обязанности владычного секретаря (его рукой написаны договоры Новгорода с великим князем владимирским Ярославом Ярославичем).

Круг событий, регулярно освещавшихся владычной летописью, составляют смены князей на новгородском столе, выборы архиепископа и высших городских магистратов (посадника, тысяцкого), строительство церквей и устройство монастырей, военные предприятия с участием новгородцев, экстремальные погодные явления, пожары, эпидемии. Имея местный по преимуществу характер, владычная летопись включила в себя и ряд рассказов о событиях, происходивших вне Новгорода: взятии Константинополя в ходе Четвёртого крестового похода (под 1204), избиении рязанских князей в 1217 г. в селе Исады князем Глебом Владимировичем (под 1218), Калкской битве 1223 г. (под 1224), монгольском нашествии (под 1238). Эти рассказы были, по-видимому, записаны в Новгороде на основе устных свидетельств, специально для занесения их в летопись. Надёжные случаи использования владычными летописцами летописных источников не новгородского происхождения ограничиваются несколькими известиями за 1201–1203 гг., возводимыми к владимирскому летописанию.

Помимо владычной летописи, старший и младший изводы НПЛ имели свои дополнительные источники. Непосредственным оригиналом Синодального списка в части до 1195 г. послужила дополненная местными записями копия владычной летописи, начатая священником Германом Воятой между 1144 и 1188 гг. Эту летопись одни исследователи связывают с церковью Святого Якова в Людине или Неревском конце Новгорода (Д. И. Прозоровский, М. П. Погодин, А. А. Шахматов, Д. С. Лихачёв, Г. И. Вздорнов, В. Л. Янин), другие – с новгородским Юрьевым во имя великомученика Георгия Победоносца мужским монастырём (И. М. Троцкий, В. Водов). Бесспорно в Юрьеве монастыре сделаны записи на последних листах рукописи. Дополнительными источниками младшего извода НПЛ явились Житие Александра Невского, помещённое фрагментами под 1240/1241, 1242/1243, 1246/1247, 1251/1252 гг., сказание об убиении в Орде черниговского князя Михаила Всеволодовича и его боярина Фёдора (6753) и рассказ о Куликовской битве 1380 г., извлечённый из раннемосковского летописного памятника. Эти тексты, скорее всего, вошли в состав НПЛ при переписке владычной летописи в самом конце 14 – начале 15 в.

Текст владычной летописи неоднократно использовался в новгородском летописании. Он стал одним из главных источников Новгородско-Софийского свода – протографа Новгородской четвёртой летописи и Софийской первой летописи – и через его посредство вошёл в общерусское летописание 15–16 вв. Независимым образом новгородская владычная летопись отразилась в Тверском сборнике.

Особое значение НПЛ имеет для истории начального древнерусского летописания. Согласно гипотезе А. А. Шахматова, разделяемой большинством современных исследователей, в древнейшей части младшего извода НПЛ отразился киевский Начальный свод 1090-х гг., лежащий в основе ««Повести временных лет». Предположение Шахматова о том, что текст этого свода оказался в НПЛ в 15 в., заменив собой текст «Повести временных лет», в настоящее время отклонено; по-видимому, на Начальном своде, продолженном записями до 1115 г., новгородское летописание основывалось уже в княжеском своде 1110-х гг.

Новгородская первая летопись старшего извода впервые издана в 1781 г. по единственному Синодальному списку; первая публикация Новгородской первой летописи младшего извода состоялась в 1786 г. по Академическому списку.