Лондонское переживание И. Г. Гамана

Лондонское переживание И. Г. Гамана. Лондонское переживание – внутренний переворот, произошедший в жизни И. Г. Гамана в 1758 г. в возрасте 26 лет в Лондоне, куда он прибыл с деловым поручением от своего друга, крупного коммерсанта И. К. Беренса.

Поручение Гаману выполнить не удалось, к тому же он был осмеян людьми, к которым был послан. Хотя причиной этой неудачи были, по всей видимости, не зависевшие от Гамана объективные обстоятельства, он сильно переживал из-за неё. В это время он знакомится с музыкантом, имеющим богатого покровителя, и некоторое время предаётся вместе с новым знакомым беззаботной жизни, полной развлечений, и начинает учиться у него игре на лютне. Их отношения заканчиваются, когда обнаруживается, что этот музыкант – сводник, желающий предоставить своему покровителю Гамана в качестве сексуального партнёра.

8 февраля 1758 г. Гаман поселяется в комнате на улице Мальборо, задолжав к этому времени более 300 фунтов стерлингов. Он оказывается один в окружении своих книг, в расстроенных чувствах, и испытывает проблемы со здоровьем. В этом вынужденном уединении Гаману приходит на ум перечитать Библию.

13 марта 1758 г. Гаман пробует приступить к чтению. Ему не сразу удаётся вчитаться, Гаман откладывает это занятие, но через несколько дней, 19 марта, в Вербное воскресенье, вновь берётся за чтение Библии и чувствует, что с его сердца словно бы спала пелена. Поражённый, он читает слова Библии как обращённые лично к нему и, по его собственным словам, «сходит во ад самопознания» (цит. по: Hamann J. G. Londoner Schriften. München, 1993.^[1] S. 4). Одновременно начинает писать текст, известный сегодня как «Библейские размышления христианина». Текст этот изначально не задумывался Гаманом как предназначенный для публикации. Работа Гамана над «Библейскими размышлениями христианина» представляет собой письмо, включённое в сам процесс чтения и являющееся принципиально важной составляющей этого процесса.

Завершив чтение 21 апреля, Гаман пишет ещё несколько текстов. Это «Мысли о ходе моей жизни», «Мысли о церковных песнопениях», «Крохи», «Размышление о ньютоновом Трактате о пророчествах» (имеется ввиду Томас Ньютон, епископ Бристольский), «Молитва». Эти работы документируют рождение Гамана-мыслителя.

В работах лондонского цикла Гаман находит принципиальный для всей его дальнейшей философии ракурс, начиная рассматривать природу и историю как «два комментария к слову Божию». Для его последующей философии важны следующие моменты:

– Природа и история способны быть комментарием к слову Божию в силу того, что они имеют языковой характер и организованы как речь, которую человек как словесное существо способен понимать. Язык при этом оказывается исходным способом устроенности сущего и одновременно исходным способом данности сущего человеку.

– «Чтение» книг природы и истории как «двух комментариев к слову Божию» осуществляется благодаря слушанию и слышанию слова Божия – слышанию, формирующему способность понимания подобно тому, как занятия музыкой формируют и развивают музыкальный слух.

– Природа и история раскрывают свой смысл только при обращении к чувственно (sinnlich) данным явлениям так же, как и значение слова может быть воспринято нами, лишь когда слово оказывается услышано или увидено (и прочитано). И так же, как именно в своей чувственной форме слово дано нам как нечто единое при всём многообразии его возможных коннотаций, всякая вещь и событие в их чувственной явленности представляют собой единство, допускающее различные его «прочтения» и трактовки. При этом никакое человеческое прочтение книги мира и книги истории не исчерпывает читаемого.

Вернувшись из Лондона, Гаман рассказал Беренсу о внутреннем перевороте, произошедшим с ним в Лондоне, но в лице последнего встретил непонимание и подозрение в нездоровой религиозной экзальтации. Беренс стремился вернуть Гамана к просветительскому образу мыслей, но потерпел неудачу. Желая раскрыть свои новые взгляды, Гаман написал и опубликовал работу «Сократические достопримечательности» (1759), выступив в ней как радикальный критик философии Просвещения – каковым он и оставался на протяжении всей последующей жизни.