Легаси-сиквел

Ле́гаси-си́квел (легасиквел; англ. legacy sequel, legacyquel, от legacy – наследие и сиквел), тип сиквела в кинематографе, ставший наиболее актуальным в 2010-х гг. Ключевые характеристики: использование практик ремейка, сиквела и ребута; события происходят спустя 10–30 лет после событий оригинала, но в том же пространстве (вселенной); наличие персонажа оригинала и персонажа-последователя; тема «наследия» и его передачи; повторение или переосмысление основной проблемы оригинала.

Поскольку легаси-сиквел включает в себя элементы сиквела, ремейка и ребута, исследователи предлагали такие термины для описания феномена, как «риквел» (requel) (Lizardi. 2017.^[1] Р. 28–30, 71), «сиквейк» (Павлов. 2019.^[2] С. 296) и «возрождение» (revival) (The Routledge companion ... 2018.^[3] P. 230). Однако в медиа и научном дискурсе закрепился именно «легаси-сиквел». Термин возник и распространился в середине 2010-х гг. Автором термина стал журналист издания ScreenCrush М. Сингер, впервые употребивший его в 2015 г. в статье «Добро пожаловать в эпоху легасиквела» (Singer. 2015).

В статье М. Сингера описан бум сиквелов, появившихся спустя длительный временной промежуток после событий последней части (частей) оригинального фильма или франшизы. Примеры легаси-сиквелов в рамках франшиз: ««Звёздный путь» («Star Trek», 2009, режиссёр Дж. Дж. Абрамс), «Звёздные войны: Пробуждение силы» («Star Wars: Episode VII – Force Awakens», 2015, режиссёр Дж. Дж. Абрамс), «Крид: Наследие Рокки» («Creed», 2015, режиссёр Р. Куглер), ««Мир Юрского периода» («Jurassic World», 2015, режиссёр К. Треворроу), «Хэллоуин» («Halloween», 2018, режиссёр Д. Г. Грин).

Примеры легаси-сиквелов оригинальных фильмов: «Трон: Наследие» («Tron: Legacy», 2010, режиссёр Дж. Косински), «Бегущий по лезвию 2049» («Blade Runner 2049», 2017, режиссёр Д. Вильнёв), «Т2 Трейнспоттинг (На игле 2)» («T2 Trainspotting», 2017, режиссёр Д. Бойл), «Борат 2» («Borat Subsequent Moviefilm: Delivery of Prodigious Bribe to American Regime for Make Benefit Once Glorious Nation of Kazakhstan», 2020, режиссёр Дж. Уолинер), «Поездка в Америку 2» («Coming 2 America», 2021, режиссёр К. Бруэр), «Топ Ган: Мэверик» («Top Gun: Maverick», 2021, режиссёр Дж. Косински) и др. Многие оригинальные картины, получившие продолжения в виде легаси-сиквелов, выходили в 1980-х гг.: «Трон» («Tron», 1982, режиссёр С. Лисбергер), «Бегущий по лезвию» («Blade Runner», 1982, режиссёр Р. Скотт), «Лучший стрелок» («Top Gun», 1986, режиссёр Т. Скотт) «Поездка в Америку» («Coming to America», 1988, режиссёр Дж. Лэндис).

Кроме того, легаси-сиквелы оригинальных картин могут делаться как сериалы. Так, М. Сингер называет одним из лучших легаси-сиквелов сериал «Кобра Кай» («Cobra Kai», с 2018), который является прямым продолжением оригинальной картины и нескольких последующих серий франшизы «Карате пацан» («Каrate Kid», 1984, режиссёр Дж. Г. Эвилдсен) (Singer. 2021). Легаси-сиквелом оригинальных фильмов «Зловещие мертвецы», сделанным в формате сериала, является шоу «Эш против зловещих мертвецов» («Ash vs Evil Dead», 2015–2018).

М. Сингер говорит о легаси-сиквеле прежде всего как о произведении, способном объединить опыт старшего и молодого поколений: поклонники оригинала ощущают связь такого сиквела с предшествующей частью (частями) за счёт возвращения старых персонажей и общей проблематики произведения, новые зрители получают произведение, которое становится самостоятельным за счёт введения новых персонажей, а также переосмысления оригинальной проблематики. Автор связывает востребованность данного типа сиквелов со стратегией крупных киностудий регулярно производить контент в рамках одной франшизы. Такие сиквелы с большей долей вероятности гарантируют коммерческий успех, т. к. опираются на «предпроданность» бренда (pre-sold brands) (Singer. 2015). Введённый Сингером термин широко использовался кинокритиками крупнейших изданий – The Guardian (Hoad. 2015), IndieWire (Kiang. 2016), Observer (Katz. 2020) и др.

Термин также используется в исследованиях кинематографа. Так, теоретик медиа Д. Голдинг описывает легаси-сиквел в контексте новой трилогии «Звёздных войн», главным образом на примере фильма «Звёздные войны: Пробуждение силы» («Star Wars: Episode VII – Force Awakens», 2015, режиссёр Дж. Дж. Абрамс). Голдинг сформулировал, как могла бы выглядеть универсальная модель создания легаси-сиквела: для возрождения выбирается одна из популярных «дремлющих» франшиз, для легитимации новой части в проект приглашаются «стареющие звёзды оригинала» (как правило, на второстепенные роли), привлекаются молодые звёзды (обычно на главные роли) для потенциального продолжения франшизы в будущем и привлечения новой аудитории. Также Голдинг описывает нарратив легаси-сиквела: в начале фильма молодые персонажи выглядят «наивными» и «нуждающимися в помощи», эту помощь им вынужденно оказывают «стареющие персонажи» в амплуа наставников. В процессе взаимодействия между старыми и новыми персонажами молодые герои успешно «усваивают уроки», в результате чего герои оригинала признают их своими «последователями» и легитимизируют их, передавая «наследие» – таковым может быть как материальная вещь, так и нематериальная (например, словесное напутствие или артефакт типа меча джедая). Выполнив свою миссию, представители старшего поколения отстраняются от истории – либо умирают, либо покидают сюжет (Golding. 2019.^[4] P. 69–70).