Крузий Христиан Август

Кру́зий Христиа́н А́вгуст (Кристиан Август Крузиус, Christian August Crusius) (10.6.1715, Лойна, ныне земля Саксония-Анхальт – 18.10.1775, Лейпциг, ныне земля Саксония), немецкий философ, протестантский теолог и проповедник эпохи немецкого Просвещения, экстраординарный профессор философии и ординарный профессор теологии университета Лейпцига.

Изучал философию, теологию, восточные языки и математику в университете Лейпцига. В годы своего философского становления испытал влияние своих академических учителей А. Ф. Мюллера и А. Ф. Хоффмана. После защиты диссертаций начал преподавательскую деятельность в Лейпциге. Основные философские работы написаны им в ранний период творчества; в поздние годы Крузий писал преимущественно работы теологического характера и проповеди.

К середине 18 в. Крузий стал одним из наиболее значимых противников вольфианства.

Исходным пунктом его критики явился закон достаточного основания в истолковании Х. Вольфа. В диссертации «О применении и ограничении закона детерминирующего основания, обычно называемом достаточным основанием» (1743) Крузий подчёркивает, что вольфианская трактовка закона достаточного основания как тотально действующего закона устраняет мораль, вводит фатализм и неограниченную необходимость всех вещей. Подобный закон Крузий считал недоказанным и предлагал его изменить на закон детерминирующего основания. Вслед за диссертацией в 1740-е гг. Крузий опубликовал свои главные философские работы: по этике («Наставление к разумной жизни, в котором после объяснения природы человеческой воли в правильной связи излагаются естественные обязанности и всеобщие учения о благоразумии», 1744, 1751, 1767), метафизике («Набросок необходимых истин разума в той мере, в какой они противоположены случайным истинам», 1745, 1753, 1766), логике («Путь к достоверности и надёжности человеческого познания», 1747, 1762) и физике («Руководство к упорядоченному и осторожному мышлению природных событий», 1749, 1774). В отличие от вольфианства Крузий выступал против математизации метафизики, различал математическое знание от знания философского, а в основу философии полагал не два принципа – непротиворечия и закона достаточного основания, а несколько высших формальных и материальных принципов, не выводимых из принципа непротиворечия.

В логике Крузий продолжает традицию К. Томазия и А. Рюдигера, что сказывается в разделе о «болезнях рассудка» практической части логики («Путь к достоверности…»). При всех разногласиях с вольфианством собственное метафизическое построение Крузия («Набросок необходимых истин разума…») по составу напоминает вольфианскую метафизику, поскольку состоит из четырёх разделов: «Онтология, или учение о сущности и наиболее всеобщих различиях вещей вообще», «Теоретическая естественная теология, или учение о действительности, свойствах и творениях Бога», «Космология, или учение о необходимой сущности мира, и что из этого может пониматься a priori» и «Пневматология, или учение о необходимой сущности духов». Но если специальная метафизика Вольфа и его сторонников завершалась рациональной теологией, то метафизика Крузия с неё начинается. В онтологии Крузий гораздо большее внимание уделял не возможной, а действительной вещи, и поставил проблему нахождения так называемых простейших понятий (субсистенция, последовательность, каузальность, единство, отрицание, бытие в чём-либо определённом и т. д.). Крузий считал, что основные силы и основные сущности большинства метафизических вещей так и останутся непознаваемыми, выражая определённый скепсис в отношении границ и возможностей человеческого познания.

В моральной философии («Наставление к разумной жизни…»), имевшей элементы волюнтаризма, Крузий сформулировал основные положения «телематологии, или учения о силах и свойствах человеческой воли», за которым следовали этика, естественная моральная теология, естественное право и учение о благоразумии. Крузий выделял моральный закон, который имеет иной характер, нежели правила благоразумия. В то время как следование последним обусловливается желанием достижения определённых целей, следование моральному закону оказывается абсолютно необходимым в силу того, что он понимается нами как закон, заповеданный Богом.

В актуальных для середины 18 в. спорах об оптимизме, или о наилучшем из всех возможных миров, Крузий отстаивал свободу Бога, для чего различал свободу противоречия (libertas contradictionis) и свободу противоположности (libertas contrarietatis). Если бы наш мир был сотворён Богом в силу того, что он является наилучшим из всех возможных, то это бы нарушало как первый, так и второй вид свободы Бога и тем более делало бы невозможным свободу и мораль человека. По Крузию, «Богу свойственна как libertas contradictionis, посредством которой он может совершить или отказаться от акта при именно таких обстоятельствах, так и libertas contrarietatis, посредством которой он при именно таких обстоятельствах может устроить так или иначе» (Crusius. 1753.^[1] S. 584. § 307). Свобода противоположности проявляется в том, что Бог выбирает мир для творения из нескольких разных, но одинаково хороших, среди которых отсутствует наилучший, по своему произволу.

Для ряда современников сила и слабость Крузия состояла в том, что он «теологизировал» философию и «офилософизировал» теологию. Наиболее известными теологическими работами зрелого периода творчества Крузия являются трактаты «Основательное поучение о суеверии для прояснения различия между религией и суеверием» (1767), «Основательное поучение о христианской церкви» (1767) и «Краткое понятие моральное теологии или ближайшее пояснение практического учения христианства» (1772–1773). Большим успехом пользовались также его проповеди, свидетельство чему оставил в своих воспоминаниях А. Т. Болотов («Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные им самим для своих потомков», 1738–1759).

Философские работы Крузия оказали влияние на кантовскую философию, хотя сам И. Кант отказывался это признавать и отзывался о Крузии неуважительно, будучи вовлечён в Университете Кёнигсберга в спор об оптимизме со сторонниками крузианской философии. Влияние крузианской философии стало ослабевать вместе с вытеснением вольфианства новыми философскими течениями – прежде всего, кантианством. На этот процесс повлиял также запрет крузианской философии к преподаванию в прусских университетах со стороны министра К. А. фон Цедлица. В художественной литературе крузианская философия нашла отражение в романе Г. Ф. Николаи «Жизнь и мнения господина магистра Себальда Нотанкера» (1773–1776).