Конфуцианство

Конфуциа́нство (кит. 儒学, пиньинь rúxué; кит. 儒教, пиньинь rújiào, буквально – «учение школы учёных-интеллектуалов»), древнейшая философская система и одно из трёх главных этико-религиозных учений (наряду с даосизмом и буддизмом) Дальнего Востока. Возникло в Китае на рубеже 6–5 вв. до н. э. В оригинальном наименовании конфуцианство (жу) отсутствует указание на имя создателя – Конфуция, что соответствует его исходной установке – «передавать, а не создавать, верить древности и любить её». Своё качественно новое этико-философское учение конфуцианства подчёркнуто идентифицировал с наследием «святомудрых» (шэн) правителей полумифической древности, выраженным главным образом в историко-дидактических и художественных произведениях, старейшие и авторитетнейшие из которых – каноны «Шу цзин» и «Ши цзин». Эта изначальная ориентация сделала опирающуюся на исторический прецедент нормативность и сообразуемую с канонами беллетризированность фундаментальными характеристиками всего конфуцианства. Хранителями древней мудрости в эпоху Чжоу (12/11–3 вв. до н. э.) были отставленные от кормила власти учёные-интеллектуалы, специализировавшиеся в «культурной/знаковой» (вэнь) деятельности, т. е. хранении и воспроизводстве письменных памятников и протонаучных штудиях, в основных астрономо-астрологических (понятие «вэнь» охватывает и письменность, и астрономо-метеорологического явления). Они жили главным образом в районе царства Лу, родины Конфуция (ныне провинция Шаньдун), и, возможно, являлись потомками правившей или жреческой верхушки государства Инь (Шан), покорённого в 12–11 вв. до н. э. племенным союзом Чжоу, который находился на более низком уровне культурного развития. Видимо, их социальное падение отразилось в этимологии термина «жу», изначально имевшего значение «слабый». Конфуций счёл эту социальную слабость несовместимой с их культурно-интеллектуальной силой и выдвинул идеал государственного устройства, в котором при наличии сакрально вознесённого, но практически почти бездействующего правителя реальная власть принадлежит учёным-жу, соединяющим в себе свойства философов, литераторов, учёных и чиновников. С самого своего зарождения конфуцианство отличалось осознанной социально-этической направленностью и стремлением к слиянию с государственным аппаратом.

Этому стремлению соответствовало теоретическое истолкование государственной и божественной («небесной») власти в семейно-родственных категориях: «государство – одна семья», государь – Сын Неба и одновременно «отец и мать народа». Государство отождествлялось с обществом, социальные связи – с межличностными, основа которых усматривалась в семейной структуре. Последняя же выводилась из отношений между отцом и сыном. С точки зрения конфуцианства отец считался «Небом» (тянь) в той же мере, в какой Небо – отцом. Поэтому «сыновняя почтительность» (сяо) в специально посвящённом ей каноне «Сяо цзин» была возведена в ранг «корня благодати/добродетели (дэ)».

Развиваясь в виде своего рода социально-этической антропологии, конфуцианство сосредоточило внимание на человеке, проблемах его врождённой природы и благоприобретаемых качеств, положения в мире и обществе, способностей к знанию и действию и т. п. Воздерживаясь от собственных суждений о сверхъестественном, Конфуций формально одобрил традиционную веру в безличное «судьбоносное» Небо и в духов предков, выступающих в качестве посредников между Небом и людьми, что в дальнейшем во многом обусловило обретение конфуцианством социальных функций религии. Вместе с тем всю относящуюся к сфере Неба сакральную и космологическую проблематику Конфуций рассматривал с точки зрения значимости для человека и общества. Фокусом своего учения он сделал анализ взаимодействия «внутренних» импульсов человеческой натуры, в идеале охватываемых понятием «гуманности» (жэнь), и «внешних» социализирующих факторов, в идеале охватываемых понятием этико-ритуальной «благопристойности» (ли). Нормативный тип человека – «благородный муж» (君), познавший небесное «предопределение» (мин), «гуманный», сочетающий в себе идеальные духовно-моральные качества с правом на высокий социальный статус. Смысл человеческого существования – утверждение в Поднебесной высшей и всеобщей формы социально-этического порядка – Пути (дао), конкретным воплощением которого в каждом отдельном существе и явлении выступает «благодать/добродетель» (дэ). Иерархизированная гармония всех индивидуальных дэ образует вселенское дао.

После смерти Конфуция его многочисленные ученики и последователи образовали различные направления, которых к 3 в. до н. э., по свидетельству Хань Фэя, было уже не менее восьми. Они развивали этико-социальные идеи Конфуция («Да сюэ», «Сяо цзин», комментарии к «Чунь цю») и содержащиеся в его учении космологические представления («Чжун юн», «И цзин», «Си цы чжуань»). Две целостные и противоположные друг другу (впоследствии признанные соответственно ортодоксальной и неортодоксальной) интерпретации конфуцианства в 4–3 вв. до н. э. предложили Мэн-цзы и Сюнь-цзы. Первый выдвинул тезис об изначальной «доброте» человеческой природы (син), которой «гуманность», «должная справедливость» (и), «благопристойность» и «разумность» (чжи) присущи так же, как человеку – четыре конечности. Согласно Сюнь-цзы, человеческая природа изначально зла, т. е. от рождения стремится к выгоде и плотским наслаждениям, поэтому указанные благие качества должны быть привиты ей извне путём постоянного обучения. Мэн-цзы сосредоточился на исследовании морально-психологической, а Сюнь-цзы – социальной стороны человеческого существования. Это расхождение сказалось и в их взглядах на общество: Мэн-цзы сформулировал теорию «гуманного управления» (жэнь чжэн), основанную на приоритете народа над духами и правителем, включая право подданных свергать порочного государя; Сюнь-цзы сравнивал правителя с корнем, а народ – с листьями и считал задачей идеального государя «завоевание» своего народа, сближаясь тем самым с враждебным конфуцианству легизмом.

Во 2 в. до н. э. Конфуций был признан «некоронованным царём», или «подлинным властелином» (су ван), а его учение обрело статус официальной идеологии и, победив главного конкурента в области социально-политической теории – легизм, в то же время интегрировало ряд его кардинальных идей, в частности признало компромиссное сочетание этико-ритуальных норм (ли) и административно-юридических законов (фа). Конфуцианство стало всеобъемлющей системой благодаря Дун Чжуншу, который, использовав соответствующие концепции даосизма и школы иньян цзя, детально разработал онтолого-космологическую доктрину конфуцианства и придал ей некоторые религиозные черты (учение о «духе» и «воле Неба»), необходимые для официальной идеологии централизованной империи. В эпоху Хань (конец 3 в. до н. э. – начало 3 в. н. э.) было создано «ханьское конфуцианство», основное достижение которого – систематизация идей, рождённых «золотым веком» китайской философии (5–3 вв. до н. э.), и текстолого-комментаторская обработка созданной и ассимилированной конфуцианством классики. Реакцией на проникновение в Китай буддизма в первые века н. э. стал синтез даосизма и конфуцианства в «учении о таинственном/сокровенном» (сюань сюэ). Постепенное нарастание как идейного, так и социального влияния буддизма и даосизма вызвало стремление к восстановлению престижа конфуцианства, что привело к созданию неоконфуцианства, у истоков которого стояли Ван Тун (конец 6 – начало 7 вв.), Хань Юй и Ли Ао (8–9 вв.).

Возникшее в 11 в. неоконфуцианство поставило перед собой две главные задачи: восстановление аутентичного конфуцианства и решение с его помощью на основе усовершенствованной нумерологической методологии (сяншучжи сюэ) комплекса проблем, выдвинутых буддизмом и даосизмом. В предельно компактной форме эти задачи первым решил Чжоу Дуньи, идеи которого через столетие получили развёрнутую интерпретацию в творчестве Чжу Си: его учение, поначалу считавшееся неортодоксальным и даже подвергшееся запрету, в 14 в. было официально признано и стало основой понимания конфуцианства в системе государственных экзаменов вплоть до начала 20 в. Чжусианская трактовка конфуцианства доминировала в Корее, Японии, Вьетнаме. Основную конкуренцию чжусианству в период правления династии Мин (14–17 вв.) составила школа Лу Цзююаня – Ван Янмина, идейно господствовавшая в Китае в 16–17 вв. и также получившая распространение в сопредельных Китаю странах. В борьбе этих школ на новом уровне возродилось исходное для конфуцианства противостояние ориентации на объект или субъект, внешний мир или внутреннюю природу человека как источник постижения «принципов» (ли) всего сущего, в том числе и моральных норм.

В 17–19 вв. оба ведущих учения – Чжу Си и Ван Янмина – подверглись критике со стороны эмпирического направления (пу сюэ – «учение о естестве», или «конкретная философия»), основанного Гу Яньу и возглавленного Дай Чжэнем. Оно сконцентрировалось на опытном исследовании природы и научно-критическом изучении конфуцианской классики, взяв себе за образец текстологию ханьского конфуцианства, благодаря чему получило название «ханьское учение» (хань сюэ).

С конца 19 в. развитие конфуцианства в Китае так или иначе связано с попытками ассимиляции западных идей (Кан Ювэй, Лян Цичао) и возвращением от абстрактных проблем сунско-минского неоконфуцианства и цинско-ханьской текстологии к конкретной этико-социальной тематике первоначального конфуцианства. В 1-й половине 20 в., особенно в противостоянии учений Фэн Юланя и Сюн Шили, сочетающих неоконфуцианские и отчасти буддийские концепции с идеями европейской и индийской философии, сложилась новая, четвёртая (после первоначальной, ханьской и неоконфуцианской) форма конфуцианства – постнеоконфуцианство, представители которого (Моу Цзунсань, Тан Цзюньи, Ду Вэймин и др.) усматривают в этическом универсализме конфуцианства, трактующего любой пласт бытия в моральном аспекте, идеальное сочетание философской и религиозной мысли. В Китае конфуцианство было официальной идеологией до 1912 г. и духовно доминировало до 1949 г., подобное положение сохраняется на Тайване и в Сингапуре. После идеологического разгрома в 1970-х гг. (кампания «критики Линь Бяо и Конфуция») ныне конфуцианство успешно реанимируется и в КНР как носитель ожидающей востребования национальной идеи.