Гоббс Томас

Гоббс То́мас (Thomas Hobbes) (5.4.1588, Уэстпорт, ныне в составе Малмсбери, графство Уилтшир – 4.12.1679, Хардуик-холл, графство Дербишир), английский философ, теоретик общества и государства. Родился в семье сельского священника. В 1603–1608 гг. учился в Оксфордском университете, по окончании которого был воспитателем, затем секретарём в аристократическом семействе У. Кавендиша (впоследствии графа Девонширского), с которым был связан до конца жизни. В 1621–1626 гг. сотрудничал с Ф. Бэконом. Совершил несколько путешествий во Францию и Италию, где познакомился с Г. Галилеем (его «Диалог о двух системах мира, Птолемеевой и Коперниковой» оказал большое влияние на Гоббса). В начале Английской революции (1640) в составе роялистской эмиграции прибыл в Париж, где прожил 11 лет и где вышло его сочинение «О гражданине» («De cive», 1642; 3-я часть написанных на латинском языке «Основ философии»), написал «Возражения» на «Метафизические размышления» Р. Декарта. В 1651 г. неожиданно для роялистов переехал в Лондон, где в том же году с одобрения О. Кромвеля опубликовал свой обширный труд «Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского» («Leviathan: or, The matter, form and power of a commonwealth ecclesiastical and civil», русский перевод 1936) (Левиафан – библейское чудовище, символизирующее у Гоббса государство). Затем он издал сочинение «О теле» («De corpore», 1655) и «О человеке» («De homine», 1658) (1-я и 2-я части «Основ философии»). После реставрации монархии Стюартов (1660) Гоббс подвергся нападкам со стороны роялистов и церковных властей, ему было запрещено публиковать сочинения, посвящённые политике и религии. В 1668 г. Гоббс издал в Амстердаме латинский перевод «Левиафана». В последние годы жизни занимался литературной работой, перевёл на английский язык «Одиссею» и «Илиаду» Гомера.

Гоббс – один из главных теоретиков эмпиризма 17 в. Он не раз подчёркивал старую формулу сенсуализма, согласно которой в интеллекте нет ничего, чего не было бы ранее в чувствах. Своё учение о бытии Гоббс именует по-аристотелевски первой философией (избегая термина «метафизика» как схоластического) или просто физикой. Продолжая традицию позднесредневекового номинализма, Гоббс отрицал реальность универсальных внечувственных субстанций, как материи, так и духа, на чём настаивала метафизика Декарта: если слова – это знаки тел, то общие понятия – это знаки знаков, «имена имён». Бытие составляют прежде всего единичные тела, постигаемые чувствами в повседневном опыте. Тело обладает неотъемлемыми от него акциденциями, или свойствами, – протяжённостью и внешней фигурой. Пространство – это всегда конкретная протяжённость конечного тела. Движение и покой составляют уже акциденции, присущие не всем телам, ибо одни из них движутся, а другие покоятся. Акциденции, ещё менее связанные с телом, – осязательные, слуховые, цветовые и другие качества, появление и исчезновение которых зависят не столько от тела, сколько от воспринимающего его субъекта.

Отвергая понятия целевой и формальной причин, Гоббс признавал только материальные и действующие «ближайшие причины», фиксируемые в опыте. Действующая причина – активное тело, материальная – тело, подвергающееся воздействию. Мышление, по Гоббсу, речевая деятельность человека. Если чувственные восприятия образуют первый слой опыта – простейшее знание (cognitio), то словесное общение – второй слой, который Гоббс именует наукой. В разработанной Гоббсом знаковой теории языка возникновение имён рассматривается как результат произвольного соглашения между людьми.

Если физика изучает природные, естественные тела, то моральная, или гражданская, философия, пользуясь дедуктивно-синтетическим методом, исследует «искусственные тела», создаваемые человеком, важнейшим из которых является государство. Чтобы познать последнее, необходимо предварительно исследовать человека, его природу, способности и склонности. Этим занимается философия морали, предваряющая философию политики. Гоббс с большой силой подчёркивал эгоистическую природу человека, определяемую как его стремлением к самосохранению, так и разнообразными интересами, углубляющимися и усложняющимися в условиях цивилизации и способными приводить к оспариванию самых незыблемых геометрических истин.

Развитое Гоббсом натуралистическое понимание человека лежит в основе его концепции происхождения и сущности государства. Человеческое общество вначале проходит стадию естественного состояния, когда люди подчиняются в основном лишь своим чувственным влечениям и руководствуются естественным правом. В силу того, что интересы и право одного наталкиваются на аналогичное право другого, в обществе царит «война всех против всех», грозящая людям всеобщим истреблением.

Возможность выхода из этого состояния заложена в разумности человека, естественных законах, правилах морального благоразумия. Все они сводятся к древнему «золотому правилу» (зафиксированному и в Евангелии): не поступай с другими так, как не хочешь, чтобы поступали с тобой. Это правило самоограничения эгоизма побуждает людей заключить общественный договор, в результате которого возникает государство. Участники договора, обладая великим даром речевого общения, вступают благодаря ему в гражданское состояние, отказываются от значительной части своих естественных прав, отчуждая их в пользу верховного главы государства и подчинённых ему служителей. Государственность становится, т. о., главным моральным воспитующим фактором цивилизации. Право и мораль сближаются, различие между ними сохраняется в том, что гражданские законы – писаные, а естественные – неписаные. Верховная государственная власть абсолютна, её носитель (не обязательно король) не разделяет её ни с кем. Действия его, однако, не произвол, ибо действию законов «суверен подчинён так же, как последний из его подданных» (Гоббс. Сочинения. Т. 2. Москва, 1991.^[1] Гл. 30). Граждане сохраняют многие из естественных прав (гарантию на жизнь, экономические и семейные отношения, воспитание и др.) и в меру этого свободны.

Религию Гоббс считал необходимой духовной пищей масс, отягчённой, однако, множеством суеверий. С последовательно антиклерикальных позиций Гоббс решительно выступал за подчинение церковных институтов светской, государственной власти.