Волна преступности
Волна́ престу́пности, социальная конструкция значительного роста преступности, которая создаётся СМИ, правоприменительными органами и властью и занимает заметное место в публичной повестке в течение нескольких недель, месяцев или лет.
Исследования криминологов (М. Фишмана, Ф. Дженкинса и др.) свидетельствуют, что волны преступности обычно не связаны с ростом регистрируемой преступности. М. Фишман в статье «Волны преступности как идеология» (Fishman. 1978[1]) показывает, что они возникают вследствие сочетания нескольких факторов:
- практики тематизации новостей в СМИ, когда не связанные друг с другом криминальные происшествия объединяются в одну тему;
- заимствования СМИ информационных тем друг у друга;
- продолжительного непропорционального представления преступлений определённого типа в сообщениях полиции;
- популистского использования властью темы преступности.
Возникновению волн преступности способствуют заинтересованность СМИ в драматичных новостях, интересы правоприменительных органов в обосновании их запросов на увеличение финансирования и полномочий, а также интересы власти в демонстрации силы и способности решать социальные проблемы.
Разновидностью волны преступности является конструирование силовыми ведомствами проблемы потребления наркотиков. Например, в США во 2-й половине 1980-х гг. наблюдалась значительная паника по поводу «эпидемии потребления крэка», поддерживаемая Управлением по борьбе с наркотиками. Однако распространённость курения крэка не изучалась до начала паники, а когда с середины 1980-х гг. стали проводиться ежегодные обследования, их результаты указывали на уменьшение количества потребителей. Число американцев, сообщавших о потреблении за последний месяц какого-либо запрещённого наркотического вещества, в 1980-е гг. устойчиво сокращалось (Crackin America. 1997.[2] P. 28–33). При этом вследствие определения проблемы наркотиков как серьёзной угрозы бюджет Управления по борьбе с наркотиками США с 1981 по 1992 гг. был увеличен в четыре раза (Crack in America. 1997. P. 21–23).
В России о значительном и возрастающем масштабе проблемы наркотиков, который оценивался как затрагивающий до 50 млн человек, включая родственников потребителей, заявляла Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков (упразднена в 2016). Она использовала в отношении потребления наркотических веществ метафору «цунами» и запрашивала значительное бюджетное финансирование (Ясавеев. 2016[3]).
Последствиями волны преступности могут быть моральная паника в отношении каких-либо групп, рост страха граждан перед преступностью, популистские политические действия, включая ужесточение уголовного законодательства и увеличение числа заключённых. Примером волны преступности является периодическое возрастание общественного беспокойства по поводу серийных убийств, молодёжных группировок или преступлений, совершаемых представителями этнических меньшинств.
Примечания
Литература
- Fishman M. Crime waves as ideology // Social Problems. – 1978. – Vol. 25, № 5. – P. 531–543.
- Fishman M. Manufacturing the news. – Austin : University of Texas Press, 1980.
- Социальные проблемы : конструкционистское прочтение / сост., пер. с англ. И. Г. Ясавеев. – Казань : Издательство Казанского университета, 2007.
- Jenkins P. Using murder : the social construction of serial homicide. – New York : Aldine de Gruyter, 1994. – (Social problems and social issues).
- Crack in America : demon drugs and social justice / ed. by C. Reinarman, H. G. Levine. – Berkeley : University of California Press, 1997.
- Ясавеев И. Г. Риторика контролируемого бедствия : специфика конструирования ФСКНпроблемы потребления наркотиков // Журнал исследований социальной политики. – 2016. – Т. 14, № 1. – С. 7–22.