Акант

Ака́нт, аканф (лат. acanthus, от греч. ἄκανθος), орнамент античного происхождения, повторяющий форму зубчатых листьев растений семейства акантовых (акант колючий, акант мягкий). Один из самых распространённых мотивов, постоянно использовавшихся с периода греческой классики до неоклассицизма 20 в. Листья и побеги аканта – неотъемлемые атрибуты капителей коринфского и композитного ордеров, используются также в декоре модульонов, акротериев, фризов, пилястр и других архитектурных деталей, в декоративно-прикладном искусстве, живописи и скульптуре.

Прослеживается в Древней Греции с середины 5 в. до н. э. Согласно легенде, приведённой Витрувием в трактате «10 книг об архитектуре» (2-я половина 1 в. до н. э.; Книга 4. Глава 1. 9–10), вид корзины с проросшими побегами аканта на могиле молодой коринфянки вдохновил скульптора и зодчего Каллимаха на создание капители коринфского ордера. По мнению А. Ригля, происхождение мотива аканта связано не с прямым копированием формы растения, а с постепенным развитием более древних орнаментов – пальметты и лотоса (Riegl. 1992.^[1] P. 190–214). В памятниках эпохи классики часто сочетаются мотивы аканта и пальметты. В одном из наиболее ранних примеров использования аканта – навершии стелы Джустиниани (около 460 до н. э., Старый музей, Берлин) – зубчатые листья аканта включены в мотив пальметты в качестве прицветников. В акротериях надгробных стел и храмов из куста аканта вырастают побеги, образующие разделённую на две симметричные части пальметту (акротерий Парфенона, 447–432 до н. э., Музей Акрополя, Афины). В ордерной архитектуре акант впервые применён в коринфской капители храма Аполлона в Бассах (2-я половина 5 в. до н. э.). В ней и других ранних примерах коринфских капителей (капители интерьера толоса в святилище Асклепия в Эпидавре, середина 4 в. до н. э., памятника Лисикрата в Афинах, около 335 до н. э.) завитки аканта увенчаны пальметтой (в классическом варианте коринфской капители на месте пальметты – цветок-флерон). Гигантский куст аканта служит основанием для статуй танцовщиц дельфийской Акантовой колонны (около 350–320 до н. э., Национальный археологический музей, Дельфы).

Орнамент из вьющихся побегов аканта, зародившийся ещё в период классики (серебряная амфора из кургана Чертомлык, середина 4 в. до н. э., Эрмитаж, Санкт-Петербург) широко распространился в древнеримском искусстве (декор Алтаря Мира в Риме, 13–9 до н. э.; фриз храма «Мезон Карре» в Ниме, между 19 и 16 до н. э. и около 5 н. э. и др.), в том числе в форме процветших протом фантастических животных (грифоны на фризе храма Антонина и Фаустины на Римском форуме, 141 н. э.), путти и других антропоморфных персонажей. В христианском искусстве завитки аканта трактовались как символ возрождения и вечной жизни, использовались в декоре храмов и мавзолеев (мозаики в сводах и люнете мавзолея Галлы Плацидии в Равенне, 2-я четверть 5 в.; в апсиде церкви Сан-Клементе в Риме, 1128).

В средневековой архитектуре (прежде всего на территориях, принадлежавших ранее Римской империи) листья аканта нередко стилизованы: превращены в ажурную сетку (церковь Святых Сергия и Вакха, около 527–536; собор Святой Софии, 532–537, все – в Стамбуле), закручены по спирали, как будто под действием ветра (церковь Святой Софии в г. Фессалоники, ныне Салоники, 8 в.), упрощены и населены различными персонажами (неф собора Святого Юлиана в Ле-Мане, 1060–1120) и т. д. Мотивы аканта встречаются также в арабской архитектуре (капители из дворца Мадинат-аль-Захра, Кордова).

В архитектуре Нового времени, начиная с эпохи Возрождения, доминировал античный способ изображения аканта, совмещавший натурализм и декоративность. Листья аканта стали основным мотивом ряда обоев и тканей по эскизам У. Морриса (1870–1880-е гг.).