Подпишитесь на наши новости
Вернуться к началу с статьи up
 

ЭВЕ́НКИ

  • рубрика
  • родственные статьи
  • image description

    В книжной версии

    Том 35. Москва, 2017, стр. 202

  • image description

    Скопировать библиографическую ссылку:




Авторы: В. Н. Давыдов, А. А. Сирина
Фото В. Габышева Эвенкийский охотник с верховыми вьючным оленями. Южная Якутия, 2016.

ЭВЕ́НКИ (об­щее са­мо­на­зва­ние – эвэнк, вве­де­но в 1920-х гг.; др. са­мо­на­зва­ния: у за­бай­каль­ско-амур­ских Э. – оро­чон, у ка­танг­ских и верх­не­лен­ских – илэ, у олёк­мин­ских – ма­та, у Э. Охот­ско­го по­бе­ре­жья – ки­лэн; ус­тар. – тун­гу­сы, в За­бай­ка­лье – хам­ни­га­ны, со­ло­ны, он­гко­ры, в При­аму­рье – ма­нег­ры, би­ра­ры и др.), тун­гу­со-маньч. на­род в Рос­сии и Сев.-Вост. Ки­тае. На­се­ля­ют бас­сей­ны Ени­сея, Ле­ны и Аму­ра, не­боль­шие груп­пы – на Зап.-Си­бир­ской рав­ни­не; по об­шир­но­сти ос­во­ен­ной тер­ри­то­рии пре­вос­хо­дят все си­бир­ские на­ро­ды. Чис­лен­ность в Рос­сии 37,8 тыс. чел. (2010, пе­ре­пись), из них в Даль­не­во­сточ­ном фе­де­раль­ном окр. 27 тыс. чел. (в Яку­тии 21 тыс. чел., Ха­ба­ров­ском крае 4,1 тыс. чел., Амур­ской обл. 1,5 тыс. чел., Са­ха­лин­ской обл. 0,2 тыс. чел., При­мор­ском крае 0,1 тыс. чел.), в Си­бир­ском фе­де­раль­ном окр. 10,2 тыс. чел. (в Крас­но­яр­ском крае 4,4 тыс. чел., в осн. в Эвен­кий­ском р-не, а так­же в Тай­мыр­ском Дол­га­но-Не­нец­ком р-не; в Бу­ря­тии 3 тыс. чел., За­бай­каль­ском крае 1,4 тыс. чел., Ир­кут­ской обл. 1,3 тыс. чел., Том­ской обл. 0,1 тыс. чел.). От­не­се­ны к ка­те­го­рии ко­рен­ных ма­ло­чис­лен­ных на­ро­дов Се­ве­ра, Си­би­ри и Даль­не­го Вос­то­ка. В Ки­тае на­счи­ты­ва­ют 30,9 тыс. чел. (2010, пе­ре­пись), жи­вут в осн. в окр. Ху­лун-Бу­ир на се­ве­ро-вос­то­ке ав­то­ном­но­го р-на Внутр. Мон­го­лия, а так­же в про­вин­ци­ях Хэй­лунц­зян и Ляо­нин; вклю­ча­ют груп­пы со­ло­нов (в осн. в Эвен­кий­ском авто­ном­ном хо­шу­не), собствен­но Э. («Э.-яку­ты», кит. – яку­тэ, са­мо­на­зва­ния – яко, йэ­кэ) и хам­ни­ган; от­дель­но пе­ре­писью учи­ты­ва­ют­ся Э.-оро­чо­ны (8,7 тыс. чел.). Св. 0,6 тыс. хам­ни­ган жи­вут в Мон­го­лии. От­но­сят­ся в осн. к бай­каль­ско­му ва­ри­ан­ту се­ве­ро­ази­ат­ской ра­сы, в юж. райо­нах – с при­ме­сью центр.-ази­ат. ва­ри­ан­та. В Рос­сии го­во­рят пре­им. по-рус­ски, 12,7% Э. (в Амур­ской обл. – 55,5%, в Эвен­кий­ском р-не – 53,3%) со­хра­ня­ют эвен­кий­ский язык; рас­про­стра­не­ны так­же якут­ский и бу­рят­ский, в Ки­тае – кит. яз.; хам­ни­га­ны го­во­рят в осн. на монг. яз. Ве­рую­щие Э. в России – пра­во­слав­ные (с 17 в.), в кон. 20 в. рас­про­ст­ра­нял­ся про­тес­тан­тизм.

Бо́ль­шая часть Э. («бро­дя­чие» Э.) за­ни­ма­лись охо­той и оле­не­вод­ст­вом тун­гус­ско­го ти­па с го­до­вы­ми пе­ре­ко­чёв­ка­ми на 1,5–2 тыс. км; не­боль­шие груп­пы в При­бай­ка­лье и За­бай­ка­лье, Верх­нем При­аму­рье, Мань­чжу­рии, Мон­го­лии – раз­ве­де­ни­ем ло­ша­дей, а так­же верб­лю­дов и овец («ко­че­вые» Э., мур­чен), часть – зем­ле­де­ли­ем, в рай­о­не Бай­ка­ла и на Охот­ском по­бе­ре­жье – ры­бо­лов­ст­вом и про­мыс­лом тю­ле­ня («пе­шие», или «си­дя­чие», Э.). Род­ст­вен­ные се­мьи со­став­ля­ли род (тэ­гэ – «свои», «се­мья», «род», «на­род»), во гла­ве ко­то­рого сто­ял ав­то­ри­тет­ный ста­рик (нюн­гэ) или во­ен. вождь (со­нинг), не­ред­ко – ша­ман. Со­ци­аль­ные от­но­ше­ния и от­но­ше­ния с при­ро­дой ре­гу­ли­ро­ва­лись ком­плек­сом пра­вил (иты, оде); из­вес­тен обы­чай раз­де­ла охот­ни­чьей до­бы­чи ме­ж­ду род­ст­вен­ни­ка­ми и со­се­дя­ми (ни­мат). Зи­мой ко­че­ва­ли пре­им. ма­лы­ми семья­ми (дю­ган, букв. – до­маш­ние), про­мыш­ляя пуш­ни­ну. В кон­це ап­ре­ля – се­ре­ди­не мая, пос­ле отё­ла оле­ней, се­мьи из двух-трёх взаи­мо­бра­чую­щих­ся ро­дов со­би­ра­лись для со­вме­ст­но­го лет­не­го вы­па­са оле­ней и ры­бо­лов­ст­ва. В это вре­мя уст­раи­ва­ли празд­ник (Икэ­нип­кэ, Икэ­чик – «об­нов­ле­ние жиз­ни»), к ко­то­ро­му бы­ли при­уро­че­ны яр­мар­ки, за­клю­че­ние бра­ков и т. п. Прак­ти­ко­ва­лись кросску­зен­ный брак, ле­ви­рат, вы­пла­та ка­лы­ма, ред­ко – умы­ка­ние. Для сис­те­мы тер­ми­нов род­ст­ва ха­рак­тер­но раз­де­ле­ние в ка­ж­дом по­ко­ле­нии стар­шей и млад­шей вет­вей.

Жи­ли­ще – пе­ре­нос­ной чум (дю, джю) и ста­цио­нар­ная по­ст­рой­ка го­ло­мо. Зим­няя оде­ж­да ши­лась из шкур, лет­няя – из ров­ду­ги, с 19 в. – из сук­на: рас­паш­ной каф­тан, обыч­но с по­ла­ми на за­вяз­ках, ко­рот­кие шта­ны, но­го­ви­цы, муж­ская шап­ка из шку­ры с го­ло­вы оле­ня (ме­та), жен­ская шап­ка (авун). Каф­тан ши­ли из цель­ной шку­ры, со­гну­той по бо­кам (ени­сей­ский тип, в т. ч. «тун­гус­ский фрак» с не­схо­дя­щи­ми­ся по­ла­ми, но­сив­ший­ся с на­груд­ни­ком нэл, – на ср. Ени­сее и Ан­га­ре) или че­рез пле­чи, со шва­ми на гру­ди и вшив­ны­ми клинь­я­ми сзади (вост.-си­бир­ский тип – ме­ж­ду пра­во­бе­режь­ем Ени­сея и Ле­ной, а так­же у охот­ских и амур­ских Э.; см. илл. к раз­де­лу На­ро­ды и язы­ки в то­ме «Рос­сия»). Ны­не из тра­диц. ко­стю­ма со­хра­ня­ет­ся охот­ни­чья рас­паш­ная курт­ка с от­рез­ной спин­кой и за­вяз­ка­ми на гру­ди (пар­ка), ме­хо­вая и ров­дуж­ная обувь. Оде­ж­ду ук­ра­ша­ли ров­дуж­ной ба­хро­мой, вы­шив­кой под­шей­ным во­ло­сом оле­ня и би­се­ром. До 20 в. бы­ла из­вест­на та­туи­ров­ка у жен­щин. Раз­ви­ты так­же ап­пли­ка­ция и рос­пись ох­рой по ров­ду­ге (напр., ри­ту­аль­ные ков­ри­ки – «ду­ше­хра­ни­ли­ща оле­ней» у вост. Э.), об­ра­бот­ка бе­ре­сты (вьюч­ные оле­ньи су­мы ин­мэк, жен­ские ко­роб­ки му­ру­чун, ко­лы­бе­ли ом­ка, лод­ки дяв) и др.

Со­хра­ня­ют­ся ани­мизм, куль­ты ду­хов-хо­зя­ев, вер­хов­но­го не­бес­но­го бо­же­ст­ва (Бу­га), доб­ро­го ду­ха Сэ­вэ­ки/Хэ­вэ­ки, ду­хов ог­ня, во­ды, вет­ра и др. Кос­ти уби­то­го мед­ве­дя хо­ро­ни­ли на спец. по­мос­те (дэл­кэн). Бы­ли рас­про­ст­ра­не­ны пред­став­ле­ния о вре­до­нос­ных ду­хах (аба­хы, аба­сы). Умер­ших хо­ро­ни­ли гл. обр. на по­мос­тах (аран­гас), уст­ро­ен­ных ме­ж­ду дву­мя ли­ст­вен­ни­ца­ми, у мо­ги­лы раз­во­ди­ли кос­тёр. Был раз­вит ша­ма­низм; ша­ман обыч­но вла­дел куз­неч­ным мас­тер­ст­вом.

Фольк­лор вклю­чает ми­фы, сказ­ки, ге­ро­ич. ска­за­ния (нимн­га­кан), рас­ска­зы о слу­ча­ях на охо­те (ул­гур), ис­то­ри­ко-бы­то­вые пре­да­ния и др. Все во­каль­ные жан­ры обо­зна­ча­ют­ся сло­вом «икэн», вклю­ча­ют в т. ч. пес­ни-им­про­ви­за­ции для пля­сок, пес­ни с ус­то­яв­ши­ми­ся тек­ста­ми, пе­ре­вод­ные (дав­ла­вун), ша­ман­ские (эри­вун) пес­ни. Ре­чи­та­тив­ные гим­нич. жан­ры (бла­го­по­же­ла­ния, вос­хва­ле­ния, за­кли­на­ния), ино­гда – как часть об­ря­да (в т. ч. ша­ман­ско­го). Ге­ро­ич. ска­зания со­че­та­ли пе­ние и обыч­ную речь. Ме­ло­ди­ка ли­рич. пе­сен – ро­до­вые, се­мей­ные и лич­ные на­пе­вы. Со­хра­ня­ет­ся ша­ман­ская му­зы­ка. В чис­ле муз. ин­ст­ру­мен­тов: ша­ман­ские буб­ны (ти­по­вой эвен­кий­ский унг­ту­вун и др.), пла­стин­ча­тый вар­ган, гу­дел­ка, му­зы­каль­ный лук.

Св. 10 тыс. чел. жи­вут в го­ро­дах; в сель­ской ме­ст­но­сти боль­шин­ст­во Э. под­дер­жи­ва­ют тра­диц. об­раз жиз­ни.

Лит.: Ва­си­ле­вич Г. М. Эвен­ки. Ис­то­ри­ко-эт­но­гра­фи­че­ские очер­ки (XVIII – на­ча­ло XX в.). Л., 1969; Кар­лов В. В. Эвен­ки в XVII – на­ча­ле XX в. Хо­зяй­ст­во и со­ци­аль­ная струк­ту­ра. М., 1982; Ма­зин А. И. Тра­ди­ци­он­ные ве­ро­ва­ния и об­ря­ды эвен­ков-оро­чо­нов. (Ко­нец XIX – на­ча­ло XX в.). Но­во­сиб., 1984; Ту­го­лу­ков В. А. Тун­гу­сы (эвен­ки и эве­ны) Сред­ней и За­пад­ной Си­би­ри. М., 1985; Дья­чен­ко В. И., Ер­мо­ло­ва Н. В. Эвен­ки и яку­ты юга Даль­не­го Вос­то­ка XVII–XX вв. М.; СПб., 1994; Айзенштадт А. М. Песенная культура эвенков. Красноярск, 1995; Шу­бин А. С. Эвен­ки. Улан-Удэ, 2007; Си­ри­на А. А. Эвен­ки и эве­ны в со­вре­мен­ном ми­ре. М., 2012; Ши­ро­ко­го­ров С.М. Со­ци­аль­ная ор­га­ни­за­ция се­вер­ных тун­гу­сов. М., 2017.

Вернуться к началу