Подпишитесь на наши новости
Вернуться к началу с статьи up
 

ДИАЛЕ́КТИКА

  • рубрика

    Рубрика: Философия

  • родственные статьи
  • image description

    В книжной версии

    Том 8. Москва, 2007, стр. 709

  • image description

    Скопировать библиографическую ссылку:




Авторы: А. Н. Круглов

ДИАЛЕ́КТИКА [греч. διαλεϰτιϰήέχνη) – ис­кус­ст­во вес­ти бе­се­ду или спор], од­но из ос­но­во­по­ла­гаю­щих фи­лос. по­ня­тий, смысл ко­то­ро­го су­ще­ст­вен­но ме­нял­ся на про­тя­же­нии ис­то­рии и в раз­ное вре­мя оз­на­чал ис­кус­ст­во ве­де­ния бе­се­ды или спо­ра, ис­кус­ст­во убе­ди­тель­но­го пус­то­сло­вия, спо­соб по­ис­ка ис­ти­ны, ме­тод фи­лос. по­зна­ния, ло­гич. дви­же­ние по­ня­тий, фи­лос. уче­ние о един­ст­ве и про­ти­во­ре­чи­во­сти бы­тия и т. д.

Диалектика в античности

Ро­до­на­чаль­ни­ком Д. счи­та­ли Пар­ме­ни­да («ска­ла Пар­ме­ни­да», Гу­го Сен-Вик­тор­ский), Зе­но­на Элей­ско­го (Ари­сто­тель), Ге­рак­ли­та (по­сле­до­ва­те­ли Г. В. Ф. Ге­ге­ля). Не­га­тив­ное зна­че­ние Д. как ис­кус­ст­ва при по­мо­щи лож­ных до­ка­за­тельств и со­физ­мов вы­да­вать за ис­ти­ну мни­мое при­пи­сы­ва­ли со­фис­там. Пер­вое упот­реб­ле­ние тер­ми­на «Д.» в уст­ной фор­ме от­но­сят к Со­кра­ту, а в пись­мен­ной – к Пла­то­ну.

Диа­лек­ти­ка Со­кра­та на­прав­ле­на на про­яс­не­ние и оп­ре­де­ле­ние по­ня­тий и тес­но свя­за­на с иро­ни­ей (при­твор­ст­вом) и май­ев­ти­кой («по­ви­валь­ным ис­кус­ст­вом» мыс­ли и ис­ти­ны). Пер­вая раз­вёр­ну­тая трак­тов­ка Д. да­на Пла­то­ном, для ко­то­ро­го Д. как «цар­ское ис­кус­ст­во» яв­ля­ет­ся уме­ни­ем «ста­вить во­про­сы и да­вать от­ве­ты» (Собр. соч. М., 1990. Т. 1. С. 182, 622). Пла­тон про­ти­во­пос­та­вил Д. как спо­соб бе­се­ды или рас­су­ж­де­ния, на­прав­лен­но­го на по­иск объ­ек­тив­ной ис­ти­ны, эри­сти­ке – как ме­то­ду спо­ра, имею­ще­му де­ло с субъ­ек­тив­ной пра­во­той. Д. Пла­то­на со­сто­ит как в раз­ли­че­нии, так и в обоб­ще­нии: в раз­ли­че­нии все­го по ро­дам и в «при­род­ной спо­соб­но­сти ох­ва­ты­вать взгля­дом еди­ное и мно­же­ст­вен­ное» (Там же. М., 1993. Т. 2. С. 176). Спо­соб­ность к Д. тес­но свя­за­на с по­зна­ни­ем под­лин­но­го и веч­но то­ж­де­ст­вен­но­го по сво­ей при­ро­де бы­тия: ми­нуя ощу­ще­ния, Д. при по­мо­щи од­но­го лишь ра­зу­ма уст­рем­ля­ет­ся к сущ­но­сти лю­бо­го пред­ме­та вплоть до по­сти­же­ния сущ­но­сти бла­га – вер­ши­не умо­по­сти­гае­мо­го.

Раз­ви­вае­мое Ари­сто­те­лем по­ня­тие Д. весь­ма мно­го­знач­но: Д. «про­кла­ды­ва­ет путь к на­ча­лам всех уче­ний» (Соч. М., 1978. Т. 2. С. 351), яв­ля­ет­ся «ис­кус­ст­вом ста­вить на­во­дя­щие во­про­сы» (Там же. С. 556), трак­ту­ет еди­ное и мно­гое, де­лая из мно­го­го од­но (вы­дви­же­ние по­сы­лок) и из од­но­го мно­гое (вы­дви­же­ние воз­ра­же­ний), про­ти­во­сто­ит со­фис­ти­ке (мни­мой муд­ро­сти), эри­сти­ке, имею­щей це­лью спор ра­ди спо­ра или мни­мой по­бе­ды, фи­ло­со­фии, изу­чаю­щей са­мо су­щее как та­ко­вое, а не при­вхо­дя­щие свой­ст­ва ве­щи. Вклю­чая в се­бя ис­кус­ст­во ис­пы­ты­ва­ния, Д. сход­на с ри­то­ри­кой, ибо обе за­ни­ма­ют­ся вы­во­да­ми из про­ти­во­ре­чи­вых по­сы­лок и име­ют де­ло с про­ти­во­по­лож­но­стя­ми. В «Ана­ли­ти­ке» Д. пред­ста­ёт уче­ни­ем о прав­до­по­доб­ном или ве­ро­ят­ном. В от­ли­чие от до­ка­зы­ваю­щих сил­ло­гиз­мов, ис­хо­дя­щих из ис­тин­ных по­ло­же­ний, диа­лек­тич. сил­ло­гиз­мы ис­хо­дят лишь из прав­до­по­доб­ных по­сы­лок, ос­но­ван­ных на мне­нии или на том, что ка­жет­ся пра­виль­ным. В то же вре­мя к диа­лек­тич. до­во­дам Ари­сто­тель от­но­сил не толь­ко сил­ло­гиз­мы (де­дук­цию), но и на­ве­де­ние (ин­дук­цию). В «То­пи­ке» Д. по­ни­ма­лась Ари­сто­те­лем в ка­че­ст­ве не­ко­ей из­на­чаль­ной час­ти ло­ги­ки – спо­со­ба, «при по­мо­щи ко­то­ро­го мы в со­стоя­нии бу­дем из прав­до­по­доб­но­го де­лать за­клю­че­ния о вся­кой пред­по­ла­гае­мой про­бле­ме и не впа­дать в про­ти­во­ре­чие, ко­гда са­ми от­стаи­ва­ем ка­кое-ни­будь по­ло­же­ние» (Там же. С. 349). Вслед­ст­вие этой дву­смыс­лен­но­сти пред­став­ле­ния о Д. у Ари­сто­те­ля в ср.-век. схо­ла­сти­ке воз­ник­ли спо­ры об от­но­ше­нии Д. к ана­ли­ти­ке, о том, ох­ва­ты­ва­ет ли Д. всю ло­ги­ку и как сле­ду­ет по­ни­мать её ве­ро­ят­ность или прав­до­по­доб­ность. Во всех по­сле­дую­щих ин­тер­пре­та­ци­ях Д. так или ина­че про­смат­ри­ва­ют­ся ари­сто­те­лев­ские или пла­то­нов­ские чер­ты.

Д. стои­ков – уче­ние о пра­виль­ном спо­ре при по­мо­щи рас­су­ж­де­ний во­прос­но-­от­вет­но­го ти­па, «нау­ка о том, что есть ис­ти­на, что ложь, а что – ни то ни дру­гое», «нау­ка об обо­зна­че­ни­ях и обо­зна­чае­мом» (Дио­ген Ла­эр­тий. О жиз­ни, уче­ни­ях и из­ре­че­ни­ях зна­ме­ни­тых фи­ло­со­фов. М., 1986. С. 266), доб­ро­де­тель, не­об­хо­ди­мая вся­ко­му муд­ре­цу. Сла­ва в ис­кус­ст­ве Д. та­ких стои­ков, как Хри­сипп, бы­ла та­ко­ва, что мно­гим ка­за­лось: «ес­ли бы бо­ги за­ни­ма­лись диа­лек­ти­кой, они бы за­ни­ма­лись диа­лек­ти­кой по Хри­сип­пу» (Там же. С. 300). У не­ко­то­рых стои­ков (Марк Ав­ре­лий) Д. ото­жде­ст­в­ля­лась с ло­ги­кой, од­на­ко ча­ще она всё же по­ни­ма­ет­ся как её часть на­ря­ду с ри­то­ри­кой и нау­кой об оп­ре­де­ле­ни­ях и ка­но­нах. В этом слу­чае Д. рас­па­да­лась на об­ласть оз­на­чае­мо­го, вклю­чаю­щую раз­де­лы о пред­став­ле­ни­ях, су­ж­де­ни­ях, рас­су­ж­де­ни­ях и т. п., и об­ласть зву­ка, вклю­чаю­щую раз­де­лы о час­тях ре­чи, не­пра­виль­ных обо­ро­тах, со­физ­мах и т. д.

Эпи­кур и его по­сле­до­ва­те­ли от­вер­га­ли Д., за­ме­няя её ка­но­ном и на­зы­вая диа­лек­ти­ков «вре­ди­те­ля­ми». С ни­ми по­ле­ми­зи­ро­вал Ци­це­рон, ви­дев­ший в Д. ис­кус­ст­во су­ж­де­ния в от­ли­чие от то­пи­ки, или ис­кус­ст­ва на­хо­ж­де­ния.

Диалектика в средние века

Со­глас­но Ав­гу­сти­ну, Д. «учит учить; она же учит учить­ся: в ней об­на­ру­жи­ва­ет се­бя ра­зум и по­ка­зы­ва­ет, что он та­кое, че­го хо­чет, что мо­жет. Она зна­ет знать; она од­на не толь­ко хо­чет, но и мо­жет де­лать знаю­щи­ми» (Тво­ре­ния бла­жен­но­го Ав­гу­сти­на, епи­ско­па Ип­по­ний­ско­го. К., 1879. Ч. 2. С. 210). Раз­де­ляя ри­то­ри­ку и Д., Ав­гу­стин ут­вер­ждал по­лез­ность Д. для по­ни­ма­ния Свя­щен­но­го Пи­са­ния. Имен­но на Ав­гу­сти­на ссы­лал­ся Абе­ляр в по­ле­ми­ке про­тив т. н. ан­ти­диа­лек­ти­ков (Пётр Да­миа­ни и др.), до­ка­зы­вая не­об­хо­ди­мость Д. для бо­го­сло­вия, ибо она обес­пе­чи­ва­ет ис­тин­ность до­во­дов и ра­зо­бла­ча­ет лжи­вость со­фис­тич. до­ка­за­тельств, по­зво­ляя тем са­мым оп­ро­вер­гать «на­пад­ки ере­ти­ков».

В сред­ние ве­ка Д. проч­но вхо­ди­ла в со­став се­ми сво­бод­ных ис­кусств, ко­то­рые де­ли­лись на три­ви­ум (грам­ма­ти­ка, Д. и ри­то­ри­ка) и квад­ри­ви­ум (ариф­ме­ти­ка, му­зы­ка, гео­мет­рия, ас­тро­но­мия). Гу­го Сен-Вик­тор­ский раз­ли­чал Д. и ло­ги­ку; ес­ли грам­ма­ти­ка яв­ля­ет­ся ис­кус­ст­вом пра­виль­ной ре­чи, а ри­то­ри­ка – ис­кус­ст­вом убе­ж­де­ния, то Д. – это ис­кус­ст­во спо­ра, от­де­ляю­ще­го ис­ти­ну от лжи. Ибн Рушд раз­де­лял ри­то­ри­ку, Д. и апо­дейк­ти­ку, при­чём Д. со­от­но­си­лась у не­го с ари­сто­те­лев­ски­ми прав­до­по­доб­ны­ми сил­ло­гиз­ма­ми, а апо­дейк­ти­ка – с до­ка­за­тель­ны­ми. Оп­по­зи­ция Д. в схо­ла­сти­ке су­ще­ст­во­ва­ла и в бо­лее позд­ний пе­ри­од. Для П. де ла Ра­ме и его сто­рон­ни­ков Д. ока­зы­ва­лась все­го лишь ис­кус­ст­вом дис­пу­та (ср.: Büt­ner W. Di­alectica Deutsch. Das ist Dis­pu­tier­kunst. Eisleben, 1574).

В позд­ний пе­ри­од схо­ла­сти­ки Д. преим. упот­реб­ля­лась как си­но­ним ло­ги­ки. Ото­жде­ст­в­ле­ние Д. и ло­ги­ки со­хра­ня­ет­ся вплоть до 18 в.

Диалектика в Новое время

бы­ла под­верг­ну­та мас­сив­ной кри­ти­ке па­рал­лель­но с кри­ти­кой тра­диц. фор­маль­ной ло­ги­ки и ари­сто­те­лиз­ма. Ф. Бэ­кон, по­ни­мая под Д. ари­сто­те­лев­скую ло­ги­ку как не­кий вид «ат­ле­ти­ки», ут­вер­ждал, что она «со­дей­ст­во­ва­ла ско­рее уко­ре­не­нию и как бы за­кре­п­ле­нию оши­бок, чем рас­чи­ст­ке пу­ти для ис­ти­ны» (Соч. М., 1977. Т. 1. С. 64): её по­рок со­сто­ит в пре­неб­ре­же­нии опы­том и в том, что она не ве­дёт к от­кры­тию ис­ти­ны. Свои на­де­ж­ды Бэ­кон свя­зы­вал с раз­ви­ти­ем ин­дук­ции, од­на­ко и ос­та­вав­ший­ся на по­зи­ци­ях де­дук­ции Р. Де­карт тем не ме­нее про­дол­жил кри­ти­ку «уз диа­лек­ти­ки», по­сколь­ку «ис­ти­на час­то ус­коль­за­ет из этих уз, а те, кто ими поль­зу­ет­ся, са­ми ока­зы­ва­ют­ся за­пу­тан­ны­ми в них» (Соч. М., 1989. Т. 1. С. 110–111). Д. ну­ж­да­ет­ся для сво­их умо­зак­лю­че­ний в по­сыл­ках, ко­то­рые она са­ма не мо­жет дос­та­вить, так что на сме­ну Д. как школь­ной ло­ги­ке долж­на прий­ти но­вая ло­ги­ка, ко­то­рая «учит над­ле­жа­ще­му управ­ле­нию ра­зу­мом для при­об­ре­те­ния по­зна­ния ещё не из­вест­ных нам ис­тин» (Там же. С. 308–309).

По­сте­пен­но воз­ни­ка­ет двух­ча­ст­ное де­ле­ние ло­ги­ки на ана­ли­ти­ку, об­ла­даю­щую до­ка­зат. си­лой, и на Д., имею­щую де­ло с ве­ро­ят­ным (Schmidt J. A. Logica positiva sive dialectica et analytica. Jena, 1687; Darjes J. G. Introductio in artem inveniendi seu logicam theo­re­ti­co-­prac­ticam, qua analytica atque dialectica. Jena, 1742). Под влия­ни­ем этой тра­ди­ции но­вая ин­тер­пре­та­ция Д. бы­ла да­на И. Кан­том. Кант вы­дви­нул идею но­вой нау­ки – транс­цен­ден­таль­ной ло­ги­ки, ко­то­рая в от­ли­чие от тра­диц. фор­маль­ной ло­ги­ки оп­ре­де­ля­ет про­ис­хо­ж­де­ние, объ­ём и объ­ек­тив­ную зна­чи­мость не­эм­пи­ри­че­ских, или ап­ри­ор­ных, зна­ний. Транс­цен­ден­таль­ная ло­ги­ка рас­па­да­ет­ся на ана­ли­ти­ку – «ло­ги­ку ис­ти­ны» и Д. – «ло­ги­ку ви­ди­мо­сти» (Кри­ти­ка чис­то­го ра­зу­ма. М., 1994. С. 120). При этом Кант по­ры­ва­ет с ари­сто­те­лев­ской тра­ди­ци­ей по­ни­ма­ния Д. как «уче­ния о ве­ро­ят­но­сти». Хо­тя транс­цен­ден­таль­ная Д. спо­соб­на вскрыть ви­ди­мость транс­цен­дент­ных, т. е. вы­хо­дя­щих за гра­ни­цы опы­та, су­ж­де­ний, од­на­ко она не спо­соб­на пол­но­стью ис­ко­ре­нить её, ибо по­доб­ная ви­ди­мость ока­зы­ва­ет­ся не­из­беж­ной и ес­те­ст­вен­ной для че­ло­ве­ка ил­лю­зи­ей. Наи­боль­шее влия­ние на даль­ней­шее раз­ви­тие Д. ока­за­ло кан­тов­ское уче­ние об ан­ти­но­ми­ях, т. е. про­ти­во­ре­чи­ях за­ко­нов чис­то­го ра­зу­ма. Фор­му­ли­руя о ми­ре че­ты­ре па­ры про­ти­во­ре­ча­щих друг дру­гу те­зи­сов и ан­ти­те­зи­сов, Кант с рав­ным ус­пе­хом до­ка­зы­вал как пер­вые, так и вто­рые. Вы­ход из соз­дав­ше­го­ся по­ло­же­ния он ус­мат­ри­вал в том, что, по­сколь­ку мир яв­ля­ет­ся транс­цен­ден­таль­ной иде­ей, а не ве­щью са­мой по се­бе, то в пер­вых двух ан­ти­но­мич­ных па­рах од­но­вре­мен­но лож­ны как те­зис, так и ан­ти­те­зис, то­гда как в двух по­след­них и те­зис, и ан­ти­те­зис мо­гут быть од­но­вре­мен­но ис­тин­ны­ми со­от­вет­ст­вен­но для ве­щей са­мих по се­бе или для яв­ле­ний. На­ря­ду с уче­ни­ем об ан­ти­но­ми­ях и иде­ей транс­цен­ден­таль­ной ло­ги­ки, ко­то­рую не­ко­то­рые ин­тер­пре­та­то­ры не­оп­рав­дан­но счи­та­ли не­ким про­об­ра­зом диа­лек­тич. ло­ги­ки, боль­шой ре­зо­нанс для даль­ней­ше­го раз­ви­тия Д. име­ло так­же кан­тов­ское уче­ние о трёх­со­став­но­сти ка­ж­дой из его че­ты­рёх групп (клас­сов) ка­те­го­рий, при­чём «тре­тья ка­те­го­рия воз­ни­ка­ет все­гда из со­еди­не­ния вто­рой и пер­вой ка­те­го­рии то­го же клас­са» (Там же. С. 89) при по­мо­щи осо­бо­го ак­та рас­суд­ка.

Хо­тя И. Г. Фих­те прак­ти­че­ски не поль­зо­вал­ся тер­ми­ном «Д.», на­зы­вая свой ме­тод «син­те­ти­че­ским», тем не ме­нее этот ме­тод его нау­ко­уче­ния, при ко­то­ром про­ти­во­ре­чие, воз­ни­каю­щее в ос­но­во­по­ло­же­нии, раз­ре­ша­ет­ся в но­вом ос­но­во­по­ло­же­нии, в даль­ней­шем по­лу­чил на­зва­ние ан­ти­те­ти­че­ской Д. Для Фих­те ан­ти­те­тич. при­ём в срав­ни­вае­мых пред­ме­тах ищет при­знак, в ко­то­ром они про­ти­во­по­ла­га­ют­ся друг дру­гу, а син­те­тич. при­ём – при­знак, в ко­то­ром они рав­ны друг дру­гу. Об­ра­зец на­тур­фи­ло­соф­ской Д. ус­мат­ри­вал­ся и в уче­нии Ф. В. Шел­лин­га о по­ляр­но­сти при­ро­ды.

Ес­ли для Ари­сто­те­ля Д. вы­сту­па­ла как нау­ка о мыш­ле­нии, так что про­ти­во­ре­чия, о ко­то­рых он го­во­рил, бы­ли про­ти­во­ре­чия­ми мыш­ле­ния, то Ф. Шлей­ер­махер и Г. В. Ф. Ге­гель по­ры­ва­ют с этой тра­ди­ци­ей. Шлей­ер­махер ис­хо­дит из со­от­вет­ст­вия бы­тия и мыш­ле­ния: при­чин­ная связь внеш­ней дей­ст­ви­тель­но­сти со­от­вет­ст­ву­ет ло­гич. свя­зи по­ня­тий. У Ге­ге­ля, обос­но­вы­вав­ше­го сов­па­де­ние струк­ту­ры мыш­ле­ния со струк­ту­рой бы­тия, на пер­вый план в ис­тол­ко­ва­нии Д. вы­дви­га­ют­ся про­ти­во­ре­чия са­мо­го бы­тия, и Д. пред­ста­ёт «во­об­ще прин­ци­пом вся­ко­го дви­же­ния, вся­кой жиз­ни и вся­кой дея­тель­но­сти в сфе­ре дей­ст­ви­тель­но­сти» (Эн­цик­ло­пе­дия фи­ло­соф­ских на­ук. М., 1975. Т. 1. С. 206). В ка­че­ст­ве пред­ше­ст­вен­ни­ков ге­ге­лев­ской Д. ста­ли рас­смат­ри­вать­ся Ге­рак­лит из Эфе­са, не­оп­ла­то­ни­ки и др.

Д. у Ге­ге­ля «со­став­ля­ет при­ро­ду са­мо­го мыш­ле­ния», яр­ким при­ме­ром её яв­ля­ет­ся раз­вёр­ты­ва­ние по­ня­тия, дви­жу­ще­го­ся от пер­вых пус­тых и ли­шён­ных со­дер­жа­ния оп­ре­де­ле­ний к оп­ре­де­ле­ни­ям всё бо­лее со­дер­жа­тель­ным. В цен­тре ге­ге­лев­ской Д. – триа­да те­зис – ан­ти­тезис – син­тез, ох­ва­ты­ваю­щая три по­сле­до­ват. мо­мен­та раз­вёр­ты­ва­ния «ло­ги­че­ски-ре­аль­но­го» – «аб­ст­ракт­ный, или рас­су­доч­ный», «диа­лек­ти­че­ский, или от­ри­ца­тель­но-ра­зум­ный» (им­ма­нент­ное «сня­тие» од­но­сто­рон­них ко­неч­ных оп­ре­де­ле­ний рас­суд­ка и их «пе­ре­ход в свою про­ти­во­по­лож­ность»), и, на­ко­нец, «спе­ку­ля­тив­ный, или по­зи­тив­но-ра­зум­ный», в свою оче­редь сни­маю­щий это про­ти­во­пос­тав­ле­ние и удер­жи­ваю­щий оба пред­ше­ст­вую­щих мо­мен­та в их «кон­крет­ном един­ст­ве» (Там же. С. 201). Имен­но к Ге­ге­лю вос­хо­дит про­ти­во­по­став­ле­ние ме­та­фи­зи­ки и Д. как двух фи­лос. ме­то­дов, из ко­то­рых пер­вый яв­ля­ет­ся ме­ха­ни­стич­ным, не учи­ты­ваю­щим дви­же­ния и раз­ви­тия.

На­ря­ду с не­при­яти­ем ге­ге­лев­ской Д. мн. мыс­ли­те­ля­ми (А. Шо­пен­гау­эром и др.) пред­при­ни­ма­лись по­пыт­ки её транс­фор­ма­ции. Так, для Л. Фей­ер­ба­ха Д. со­сто­ит в диа­ло­ге: «Ис­тин­ная диа­лек­ти­ка не есть мо­но­лог оди­но­ко­го мыс­ли­те­ля с са­мим со­бой, это диа­лог ме­ж­ду Я и Ты» (Соч. М., 1995. Т. 1. С. 144). У С. Кьер­ке­го­ра диа­лек­тич. пе­ре­ход от од­ной «жиз­нен­ной ста­дии» к дру­гой осу­ще­ст­в­лял­ся не мыш­ле­ни­ем, как у Ге­ге­ля, а во­лей, вы­бо­ром, прыж­ком, так что Д. при­об­ре­та­ет эк­зи­стен­ци­аль­ный ха­рак­тер. К. Маркс, по­ста­вив за­да­чу ма­те­риа­ли­стич. пре­об­ра­зо­ва­ния ме­то­да Ге­ге­ля, при этом от­зы­вал­ся о его Д. как о «мо­гу­чей, веч­но дея­тель­ной дви­жу­щей си­ле мыс­ли» (Маркс К., Эн­гельс Ф. Соч. 2-е изд. М., 1970. Т. 41. С. 222). Идеи Мар­кса о ма­те­риа­ли­стич. Д. по­пы­тал­ся кон­кре­ти­зи­ро­вать Ф. Эн­гельс, по­ни­мая Д. как «нау­ку о все­об­щих за­ко­нах раз­ви­тия при­ро­ды, че­ло­ве­че­ско­го об­ще­ст­ва и мыш­ле­ния» (Там же. М., 1961. Т. 20. С. 145). Сфор­му­ли­ро­ван­ные Эн­гель­сом т. н. за­ко­ны Д., вос­хо­дя­щие к Ге­ге­лю, – един­ст­во и борь­ба про­ти­во­по­лож­но­стей, пе­ре­ход ко­ли­че­ст­вен­ных из­ме­не­ний в ка­че­ст­вен­ные, от­ри­ца­ние от­ри­ца­ния – ста­ли су­ще­ст­вен­ным эле­мен­том диа­лек­ти­че­ско­го ма­те­риа­лиз­ма – офиц. фи­ло­со­фии сов. пе­рио­да. В рам­ках диа­лек­тич. ма­те­риа­лиз­ма пред­при­ни­ма­лись без­ре­зуль­тат­ные (по при­чи­не не­ре­шён­но­сти про­бле­мы про­ти­во­ре­чия) по­пыт­ки раз­ра­бо­тать не­кую диа­лек­тич. ло­ги­ку, при­зван­ную в от­ли­чие от тра­диц. фор­маль­ной ло­ги­ки учи­ты­вать не толь­ко фор­му, но и со­дер­жа­ние мыш­ле­ния.

Раз­ви­тие Д. в зап. не­омар­ксиз­ме свя­за­но пре­ж­де все­го с франк­фурт­ской шко­лой. Па­фос «не­га­тив­ной диа­лек­ти­ки» Т. Адор­но на­прав­лен на ра­зо­бла­че­ние лож­но­го то­ж­де­ст­ва все­об­ще­го и осо­бен­но­го: от­ри­ца­ние, рас­кры­ваю­щее эту не­то­ж­де­ст­вен­ность, пе­ре­ста­ёт быть мо­мен­том пе­ре­хо­да к к.-л. син­те­зу. Тра­ди­ция С. Кьер­ке­го­ра по­лу­чи­ла про­дол­же­ние в 20 в. в диа­лек­ти­че­ской тео­ло­гии (К. Барт, Р. Бульт­ман и др.).

Д. бы­ла под­верг­ну­та кри­ти­ке К. Поп­пе­ром за дву­смыс­лен­ность и не­оп­рав­дан­ные пре­тен­зии на фун­дам. роль в по­зна­нии, аль­тер­на­тив­ную фор­маль­ной ло­ги­ке.

Ак­тив­ное ис­поль­зо­ва­ние по­ня­тия Д. в сов. пе­ри­од прак­ти­че­ски в лю­бом кон­тек­сте с це­лью оп­рав­да­ния тех или иных по­ли­тич. ре­ше­ний при­ве­ло к из­вест­ной дис­кре­ди­та­ции са­мо­го тер­ми­на, отя­го­щён­но­го в си­лу это­го не­га­тив­ны­ми кон­но­та­ция­ми в со­вре­мен­ном рос. фи­лос. язы­ке.

Лит.: Heimsoeth H. Transzendentale Dia­lek­tik. Ein Kommentar zu Kants Kritik der reinen Vernunft. B., 1966–1971. Bd 1–4; Ис­то­рия ан­тич­ной диа­лек­ти­ки. М., 1972; Ис­то­рия диа­лек­ти­ки XIV–XVIII вв. М., 1974; Ис­то­рия диа­лек­ти­ки. Не­мец­кая клас­си­че­ская фи­ло­со­фия. М., 1978; Идеа­ли­сти­че­ская диа­лек­ти­ка в ХХ сто­ле­тии. М., 1987; Фи­ло­со­фия Геге­ля: про­бле­мы диа­лек­ти­ки. М., 1987; Prantl C. von. Geschichte der Logik im Aben­d­lan­de. 8. Aufl. Bristol, 2001. Bd 1–4; Ло­сев А. Ф. Диа­лек­ти­ка ми­фа. М., 2001; Жиль­сон Э. Фи­ло­со­фия в сред­ние ве­ка. М., 2004.

Вернуться к началу