ЛА́ТВИЯ

  • рубрика

    Рубрика: География

  • родственные статьи
  • image description

    В книжной версии

    Том 17. Москва, 2010, стр. 9-39

  • image description

    Скопировать библиографическую ссылку:




Авторы: М. П. Ратанова (Общие сведения, Население, Хозяйство), А. А. Тишков (Природа: физико-географический очерк), В. И. Кулаков, С. В. Кузьминых, О. В. Вишлёв (Исторический очерк); >>

ЛА́ТВИЯ (Latvija), Лат­вий­ская Рес­пуб­ли­ка (Latvijas Republika).

Общие сведения

Л. – го­су­дар­ст­во в Вост. Ев­ро­пе. Гра­ни­чит на се­ве­ре с Эс­то­ни­ей, на вос­то­ке с Рос­си­ей, на юго-вос­то­ке с Бе­ло­рус­си­ей, на юге с Лит­вой. Омы­ва­ет­ся во­да­ми Бал­тий­ско­го м. и его Риж­ско­го зал. Пл. 64,6 тыс. км2. Нас. 2,26 млн. чел. (2009). Сто­ли­ца – Ри­га. Офиц. язык – ла­тыш­ский. Де­неж­ная еди­ни­ца – лат. Вклю­ча­ет 4 ис­то­рич. об­лас­ти (ре­гио­на): Вид­зе­ме (юж. часть быв. Ли­во­нии, Лиф­лян­дии), Зем­га­ле (Зем­га­лия, Се­ми­га­лия), Кур­зе­ме (Кур­лян­дия, Ку­ро­ния), Лат­га­ле (Лат­га­лия). Адм.-терр. де­ле­ние (с 1.7.2009): 109 краёв и 9 го­ро­дов рес­пуб­ли­кан­ско­го под­чи­не­ния.

Л. – член ООН (1991), ОБСЕ (1991), МВФ (1992), МБРР (1992), Со­ве­та го­су­дарств Бал­тий­ско­го мо­ря (1992), СЕ (1995), ВТО (1999), ЕС (2004), НАТО (2004).

Государственный строй

Л. – уни­тар­ное гос-во. Кон­сти­ту­ция при­ня­та 15.2.1922 (дей­ст­вие Кон­сти­ту­ции 1922 бы­ло при­ос­та­нов­ле­но в 1934 по­сле гос. пе­ре­во­ро­та, за­тем дей­ст­во­ва­ли кон­сти­ту­ции Латв. ССР 1940 и 1978, во­зоб­нов­ле­ние дей­ст­вия Кон­сти­ту­ции 1922 про­воз­гла­ше­но Дек­ла­ра­ци­ей от 4.5.1990). Фор­ма прав­ле­ния – пар­ла­мент­ская рес­пуб­ли­ка.

Гла­ва гос-ва – пре­зи­дент, из­би­рае­мый пар­ла­мен­том на 4 го­да (с пра­вом од­но­го пе­ре­из­бра­ния). Пре­зи­ден­том рес­пуб­ли­ки мо­жет быть из­бран гра­ж­да­нин Лат­вии (не мо­жет иметь двой­но­го гра­ж­дан­ст­ва), дос­тиг­ший 40 лет и об­ла­даю­щий всей пол­но­той прав. Пре­зи­дент пред­став­ля­ет гос-во в ме­ж­ду­нар. от­но­ше­ни­ях, на­зна­ча­ет и при­ни­ма­ет ди­пло­ма­тич. пред­ста­ви­те­лей, ру­ко­во­дит воо­руж. си­ла­ми, в слу­чае вой­ны на­зна­ча­ет вер­хов­но­го глав­но­ко­ман­дую­ще­го и др. За свою дея­тель­ность пре­зи­дент не не­сёт по­ли­тич. от­вет­ст­вен­но­сти, ко­то­рая воз­ла­га­ет­ся на пре­мьер-ми­ни­ст­ра ли­бо со­от­вет­ст­вую­ще­го ми­ни­ст­ра, кон­тра­сиг­ную­щих все ак­ты пре­зи­ден­та.

Выс­ший ор­ган за­ко­но­дат. вла­сти – од­но­па­лат­ный пар­ла­мент (сейм). Со­сто­ит из 100 де­пу­та­тов, из­би­рае­мых по про­пор­цио­наль­ной сис­те­ме (по парт. спи­скам) на 4 го­да. Со­глас­но Кон­сти­ту­ции, сейм мо­жет сме­стить пре­зи­ден­та до ис­те­че­ния сро­ка его пол­но­мо­чий и из­брать но­во­го. Пре­зи­дент впра­ве ини­ции­ро­вать рос­пуск пар­ла­мен­та и вы­не­сти эту ини­циа­ти­ву на все­на­род­ное го­ло­со­ва­ние (ес­ли бо­лее по­ло­ви­ны го­ло­сов по­да­но про­тив рос­пус­ка сей­ма, то пре­зи­дент счи­та­ет­ся сме­щён­ным и сейм из­би­ра­ет но­во­го пре­зи­ден­та на ос­тав­ший­ся срок пол­но­мо­чий сме­щён­но­го пре­зи­ден­та).

Выс­ший ор­ган ис­пол­нит. вла­сти – Ка­би­нет ми­ни­ст­ров, со­стоя­щий из пре­мьер-ми­ни­ст­ра, кан­ди­да­ту­ра ко­то­ро­го вно­сит­ся пре­зи­ден­том и ут­вер­жда­ет­ся сей­мом, а так­же ми­ни­ст­ров, ут­вер­ждае­мых сей­мом по пред­ло­же­нию гла­вы пра­ви­тель­ст­ва. Ка­ж­дый но­вый со­став ка­би­не­та дол­жен по­лу­чить во­тум до­ве­рия пар­ла­мен­та.

В Л. су­ще­ст­ву­ет мно­го­пар­тий­ная по­ли­тич. сис­те­ма. Ве­ду­щие по­ли­тич. пар­тии: Нар. пар­тия, «Но­вое вре­мя», «Лат­вий­ский путь», Цен­три­ст­ская пар­тия Кре­сть­ян­ский со­юз Лат­вии, «Оте­че­ст­ву и сво­бо­де», «За пра­ва че­ло­ве­ка в еди­ной Лат­вии» (ЗаП­ЧЕЛ).

Природа

Л. рас­по­ло­же­на в сев.-зап. час­ти Вост.-Ев­роп. рав­ни­ны. Про­тя­жён­ность бе­ре­го­вой ли­нии ок. 500 км. Бе­ре­га пре­им. низ­мен­ные с пес­ча­ны­ми пля­жа­ми и дю­на­ми, из­ре­за­ны сла­бо, глу­бо­ко в су­шу вда­ёт­ся толь­ко Риж­ский зал., от­де­лён­ный от от­кры­то­го мо­ря Кур­зем­ским (Курс­ским) п-овом и ост­ро­ва­ми Мо­он­зунд­ско­го ар­хи­пе­ла­га.

Рельеф

Совр. рель­еф Л. сфор­ми­ро­ван в про­цес­се по­след­не­го оле­де­не­ния при от­сту­па­нии лед­ни­ка. Для не­го ха­рак­тер­но че­ре­до­ва­ние пло­ских или вол­ни­стых низ­мен­но­стей и хол­ми­стых воз­вы­шен­но­стей. Вдоль по­бе­ре­жья Бал­тий­ско­го м. про­тя­ги­ва­ет­ся низ­мен­ность ши­ри­ной 2–3 км (мес­та­ми до 50 км). В зап. час­ти Л. рас­по­ло­же­на Кур­зем­ская (Курс­ская) воз­вы­шен­ность (выс. до 182 м), раз­де­лён­ная до­ли­ной р. Вен­та на Зап.-Кур­зем­скую и Вост.-Кур­зем­скую. Ха­рак­тер­ны древ­ние лед­ни­ко­вые до­ли­ны, са­мая глу­бо­кая из них за­ня­та р. Аба­ва. Центр. часть за­ни­ма­ет Вид­зем­ская воз­вы­шен­ность (выс. до 311 м, го­ра Гай­зинь­калнс – выс­шая точ­ка Л.); на вос­то­ке – Лат­галь­ская воз­вы­шен­ность (до 289 м). Для них ти­пи­чен мо­рен­но- и ка­мо­во-хол­ми­стый (см. Мо­ре­на, Ка­мы) рель­еф с глу­бо­ки­ми реч­ны­ми до­ли­на­ми и озёр­ны­ми кот­ло­ви­на­ми. Ме­ж­ду Кур­зем­ской и Вид­зем­ской воз­вы­шен­но­стя­ми рас­по­ло­же­на Сред­не­лат­вий­ская низ­мен­ность с мно­го­числ. мо­рен­ны­ми хол­ма­ми, на се­ве­ре – Сев.-Лат­вий­ская низ­мен­ность (выс. 40–60 м) с ка­ма­ми и друм­ли­на­ми, ме­ж­ду Вид­зем­ской и Лат­галь­ской воз­вы­шен­но­стя­ми про­тя­ги­ва­ет­ся Вост.-Лат­вий­ская низ­мен­ность, ср. часть ко­то­рой за­ня­та пло­ской за­бо­ло­чен­ной Лу­бан­ской ни­зи­ной.

Геологическое строение и полезные ископаемые

Teppитория Л. на­хо­дит­ся на сев.-зап. ок­раи­не Рус. пли­ты Вос­точ­но-Ев­ро­пей­ской плат­фор­мы. На за­па­де Л. вы­де­ля­ют Бал­тий­скую си­нек­ли­зу, на вос­то­ке – Лат­вий­скую сед­ло­ви­ну, на се­ве­ре – склон Бал­тий­ско­го щи­та. Фун­да­мент плат­фор­мы за­ле­га­ет на глу­би­не 400–600 м на се­ве­ре и 1800 м на юго-за­па­де; сло­жен ар­хей­ско-ран­не­про­те­ро­зой­ски­ми кри­стал­лич. слан­ца­ми, гней­са­ми, квар­ци­та­ми, ам­фи­бо­ли­та­ми, гра­ни­та­ми и анор­то­зи­та­ми. Оса­доч­ный че­хол со­сто­ит из па­лео­зой­ских, а в пре­де­лах Бал­тий­ской си­нек­ли­зы – и ме­зо­зой­ских тер­ри­ген­ных и гли­ни­сто-кар­бо­нат­ных толщ. Кем­брий­ская тер­ри­ген­ная фор­ма­ция пе­ре­кры­та ор­до­вик­ско-си­лу­рий­ски­ми гли­ни­сто-кар­бо­нат­ны­ми и де­вон­ски­ми тер­ри­ген­ны­ми (гли­ны, квар­це­вые пес­ки) от­ло­же­ния­ми. Ши­ро­ко рас­про­стра­нён­ная верх­не­де­вон­ская тер­ри­ген­но-кар­бо­нат­ная гип­со­со­ле­нос­ная фор­ма­ция на б. ч. тер­ри­то­рии пе­ре­кры­та по­кро­вом рых­лых чет­вер­тич­ных от­ло­же­ний. Ка­мен­но­уголь­ные и перм­ские кар­бо­нат­ные от­ло­же­ния (из­вест­ня­ки) за­ле­га­ют в юго-зап. час­ти стра­ны, где так­же раз­ви­ты триа­со­вые и юр­ские, пре­им. пес­ча­но-гли­ни­стые, осад­ки. Чет­вер­тич­ные от­ло­же­ния пред­став­ле­ны лед­ни­ко­вы­ми ва­лун­ны­ми суг­лин­ка­ми, вод­но-лед­ни­ко­вы­ми пес­ка­ми, пес­ча­но-гра­вий­ны­ми от­ло­же­ния­ми и гли­на­ми. B го­ло­це­не про­ис­хо­ди­ло ин­тен­сив­ное тор­фо­об­ра­зо­ва­ние и пре­сно­вод­ное кар­бо­на­то­на­ко­п­ле­ние.

В Л. мно­го­чис­лен­ны ме­сто­ро­ж­де­ния тор­фа, име­ют­ся ме­сто­ро­ж­де­ния гип­са (в ок­ре­ст­но­стях го­ро­дов Ри­га и Бау­ска), строи­тель­но­го до­ло­ми­та (в центр. и вост. час­тях стра­ны), из­вест­ня­ков (на юго-за­па­де, близ го­ро­дов Сал­дус и Ау­це), сте­коль­ных и фор­мо­воч­ных пес­ков (на се­ве­ре). По­все­ме­ст­но рас­про­стра­не­ны мес­то­ро­ж­де­ния глин и пес­ча­но-гра­вий­но­го ма­те­риа­ла. Так­же из­вест­ны ме­сто­ро­ж­де­ния ян­та­ря, ле­чеб­ных гря­зей, ми­нер. вод.

Климат

Л. рас­по­ло­же­на на тер­ри­то­рии с уме­рен­ным, пе­ре­ход­ным от мор­ско­го к кон­ти­нен­таль­но­му кли­ма­том. Пре­об­ла­да­ют зап. вет­ры. Ср. темп-ра ию­ля 16–18 °C, ян­ва­ря от –2 °C на по­бе­ре­жье Бал­тий­ско­го м. до –7 °C в вост. час­ти. Осад­ков 500–800 мм в год, 70% вы­па­да­ет в тё­п­лый пе­ри­од. Са­мый сол­неч­ный и су­хой ме­сяц – май. Ха­рак­терна боль­шая об­лач­ность (150–180 пас­мур­ных дней в го­ду).

Внутренние воды

Л. име­ет раз­ви­тую реч­ную сеть (777 рек дли­ной св. 10 км, об­щая про­тя­жён­ность 38 тыс. км). Все ре­ки от­но­сят­ся к бас­сей­ну Бал­тий­ско­го мо­ря. Круп­ней­шие из них – Дау­га­ва, Лие­лу­пе, Вен­та, Га­уя. Для всех рек ха­рак­тер­но ве­сен­нее по­ло­во­дье. Не­ред­ки па­вод­ки, ле­том вслед­ст­вие до­ж­дей, зи­мой – от­те­пе­лей. Ле­до­вый по­кров в зап. рай­онах дер­жит­ся 2–2,5 мес, в вос­точ­ных 3–3,5 мес, час­то не­ус­той­чив. Озёра – гл. обр. лед­ни­ко­во­го про­ис­хо­ж­де­ния, наи­бо­лее круп­ные – Лу­ба­нас, Раз­нас, Бурт­ние­ку, Ус­мас, Лие­па­яс.

Еже­год­но во­зоб­нов­ляе­мые вод­ные ре­сур­сы со­став­ля­ют 49,9 км3, во­до­обес­пе­чен­ность – 14,5 тыс. м3/чел. в год. Для хо­зяйств. нужд еже­год­но ис­поль­зу­ет­ся 0,8–0,9% имею­щих­ся вод­ных ре­сур­сов, из них в с. х-ве – 13%, на ком­му­наль­но-бы­то­вое во­до­снаб­же­ние – 55%, в пром-сти – 32%.

Почвы, растительный и животный мир

Поч­вы гл. обр. дер­но­во-под­зо­ли­стые, ши­ро­ко рас­про­стра­не­ны дер­но­во-кар­бо­нат­ные и дер­но­во-гле­евые поч­вы, к по­ни­же­ни­ям ре­лье­фа при­уро­че­ны бо­лот­ные поч­вы. Зна­чит. часть почв окуль­ту­ре­на. Ок. 70% с.-х. зе­мель пе­ре­ув­лаж­не­но.

Тер­ри­то­рия Л. рас­по­ло­же­на в под­зо­не хвой­но-ши­ро­ко­ли­ст­вен­ных ле­сов. Ле­са за­ни­ма­ют 38% тер­ри­то­рии; 67% – хвой­ные (со­сна, ель), 33% – ли­ст­вен­ные (бе­рё­за, оси­на, чёр­ная оль­ха, се­рая оль­ха). Наи­бо­лее круп­ные лес­ные мас­си­вы рас­по­ло­же­ны на Кур­зем­ском п-ове, по бе­ре­гам Дау­га­вы и на се­ве­ро-вос­то­ке стра­ны. Лу­га, б. ч. су­хо­доль­ные, за­ни­ма­ют 7,5%, бо­ло­та – 4,8% тер­ри­то­рии. Наи­бо­лее за­бо­ло­че­на вост. часть Л., мно­го бо­лот в рай­оне оз. Лу­ба­нас и по ниж­не­му те­че­нию р. Ай­ви­ек­сте (пра­вый при­ток Дау­га­вы). Фло­ра Л. вклю­ча­ет ок. 1600 ви­дов со­су­ди­стых рас­те­ний.

В со­ста­ве фау­ны 60 ви­дов мле­ко­пи­таю­щих – ев­ро­пей­ский олень, лось, ко­су­ля, ка­бан, ли­са, бел­ка, за­яц (ру­сак и бе­ляк), бобр, ку­ни­ца, бар­сук, рысь, бу­рый мед­ведь, ено­то­вид­ная со­ба­ка и др. На ма­лых ре­ках Л. – са­мая боль­шая в Ев­ро­пе по­пу­ля­ция выдр. В при­бреж­ные во­ды ино­гда за­хо­дят пред­ста­ви­те­ли трёх ви­дов тю­ле­ней и двух ви­дов дель­фи­нов. Наи­бо­лее час­то встре­ча­ет­ся се­рый тю­лень, вне­сён­ный в Крас­ную кни­гу Л. Из 325 ви­дов птиц – 230 гнез­дя­щих­ся; мно­го ред­ких ви­дов (ор­лан-бе­ло­хвост, ско­па, сап­сан, чёр­ный аист, фи­лин, глу­харь). Тер­ри­то­рия стра­ны ле­жит на пу­тях ми­гра­ции мн. ви­дов во­до­пла­ваю­щих и око­ло­вод­ных птиц (гу­се­об­раз­ных, ути­ных, ку­ли­ков).

В при­бреж­ных во­дах Бал­тий­ско­го м. и пре­сных во­до­ёмах оби­та­ет ок. 70 ви­дов рыб, из ко­то­рых 29 – ти­пич­ные мор. ры­бы, 14 ви­дов встре­ча­ют­ся как в со­лё­ных, так и в пре­сных во­дах, 29 ви­дов – пре­сно­вод­ные ры­бы. Гл. про­мы­сло­вые ви­ды – са­ла­ка, киль­ка, бал­тий­ская сельдь, ан­чо­ус, кам­ба­ла, бал­тий­ская трес­ка. Из про­ход­ных рыб наи­бо­лее цен­ны­ми яв­ля­ют­ся ло­сось, мор­ской сиг, угорь, су­дак, тай­мень. В ре­ках и озё­рах оби­та­ют щу­ка, плот­ва, окунь, лещ, линь, угорь, в ма­лых ре­ках во­дят­ся фо­рель и ха­ри­ус. Из­вест­но 11 ви­дов зем­но­вод­ных (три­то­ны, ля­гуш­ки, жа­бы, ред­кие – чес­ноч­ни­ца обык­но­вен­ная и крас­но­брю­хая жер­лян­ка). Из 7 ви­дов реп­ти­лий, оби­таю­щих в Л., наи­бо­лее ред­кий – бо­лот­ная че­репа­ха. В Крас­ную кни­гу стра­ны вне­сены 112 ви­дов ред­ких рас­те­ний, в т. ч. 18 ви­дов де­ревь­ев и кус­тар­ни­ков, ле­кар­ст­вен­ные и де­ко­ра­тив­ные рас­те­ния, ре­сур­сы ко­то­рых ин­тен­сив­но ис­поль­зу­ют­ся и ис­то­ща­ют­ся, а так­же 116 ви­дов ред­ких жи­вот­ных.

Эко­ло­гич. си­туа­ция в це­лом удов­ле­тво­ри­тель­ная. Это обу­слов­ле­но су­ще­ст­вен­ным сни­же­ни­ем объ­ё­мов вы­бро­сов в ат­мо­сфе­ру (на 58,2% по срав­не­нию с 1990) в свя­зи с со­кра­ще­ни­ем пром. про­из-ва, сни­же­ни­ем на­груз­ки на при­ро­ду за счёт ухуд­ше­ния де­мо­гра­фич. си­туа­ции, а так­же с со­вер­шен­ст­во­ва­ни­ем тех­но­ло­гий очи­ст­ки вы­бро­сов (напр., при ре­кон­струк­ции Риж­ских ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2). Объ­ём ат­мо­сфер­ных вы­бро­сов в эк­ви­ва­лен­те СО2 со­став­ля­ет 11 млн. т (2007). Сре­ди при­ори­тет­ных про­блем ох­ра­ны ок­ру­жаю­щей сре­ды по-преж­не­му ос­та­ют­ся ло­каль­ное за­гряз­не­ние ат­мо­сфе­ры (от то­чеч­ных ис­точ­ни­ков – ТЭС), мор. сре­ды, осо­бен­но Риж­ско­го зал., реч­но­го сто­ка, а так­же эро­зия и за­гряз­не­ние с.-х. зе­мель. Эко­ло­гич. си­туа­ция ухуд­ши­лась в ак­ва­то­ри­ях Риж­ско­го, Вент­с­пилс­ско­го и Лие­пай­ско­го пор­тов в свя­зи с рас­ши­ре­ни­ем тран­зит­ных пе­ре­во­зок и су­до­ход­ст­ва. Со­хра­ня­ет­ся от­ри­ца­тель­ное влия­ние на при­род­ную сре­ду де­ре­во­об­ра­ба­ты­ваю­щей, пи­ще­вой, фар­ма­цев­тич., хи­мич. пром-сти, строи­тель­ст­ва. Со­кра­ща­ют­ся мор. био­ре­сур­сы. В по­след­ние го­ды от­ме­ча­ет­ся улуч­ше­ние в об­лас­ти во­до­снаб­же­ния, очи­ст­ки сточ­ных вод и ути­ли­за­ции от­хо­дов. Соз­да­ёт­ся раз­витая ин­ду­ст­рия пе­ре­ра­бот­ки твёр­дых от­хо­дов. В 1990-х гг. в Л., по дан­ным ООН, от­ме­ча­лось со­кра­ще­ние ле­си­сто­сти и на­ра­щи­ва­ние объ­ё­мов вы­ру­бок. В по­след­ние го­ды на­ча­то ак­тив­ное ле­со­вос­ста­нов­ле­ние. Тен­ден­ция к улуч­ше­нию на­блю­да­ет­ся пре­ж­де все­го в ча­ст­ном сек­то­ре, в 2001 в ча­ст­ных ле­сах (50% об­щей пл. ле­сов) бы­ло вос­ста­нов­ле­но 800 га, в 2003 – 18 тыс. га.

Национальный парк Слитере. Slteres nacionālais parks

Сис­те­ма при­род­ных ох­ра­няе­мых тер­ри­то­рий Л., за­ни­маю­щих ок. 11% пл. стра­ны, вклю­ча­ет 3 нац. пар­ка (Га­уя, Ке­ме­ри, Сли­те­ре), 5 при­род­ных за­по­вед­ни­ков [Гри­ни, Кру­ст­кал­ны, Мо­риц­са­ла (ста­рей­ший, об­ра­зо­ван в 1912), Тей­чи, озе­ро Эн­гу­рес], 22 при­род­ных пар­ка, 211 за­каз­ни­ков (их­тио­ло­ги­че­ские, боб­ро­вые, охот­ни­чьи), 1 био­сфер­ный ре­зер­ват, 91 объ­ект са­до­во-пар­ко­во­го иск-ва, 6 вод­но-бо­лот­ных уго­дий ме­ж­ду­нар. зна­че­ния. Ох­ра­ня­ют­ся не­ко­то­рые уча­ст­ки древ­них реч­ных до­лин (Га­уи, Вен­ты, Аба­вы и др.).

Население

По дан­ным Центр. ста­ти­стич. бю­ро Л., на янв. 2009 ла­ты­ши со­став­ля­ют 59,3% (52,5%, по пе­ре­пи­си 1989) на­се­ле­ния, рус­ские – 27,8% (34,0%), бе­ло­ру­сы – 3,6%, ук­ра­ин­цы – 2,5%, по­ля­ки – 2,4%, ли­тов­цы – 1,3%, ев­реи – 0,4%. Рус­ско­языч­ное на­се­ле­ние пре­об­ла­да­ет в круп­ных го­ро­дах: Дау­гав­пил­се (52,8% жит.), Ре­зек­не (47,7%), Ри­ге (41,3%); его до­ля так­же вы­со­ка в со­пре­дель­ных с Рос­си­ей кра­ях (25–40%). До­ля лиц, имею­щих ста­тус «не­гра­ж­да­ни­на», 15,8%.

Ха­рак­тер­на ес­теств. убыль на­се­ле­ния (–3,1 на 1000 жит. в 2008; –0,1 на 1000 жит. в 1991) из-за со­кра­ще­ния ро­ж­дае­мо­сти (10,6 на 1000 жит. в 2008; 13,0 на 1000 жит. в 1991) и не­боль­шо­го рос­та смерт­но­сти (13,7 на 1000 жит. в 2008; 13,1 на 1000 жит. в 1991). В 1960–80-е гг. зна­чит. при­ток на­се­ле­ния из др. рес­пуб­лик СССР обес­пе­чи­вал до по­ло­ви­ны еже­год­но­го при­рос­та на­се­ле­ния Л. (саль­до ми­гра­ции 9,2 на 1000 жит. в 1960; 4,7 на 1000 жит. в 1985). С нач. 1990-х гг. ми­грац. от­ток на­се­ле­ния (3,3 на 1000 жит. в 1990; 4,2 на 1000 жит. в 1995; 2,0 на 1000 жит. в 2000), в осн. рус­скоя­зыч­но­го (все­го ок. 150 тыс. чел. за 1990–2000). В 1990–2000-е гг. сре­ди не­зна­чит. чис­ла им­ми­гран­тов пре­об­ла­да­ют эт­нич. ла­ты­ши из США, Ка­на­ды, Ав­ст­ра­лии, Шве­ции.

До­ля на­се­ле­ния до 14 лет 13,4% (2008), 65 лет и стар­ше – 16,9%. Ср. воз­раст нас. 39,9 го­да. На 100 жен­щин при­хо­дит­ся 86 муж­чин. Ср. ожи­дае­мая про­дол­жи­тель­ность жиз­ни 71,9 го­да (муж­чи­ны – 66,7, жен­щи­ны – 77,4 го­да). Ср. плот­ность нас. 35,0 чел./км2. Наи­бо­лее плот­но за­се­ле­на центр. и юж. часть Л. – об­ласть Зем­га­ле (гл. обр. Ри­га и ок­ре­ст­но­сти), наи­ме­нее – сев. и сев.-зап. ча­сти стра­ны. Гор. нас. ок. 68% (2009). Круп­ные го­ро­да (все республиканского подчинения): Ри­га (713,0 тыс. чел., 2009), Дау­гав­пилс (104,9 тыс. чел.), Лие­пая (84,7 тыс. чел.), Ел­га­ва (65,4 тыс. чел.), Юр­ма­ла (55,9 тыс. чел.), Вент­спилс (43,0 тыс. чел.), Ре­зек­не (35,5 тыс. чел.), Вал­мие­ра (27,4 тыс. чел.), Екаб­пилс (26,5 тыс. чел.). В эко­но­ми­ке за­ня­то ок. 1,12 млн. чел. (2008), из них в сфе­ре ус­луг – св. 63%, в пром-сти и строи­тель­стве – ок. 29%, в с. х-ве – 8%. Уро­вень без­ра­бо­ти­цы, по дан­ным ста­ти­стич. ор­га­нов ЕС, 19,7% (сен­тябрь 2009).

Религия

По офиц. дан­ным (2007), 22,7% нас. Л. – ка­то­ли­ки, 20,3% – про­тес­тан­ты (гл. обр. лю­те­ра­не, а так­же бап­ти­сты, ад­вен­ти­сты седь­мо­го дня и др.), бо­лее 16% – пра­во­слав­ные, в т. ч. ста­ро­об­ряд­цы. Пред­ста­ви­те­ли др. кон­фес­сий ма­ло­чис­лен­ны. Ок. 20% нас. не при­чис­ля­ют се­бя ни к од­ной ре­лиг. груп­пе. Ка­то­ли­ки пре­об­ла­да­ют на вос­то­ке Л. (об­ласть Лат­га­ле), лю­те­ра­не – на се­ве­ре и за­па­де стра­ны. Пра­во­сла­вие рас­про­стра­не­но гл. обр. сре­ди рус­скоя­зыч­но­го на­се­ле­ния в круп­ных го­ро­дах, име­ет­ся не­боль­шое чис­ло ла­тыш. пра­во­слав­ных об­щин.

Пра­во­слав­ные при­хо­ды на­хо­дят­ся в юрис­дик­ции са­мо­управ­ляе­мой (с 1990) Лат­вий­ской пра­во­слав­ной церк­ви в со­ста­ве Рус. пра­во­слав­ной церк­ви Мо­с­ков­ско­го пат­ри­ар­ха­та. Ста­рей­ший пра­во­слав­ный мо­на­стырь – в честь Со­ше­ст­вия Свя­то­го Ду­ха муж­ской мон. в г. Екаб­пилс (ос­но­ван в 17 в., уп­разд­нён в 1817, во­зоб­нов­лён в 1993). Дей­ст­ву­ют 1 ми­тро­по­лия и 3 дио­це­за Рим­ско-ка­то­лич. церк­ви. Круп­ней­шая про­тес­тант­ская орг-ция – Еван­ге­ли­че­ско-лю­те­ран­ская цер­ковь Л. (ос­но­ва­на в 1922; 1 ар­хи­дио­цез и 2 дио­це­за).

Исторический очерк

Латвийские земли в древности

Древ­ней­шие па­мят­ни­ки че­ло­ве­че­ской дея­тель­но­сти на тер­ри­то­рии Л. от­но­сят­ся к ме­зо­ли­ту (9–4-е тыс. до н. э.), в т. ч. поздне­ме­зо­ли­тич. и не­оли­тич. мо­гиль­ник Звей­ние­ки (по­гре­бе­ния в ямах, по­сы­па­ны ох­рой, че­ре­па до­ли­хо­кран­ные, в т. ч. с мон­го­ло­ид­ны­ми чер­та­ми; позд­нее ха­рак­тер­на ори­ен­ти­ров­ка на вос­ток или за­пад, ох­ра толь­ко в бо­га­тых мо­ги­лах; в позд­нем не­оли­те по­яв­ля­ют­ся скор­чен­ные по­гре­бе­ния). Ран­ний не­олит на вос­то­ке тер­ри­то­рии Л. пред­став­лен па­мят­ни­ка­ми с ке­ра­ми­кой ти­па Осас (ло­каль­ный ва­ри­ант нарв­ской куль­ту­ры), на за­па­де – ти­па Сар­на­те (в т. ч. с «рас­чё­са­ми»). Сре­ди на­хо­док на сто­ян­ке Сар­на­те – де­рев. ко­пья, лу­ки, бу­ме­ран­ги, вёс­ла, фи­гур­ки жи­вот­ных и др. В сред­нем не­о­ли­те рас­про­стра­ня­ют­ся па­мят­ни­ки ямоч­но-гре­бен­ча­той ке­ра­ми­ки куль­тур­но-ис­то­ри­че­ской общ­но­сти, ока­зав­шие влия­ние и на ме­ст­ные тра­ди­ции; ста­но­вят­ся мно­го­чис­лен­ны­ми на­ход­ки ян­та­ря.

Стоянка Вендзава. Мезолитические кремнёвые орудия (по В. Берзиньшу).

В позд­нем не­оли­те и на­ча­ле эпо­хи ран­не­го ме­тал­ла, на­ря­ду с раз­но­об­раз­но ук­ра­шен­ной «по­рис­той» ке­ра­ми­кой, от­ра­жаю­щей тра­ди­ции лес­ной зо­ны Вост. Ев­ро­пы (во­ло­сов­ская куль­ту­ра и др.), встре­ча­ет­ся шну­ро­вая ке­ра­ми­ка, что свя­за­но с экс­пан­си­ей в 3-м тыс. до н. э. групп ин­до­ев­ро­пей­цев, про­я­вив­шей­ся в фор­ми­ро­ва­нии и раз­ви­тии вост.-ла­тыш. ладь­е­вид­ных то­по­ров куль­ту­ры. В позд­нем брон­зо­вом ве­ке ис­че­за­ет тра­ди­ция из­го­тов­ле­ния шну­ро­вой ке­ра­ми­ки. На юго-вос­то­ке рас­про­стра­ня­ют­ся се­ли­ща и го­ро­ди­ща со сла­бо штри­хо­ван­ной и тол­сто­стен­ной глад­кой ке­ра­ми­кой, а на се­ве­ре и се­ве­ро-вос­то­ке – с тек­стиль­ной и штри­хо­ван­ной ке­ра­ми­кой. В это вре­мя, а так­же в ран­нем же­лез­ном ве­ке в ареа­ле штри­хо­ван­ной ке­ра­ми­ки куль­ту­ры и тек­стиль­ной ке­ра­ми­ки куль­туры по­яв­ля­ют­ся: грун­то­вые мо­гиль­ни­ки с ка­мен­ны­ми кон­ст­рук­ция­ми (в т. ч. со­хра­няю­щи­ми не­оли­тич. тра­ди­ции); кур­ган­ные мо­гиль­ни­ки близ Зап. Дви­ны (древ­ней­шие по­гре­бе­ния – тру­по­по­ло­же­ния, позд­нее – тру­по­сож­же­ния, за­тем – те и дру­гие в ка­мен­ных ящи­ках); кур­га­ны с ур­на­ми, со­дер­жа­щи­ми ос­тат­ки тру­по­сож­же­ний, на юго-за­па­де совр. Л.; ка­мен­ные ящи­ки в ка­мен­ных кур­га­нах на се­ве­ре. Па­мят­ни­ки с тек­стиль­ной ке­ра­ми­кой и сев. груп­па па­мят­ни­ков со штри­хо­ван­ной ке­ра­ми­кой со­от­но­сят­ся с при­бал­тий­ско-фин­ским на­се­ле­ни­ем; за­пад­нее и юж­нее – па­мят­ни­ки, со­от­но­си­мые с пред­ка­ми бал­тов.

Во 2–5 вв. н. э. на юго-зап. зем­лях Л. из­вест­ны кур­га­ны с тру­по­по­ло­же­ния­ми в ямах и с ко­ст­ри­ща­ми, ана­ло­гич­ные па­мят­ни­кам на за­па­де совр. Лит­вы. В юж. и центр. рай­онах – кур­га­ны с кол­лек­тив­ны­ми по­гре­бе­ния­ми, до­сы­пав­шие­ся по ме­ре со­вер­ше­ния за­хо­ро­не­ний (в т. ч. с ко­ст­ри­ща­ми), и грун­то­вые по­гре­бе­ния на тех же мо­гиль­ни­ках. Для вост. рай­онов по­ка­за­тель­ны кур­га­ны с ка­мен­ным коль­цом по пе­ри­мет­ру, со­дер­жа­щие тру­по­по­ло­же­ния. В 3–5 вв. про­сле­жи­ва­ет­ся влия­ние куль­ту­ры и, по-ви­ди­мо­му, про­ник­но­ве­ние групп зап. бал­тов (час­ти на­се­ле­ния ис­то­рич. Прус­сии), ушед­ших на се­вер под дав­ле­ни­ем герм. пле­мён. Сев. часть тер­ри­то­рии Л. вхо­ди­ла в аре­ал могильников с каменными оградка­ми куль­туры, ана­ло­гич­ных из­вест­ным на тер­ри­то­рии Эс­то­нии и со­от­но­си­мым с при­бал­тий­ско-фин­ским на­се­ле­ни­ем. На­ря­ду со ста­ры­ми ке­ра­мич. тра­ди­ция­ми, по­яв­ля­ет­ся ло­щё­ная и «об­ли­тая» (по­кры­тая сло­ем жид­кой гли­ны) ке­ра­ми­ка. Из­вест­ны кла­ды рим. мо­нет.

В 5–6 вв. «кур­ган­ные» древ­но­сти сме­ня­ют­ся грун­то­вы­ми мо­гиль­ни­ка­ми с тру­по­по­ло­же­ния­ми, в т. ч. ос­тав­лен­ны­ми на­се­ле­ни­ем с мас­сив­ным уз­ко­ли­цым че­ре­пом. Эти па­мят­ни­ки со­от­но­сят с вост. бал­та­ми, в фор­ми­ро­ва­нии ко­то­рых, ве­ро­ят­но, при­ня­ло уча­стие на­се­ле­ние с юго-вос­то­ка. Рез­кое уве­ли­че­ние чис­ла кла­дов, уси­ле­ние фор­ти­фи­ка­ции го­ро­дищ, рас­про­стра­не­ние озёр­ных «зам­ков» и др. сви­де­тель­ст­ву­ют о слож­ной во­ен. об­ста­нов­ке. К 9 в. вост. бал­ты за­ня­ли осн. часть тер­ри­то­рии Л.; за­вер­ши­лось фор­ми­ро­ва­ние лат­га­лов и зем­га­лов (убо­ры раз­ли­ча­лись ор­на­мен­та­ци­ей пле­тё­ных из шер­сти жен­ских поя­сов, бу­лав­ка­ми и др.). Юж. часть совр. Л. за­ни­ма­ла часть се­лов, сфор­ми­ро­вав­ших­ся при уча­стии фин­но-уг­ров, по­бе­ре­жье Бал­ти­ки (в рай­оне совр. г. Лие­пая) – сев. часть зап.- балт­ско­го объ­е­ди­не­ния кур­шей. На се­ве­ре про­дол­жа­ли жить фин­но-угор­ские груп­пы, в т. ч. в бас­сей­не р. Га­уя – ли­вы. Мо­гиль­ни­ки близ Гро­би­ни (сев. часть зем­ли кур­шей; ок. 650–800) сви­де­тель­ст­ву­ют о при­сут­ст­вии скан­ди­на­вов. На вост. тер­ри­то­ри­ях из­вест­ны слав. кур­га­ны.

Бронзовая и серебряная фибулы из клада, обнаруженного в 1831 в Гробине (1, 2). 7 в. (по В. Уртансу); бронзовый куршский браслет (разворот) из озера Вилкмуйжа; вероятно, жертвоприношение (3). 12–...

Ми­гра­ци­он­ные про­цес­сы, ин­тен­сив­ная тор­гов­ля (че­рез тер­ри­то­рию Л. про­хо­ди­ло сев.-зап. от­ветв­ле­ние Бал­тий­ско-Днеп­ров­ско­го пу­ти «из ва­ряг в гре­ки»; важ­ный центр – го­ро­ди­ще Да­уг­ма­ле), в т. ч. кон­так­ты со Скан­ди­на­ви­ей и Ру­сью, и др. фак­то­ры по­влия­ли на раз­ви­тие ме­ст­ных куль­тур, в т. ч. пред­став­лен­ных в кон. 1-го – нач. 2-го тыс. мо­гиль­ни­ка­ми с мно­го­числ. ин­вен­та­рём как об­ще­ре­гио­наль­ных и ло­каль­ных ти­пов, так и им­порт­ным.

Латвия в 10 – нач. 18 вв.

В 10 в. на зем­лях совр. Л. на­ча­лось ут­вер­жде­ние феод. от­но­ше­ний. Осо­бен­но бы­ст­ро оно про­ис­хо­ди­ло в вост. рай­онах (в мес­тах рас­се­ле­ния лат­га­лов) и в бас­сей­не Дау­га­вы, ис­пы­ты­вав­ших силь­ное влия­ние со­сед­них рус. кня­жеств. В зем­ле­делии рас­про­стра­ни­лось трёх­по­лье, по­яви­лись со­хи с же­лез­ны­ми сош­ни­ка­ми. Раз­ви­ва­лись куз­неч­ное, гон­чар­ное и др. ре­мёс­ла, ак­тив­но ве­лась тор­гов­ля. Цен­тра­ми ре­мес­ла и тор­гов­ли ста­ли Ме­жот­не, Тер­ве­те, Ер­си­ка, Кул­ди­га, Луд­за и др. В этот же пе­ри­од сре­ди на­се­ле­ния Л. на­ча­ло рас­про­стра­нять­ся пра­во­сла­вие, про­ник­шее из Древ­ней Ру­си. Воз­ник­ли пер­вые гос. об­ра­зо­ва­ния. В 12–13 вв. об­ра­зо­ва­лись лат­галь­ские кн-ва – Кок­не­се, Ер­си­ка (на­хо­ди­лись в за­ви­си­мо­сти от По­лоц­ка) и Та­ла­ва (за­ви­се­ла от Пско­ва).

Во 2-й пол. 12 в. в устье Дау­га­вы по­яви­лись куп­цы из Сев. Гер­ма­нии. Вслед за ни­ми с 1184 на­ча­ли при­бы­вать ка­то­лич. мис­сио­не­ры. В 1186 в Ик­шки­ле бы­ло уч­ре­ж­де­но епи­скоп­ст­во Рим­ско-ка­то­лич. церк­ви (в 1201 пе­ре­не­се­но в ос­но­ван­ную нем­ца­ми Ри­гу). В 1202 по ини­циа­ти­ве риж­ско­го еп. Аль­бер­та и с бла­госло­ве­ния па­пы Рим­ско­го Ин­но­кен­тия III был об­ра­зо­ван ме­че­нос­цев ор­ден (под­чи­нял­ся не­по­сред­ст­вен­но риж­ско­му епи­ско­пу), на­чав­ший вме­сте с при­бы­вав­ши­ми из Сев. Гер­ма­нии кре­сто­нос­ца­ми за­вое­ва­ние зе­мель в Вост. При­бал­ти­ке и кре­ще­ние ме­ст­ных на­ро­дов в ка­то­ли­че­ст­во. К кон. 1210-х гг. ими бы­ли по­ко­ре­ны вид­зем­ские ли­вы (по­сле это­го за­во­ё­ван­ные зем­ли в Вост. При­бал­ти­ке нем­цы ста­ли име­но­вать Ли­во­ния), к 1206 (окон­ча­тель­но к 1214) – лат­га­лы, к 1208 – се­лы. С санк­ции па­пы Рим­ско­го зна­чит. часть по­ко­рён­ных ме­че­нос­ца­ми зе­мель в 1207 бы­ла за­кре­п­ле­на в ка­че­ст­ве им­пер­ско­го ле­на за риж­ским епи­ско­пом, в ре­зуль­та­те че­го воз­ник­ло ду­хов­но-фео­даль­ное кн-во – Риж­ское епи­скоп­ст­во. Серь­ёз­ное со­про­тив­ле­ние нем. ко­ло­ни­за­ции ока­за­ли кур­ши и зем­га­лы. Вме­сте с ли­тов­ца­ми они уча­ст­во­ва­ли в 1236 в раз­гро­ме вой­ска ор­де­на ме­че­нос­цев при Сау­ле (ны­не Шяу­ляй). За­вое­ва­ние латв. зе­мель про­дол­жил Ли­вон­ский ор­ден, воз­ник­ший в 1237 в ре­зуль­та­те объ­е­ди­не­ния ос­тат­ков ор­де­на ме­че­нос­цев с дей­ст­во­вав­шим в Вост. При­бал­ти­ке Тев­тон­ским ор­де­ном. В 1-й пол. 1250-х гг. ему уда­лось ут­вер­дить свою власть в зем­лях кур­шей – Кур­зе­ме, по­лу­чив­ших назв. Курония, или Кур­лян­дия. Од­на­ко в бит­ве при оз. Дур­бе в 1260 кур­ши по­ки­ну­ли ор­ден­ское вой­ско, что при­ве­ло к его раз­гро­му ли­тов­ца­ми и зем­га­ла­ми. Лишь в 1267 нем­цы смог­ли окон­ча­тель­но по­да­вить со­про­тив­ле­ние кур­шей. К 1290 нем­ца­ми бы­ла по­ко­ре­на Зем­га­ле (Зем­га­лия), в ре­зуль­та­те че­го эко­но­мич. и по­ли­тич. гос­под­ство нем. фео­да­лов бы­ло ус­та­нов­ле­но на всей тер­ри­то­рии Лат­вии.

Со 2-й четв. 13 в. тер­ри­то­рия Л. вхо­ди­ла в со­став Ли­во­нии (Ли­вон­ско­го сою­за) – кон­фе­де­ра­ции ду­хов­ных кня­жеств, вклю­чав­шей: зем­ли Ли­вон­ско­го ор­де­на, Риж­ское епи­скоп­ст­во (с сер. 13 в. Риж­ское ар­хи­епи­скоп­ст­во), Кур­лянд­ское (Кур­зем­ское) епи­скоп­ст­во, Эзель­ское (Эзель-Вик­ское) епи­скоп­ст­во, Дерпт­ское (Тар­ту­ское) епи­скоп­ст­во, соз­дан­ные на тер­ри­то­ри­ях, за­воё­ван­ных кре­сто­нос­ца­ми в Вост. При­бал­ти­ке, и на­пря­мую под­чи­няв­шие­ся па­пе Рим­ско­му. Управ­ле­ние зем­ля­ми Ли­вон­ско­го ор­де­на на­хо­ди­лось в ру­ках из­би­рае­мо­го по­жиз­нен­но ма­ги­ст­ра ор­де­на, ко­то­ро­му под­чи­ня­лись ком­ту­ры и фог­ты, осу­ще­ст­в­ляв­шие власть в отд. об­лас­тях и вхо­див­шие в кон­вент – со­ве­щат. ор­ган по адм., во­ен. и по­ли­тич. де­лам. Риж­ским ар­хи­епи­скоп­ст­вом уп­рав­лял ар­хи­епи­скоп и ка­пи­тул (со­вет), со­сто­яв­ший из 12 со­бор­ных ка­но­ни­ков. Во 2-й пол. 14 в. стал со­би­рать­ся ман­таг (Manntag) – со­б­ра­ние всех вас­са­лов ар­хи­епи­скоп­ст­ва. В 15 в. сфор­ми­ро­вал­ся со­вет ар­хи­епи­скоп­ст­ва, со­сто­яв­ший из 6 чле­нов ка­пи­ту­ла и 6 вас­са­лов. Тер­ри­то­рия ар­хи­епи­скоп­ст­ва де­ли­лась на 3 час­ти: до­мен (соб­ст­вен­ность ар­хи­епи­ско­па), зем­ли ка­пи­ту­ла со­бор­ных ка­но­ни­ков и лен­ные вла­де­ния вас­са­лов. Вас­са­лы на сво­их зем­лях поль­зо­ва­лись фак­ти­че­ски не­ог­ра­нич. хо­зяйств. са­мо­стоя­тель­но­стью. В 1257 они по­лу­чи­ли от ар­хи­еп. Силь­ве­ст­ра Сто­де­ве­ше­ра при­ви­ле­гии («Ми­лость Силь­ве­ст­ра»), в ре­зуль­та­те че­го их ле­ны ста­ли на­следств. соб­ст­вен­но­стью. К нач. 15 в. на ос­но­ве вла­де­ний вас­са­лов сло­жи­лись по­ме­стья, а са­ми вас­са­лы из ры­ца­рей пре­вра­ти­лись в по­ме­щи­ков.

Важ­ным эле­мен­том со­ци­аль­ной струк­ту­ры Ли­вон­ско­го ор­де­на и Риж­ско­го ар­хи­епи­скоп­ст­ва яв­ля­лись лей­ма­ны (нем. Leih­mann – ли­цо, по­лу­чаю­щее ч.-л. во врем. поль­зо­ва­ние за пла­ту или ус­лу­ги) – мел­кие вас­са­лы, ла­ты­ши по про­ис­хо­ж­де­нию, ко­то­рые бы­ли обя­за­ны за поль­зо­ва­ние зем­лёй уча­ст­во­вать в во­ен. по­хо­дах.

В го­ро­дах ак­тив­но се­ли­лись нем. ре­мес­лен­ни­ки и куп­цы, вво­див­шие при­су­щие Гер­ма­нии фор­мы хо­зяйств. и по­ли­тич. ор­га­ни­за­ции. Са­мым зна­чит. тор­го­вым и ре­мес­лен­ным цен­тром и пор­том бы­ла Ри­га. Всту­пив в кон. 13 в. в Ган­зу, она пе­ре­ня­ла гам­бург­ское гор. пра­во (Риж­ские ста­ту­ты с не­боль­ши­ми из­ме­не­ния­ми дей­ст­во­ва­ли до 17 в.). Про­жи­вав­шие в Ри­ге ре­мес­лен­ни­ки с 14 в. объ­е­ди­ня­лись в це­хи, а мас­те­ра це­хов – в Ма­лую гиль­дию. В сер. 14 в. нем. тор­гов­цы об­ра­зо­ва­ли Боль­шую гиль­дию, мо­но­по­ли­зи­ро­вав­шую всю тор­гов­лю в Ри­ге. Управ­ле­ние го­ро­дом на­хо­ди­лось в ру­ках кон­тро­ли­ро­вав­ше­го­ся Боль­шой гиль­дией ма­ги­ст­ра­та. Сход­ным бы­ло по­ло­же­ние в др. го­ро­дах: Вен­ден (Це­сис), Голь­дин­ген (Кул­ди­га), Вин­да­ва (Вент­с­пилс), Ро­зит­тен (Ре­зек­не), Ко­кен­гау­зен (Кок­не­се), Ма­ри­ен­бург (Алукс­не) и др.

Гос­под­ство нем. фео­да­лов над сель­ским на­се­ле­ни­ем обес­пе­чи­ва­лось се­тью по­стро­ен­ных во вре­мя за­вое­ват. вой­ны зам­ков, став­ших цен­тра­ми ок­ру­гов. Ла­тыш. сель­ские по­се­ле­ния объ­е­ди­ня­лись в па­га­сты, ко­то­рые воз­глав­ля­лись ста­рос­та­ми, на­зна­чае­мы­ми нем. фео­да­ла­ми. В 14–16 вв. в свя­зи с уст­рой­ст­вом по­ме­щичь­их име­ний на­чал­ся рас­пад ла­тыш. сель­ской об­щи­ны. Ла­тыш. кре­сть­я­не ста­ли стро­ить дво­ры на ра­нее не об­ра­ба­ты­вав­ших­ся зем­лях или в ле­сах, что по­ло­жи­ло на­ча­ло ху­тор­ской (мыз­ной) сис­те­ме хо­зяй­ст­ва, ко­то­рая впо­след­ст­вии ста­ла гос­под­ствую­щей в Л. Ху­тор­ская сис­те­ма окон­ча­тель­но раз­ру­ши­ла сель­скую об­щи­ну в Л. Ок­лад­ной еди­ни­цей, ус­та­нов­лен­ной нем. фео­да­ла­ми, был гак. С кон. 15 в. на­ча­лось офор­мле­ние кре­пост­но­го пра­ва (до­ку­мен­таль­но офор­мле­но к сер. 17 в.). В 1494 ме­ж­ду риж­ским ар­хи­епи­ско­пом и его вас­са­ла­ми был за­клю­чён до­го­вор о вза­им­ной вы­да­че бег­лых кре­сть­ян и уч­ре­ж­дён суд для ула­жи­ва­ния дел по этим во­про­сам – га­кен­ге­рихт (нем. Hakenge­richt – суд со­хи). С это­го же вре­ме­ни на­ча­лось бы­строе рас­слое­ние кре­сть­ян­ст­ва. На­ря­ду с хо­зяе­ва­ми, ко­то­рые пла­ти­ли сво­им гос­по­дам и церк­ви феод. рен­ту, поя­ви­лись груп­пы ма­ло­зе­мель­ных, а так­же без­зе­мель­ных кре­сть­ян, жив­ших при хо­зяе­вах.

От­но­ше­ния внут­ри Ли­вон­ско­го сою­за бы­ли слож­ны­ми. Ме­ж­ду Риж­ским ар­хи­епи­скоп­ст­вом и Ли­вон­ским ор­де­ном шла по­сто­ян­ная борь­ба за ге­ге­мо­нию. В 13 в. ор­де­ну уда­лось ос­во­бо­дить­ся от вас­саль­ной за­ви­си­мо­сти от ар­хи­епи­ско­па. Ма­гистр ор­де­на вы­сту­пил с пре­тен­зи­ей на власть над Ри­гой и по до­го­во­ру от 23.3.1330 стал её феод. сень­о­ром. Од­на­ко раз­гром Тев­тон­ско­го ор­де­на в Грюн­вальд­ской бит­ве 1410 при­вёл к ос­лаб­ле­нию по­ли­тич. по­зи­ций так­же Ли­вон­ско­го ор­де­на. В це­лях ней­тра­ли­за­ции ор­ден­ско­го влия­ния риж­ский ар­хи­епи­скоп в 1419 со­звал пер­вый ли­вон­ский ланд­таг (со­ве­ща­ние пред­ста­ви­те­лей всех ли­вон­ских тер­ри­то­рий). Кирх­гольм­ским (Са­лас­пилс­ским) до­го­во­ром 1452 бы­ла за­кре­п­ле­на власть над Ри­гой двух феод. сень­о­ров – ар­хи­епи­ско­па и ма­ги­ст­ра Ли­вон­ско­го ор­де­на; это по­ло­же­ние со­хра­ня­лось до 1560-х гг.

Ли­вон­ский со­юз, опи­ра­ясь на Шве­цию и Ве­ли­кое кня­же­ст­во Ли­тов­ское (ВКЛ), пы­тал­ся ак­тив­но вме­ши­вать­ся в де­ла Рус. гос-ва, что при­ве­ло во 2-й пол. 15 – нач. 16 вв. к ря­ду во­ен. столк­но­ве­ний ме­ж­ду ни­ми. В 1469 был за­клю­чён мир­ный до­го­вор ме­ж­ду Мо­ск­вой и Ри­гой, од­на­ко в 1471 и 1501–03 име­ли ме­сто но­вые воо­руж. кон­флик­ты. Рус. вой­ско не­од­но­крат­но всту­па­ло в Ли­во­нию, где одер­жа­ло ряд по­бед. В 1503 бы­ло за­клю­че­но пе­ре­ми­рие сро­ком на 6 лет, ко­то­рое за­тем про­дле­ва­лось в те­че­ние 50 лет. Пе­ри­од ми­ра спо­соб­ст­во­вал эко­но­мич. раз­ви­тию латв. зе­мель, осо­бое зна­че­ние для ко­то­рых при­об­ре­ла тор­гов­ля с рус. го­ро­да­ми. Че­рез Ли­во­нию про­хо­ди­ла зна­чит. часть рус. пуш­ни­ны и ле­са, по­став­ляв­ших­ся в Зап. Ев­ро­пу. В 1-й пол. 16 в. Ли­во­ния на­ча­ла так­же ак­тив­но экс­пор­ти­ро­вать хлеб, что в свою оче­редь со­про­во­ж­да­лось рас­ши­ре­ни­ем бар­ской за­паш­ки, но­вым мас­со­вым сго­ном кре­сть­ян с их на­де­лов и уси­ле­ни­ем кре­по­ст­но­го гнё­та.

В 1520-х гг. на зем­лях Л. бла­го­да­ря дея­тель­но­сти А. Кноп­ке­на, С. Те­гет­мей­е­ра, М. Гоф­ма­на и др. по­лу­чи­ли рас­про­стра­не­ние идеи Ре­фор­ма­ции. В 1524 в ц. Св. Иа­ко­ва в Ри­ге воз­ник пер­вый лю­те­ран­ский при­ход, где бо­го­слу­же­ние ве­лось на ла­тыш. яз. К сер. 16 в. Ре­фор­ма­ция в Ли­во­нии в це­лом по­бе­ди­ла, од­на­ко боль­шин­ст­во феод. сень­о­ров, епи­ско­пы и чле­ны Ли­вон­ско­го ор­де­на со­хра­ня­ли ка­то­ли­че­ст­во.

Ре­фор­ма­ция ос­ла­би­ла и без то­го внут­рен­не не­ста­биль­ный Ли­вон­ский со­юз. Рост ры­цар­ско­го зем­ле­вла­де­ния за счёт до­ме­на по­дор­вал по­зи­ции и власть риж­ско­го ар­хи­епи­ско­па. В 1556 Ли­вон­ский ор­ден за­хва­тил всю тер­ри­то­рию Риж­ско­го ар­хи­епи­скоп­ст­ва, од­на­ко по По­своль­ским со­гла­ше­ни­ям 1557 был вы­ну­ж­ден от неё от­ка­зать­ся.

Важ­ное зна­че­ние для даль­ней­ше­го раз­ви­тия латв. зе­мель име­ла Ли­вон­ская вой­на 1558–83. В хо­де вой­ны риж­ский ар­хи­еп. Виль­гельм Бран­ден­бург­ский осе­нью 1559 за­ло­жил польск. ко­ро­лю Си­гиз­мун­ду II Ав­гу­сту ряд сво­их зам­ков. В но­яб. 1561 Ли­вон­ский ор­ден пре­кра­тил су­щест­во­ва­ние (окон­ча­тель­но уп­разд­нён 5.3.1562). В мар­те 1562 тер­ри­то­рия Риж­ско­го ар­хи­епи­скоп­ст­ва (фор­маль­но ли­к­ви­ди­ро­ва­но в 1563) вме­сте с ор­ден­ски­ми вла­де­ния­ми к се­ве­ру от Дау­га­вы (без Ри­ги, по­лу­чив­шей в 1561 ста­тус воль­но­го го­ро­да) бы­ла пре­вра­ще­на в За­двин­ское гер­цог­ст­во. По до­го­во­рам 1561 и 1566 ме­ж­ду Си­гиз­мун­дом II и нем. феод. зна­тью оно счи­та­лось ча­стью ВКЛ, а по­сле Люб­лин­ской унии 1569 бы­ло вклю­че­но в со­став Ре­чи По­спо­ли­той. Во гла­ве гер­цог­ст­ва сто­ял на­зна­чав­ший­ся ко­ро­лём гу­бер­на­тор, гос­под­ствую­щие по­зи­ции в нём со­хра­ня­ло нем. дво­рян­ст­во, в ру­ках ко­то­ро­го по-преж­не­му бы­ло со­сре­до­то­че­но бо­лее по­ло­ви­ны всех зе­мель, а также су­деб­но-по­ли­цей­ская власть над кре­сть­я­на­ми.

Зем­ли Ли­вон­ско­го ор­де­на к югу от Да­уга­вы по до­го­во­ру 1561 бы­ли объ­е­ди­нены в Кур­лянд­ское (с 1578 Кур­лянд­ско-Зем­галь­ское) гер­цог­ст­во с цен­тром в г. Ми­та­ва (Ел­га­ва). Его воз­гла­вил по­след­ний ма­гистр ор­де­на Г. Кетт­лер, пе­ре­шед­ший в лю­те­ран­ст­во. Гер­цог­ст­во на­хо­ди­лось в вас­саль­ной за­ви­си­мо­сти от Ре­чи По­спо­ли­той. Нем. дво­рян­ст­ву Кур­лян­дии уда­лось до­бить­ся ог­ра­ни­че­ния вла­сти гер­цо­гов; с 1617 Кур­лянд­ско-Зем­галь­ское гер­цог­ст­во фак­ти­че­ски яв­ля­лось «дво­рян­ской рес­пуб­ли­кой».

Зем­ли Кур­лянд­ско­го епи­скоп­ст­ва бы­ли про­да­ны в 1559 еп. Ио­ган­ном IV Мюнх­гау­зе­ном дат. ко­ро­лю Фре­де­ри­ку II, ко­то­рый пе­ре­дал их сво­ему бра­ту Маг­ну­су. По­сле смер­ти по­след­не­го в 1583 за об­ла­да­ние тер­ри­то­ри­ей Кур­лянд­ско­го епи­скоп­ст­ва на­ча­лась вой­на ме­ж­ду Да­ни­ей и Ре­чью По­спо­ли­той. В 1585 Да­ния ус­ту­пи­ла её польск. ко­ро­лю С. Ба­то­рию за 30 тыс. та­ле­ров. В 1581 под власть Ре­чи По­спо­ли­той пе­ре­шла так­же Ри­га.

Под­чи­не­ние латв. зе­мель польск. ко­ро­не со­про­во­ж­да­лось Контр­ре­фор­ма­ци­ей [пол­но­стью ис­ко­ре­нить лю­те­ран­ст­во по­ля­кам уда­лось лишь в Лат­га­ле (Лат­га­лии)]. Указ С. Ба­то­рия о вве­де­нии в на­хо­див­ших­ся под его вла­стью быв. ли­вон­ских вла­де­ни­ях но­во­го (гри­го­ри­ан­ско­го) ка­лен­да­ря и о во­зоб­нов­ле­нии дея­тель­но­сти ие­зуи­тов был вос­при­нят нем­ца­ми и ла­ты­ша­ми как по­ку­ше­ние на их пра­ва и вме­ша­тель­ст­во в де­ла ве­ры. В 1584 в Ри­ге на­ча­лось вос­ста­ние бюр­гер­ст­ва, по­лу­чив­шее назв. «ка­лен­дар­ных бес­по­ряд­ков», ко­то­рое про­дол­жа­лось до 1589 и бы­ло на­прав­ле­но про­тив польск.-ли­тов. гос­под­ства. Ак­тив­ное уча­стие в нём при­нял гор. плебс, со­сто­яв­ший гл. обр. из ла­ты­шей.

По­ло­же­ние ла­тыш. кре­сть­ян­ст­ва по­сле рас­па­да Ли­вон­ско­го сою­за ста­ло ещё бо­лее тя­жё­лым. В 1599 был со­став­лен про­ект т. н. Ко­дек­са Д. Гиль­хе­на, ко­то­рым на латв. зем­лях за­ко­но­да­тель­но оформ­ля­лось по­ло­же­ние кре­по­ст­ных. С 1600 по 1630 про­ект Ко­дек­са дей­ст­во­вал в ка­че­ст­ве врем. за­ко­на. В 1617 пред­ста­ви­те­ля­ми польск. ко­ро­ля бы­ли раз­ра­бо­та­ны Кур­лянд­ские ста­ту­ты, по ко­то­рым кре­по­ст­ные в Кур­лянд­ском гер­цог­ст­ве фак­ти­че­ски низ­во­ди­лись до уров­ня ра­бов и пол­но­стью пе­ре­да­ва­лись во власть фео­да­лов, по­лу­чив­ших пра­во про­да­вать и об­ме­ни­вать их, под­вер­гать на­ка­за­ни­ям и каз­нить. Уси­ле­ние кре­по­ст­но­го гнёта ста­ло ре­зуль­та­том стрем­ле­ния до­бить­ся в ус­ло­ви­ях бар­щин­но­го хо­зяй­ст­ва рас­ши­ре­ния про­из-ва зер­на, по­став­ляв­ше­го­ся в Зап. Ев­ро­пу, а так­же ук­ре­п­ле­ния кре­по­ст­ных ма­ну­фак­тур, про­из­во­див­ших холст, ору­жие и су­да.

В ре­зуль­та­те польск.-швед. войн 1600–1629 часть латв. зе­мель пе­ре­шла под власть Шве­ции. По ус­ло­ви­ям Альт­марк­ско­го пе­ре­ми­рия 1629 по­ля­ки от­ка­за­лись в поль­зу шве­дов от зап. час­ти За­двин­ско­го гер­цог­ст­ва (об­ласть Вид­зе­ме до р. Ай­ви­ек­сте) и Ри­ги (об­ра­зо­ва­ли Швед. Лиф­лян­дию). Под вла­стью Ре­чи По­спо­ли­той ос­та­лась лишь вост. часть гер­цог­ст­ва – Лат­га­ле (Польск. Лиф­лян­дия, или Ин­флян­ты, Ин­флян­тия). В сво­их но­вых вла­де­ни­ях, по­лу­чив­ших ста­тус про­вин­ции, швед. пра­ви­тель­ст­во ог­ра­ни­чи­ло при­ви­ле­гии нем. по­ме­щи­ков, про­ве­ло про­вер­ку зе­мель­ных вла­де­ний (га­ко­вые ре­ви­зии), по­сле че­го в 1680–90-х гг. осу­ще­ст­ви­ло ре­дук­цию (пе­ре­да­чу в соб­ст­вен­ность швед. ко­ро­ны) ок. 80% име­ний, пе­ре­ве­дя их вла­дель­цев в раз­ряд арен­да­то­ров. В 1700 ре­дук­ция бы­ла от­ме­не­на швед. ко­ро­лём Кар­лом XII, рас­счи­ты­вав­шим обес­пе­чить се­бе под­держ­ку со сто­ро­ны при­бал­тий­ско­го нем. дво­рян­ст­ва в на­чав­шей­ся Се­вер­ной вой­не 1700–21.

Зна­чит. ус­пе­хов в 1-й пол. 17 в. до­стиг­ло Кур­лянд­ское гер­цог­ст­во, по-преж­не­му на­хо­див­шее­ся в вас­саль­ной за­виси­мо­сти от Ре­чи По­спо­ли­той. Про­во­див­шая­ся его пра­ви­тель­ст­вом по­ли­ти­ка мер­кан­ти­лиз­ма и раз­ви­тия ма­ну­фак­тур, ос­но­ван­ных на бар­щин­ном тру­де кре­по­ст­ных, обес­пе­чи­ла гер­цог­ст­ву бы­строе эко­но­мич. раз­ви­тие и ши­ро­кий сбыт про­из­во­ди­мой про­дук­ции (су­да, же­ле­зо, лес, тка­ни, ору­жие и др.) в ра­зо­рён­ной Три­дца­ти­лет­ней вой­ной 1618–48 Зап. Ев­ро­пе. В 1651 Кур­лянд­ское гер­цог­ст­во при­об­ре­ло ко­ло­нии в Аф­ри­ке (зем­ли в устье р. Гам­бия) и Вест-Ин­дии (о. То­ба­го), от­ку­да вво­зи­ло зо­ло­то, сло­но­вую кость, пря­но­сти и др. Кур­лянд­ские ко­ло­ни­сты вы­ра­щи­ва­ли на То­ба­го са­хар­ный тро­ст­ник и ко­фе. Од­на­ко взлёт Кур­лянд­ско­го гер­цог­ст­ва был не­дол­гим – в 1658 в хо­де Се­вер­ной вой­ны 1655–60 оно бы­ло ок­ку­пи­ро­ва­но и ра­зо­ре­но швед. вой­ска­ми, кур­лянд­ские ко­ло­нии пе­ре­шли в соб­ствен­ность сна­ча­ла гол­ланд­цев, а за­тем анг­ли­чан.

Во 2-й пол. 17 в. в латв. зем­лях на­ча­ли се­лить­ся рус. ста­ро­об­ряд­цы, бе­жав­шие по­сле рас­ко­ла РПЦ от пре­сле­до­ва­ний цер­ков­ных и свет­ских вла­стей. Впо­след­ст­вии они со­ста­ви­ли зна­чит. часть рус. на­се­ле­ния Л. В 1-й пол. 18 в. ши­ро­кое рас­про­стра­не­ние в Вид­зе­ме по­лу­чи­ли «брат­ские об­щи­ны» герн­гу­те­ров.

Латвийские земли в составе Российской империи

Важ­ное зна­че­ние для по­ли­тич. объ­е­ди­не­ния зе­мель, на­се­лён­ных ла­ты­ша­ми, и по­сле­дую­ще­го фор­ми­ро­ва­ния латв. го­су­дар­ст­вен­но­сти име­ло их вхо­ж­де­ние в со­став Рос­сии. В хо­де Сев. вой­ны 1700–21 рус. вой­ска в 1710 взя­ли Ри­гу; по Ни­штадт­ско­му ми­ру 1721 Шве­ция от­ка­за­лась от Вид­зе­ме, ко­то­рая во­шла в со­став Рос­сии, сна­ча­ла в ка­че­ст­ве Риж­ской губ. (с 1783 Риж­ско­го на­ме­ст­ни­че­ст­ва), а с 1796 Лиф­лянд­ской гу­бер­нии. С 1710 в сфе­ру влия­ния Рос­сии во­шло так­же Кур­лянд­ское гер­цог­ст­во. По­сле пре­се­че­ния в 1737 его пра­вя­щей ди­на­стии, ос­но­ван­ной Г. Кетт­ле­ром, рос. имп. Ан­на Ива­нов­на со­дей­ст­во­ва­ла из­бра­нию кур­лянд­ским гер­цо­гом сво­его фа­во­ри­та Э. И. Би­ро­на, в ре­зуль­та­те че­го управ­ле­ние гер­цог­ст­вом ста­ло фак­ти­че­ски осу­ще­ст­в­лять­ся из С.-Пе­тер­бур­га. В то же вре­мя уси­ли­лось влия­ние при­бал­тий­ско­го нем. дво­рян­ст­ва при рос. дво­ре, а так­же на разл. сфе­ры жиз­ни рос. об­ще­ст­ва. В 1772 по 1-му раз­де­лу Ре­чи По­спо­ли­той к Рос. им­пе­рии бы­ла при­со­еди­не­на Лат­га­ле, а по 3-му раз­делу в 1795 – Кур­лянд­ское гер­цог­ст­во и часть тер­ри­то­рии быв. Кур­лянд­ско­го епи­скоп­ст­ва (Пил­тен­ская обл.), об­ра­зо­вав­шие Кур­лянд­скую гу­бер­нию.

С на­ча­лом вхо­ж­де­ния зе­мель Вост. При­бал­ти­ки в со­став Рос­сии все преж­ние при­ви­ле­гии при­бал­тий­ско­го нем. дво­рян­ст­ва бы­ли вос­ста­нов­ле­ны на ос­но­ва­нии «Ак­корд­ных пунк­тов», одоб­рен­ных в 1710 рус. ца­рём Пет­ром I. При­бал­тий­ские гу­бер­нии Рос­сии рас­по­ла­га­ли осо­бым ста­ту­сом – т. н. ост­зей­ской (от нем. Ostsee – Бал­тий­ское м.) ав­то­но­мией. Осн. язы­ком в Кур­лян­дии и Лиф­лян­дии, ко­то­рым в ря­де во­про­сов бы­ло пре­дос­тав­ле­но са­мо­управ­ле­ние, при­зна­вал­ся не­мец­кий. В ка­че­ст­ве пред­ста­вит. ор­га­нов ме­ст­но­го дво­рян­ст­ва со­хра­ня­лись ланд­та­ги.

По окон­ча­нии Сев. вой­ны 1700–21 на тер­ри­то­рии Л. в те­че­ние поч­ти двух сто­ле­тий не бы­ло серь­ёз­ных во­ен. кон­флик­тов, что спо­соб­ст­во­ва­ло её бы­ст­ро­му эко­но­мич. раз­ви­тию. Бла­го­при­ят­ная конъ­юнк­ту­ра для рас­ши­ре­ния с.-х. про­из-ва сти­му­ли­ро­ва­ла рост зем­ле­де­лия. По­лу­чи­ла раз­ви­тие пе­ре­ра­бот­ка с.-х. про­дук­тов, в т. ч. ви­но­ку­ре­ние и пи­во­ва­ре­ние. К кон. 18 в. на тер­ри­то­рии Л. дей­ст­во­ва­ло бо­лее 500 ма­ну­фак­тур. Кре­по­ст­ное пра­во всё яв­ст­вен­нее тор­мо­зи­ло по­сту­па­тель­ное раз­ви­тие ре­гио­на. Ак­тив­но вы­сту­па­ли за ли­к­ви­да­цию кре­по­ст­ных по­ряд­ков и ла­тыш. кре­сть­я­не (вол­не­ния 1784 в Лиф­лян­дии, в 1794 в Кур­лян­дии, Кау­гур­ское вос­ста­ние 1802, и др.). Под влия­ни­ем Фран­цуз­ской ре­во­лю­ции 18 в. в Кур­лян­дии и Лиф­лян­дии в 1790 воз­ник­ла Бюр­гер­ская уния, бо­ров­шая­ся за ре­фор­мы, в т. ч. за от­ме­ну кре­по­ст­но­го пра­ва. Ост­зей­ское дво­рян­ст­во, идя на не­ко­то­рые ус­туп­ки кре­сть­я­нам, до­би­лось в 1804 под­пи­са­ния рос. имп. Алек­сан­дром I «По­ло­же­ния о лиф­лянд­ских кре­сть­я­нах», по ко­то­ро­му кре­сть­я­не хо­тя и ос­та­ва­лись при­кре­п­лён­ны­ми к зем­ле, но при­зна­ва­лись осо­бым со­сло­ви­ем и под­дан­ны­ми го­су­дар­ст­ва, а не по­ме­щи­ка, кре­сть­яне-хо­зяе­ва по­лу­чи­ли не­ко­то­рые пра­ва на об­ра­ба­ты­вае­мую ими зем­лю. Од­на­ко «До­пол­ни­тель­ны­ми стать­я­ми», при­ня­ты­ми в 1809, по­ме­щи­кам уда­лось фак­ти­че­ски при­ос­та­но­вить дей­ст­вие по­ло­же­ния 1804. Всту­п­ле­ние на­по­ле­о­нов­ских войск в Рос­сию в 1812 (ими бы­ла ок­ку­пи­ро­ва­на Кур­лянд­ская губ.) по­ро­ди­ло у ла­тыш. кре­сть­ян на­де­ж­ды на ли­к­ви­да­цию кре­по­ст­ни­че­ст­ва, но ни пол­ной лич­ной сво­бо­ды, ни зем­ли они не по­лу­чи­ли. В 1817 в Кур­лян­дии и в 1819 в Лиф­лян­дии в со­ответ­ст­вии с за­ко­на­ми, при­ня­ты­ми рос. пра­ви­тель­ст­вом, кре­по­ст­ное пра­во бы­ло от­ме­не­но. По за­вер­ше­нии в 1832 «пе­реход­но­го пе­рио­да» кре­сть­я­не долж­ны бы­ли по­лу­чить сво­бо­ду, но без зем­ли, ко­то­рая ос­та­лась в соб­ст­вен­но­сти по­ме­щи­ков; кре­сть­я­не мог­ли вы­сту­пать лишь в ро­ли её арен­да­то­ров (арен­да оп­ла­чи­ва­лась от­ра­бот­ка­ми на бар­ских по­лях). См. так­же в ст. Кре­сть­ян­ская ре­фор­ма в Ост­зей­ском крае 1804–19.

С нач. 19 в. в Л. на­чал­ся пе­ре­ход к ка­пи­та­ли­стич. от­но­ше­ни­ям. В кон. 1850-х – нач. 1860-х гг. про­изо­шёл про­мыш­лен­ный пе­ре­во­рот, на­ча­ли ши­ро­ко при­ме­нять­ся ма­ши­ны и па­ро­вые дви­га­те­ли, уве­ли­чи­лась чис­лен­ность гор. на­се­ле­ния, раз­вер­нул­ся про­цесс фор­ми­ро­ва­ния нац. бур­жуа­зии и клас­са на­ём­ных ра­бо­чих. Раз­ви­тию пром-сти спо­соб­ст­во­ва­ло ж.-д. строи­тель­ст­во: в 1860 по­строе­на пер­вая в Л. же­лез­ная до­ро­га – уча­сток Пы­та­ло­во – Ди­на­бург (Дау­гав­пилс) на ли­нии Пе­тер­бур­го-Вар­шав­ской ж. д., в 1861 и 1868 от­кры­ты же­лез­ные до­ро­ги, свя­зав­шие Ри­гу со­от­вет­ст­вен­но с Ди­на­бур­гом и Ми­та­вой (Ел­га­вой), соо­ру­же­ние Ли­ба­во-Ро­мен­ской ж. д. за­вер­ше­но в 1876. Ж.-д. строи­тель­ст­во по­зво­ли­ло проч­но свя­зать Л. с рос. пром. и с.-х. цен­тра­ми, что до­пол­ни­тель­но сти­му­ли­ро­ва­ло раз­ви­тие её эко­но­ми­ки. Гл. пром. и тор­го­вым цен­тром Л. бы­ла Ри­га, в ко­то­рой со­сре­до­то­чи­ва­лось до 70% пром. про­из-ва. К нач. 1870-х гг. в го­ро­де на­счи­ты­ва­лось ок. 140 пром. пред­при­ятий, в 1900 – св. 400, в т. ч. круп­ных хи­мич. и ме­тал­ло­об­ра­ба­ты­ваю­щих за­во­дов, тек­стиль­ных фаб­рик и др. По­дав­ляю­щее боль­шин­ст­во пром., тор­го­вых пред­при­ятий и бан­ков при­над­ле­жа­ло ост­зей­ским нем­цам, в ру­ках ко­то­рых, как и в преж­ние вре­ме­на, на­хо­ди­лось так­же гор. управ­ле­ние (к 1913 чис­ленность нем. на­се­ле­ния Л. со­став­ля­ла 127 тыс. чел.). Зна­чит. роль в пром-сти ре­гио­на иг­рал иностр. ка­пи­тал, пре­ж­де все­го гер­ман­ский.

С от­ме­ной кре­по­ст­ни­че­ст­ва на всей тер­ри­то­рии Рос. им­пе­рии кре­сть­я­не в Лиф­лян­дии, Кур­лян­дии и Лат­га­лии по­лу­чи­ли воз­мож­ность по­ку­пать зем­лю, в 1863 им бы­ла пре­дос­тав­ле­на сво­бо­да пе­ре­дви­же­ния, в 1865 от­ме­не­но «до­маш­нее на­ка­за­ние» – пра­во под­вер­гать кре­сть­ян те­лес­ным на­ка­за­ни­ям, в 1868 за­пре­ще­на бар­щи­на. В с. х-ве Л. ста­ли ши­ро­ко при­ме­нять­ся ма­ши­ны, ут­вер­ди­лась де­неж­ная арен­да. Раз­ви­тие ка­пи­та­ли­стич. от­но­ше­ний в с. х-ве со­про­во­ж­да­лось скла­ды­ва­ни­ем ка­те­го­рии на­ём­ных с.-х. ра­бо­чих (к нач. 20 в. ок. 70% сель­ско­го на­се­ле­ния Л. бы­ло без­зе­мель­ным). В аг­рар­ном сек­то­ре Кур­лян­дии и Лиф­лян­дии про­дол­жа­ли без­раз­дель­но гос­под­ство­вать не­мец­кие, а в Лат­га­лии – польск. по­ме­щи­ки. Уг­не­тён­ное по­ло­же­ние и от­сут­ст­вие средств к су­ще­ст­во­ва­нию ста­ли при­чи­ной эмиг­ра­ции в кон. 19 – нач. 20 вв. час­ти кре­сть­ян-ла­ты­шей за ру­беж, пре­ж­де все­го в США, Ка­на­ду, Ар­ген­ти­ну, Ав­ст­ра­лию и Шве­цию.

Ин­те­ре­сы ла­тыш. гор. и сель­ской бур­жуа­зии в 1850–60-х гг. от­ра­жа­ло нац.-ли­бе­раль­ное дви­же­ние мла­до­ла­ты­шей, пред­ста­ви­те­ли ко­то­ро­го вы­сту­па­ли про­тив за­си­лья в разл. сфе­рах об­ществ. жиз­ни Лиф­лян­дии и Кур­лян­дии ост­зей­ских нем­цев, за ли­к­ви­да­цию ос­тат­ков кре­по­ст­ни­че­ст­ва, за по­ли­тич. и эко­но­мич. ори­ен­та­цию ла­ты­шей на Рос­сию. Идей­ные ру­ко­во­ди­те­ли дви­же­ния пуб­ли­ци­сты К. Вал­де­мар, К. Би­ез­бар­дис, по­эт Ю. Алу­нан, фольк­ло­рист К. Ба­рон вне­сли зна­чит. вклад в раз­ви­тие ла­тыш. лит. язы­ка, нац. лит-ры и иск-ва, школь­но­го об­ра­зо­ва­ния. Ор­га­ном мла­до­ла­ты­шей бы­ла из­да­вав­шая­ся в 1862–65 в С.-Пе­тер­бур­ге «Pe̅terburgas Аvīzes» («Пе­тер­бург­ская га­зе­та»). В кон. 1880-х гг. за­ро­ди­лось дви­же­ние ла­тыш. де­мо­кра­тич. ин­тел­ли­ген­ции «Jauna̅ stra̅va» («Но­вое те­че­ние»), из­да­вав­шее газ. «Dienas La­pa». В 1890-х гг. дей­ст­во­вал ряд ла­тыш. ра­бо­чих куль­тур­но-про­све­тит. об­ществ.

Со 2-й пол. 19 в. рос. пра­ви­тель­ст­во ста­ло пред­при­ни­мать ша­ги по бо­лее тес­ной ин­те­гра­ции при­бал­тий­ских про­вин­ций в со­став им­пе­рии. Рос. имп. Алек­сандр III, всту­пив в 1881 на пре­стол, от­ка­зал­ся под­твер­дить пра­ва и при­ви­ле­гии этих про­вин­ций. В 1885–89 во всех гос. уч­ре­ж­де­ни­ях Лиф­лян­дии и Кур­лян­дии вме­сто не­мец­ко­го был вве­дён рус. яз., по об­ще­рос­сий­ско­му об­раз­цу ре­ор­га­ни­зо­ва­ны по­ли­ция и су­деб­ные ор­га­ны, в шко­лах вве­де­но пре­по­да­ва­ние на рус. яз. (с 1882 в учеб­ных за­ве­де­ни­ях гос. сис­те­мы об­ра­зо­ва­ния при­бал­тий­ских про­вин­ций, под­чи­нён­ной в 1885 рос. Мин-ву про­све­ще­ния, пре­по­да­вал­ся так­же ла­тыш. яз.), кон­троль над об­ществ. жиз­нью пе­ре­дан в ком­пе­тен­цию рос. чи­нов­ни­ков. В 1891 был вве­дён за­прет на воз­вра­ще­ние из пра­во­сла­вия в лю­те­ран­ст­во (уч­ре­ж­дён­ное в 1836 Риж­ское ви­ка­ри­ат­ст­во Псков­ской и Лиф­лянд­ской епар­хии РПЦ, пре­об­ра­зо­ван­ное в 1850 в Риж­скую и Ми­тав­скую епар­хию РПЦ, ак­тив­но спо­соб­ст­во­ва­ло пе­ре­хо­ду кре­сть­ян-ла­ты­шей в пра­во­сла­вие; в 1845–48 пра­во­сла­вие при­ня­ли ок. 67 тыс. ла­ты­шей). В 1892 ог­ра­ни­че­ны пра­ва ор­га­нов гор. са­мо­управ­ле­ния.

Массовый митинг в Дундаге. Март 1905.

К нач. 20 в. Лиф­лян­дия и Кур­лян­дия бы­ли од­ни­ми из эко­но­ми­че­ски наи­бо­лее раз­ви­тых ре­гио­нов Рос. им­пе­рии, а Ри­га – 3-м по зна­чи­мо­сти (по­сле С.-Пе­тер­бур­га и Мо­ск­вы) пром. цен­тром. В 1913 на круп­ных пром. пред­при­яти­ях в при­бал­тий­ских про­вин­ци­ях на­счи­ты­ва­лось 108,5 тыс. ра­бо­чих, а вме­сте с же­лез­но­до­рож­ни­ка­ми, строи­те­ля­ми, ра­бо­чи­ми мел­ких пред­при­ятий, пор­то­вы­ми и тор­го­вы­ми ра­бо­чи­ми – ок. 180 тыс. чел. Ме­ст­ных ра­бо­чих от­ли­ча­ла вы­со­кая по­ли­тич. ак­тив­ность, ко­то­рая сти­му­ли­ро­ва­лась не толь­ко не­до­воль­ст­вом по­ли­ти­кой рос. пра­ви­тель­ст­ва, но и ост­ры­ми нац. про­ти­во­ре­чия­ми в ре­гио­не. Боль­шое вли­я­ние в при­бал­тий­ских про­вин­ци­ях име­ли со­ци­ал-де­мо­кра­ты. В 1902 в Ри­ге неск. ра­бо­чих и де­мо­кра­тич. сою­зов объ­е­ди­ни­лись в При­бал­тий­скую ла­тыш. со­ци­ал-де­мо­кра­тич. ра­бо­чую орг-цию, ко­то­рая в 1904 бы­ла пре­об­ра­зо­ва­на в Ла­тыш­скую со­ци­ал-де­мо­кра­ти­чес­кую ра­бо­чую пар­тию (по­сле объ­е­ди­не­ния с РСДРП в 1906 име­но­ва­лась Со­ци­ал-де­мо­кра­тия Ла­тыш. края, СДЛК). В пе­ри­од Ре­во­лю­ции 1905–07 Лиф­лян­дия и Кур­лян­дия ста­ли од­ним из гл. цен­тров ста­чеч­но­го дви­же­ния, не­од­но­крат­но име­ли ме­сто во­оруж. столк­но­ве­ния ра­бо­чих и кре­сть­ян с пра­ви­тельств. си­ла­ми. В авг. – но­яб. 1905 обе про­вин­ции бы­ли объ­яв­ле­ны на во­ен. по­ло­же­нии, ко­то­рое со­хра­ня­лось до 1908, ре­прес­си­ям под­верг­лось ок. 10 тыс. уча­ст­ни­ков ре­во­люц. вы­сту­п­ле­ний.

Латвия в 20–21 вв.

В го­ды 1-й ми­ро­вой вой­ны зем­ли Л. ока­за­лись в зо­не бое­вых дей­ст­вий. Из Кур­лян­дии и Лиф­лян­дии во внутр. рай­оны Рос­сии вы­еха­ли ок. 800 тыс. чел., бы­ли эва­куи­ро­ва­ны 395 (по др. дан­ным, 502) пром. пред­при­ятий. В 1915 Кур­лян­дия бы­ла ок­ку­пи­ро­ва­на герм. вой­ска­ми, мно­гие её рай­оны раз­граб­ле­ны. Ак­тив­ное уча­стие в бо­ях в При­бал­ти­ке в со­ста­ве рос. 12-й ар­мии Сев. фрон­та при­ня­ли сфор­ми­ро­ван­ные в 1915–16 нац. ла­тыш. во­ин­ские под­раз­де­ле­ния (см. Ла­тыш­ские стрел­ки), в ко­то­рых со вре­ме­нем проч­ные по­зи­ции за­вое­ва­ли боль­ше­ви­ки.

С на­ча­лом Фев­раль­ской ре­во­лю­ции 1917 в не­ок­ку­пи­ро­ван­ной час­ти Л. воз­ник­ли но­вые ор­га­ны вла­сти – со­ве­ты, ко­то­рые бы­ли под­дер­жа­ны так­же сол­да­та­ми рус. и ла­тыш. час­тей Сев. фрон­та. В Лиф­лян­дию при­бы­ли ко­мис­са­ры Врем. пра­ви­тель­ст­ва, на сто­ро­не ко­то­ро­го вы­сту­пи­ли на­чав­шие фор­ми­ро­вать­ся нац. ла­тыш. пар­тии. В Лиф­лян­дии, как и во всей Рос­сии, воз­ник­ло двое­вла­стие. В ию­ле 1917 ле­вое кры­ло СДЛК объ­е­ди­ни­лось с ме­ст­ной орг-ци­ей РСДРП(б) в пар­тию Со­ци­ал-де­мо­кра­тия Лат­вии (СДЛ); пра­вое кры­ло СДЛК об­ра­зо­ва­ло в 1918 Латв. со­ци­ал-де­мо­кра­тич. ра­бо­чую пар­тию (ЛСДРП). В авг. 1917 власть в Лиф­лян­дии пе­ре­шла к СДЛ, сфор­ми­ро­вав­шей Ис­пол­ком со­ве­та ра­бо­чих, сол­дат­ских и без­зе­мель­ных де­пу­та­тов Л. (Ис­ко­лат). Не имея воз­мож­но­сти собств. си­ла­ми по­да­вить ре­во­люц. дви­же­ние, вер­ные Врем. пра­ви­тель­ст­ву вой­ска во гла­ве с ген. Л. Г. Кор­ни­ло­вым 21.8(3.9).1917 сда­ли Ри­гу нем­цам.

По­сле по­бе­ды в Пет­ро­гра­де Ок­тябрь­ской ре­во­лю­ции 1917 ла­тыш. и рус. ре­во­люц. час­ти за­ня­ли Це­сис, Вал­мие­ру, Вал­ку и ряд др. го­ро­дов. На за­се­да­нии в Вал­ке 8–9(21–22).11.1917 Со­вет ра­бо­чих, сол­дат­ских и без­зе­мель­ных де­пу­та­тов Л. про­воз­гла­сил сов. власть на не­ок­ку­пи­ро­ван­ной тер­ри­то­рии Л., при­нял за­ко­ны о кон­фи­ска­ции по­ме­щичь­их име­ний и вве­де­нии 8-ча­со­во­го ра­бо­че­го дня для с.-х. ра­бо­чих. Од­но­вре­мен­но СНК РСФСР удов­ле­тво­рил прось­бу Ис­пол­ко­ма Со­ве­та Лат­га­лии об от­де­ле­нии лат­галь­ских уез­дов от Ви­теб­ской губ. и вклю­че­нии их в со­став Л., под­дер­жав тем са­мым идею адм.-терр. объ­е­ди­не­ния зе­мель, на­се­лён­ных ла­ты­ша­ми. 24.12.1917(6.1.1918) ЦК СДЛ и Ис­ко­лат опуб­ли­ко­ва­ли дек­ла­ра­цию «О са­мо­оп­ре­де­ле­нии Лат­вии».

Члены советского правительства Латвии (справа налево): К. Данишевский, К. Петерсон, П. И. Стучка, Я. Шилф, О. Карклиньш, Я. Ленцман, Д. Бейка. Рига. 1919.

В февр. 1918 вся тер­ри­то­рия Л. бы­ла за­хва­че­на герм. вой­ска­ми, все ре­во­люц. пре­об­ра­зо­ва­ния от­ме­не­ны. В мар­те – апр. 1918 Гер­ма­ния по­пы­та­лась ан­нек­си­ро­вать латв. зем­ли, вклю­чив их в со­став «Бал­тий­ско­го гер­цог­ст­ва», пра­ви­те­лем ко­то­ро­го был про­воз­гла­шён брат герм. имп. Виль­гель­ма II Ген­рих Го­ген­цол­лерн. По­сле по­бе­ды Но­ябрь­ской ре­во­лю­ции 1918 в Гер­ма­нии и ан­ну­ли­ро­ва­ния Бре­ст­ско­го ми­ра 1918 «Бал­тий­ское гер­цог­ст­во» рас­па­лось, од­на­ко герм. вой­ска с со­гла­сия стран Ан­тан­ты ос­та­лись на тер­ри­то­рии Л. Под их за­щи­той 18.11.1918 бы­ло об­ра­зо­ва­но врем. нац. пра­витель­ст­во Л. во гла­ве с под­дер­жан­ным Ан­тан­той К. Уль­ма­ни­сом, ко­то­рое про­воз­гла­си­ло соз­да­ние не­за­ви­си­мой Латв. рес­пуб­ли­ки (ЛР). В от­вет на это СДЛ 4.12.1918 сфор­ми­ро­ва­ла врем. сов. пра­ви­тель­ст­во во гла­ве с П. И. Стуч­кой, ко­то­рое 17.12.1918 объ­я­ви­ло о пе­ре­хо­де всей вла­сти в Л. в ру­ки со­ве­тов. 22.12.1918 СНК РСФСР из­дал дек­рет о при­зна­нии не­за­ви­си­мо­сти сов. Л. По прось­бе её пра­ви­тель­ст­ва в Л. всту­пи­ли час­ти Крас­ной Ар­мии. Дей­ст­вуя совм. с ла­тыш. стрел­ка­ми, они к кон­цу янв. 1919 ов­ла­де­ли зна­чит. ча­стью латв. тер­ри­то­рии. На со­сто­яв­шем­ся в се­ре­ди­не янв. 1919 в Ри­ге 1-м Все­лат­вий­ском съез­де со­ве­тов бы­ла про­воз­гла­ше­на Латв. со­циа­ли­стич. сов. рес­пуб­ли­ка (ЛССР), при­ня­та её кон­сти­ту­ция, вос­про­из­во­див­шая осн. по­ло­же­ния кон­сти­ту­ции РСФСР. В Л. вновь бы­ли на­ча­ты со­циа­ли­стич. пре­об­ра­зо­ва­ния: на­цио­на­ли­за­ция зе­мель (дек­рет от 1.3.1919), бан­ков, круп­ных пром. и тор­го­вых пред­при­ятий и др.

Для по­дав­ле­ния сов. вла­сти в Л. в янв. 1919 в Кур­лян­дии с одоб­ре­ния Ан­тан­ты бы­ла сфор­ми­ро­ва­на 80-ты­сяч­ная груп­пи­ров­ка, в ко­то­рую во­шли вой­ска нац. ла­тыш. пра­ви­тель­ст­ва, лан­дес­вер ост­зей­ских нем­цев, герм. доб­ро­вольч. кор­пус («Же­лез­ная ди­ви­зия») под ко­манд. ген. Г. А. Й. Р. фон дер Голь­ца, а так­же Осо­бый рус. кор­пус во гла­ве с полк. П. Р. Бер­монт-Ава­ло­вым. Про­тив ЛССР с юга дей­ст­во­ва­ли так­же польск. вой­ска, с се­ве­ра – эс­тон­ские. Од­на­ко в ла­ге­ре, про­ти­во­сто­яв­шем ЛССР, не бы­ло един­ст­ва. Гольц и ост­зей­ские нем­цы при под­держ­ке Рус­ско­го за­пад­но­го пра­ви­тель­ст­вен­но­го со­ве­та, сфор­ми­ро­ван­но­го в Ел­га­ве под рук. гра­фа К. К. Па­ле­на и Бер­монт-Ава­ло­ва, до­би­ва­лись вос­соз­да­ния «Бал­тий­ско­го гер­цог­ст­ва» и его при­сое­ди­не­ния к Гер­ма­нии, по­ля­ки и эс­тон­цы пре­сле­до­ва­ли в Л. свои тер­ри­то­ри­аль­ные ин­те­ре­сы. Дей­ст­вуя про­тив час­тей Крас­ной Ар­мии и войск ЛССР, они пе­рио­ди­че­ски пе­ре­хо­ди­ли к бое­вым дей­ст­ви­ям друг про­тив дру­га. 1.4.1919 Гольц со­вер­шил гос. пе­ре­во­рот, сме­стил К. Уль­ма­ни­са и 16.4.1919 сфор­ми­ро­вал но­вое нац. пра­ви­тель­ст­во Л. во гла­ве с про­гер­ман­ским дея­те­лем А. Ни­ед­рой. 22.5.1919 нем­цы за­хва­ти­ли Ри­гу, по­сле че­го раз­вер­ну­ли на­сту­п­ле­ние на Лат­га­ле, од­на­ко 27.6.1919 по­тер­пе­ли по­ра­же­ние от объ­еди­нён­ных ла­тыш. и эст. сил и ото­шли в Кур­лян­дию. Вслед за этим на­ча­лась вой­на ме­ж­ду Л. и Эс­то­ни­ей, в ре­зуль­тате ко­то­рой эст. час­ти бы­ли вы­тес­не­ны с латв. тер­ри­то­рии. 14.7.1919 в Лие­пае (быв. Ли­ба­ва) Уль­ма­нис сфор­ми­ро­вал но­вое врем. пра­ви­тель­ст­во Л., в ко­то­рое во­шли пред­ста­ви­те­ли Кре­сть­ян­ско­го сою­за и ЛСДРП. Осе­нью 1919 герм. вой­ска и Осо­бый рус. кор­пус пред­при­ня­ли оче­ред­ную по­пыт­ку за­хва­тить Ри­гу, од­на­ко под на­жи­мом Ан­тан­ты бы­ли вы­ну­ж­де­ны ос­та­но­вить на­сту­п­ле­ние и по­ки­нуть При­бал­ти­ку. В нач. янв. 1920 вой­ска пра­ви­тель­ст­ва ЛР взя­ли под кон­троль всю тер­ри­то­рию Л. Пра­ви­тель­ст­во ЛССР 13.1.1920 зая­ви­ло о са­мо­рос­пус­ке. При по­дав­ле­нии сов. вла­сти в Л. от рук ин­тер­вен­тов и войск ЛР по­гиб­ло ок. 15 тыс. чел.

ЛР и РСФСР 1.2.1920 под­пи­са­ли пе­ре­ми­рие, а за­тем за­клю­чи­ли Риж­ский мир­ный до­го­вор 1920 (тем са­мым РСФСР пер­вой при­зна­ла ЛР в ка­че­ст­ве са­мо­сто­ят. гос-ва). До­го­во­ром бы­ла оп­ре­де­ле­на ли­ния про­хо­ж­де­ния рос.-латв. гра­ни­цы. В со­став Л. во­шли быв. Кур­лянд­ская губ., юж. часть Лиф­лянд­ской губ. (Риж­ский, Це­сис­ский, Вал­ми­ер­ский уез­ды и боль­шая часть Валк­ско­го у.), сев.-зап. часть Ви­теб­ской губ. (Дау­гав­пилс­ский, Луд­зен­ский, Ре­зек­нен­ский уез­ды и 2 во­лос­ти Дрис­ско­го у.), а так­же часть Ост­ров­ско­го у. Псков­ской губ. (в т. ч. стан­ция Пы­та­ло­во). По ус­ло­ви­ям до­го­во­ра РСФСР от­ка­за­лась от всех прав, ин­те­ре­сов (при­тя­за­ний) и обя­за­тельств, мо­гу­щих про­ис­те­кать из при­над­леж­но­сти в про­шлом к Рос. им­пе­рии тер­ри­то­рий, ко­то­рые во­шли в со­став Л., и обя­за­лась ока­зать Л. эко­но­мич. по­мощь. В 1921 ар­бит­раж­ным пу­тём бы­ла ус­та­нов­ле­на латв.-ли­тов. гра­ни­ца. В янв. 1921 Л. при­зна­ли Ве­ли­ко­бри­та­ния, Фран­ция, Ита­лия и Япо­ния, 22.9.1922 она при­ня­та в Ли­гу На­ций.

По­сле об­ре­те­ния не­за­ви­си­мо­сти Л. пе­ре­жи­ва­ла де­мо­гра­фич. кри­зис. Чис­лен­ность на­се­ле­ния стра­ны со­кра­ти­лась с 2,5 млн. чел. (1913) до 1,48 млн. чел. (1920), чис­ло жи­те­лей Ри­ги – с 500 тыс. чел. до 200 тыс. чел. Не­сколь­ко улуч­шил по­ло­же­ние при­ня­тый пра­ви­тель­ст­вом за­кон о гра­ж­дан­ст­ве, по ко­то­ро­му пра­во счи­тать­ся гра­ж­да­ни­ном Л. ав­то­ма­ти­чес­ки при­зна­ва­лось за лю­бым ли­цом, про­жи­вав­шим до нач. 1-й ми­ро­вой вой­ны на тер­ри­то­ри­ях, во­шед­ших в её со­став (в 1-й пол. 1920-х гг. в Л. вер­ну­лось не­мно­гим бо­лее 200 тыс. чел.). Од­на­ко к сер. 1930-х гг. до­во­ен­ный уро­вень чис­лен­но­сти на­се­ле­ния так и не был вос­ста­нов­лен (в 1935 – 1,95 млн. чел.).

В апр. 1920 на­ча­ло ра­бо­ту Уч­ре­дит. со­б­ра­ние Л. В сент. 1920 оно при­ня­ло За­кон о зе­мель­ной ре­фор­ме, по ко­то­ро­му на­цио­на­ли­зи­ро­ва­ло все круп­ные зе­мель­ные вла­де­ния пло­ща­дью св. 50 га (тем са­мым бы­ли ли­к­ви­ди­ро­ва­ны бо­лее 1,3 тыс. име­ний ост­зей­ских нем­цев; боль­шин­ст­во нем. дво­рян к 1920 по­ки­ну­ло Л.) и пе­ре­да­ло эти зем­ли за вы­куп ла­тыш. кре­сть­я­нам. Латв. вла­сти за­пре­ти­ли дея­тель­ность об­ра­зо­ван­ной в мар­те 1919 Ком­му­ни­стич. пар­тии Л. (КПЛ) и её мо­ло­дёж­ной ор­га­ни­за­ции, их чле­ны под­верг­лись жес­то­ким пре­сле­до­ва­ни­ям; в ию­не 1921 был каз­нён ряд чле­нов ЦК КПЛ и ря­до­вых ком­му­ни­стов.

При­ня­тая 15.2.1922 Кон­сти­ту­ция про­воз­гла­си­ла Л. де­мо­кра­тич. рес­пуб­ли­кой, од­на­ко чрез­вы­чай­ное по­ло­же­ние, дей­ство­вав­шее в Л. со вре­мён гражд. вой­ны, со­хра­ня­лось до 15.5.1924. На пер­вых вы­бо­рах в латв. сейм (пар­ла­мент) в окт. 1922, как и на по­сле­дую­щих вы­бо­рах в 1925, 1928 и 1931, зна­чит. ус­пе­ха до­би­лись со­ци­ал-де­мо­кра­ты. Не­смот­ря на чис­лен­ный пе­ре­вес в сей­ме пред­ста­ви­те­лей ЛСДРП, пер­вый пра­ви­тельств. ка­би­нет ЛР и боль­шин­ст­во по­сле­дую­щих (с 1918 по 1934 в Л. сме­ни­лось 18 пра­ви­тельств) воз­гла­вил Кре­сть­ян­ский со­юз. Сейм из­брал пре­зи­ден­том од­но­го из ли­де­ров Кре­сть­ян­ско­го сою­за Я. Чак­сте [за­ни­мал этот пост до 1927; за­тем пре­зи­ден­та­ми Л. бы­ли Г. Зем­галс (1927–30) и А. Квие­сис (1930–36)]. На вы­бо­рах 1928 и 1931 дей­ст­во­вав­шая в под­по­лье КПЛ так­же су­ме­ла про­вес­ти в сейм сво­их де­пу­та­тов, ко­то­рые об­ра­зо­ва­ли ра­бо­че-кре­сть­ян­скую фрак­цию.

Важ­ную роль в по­ли­тич. жиз­ни Л. в меж­во­ен­ный пе­ри­од иг­ра­ла соз­дан­ная К. Уль­ма­ни­сом в 1919 вое­ни­зир. на­цио­на­ли­стич. орг-ция айз­сар­гов (на­счи­ты­ва­ла в сво­их ря­дах в разл. вре­мя от 26 тыс. до 70 тыс. чел.), ко­то­рая под­чи­ня­лась Мин-ву внутр. дел и обес­пе­чи­ва­ла по­ря­док на мес­тах. Влия­ни­ем поль­зо­ва­лись так­же ульт­ра­на­цио­на­ли­стич. про­фа­ши­ст­ские ор­га­ни­за­ции, та­кие как Ла­тыш. нац. клуб (1922), а за­тем соз­дан­ный на его ба­зе со­юз «Ог­нен­ный крест» («Угун­ск­рустс»), ко­то­рый в 1933 был пе­ре­име­но­ван в Орг-цию ла­тыш. на­ро­да «Гро­мо­вой крест» («Пер­кон­крустс»; фор­маль­но рас­пу­щен в 1934). Пра­вые ор­га­ни­за­ции вы­сту­па­ли за кон­цен­тра­цию всей по­ли­тич. и эко­но­мич. вла­сти в ру­ках ла­ты­шей и «из­бав­ле­ние» Л. от «ино­род­цев». Са­ми латв. вла­сти про­во­ди­ли в от­но­ше­нии нац. мень­шинств (в 1935 рус­ские со­став­ля­ли, по разл. ис­точ­ни­кам, от 8 до 12% на­се­ле­ния Л., ев­реи – ок. 5%, по­ля­ки – 2,5%, бе­ло­ру­сы – ок. 1,5%), а так­же в от­но­ше­нии лат­га­лов (22%) дис­кри­ми­нац. по­ли­ти­ку. В слож­ном по­ло­же­нии на­хо­ди­лись нем­цы (3,4%, 1938), ос­та­вав­шие­ся в Кур­зе­ме, Вид­зе­ме, Зем­га­ле и Ри­ге и ли­шив­шие­ся сво­его преж­не­го при­ви­ле­ги­ров. по­ло­же­ния. По­сле на­цио­на­ли­за­ции латв. пра­ви­тель­ст­вом в сент. 1931 при­над­ле­жав­ше­го нем. об­щи­не риж­ско­го Дом­ско­го со­бо­ра и пе­ре­да­чи его в рас­по­ря­же­ние Еван­ге­ли­че­ско-лю­те­ран­ской церк­ви Л. от­но­ше­ния ме­ж­ду нем­ца­ми и ла­ты­ша­ми ещё боль­ше обо­ст­ри­лись.

В пром. сфе­ре на про­тя­же­нии все­го пе­рио­да су­ще­ст­во­ва­ния пер­вой не­за­ви­си­мой ЛР на­блю­да­лась стаг­на­ция. Чис­ло круп­ных пром. пред­при­ятий и объ­ём вы­пус­кае­мой ими про­дук­ции к кон. 1930-х гг. так и не дос­тиг­ли уров­ня 1913 (со­от­вет­ст­вен­но –3,8% и –1%), чис­лен­ность ра­бо­чих, за­ня­тых в пром-сти, со­кра­ти­лась бо­лее чем на 40%. В сфе­ре пром. про­из-ва и в бан­ков­ском де­ле Л. на­блю­да­лось за­си­лье иностр. ка­пи­та­ла. К 1935 до­ля Гер­ма­нии в иностр. ин­ве­сти­ци­ях в латв. пром-сть со­став­ля­ла 25%, а в ак­цио­нер­ном ка­пи­та­ле латв. пред­при­ятий – 15%. В 1938 до­ля бан­ков США, Ве­ли­ко­бри­та­нии, Гер­ма­нии и др. в свод­ном ба­лан­се всех ча­ст­ных ак­цио­нер­ных бан­ков Л. дос­тиг­ла 60%.

Бо­лее бла­го­по­луч­ным бы­ло по­ло­же­ние в аг­рар­ном сек­то­ре Л., че­му во мно­гом спо­соб­ст­во­вал вы­со­кий спрос на с.-х. про­дук­цию в Ев­ро­пе по окон­ча­нии 1-й ми­ро­вой вой­ны. Л. по­став­ля­ла на ев­роп. ры­нок мас­ло, мя­со, лён (2/3 латв. экс­пор­та при­хо­ди­лось на Гер­ма­нию и Ве­ли­ко­бри­та­нию), к 1925 проч­но во­шла в трой­ку круп­ней­ших по­став­щи­ков не­об­ра­бо­тан­ной дре­ве­си­ны в Зап. Ев­ро­пу.

В ус­ло­ви­ях ми­ро­во­го эко­но­мич. кри­зи­са 1929–33 внут­ри­по­ли­тич. об­ста­нов­ка в Л. обо­ст­ри­лась. В стра­не на­ча­лись вы­сту­п­ле­ния без­ра­бот­ных (в 1930–32 уро­вень без­ра­бо­ти­цы вы­рос бо­лее чем в 20 раз), в т. ч. под ло­зун­га­ми свер­же­ния су­ще­ст­вую­ще­го пра­ви­тель­ст­ва и ус­та­нов­ле­ния сов. вла­сти. Зна­чи­тель­но ак­ти­ви­зи­ро­ва­ла свою дея­тель­ность ра­бо­тав­шая в под­по­лье КПЛ. На рост ре­во­люц. дви­же­ния пра­вя­щие кру­ги Л. от­ве­ти­ли уси­ле­ни­ем ре­прес­сий и ус­та­нов­ле­ни­ем ав­то­ри­тар­но­го ре­жи­ма. В ночь с 15 на 16 мая 1934 пре­мьер-мин. К. Уль­ма­нис, опи­ра­ясь на айз­сар­гов и часть во­ен­ных, со­вер­шил гос. пе­ре­во­рот, ввёл в стра­не во­ен. по­ло­же­ние (со­хра­ня­лось до 1938; 11.4.1936 Уль­ма­нис за­нял так­же пост пре­зи­ден­та Л.) и от­ме­нил дей­ст­вую­щую Кон­сти­ту­цию. Бы­ли за­пре­ще­ны все по­ли­тич. пар­тии, за­кры­ты их ор­га­ны пе­ча­ти, ра­зо­гнан сейм, раз­гром­ле­ны ра­бо­чие ор­га­ни­за­ции и проф­сою­зы, спор­тив­ные и куль­тур­ные об­ще­ст­ва. Ос­тав­ших­ся без ра­бо­ты пром. ра­бо­чих в при­ну­дит. по­ряд­ке ста­ли пе­ре­се­лять в сель­скую ме­ст­ность, на­прав­лять на за­го­тов­ку ле­са и тор­фо­раз­ра­бот­ки (с мая 1939 этим зани­мал­ся спец. пра­ви­тельств. ор­ган – Центр. ве­дом­ст­во тру­да). В стра­не на­ча­лось соз­да­ние сис­те­мы ка­мер, схо­жих с кор­по­ра­ция­ми фа­ши­ст­ской Ита­лии. Пра­ви­тель­ст­во К. Уль­ма­ни­са рез­ко уже­сто­чи­ло по­ли­ти­ку в от­но­ше­нии нац. мень­шинств, их об­ществ. ор­га­ни­за­ции бы­ли рас­пу­ще­ны, а боль­шин­ст­во нац. школ за­кры­то. Це­ле­на­прав­лен­но про­во­дил­ся курс на пол­ную ас­си­ми­ля­цию лат­га­лов. Они бы­ли ли­ше­ны воз­мож­но­сти поль­зо­вать­ся лат­галь­ским яз. в ме­ст­ных уч­ре­ж­де­ни­ях и обу­чать­ся на нём в шко­лах. В Лат­га­лии про­во­ди­лись на­сильств. от­чу­ж­де­ние зе­мель и рас­се­ле­ние де­ре­вень, часть лат­галь­ских кре­сть­ян бы­ла в при­ну­дит. по­ряд­ке пе­ре­се­ле­на в др. рай­оны Лат­вии.

По­ли­ти­ка вла­стей вы­зы­ва­ла ост­рое не­до­воль­ст­во зна­чит. час­ти на­се­ле­ния. В но­яб. 1934 КПЛ и Со­циа­ли­стич. ра­бо­че-кре­сть­ян­ская пар­тия Л. (сфор­ми­ро­ва­лась на ба­зе рас­пу­щен­ной вла­стя­ми ЛСДРП) за­клю­чи­ли со­гла­ше­ние о со­вме­ст­ной борь­бе про­тив эт­но­кра­тич. ав­то­ри­тар­но­го ре­жи­ма К. Уль­ма­ни­са. В февр. 1939 бы­ло при­ня­то ре­ше­ние о соз­да­нии еди­но­го нар. фрон­та для про­ти­во­дей­ст­вия фа­ши­за­ции стра­ны и уг­ро­зе вой­ны.

В во­про­сах внеш­ней по­ли­ти­ки пра­ви­тель­ст­во ЛР ори­ен­ти­ро­ва­лось на Ве­ли­ко­бри­та­нию и Фран­цию. В нач. 1920-х гг. оно ак­тив­но под­дер­жа­ло их по­пыт­ки со­з­да­ния во­ен.-по­ли­тич. бло­ка при­бал­тий­ских го­су­дарств, вклю­чаю­ще­го так­же Фин­лян­дию и Поль­шу, ко­то­рый дол­жен был стать «са­ни­тар­ным кор­до­ном» и «барь­е­ром» про­тив Сов. Рос­сии, а так­же сред­ст­вом обес­пе­че­ния по­ли­тич. и тер­ри­то­ри­аль­но­го ста­тус-кво в При­бал­тий­ском ре­гио­не, сло­жив­ше­го­ся по­сле 1-й ми­ро­вой вой­ны. По­сле про­ва­ла по­пы­ток соз­да­ния та­ко­го бло­ка Л. под­пи­са­ла с Эс­то­ни­ей 1.11.1923 до­го­вор об обо­ро­нит. сою­зе с це­лью про­ти­во­дей­ст­вия пред­по­ла­гае­мой уг­ро­зе со сто­ро­ны СССР (об­нов­лён 17.2.1934). Ос­лож­не­ние меж­ду­нар. об­ста­нов­ки в свя­зи с от­кры­той по­ста­нов­кой на­ци­ст­ской пар­ти­ей, рвав­шей­ся к вла­сти в Гер­ма­нии, во­про­са о ре­ви­зии вер­саль­ской сис­те­мы за­ста­ви­ло пра­вя­щие кру­ги Л. пред­при­нять ша­ги по улуч­ше­нию от­но­ше­ний с СССР. 5.2.1932 был за­клю­чён сов.-латв. до­го­вор о не­на­па­де­нии и мир­ном раз­ре­ше­нии кон­флик­тов, 4.12.1933 – тор­го­вый до­го­вор. 12.9.1934 Л. под­пи­са­ла с Лит­вой и Эс­то­ни­ей до­го­вор о друж­бе и со­труд­ни­че­ст­ве, в со­от­вет­ст­вии с ко­то­рым три при­бал­тий­ских го­су­дар­ст­ва обя­за­лись раз­ви­вать кон­так­ты и ока­зы­вать друг дру­гу по­ли­тич. и ди­пло­ма­тич. под­держ­ку (см. Ан­тан­та Бал­тий­ская).

Во 2-й пол. 1930-х гг. в ус­ло­ви­ях на­рас­та­ния во­ен. опас­но­сти в Ев­ро­пе в при­бал­тий­ских го­су­дар­ст­вах уси­ли­лось влия­ние на­ци­ст­ской Гер­ма­нии, ак­ти­ви­зи­ро­ва­лись кон­так­ты пра­вя­щих кру­гов этих го­су­дарств с Гер­ма­ни­ей по по­ли­тич. и во­ен. ли­нии. Сре­ди нем. на­се­ле­ния и в ла­тыш. на­цио­на­ли­стич. кру­гах от­кры­то про­па­ган­ди­ро­ва­лись на­ци­ст­ские идеи. Воз­мож­ность пре­вра­ще­ния при­бал­тий­ских стран в плац­дарм для на­па­де­ния Гер­ма­нии на СССР, к че­му мог­ло при­вес­ти за­клю­че­ние ими со­юз­ни­че­ских до­го­во­ров с Гит­ле­ром ли­бо ут­ра­та су­ве­ре­ни­те­та и по­гло­ще­ние Гер­ма­нией в ре­зуль­та­те пря­мой или кос­вен­ной аг­рес­сии с её сто­ро­ны, вы­зы­ва­ла серь­ёз­ную оза­бо­чен­ность у сов. ру­ко­во­дства. 28.3.1939 пра­ви­тель­ст­во СССР офи­ци­аль­но уве­до­ми­ло пра­вя­щие кру­ги Л., что при­да­ёт «ог­ром­ное зна­че­ние» «со­хра­не­нию пол­ной не­за­ви­си­мо­сти Лат­вий­ской, как и др. При­бал­тий­ских рес­пуб­лик, от­ве­чаю­ще­му не толь­ко ин­те­ре­сам на­ро­дов этих рес­пуб­лик, но и жиз­нен­ным ин­те­ре­сам Сов. го­су­дар­ст­ва», и под­черк­ну­ло, «что ка­кие бы то ни бы­ло со­гла­ше­ния, доб­ро­воль­ные или за­клю­чён­ные под внеш­ним дав­ле­ни­ем, ко­то­рые име­ли бы сво­им ре­зуль­та­том хо­тя бы ума­ле­ние или ог­ра­ни­че­ние не­за­ви­си­мо­сти и са­мо­стоя­тель­но­сти Латв. рес­пуб­ли­ки, до­пу­ще­ние в ней по­ли­тич., эко­но­мич. или ино­го гос­под­ства третье­го го­су­дар­ст­ва, пре­дос­тав­ле­ние ему к.-л. ис­клю­чит. прав и при­ви­ле­гий», бу­дут рас­смат­ри­вать­ся как «не­тер­пи­мые… со все­ми вы­те­каю­щи­ми из это­го по­след­ст­вия­ми». Про­дол­же­ние пра­ви­тель­ст­ва­ми Л. и Эс­то­нии кур­са на раз­ви­тие кон­так­тов с Гер­ма­ни­ей (7.6.1939 они под­пи­са­ли с ней дву­сто­рон­ние до­го­во­ры о не­на­па­де­нии, в ко­то­рых за­яв­ля­лось так­же о на­ме­ре­нии за­клю­чить бо­лее ши­ро­кие латв.-герм. и эст.-герм. «гос. до­го­во­ры»), а так­же от­каз Ве­ли­ко­бри­та­нии и Фран­ции га­ран­ти­ро­вать не­за­ви­си­мость и ней­тра­ли­тет при­бал­тий­ских го­су­дарств по­бу­ди­ли пра­ви­тель­ст­во СССР при­нять ре­шит. ша­ги по ук­ре­п­ле­нию сво­ей безо­пас­но­сти на при­бал­тий­ском на­прав­ле­нии. При за­клю­че­нии 23.8.1939 сов.-герм. до­го­во­ра о не­на­па­де­нии (см. Со­вет­ско-гер­ман­ские до­го­во­ры 1939) ру­ко­во­дство СССР на­стоя­ло на вне­се­нии в сек­рет­ный до­пол­нит. про­то­кол пунк­та, со­глас­но ко­то­ро­му тер­ри­то­рия при­бал­тий­ских го­су­дарств, не­по­сред­ст­вен­но гра­ни­чив­ших с Сов. Сою­зом (Лат­вия, Эс­то­нии, Фин­лян­дия), бы­ла при­зна­на сфе­рой его ин­те­ре­сов. При­ня­тие Гер­ма­ни­ей это­го тре­бо­ва­ния по­зво­ли­ло на вре­мя сни­зить уг­ро­зу рас­про­стра­не­ния её во­ен.-по­ли­тич. ак­тив­но­сти на ре­ги­он, рас­смат­ри­вав­ший­ся СССР в ка­че­ст­ве сво­ей зо­ны безо­пас­но­сти. На за­клю­чит. эта­пе гер­ма­но-поль­ской вой­ны 1939, стре­мясь ис­клю­чить воз­мож­ность втор­же­ния Гер­ма­нии в на­ру­ше­ние до­стиг­ну­тых до­го­во­рён­но­стей в При­бал­ти­ку, СССР до­бил­ся от пра­ви­тельств Л., Лит­вы и Эс­то­нии со­гла­сия на за­клю­че­ние с ним дого­во­ров о взаи­мо­по­мо­щи, в со­от­вет­ст­вии с ко­то­ры­ми раз­мес­тил в отд. пунк­тах на тер­ри­то­рии этих стран гар­ни­зо­ны и во­ен. ба­зы. До­го­вор с Л. был под­пи­сан 5.10.1939 (при­знан и за­ре­ги­ст­ри­ро­ван Ли­гой На­ций 6.11.1939). Сов. вой­ска (ок. 25 тыс. чел.), вве­дён­ные в Л. с 31.10.1939, не вме­ши­ва­лись в её внутр. де­ла, стро­го вы­пол­няя пункт 5 до­го­во­ра, ко­то­рым пре­ду­смат­ри­ва­лось, что пре­бы­ва­ние час­тей Крас­ной Ар­мии не бу­дет за­тра­ги­вать су­ве­рен­ных прав Л., ка­саю­щих­ся её гос. уст­рой­ст­ва, эко­но­мич. и со­ци­аль­ной сис­те­мы и во­ен. ме­ро­прия­тий. В со­от­вет­ст­вии с кон­фи­ден­ци­аль­ным про­то­ко­лом, при­ла­гав­шим­ся к до­го­во­ру о взаи­мо­по­мо­щи, Л. име­ла пра­во не уча­ст­во­вать в вой­не на сто­ро­не СССР, но бы­ла обя­за­на в этом слу­чае со­хра­нять ней­тра­ли­тет. В це­лях ока­за­ния по­мо­щи латв. эко­но­ми­ке, ис­пы­ты­вав­шей в ус­ло­ви­ях на­чав­шей­ся 2-й ми­ро­вой вой­ны воз­рас­таю­щие труд­но­сти, СССР под­пи­сал с Л. 18.10.1939 со­гла­ше­ние о рас­ши­ре­нии тор­го­во­го обо­ро­та, по ус­ло­ви­ям ко­то­ро­го обя­зал­ся за­ку­пить у латв. про­из­во­ди­те­лей до кон. 1940 100 тыс. го­лов сви­ней, 3 тыс. го­лов круп­но­го ро­га­то­го ско­та, 7 тыс. т мас­ла, 5 тыс. т цел­лю­ло­зы, 2,5 тыс. т бу­ма­ги и кар­то­на и пр., а со сво­ей сто­ро­ны осу­ще­ст­вить по­став­ки в Л. 10 тыс. т са­ха­ра, 5,5 тыс. т хлоп­ка, 8 тыс. т же­ле­за и ста­ли, 4 тыс. т чу­гу­на, 25 тыс. т ке­ро­си­на, 9 тыс. т бен­зи­на, 25 тыс. т сер­но­го кол­че­да­на, 70 тыс. т кон­цен­тра­та апа­ти­та и др. ви­дов сы­рья и про­дук­тов хи­мич. про­мыш­лен­но­сти.

Под­пи­са­ние до­го­во­ра о взаи­мо­по­мо­щи с СССР бы­ло по-раз­но­му встре­че­но в латв. об­ще­ст­ве. В на­ча­ле окт. 1939 тер­ри­то­рию стра­ны по при­зы­ву герм. пра­ви­тель­ст­ва в спеш­ном по­ряд­ке на­ча­ли по­ки­дать нем­цы (до 15.12.1939 из Л. вы­еха­ли св. 48,6 тыс. т. н. фольк­сдой­че из 64 тыс. офи­ци­аль­но за­ре­ги­ст­ри­ро­ван­ных). Их пе­ре­се­ле­ние в Гер­ма­нию бы­ло оформ­ле­но 30.10.1939 герм.-латв. до­го­во­ром, по ко­то­ро­му латв. пра­ви­тель­ст­во взя­ло на се­бя так­же обя­за­тель­ст­во вы­пла­тить ком­пен­са­цию (св. 100 млн. ла­тов) за ос­тав­лен­ную ре­пат­ри­ан­та­ми соб­ст­вен­ность. По­зи­тив­ный от­клик сов.-латв. до­го­вор по­лу­чил сре­ди на­се­ле­ния Лат­га­ле, ра­бо­чих круп­ных го­ро­дов и сель­ской бед­но­ты Кур­зе­ме, Вид­зе­ме и Зем­га­ле, он был с одоб­ре­ни­ем встре­чен так­же ча­стью по­ли­ти­ков, во­ен­ных и ин­тел­ли­ген­ции.

Од­на­ко, дав со­гла­сие на ввод сов. войск, латв. вла­сти це­ле­на­прав­лен­но соз­да­ва­ли ус­ло­вия, за­труд­няв­шие их пре­бы­ва­ние в стра­не (пре­дос­тав­ле­ние по­ме­ще­ний, не­при­год­ных для рас­квар­ти­ро­ва­ния, за­вы­ше­ние цен на за­ку­пае­мое час­тя­ми Крас­ной Ар­мии про­до­воль­ст­вие, ог­ра­ни­че­ние воз­мож­но­сти поль­зо­вать­ся те­ле­граф­ной и те­ле­фон­ной свя­зью, за­тя­ги­ва­ние под­пи­са­ния до­пол­нит. со­гла­ше­ний, ор­га­ни­за­ция слеж­ки и про­во­ка­ций и др.). Си­туа­ция ещё боль­ше ос­лож­ни­лась по­сле на­ча­ла со­вет­ско-фин­лянд­ской вой­ны 1939–40. В Л. бы­ла раз­вя­за­на ан­ти­со­вет­ская кам­па­ния, со­про­во­ж­дав­шая­ся при­зы­ва­ми «сбро­сить в мо­ре» сов. гар­ни­зо­ны, на­ча­лась вер­бов­ка доб­ро­воль­цев для от­прав­ки в Фин­лян­дию, из пра­ви­тель­ст­ва и с ко­манд­ных долж­но­стей в ар­мии бы­ли уво­ле­ны сто­рон­ни­ки раз­ви­тия со­труд­ни­че­ст­ва с СССР, в т. ч. во­ен. мин. ген. Я. Ба­ло­дис, латв. ар­мия и айз­сар­ги бы­ли при­ве­де­ны в по­вы­шен­ную бое­го­тов­ность. В кон. 1939 – нач. 1940 в Ри­ге, Лие­пае, Вент­с­пил­се, Ел­га­ве, Дау­гав­пил­се про­шли мас­со­вые аре­сты ком­му­ни­стов и лиц, сим­па­ти­зи­ро­вав­ших СССР. Зна­чи­тель­но ак­ти­ви­зи­ро­ва­ла свою дея­тель­ность Бал­тий­ская Ан­тан­та. Сход­ная с Л. си­туа­ция скла­ды­ва­лась так­же в Лит­ве и Эс­то­нии, что да­ло ос­но­ва­ние сов. пра­ви­тель­ст­ву сде­лать вы­вод о том, что при­бал­тий­ские го­су­дар­ст­ва ко­ор­ди­ни­ру­ют свои дей­ст­вия, рас­счи­ты­вая со­вме­ст­ны­ми уси­лия­ми со­рвать вы­пол­не­ние за­клю­чён­ных ими с СССР до­го­во­ров о взаи­мо­по­мо­щи, и в кри­зис­ной си­туа­ции мо­гут за­нять по от­но­ше­нию к не­му вра­ж­деб­ную по­зи­цию.

На­рас­та­ние с на­ча­ла ле­та 1940 уг­ро­зы во­ен. столк­но­ве­ния с Гер­ма­ни­ей, на­чав­шей ещё до пол­но­го за­вер­ше­ния Фран­цуз­ской кам­па­нии 1940 пе­ре­бра­сы­вать свои час­ти на вос­ток, по­ста­ви­ло пра­ви­тель­ст­во СССР пе­ред не­об­хо­ди­мо­стью ока­зать дав­ле­ние на при­бал­тий­ские стра­ны с це­лью до­бить­ся от них по­сле­до­ват. вы­пол­не­ния ра­нее дос­тиг­ну­тых до­го­во­рён­но­стей. В сер. ию­ня 1940 сов. ру­ко­вод­ство в уль­ти­ма­тив­ной фор­ме по­тре­бо­ва­ло от пра­ви­тельств Л., Лит­вы и Эсто­нии дать со­гла­сие на ввод на их тер­ри­то­рию до­пол­нит. час­тей Крас­ной Ар­мии и сфор­ми­ро­вать пра­ви­тель­ст­ва, спо­собные обес­пе­чить че­ст­ное про­ве­де­ние в жизнь до­го­во­ров о взаи­мо­по­мо­щи. Пра­ви­тель­ст­ву Л. сов. за­яв­ле­ние бы­ло пе­ре­да­но 16.6.1940. К. Уль­ма­нис об­ра­тил­ся к герм. ру­ко­вод­ству за под­держ­кой и по­про­сил раз­ре­ше­ния эва­куи­ро­вать латв. пра­ви­тель­ст­во и ар­мию в Вост. Прус­сию, но по­лу­чил от­каз. Ве­че­ром 16 ию­ня латв. вла­сти со­об­щи­ли о го­тов­но­сти вы­пол­нить сов. тре­бо­ва­ния.

Час­тям Крас­ной Ар­мии, всту­пив­шим 17.6.1940 на тер­ри­то­рию Л., жи­те­ли латв. го­ро­дов ока­за­ли тё­п­лый при­ём, в Лат­га­ле ме­ст­ное на­се­ле­ние от­кры­то бра­та­лось с крас­но­ар­мей­ца­ми. В Ри­ге в свя­зи с при­бы­ти­ем сов. войск 17 ию­ня на­ча­лись сти­хий­ные де­мон­ст­ра­ции под ан­ти­пра­ви­тельств. ло­зун­га­ми (в отд. дни чис­ло их уча­ст­ни­ков до­хо­ди­ло до 70 тыс. чел.). Де­мон­ст­ран­ты тре­бо­ва­ли от­став­ки К. Уль­ма­ни­са, ус­та­нов­ле­ния сов. вла­сти и при­сое­ди­не­ния Л. к СССР. По­пыт­ки по­ли­ции ра­зо­гнать де­мон­ст­ран­тов вы­ли­лись в улич­ные столк­но­ве­ния, в хо­де ко­то­рых с обе­их сто­рон бы­ли уби­тые и ра­не­ные. 18 ию­ня Уль­ма­нис объ­я­вил стра­ну на осад­ном по­ло­же­нии, в Ри­гу на­ча­ли стя­ги­вать­ся вой­ска и час­ти айз­сар­гов. По­сле пе­ре­го­во­ров с при­быв­шим в Л. упол­но­мо­чен­ным ВС СССР А. Я. Вы­шин­ским Уль­ма­нис 20 ию­ня ут­вер­дил со­став но­во­го пра­ви­тель­ст­ва Л. (по­лу­чи­ло назв. Нар. пра­ви­тель­ст­ва), ко­то­рое со­стоя­ло из ли­бе­раль­ных по­ли­ти­ков во гла­ве с проф. мик­ро­био­ло­гии Латв. ун-та А. М. Кир­хен­штей­ном. Нар. пра­ви­тель­ст­во от­ме­ни­ло осад­ное по­ло­же­ние и ам­ни­сти­ро­ва­ло по­ли­тич. за­клю­чён­ных. По­сле­дую­щи­ми ак­та­ми оно ли­к­ви­ди­ро­ва­ло Центр. ве­дом­ст­во тру­да, сис­те­му ка­мер, обя­за­ло айз­сар­гов сдать ору­жие (час­ти айз­сар­гов бы­ли рас­пу­ще­ны на ос­но­ва­нии за­ко­на от 8.7.1940), от­ме­ни­ло все ог­ра­ни­че­ния, дей­ст­во­вав­шие в от­но­ше­нии не­ла­тыш­ских на­род­но­стей, в т. ч. на поль­зо­ва­ние ими род­ным язы­ком в шко­лах, уч­ре­ж­де­ни­ях куль­туры, ор­га­нах пе­ча­ти, при от­прав­ле­нии ре­лиг. куль­тов. 30.6.1940 бы­ла раз­ре­ше­на ле­галь­ная дея­тель­ность КПЛ.

Праздник в Риге по случаю принятия Латвийской республики в состав СССР. 6.8.1940.

Вы­бо­ры в Нар. сейм Л. со­стоя­лись 14–15.7.1940. В них при­ня­ли уча­стие 94,8% из­би­ра­те­лей. По­бе­ду на вы­бо­рах одер­жал воз­глав­ляв­ший­ся КПЛ из­би­рат. блок Со­юз тру­до­во­го на­ро­да Лат­вии, за ко­то­рый бы­ло по­да­но 97,8% от об­ще­го чис­ла го­ло­сов. Со­брав­ший­ся на свою 1-ю сес­сию Нар. сейм Л. 21.7.1940 при­нял ре­ше­ние об ус­та­нов­ле­нии в стра­не сов. вла­сти, об­ра­зо­ва­нии Латв. ССР и об­ра­тил­ся к сов. пра­ви­тель­ст­ву с прось­бой о приё­ме Л. в со­став СССР. В тот же день К. Уль­ма­нис, под­пи­сав при­ня­тые Нар. сей­мом за­ко­но­дат. ак­ты, ос­та­вил свой пост. Нар. сейм 22.7.1940 опуб­ли­ко­вал дек­ла­ра­цию о на­цио­на­ли­за­ции на тер­ри­то­рии Л. всех круп­ных пром., стро­ит. пред­при­ятий и бан­ков, а так­же дек­ла­ра­цию об объ­яв­ле­нии зем­ли все­на­род­ной соб­ст­вен­но­стью. 5.8.1940 ВС СССР при­нял за­кон о при­ня­тии Латв. ССР в со­став Сов. Сою­за.

На 2-й сес­сии Нар. сей­ма 25.8.1940 бы­ла ут­вер­жде­на кон­сти­ту­ция Латв. ССР, сам сейм был пре­об­ра­зо­ван в ВС Латв. ССР (его Пре­зи­ди­ум воз­гла­вил А. М. Кир­хен­штейн), 26.8.1940 сфор­ми­ро­ван СНК Латв. ССР под пред­се­да­тель­ст­вом пи­сате­ля В. Т. Ла­ци­са.

В 1940–41 сов. пра­ви­тель­ст­во Л. про­ве­ло ши­ро­кий ком­плекс ме­ро­прия­тий по пе­ре­строй­ке со­ци­аль­но-эко­но­мич. сис­те­мы рес­пуб­ли­ки. Бы­ли от­кры­ты ра­нее без­дей­ст­во­вав­шие пром. пред­при­ятия, пол­но­стью ли­к­ви­ди­ро­ва­на без­ра­бо­ти­ца. Уже в 1940 ва­ло­вой вы­пуск пром. про­дук­ции воз­рос по срав­не­нию с 1939 на 21%. В ре­зуль­та­те аг­рар­ной ре­фор­мы, в ос­но­ву ко­то­рой бы­ли по­ло­же­ны прин­ци­пы, дек­ла­ри­ро­ван­ные Нар. сей­мом 22.7.1940, макс. раз­мер зе­мель­но­го на­де­ла, на­хо­див­ше­го­ся в поль­зо­ва­нии отд. кре­сть­ян­ско­го хо­зяй­ст­ва, был ог­ра­ни­чен 30 га, а все из­лиш­ки зем­ли пе­ре­да­ны в гос. зе­мель­ный фонд. Это по­зво­ли­ло пра­ви­тель­ст­ву обес­пе­чить зем­лёй 52 тыс. без­зе­мель­ных кре­сть­ян (им бы­ло вы­де­ле­но 525 тыс. га) и уве­ли­чить в об­щей слож­но­сти на 75 тыс. га на­де­лы 23 тыс. ма­ло­зе­мель­ных. Пра­ви­тель­ст­во ан­ну­ли­ро­ва­ло ста­рые дол­ги кре­сть­ян на сум­му св. 350 млн. руб. В це­лях ока­за­ния по­мо­щи сель­ско­му на­се­ле­нию в об­ра­бот­ке зем­ли к нач. 1941 в Л. бы­ло соз­да­но 50 ма­шин­но-трак­тор­ных стан­ций (МТС) и 502 ма­шин­но-кон­ных про­кат­ных пунк­та.

По ини­циа­ти­ве пра­ви­тель­ст­ва Гер­ма­нии 10.1.1941 бы­ло под­пи­са­но сов.-герм. со­гла­ше­ние о пе­ре­се­ле­нии на тер­ри­то­рию Герм. им­пе­рии эт­нич. нем­цев, не по­ки­нув­ших по разл. при­чи­нам в 1939 Л. и Эс­то­нию. К мар­ту 1941 из Латв. ССР в Гер­ма­нию вы­еха­ли ок. 10,2 тыс. фольк­с­дой­че.

В ию­ле 1940 тер­ри­то­рия Л. бы­ла вклю­че­на в со­став При­бал­тий­ско­го ВО, в ав­гу­сте то­го же го­да латв. ар­мия, очи­щен­ная от не­бла­го­на­дёж­ных эле­мен­тов, пре­об­ра­зо­ва­на в 24-й ла­тыш. стрел­ко­вый кор­пус (ком. Р. Кля­винь). В ус­ло­ви­ях над­ви­гав­шей­ся вой­ны сов. пра­ви­тель­ст­во рас­смат­ри­ва­ло При­бал­ти­ку в ка­че­ст­ве воз­мож­но­го те­ат­ра бое­вых дей­ст­вий и пред­при­ня­ло ша­ги по уда­ле­нию из ты­ло­вых рай­онов лиц, спо­соб­ных пой­ти на со­труд­ни­че­ст­во с про­тив­ни­ком. 14.6.1941 с тер­ри­то­рии Л. в глубь СССР бы­ли высе­ле­ны с по­сле­дую­щим раз­ме­ще­ни­ем в спец­по­се­ле­ни­ях, ис­пра­ви­тель­но-тру­до­вых ла­ге­рях и ла­ге­рях для во­ен­но­плен­ных от 14,7 тыс. до 16,9 тыс. чел. (быв. дея­те­ли по­ли­тич. ап­па­ра­та ре­жи­ма К. Уль­ма­ни­са, ак­ти­ви­сты на­цио­на­ли­стич., про­фа­ши­ст­ских дви­же­ний и ор­га­ни­за­ций, быв. жан­дар­мы, ру­ко­во­дя­щие чи­ны по­ли­ции и тю­рем, быв. бе­ло­гвар­дей­цы и офи­це­ры цар­ской ар­мии, не­бла­го­на­дёж­ные офи­це­ры латв. ар­мии, а так­же уго­лов­ни­ки и асо­ци­аль­ные эле­мен­ты). Од­на­ко ней­тра­ли­зо­вать ак­тив­ность вра­ж­деб­ных сил сов. пра­ви­тель­ст­ву не уда­лось. За неск. дней до на­па­де­ния Гер­ма­нии на СССР на тер­ри­то­рии Л. на­ча­лись воо­руж. вы­сту­п­ле­ния ла­тыш. на­цио­на­ли­стов, соз­дав­ших «от­ря­ды са­мо­обо­ро­ны», ос­но­ву ко­то­рых со­став­ля­ли быв. айз­сар­ги, по­ли­цей­ские, чле­ны «Пер­кон­кру­ст­са», во­ен­но­слу­жа­щие латв. ар­мии.

С пер­вых дней вой­ны тер­ри­то­рия Л. под­вер­глась на­лё­там герм. авиа­ции. Сов. пра­ви­тель­ст­во эва­куи­ро­ва­ло из рес­пуб­ли­ки 53 тыс. чел., часть сырь­е­вых за­пасов и наи­бо­лее цен­ное обо­ру­до­ва­ние. В кон­це ию­ня 1941 герм. вой­ска всту­пили на латв. зем­лю, 1 ию­ля взя­ли Ри­гу, 8 ию­ля ок­ку­пи­ро­ва­ли всю тер­ри­то­рию Латв. ССР. 24-й ла­тыш. стрел­ко­вый кор­пус и сфор­ми­ро­ван­ные в ию­не 1941 ла­тыш. ис­тре­бит. ба­таль­о­ны и ра­бо­чие от­ря­ды, объ­е­ди­нён­ные за­тем в два доб­ро­вольч. пол­ка, вме­сте с др. час­тя­ми Крас­ной Ар­мии с боя­ми от­сту­пи­ли в Эс­то­нию и Ле­нингр. обл. В сент. 1941 бы­ла сфор­ми­ро­ва­на 201-я ла­тыш. стрел­ко­вая ди­ви­зия (ком. Я. Я. Вей­кин; в окт. 1942 пе­ре­име­но­ва­на в 43-ю гвард. стрел­ко­вую ди­ви­зию), ко­то­рая за­тем вме­сте с 308-й ла­тыш. стрел­ко­вой ди­ви­зи­ей во­шла в со­став 130-го ла­тыш. стрел­ко­во­го кор­пу­са (ком. Д. К. Брант­калн). Лич­ный со­став этих час­тей по­пол­нял­ся за счёт ла­ты­шей, пе­ре­се­лив­ших­ся на рос. тер­ри­то­рию до 1920 (по дан­ным на 1939, их чис­лен­ность со­став­ля­ла 114,5 тыс. чел.), а так­же эва­куи­ро­ван­ных из рес­пуб­ли­ки в 1941.

В рай­онах, ос­тав­ляе­мых Крас­ной Ар­ми­ей, ещё до всту­п­ле­ния в них герм. войск ла­тыш. «от­ря­ды са­мо­обо­ро­ны» (с на­ча­ла ию­ля 1941 под ко­манд. быв. полк. латв. ар­мии В. Вай­са) про­во­ди­ли ак­ции «са­мо­очи­ще­ния» – унич­то­жа­ли ев­ре­ев, ком­му­ни­стов, сов. ак­ти­ви­стов, лиц, со­чув­ст­во­вав­ших сов. вла­сти, на­па­да­ли на от­хо­дя­щие час­ти Крас­ной Ар­мии, пре­пят­ст­во­ва­ли эва­куа­ции гражд. лиц и ма­те­ри­аль­ных цен­но­стей. Осо­бой жес­то­ко­стью от­ли­ча­лась «ко­ман­да безо­пас­но­сти» под рук. быв. кап­ра­ла В. Арай­са и его по­мощ­ни­ка Г. Цу­кур­са. Герм. ко­ман­до­ва­ние не пре­пят­ст­во­ва­ло пре­ступ­ным рас­пра­вам, ко­то­рые уст­раи­ва­ли ла­тыш. на­цио­на­ли­сты.

Ок­ку­пац. вла­сти 18–19.8.1941 объ­яви­ли все гос. пред­при­ятия и зем­ли Л. соб­ствен­но­стью герм. гос-ва, а гос. язы­ком – не­мец­кий. 1.9.1941 Л. в ка­че­ст­ве «ге­не­раль­но­го ок­ру­га» бы­ла вклю­че­на в со­став герм. им­пер­ско­го ко­мис­са­риа­та Ост­ланд (центр – Ри­га), раз­де­ле­на на 6 об­лас­тей во гла­ве с ге­битс­ко­мис­са­ра­ми и по­став­ле­на под герм. гражд. управ­ле­ние. В мар­те 1942 при герм. ге­не­раль­ном ко­мис­са­ре О. Дрекс­ле­ре бы­ло соз­да­но «ла­тыш. са­мо­управ­ле­ние» – кол­ла­бо­ра­цио­ни­ст­ский ор­ган во гла­ве с быв. ген. латв. ар­мии О. Дан­кер­сом, про­во­див­ший в жизнь рас­по­ря­же­ния ок­ку­пац. вла­стей.

С пер­вых дней герм. ок­ку­па­ции на тер­ри­то­рии Л. раз­вер­ну­лось пар­ти­зан­ское дви­же­ние. В пар­ти­зан­ских от­ря­дах в Лат­га­ле, Зем­га­ле (к нач. 1944 объ­е­ди­не­ны в 3 бри­га­ды под ко­манд. В. П. Сам­со­на, О. П. Ош­кал­на, П. Ра­ти­ня) и Кур­зе­ме [от­ря­ды А. Мац­па­на, «Сар­ка­на бул­та» («Крас­ная стре­ла») и др.] сра­жа­лись ок. 20 тыс. чел. В го­ро­дах ак­тив­но дей­ст­во­ва­ли под­поль­ные ор­га­ни­за­ции (ру­ко­во­ди­те­ли под­поль­ной борь­бы в Л. – И. Я. Суд­ма­лис, А. Ренд­ни­ек и др.). Ла­тыш. пар­ти­за­на­ми бы­ли пу­ще­ны под от­кос 350 во­ин­ских эше­ло­нов, уби­ты и ра­не­ны 45 тыс. гит­ле­ров­цев.

С кон­ца ию­ля 1941 на ба­зе «от­ря­дов са­мо­обо­ро­ны» пу­тём вер­бов­ки доб­ро­воль­цев герм. вла­сти на­ча­ли фор­ми­ро­вать ла­тыш. по­ли­цей­ские (ох­ран­ные) ба­таль­о­ны (позд­нее так­же пол­ки), пред­на­зна­чен­ные для борь­бы про­тив пар­ти­зан и про­ве­де­ния ка­ра­тель­ных опе­ра­ций на тер­ри­то­ри­ях, ок­ку­пи­ро­ван­ных Гер­ма­ни­ей. К нач. 1942 в рас­по­ря­же­нии герм. по­ли­ции и СС в Л. име­лось уже ок. 14 тыс. чел., по­сту­пив­ших на служ­бу доб­ро­воль­но (все­го за го­ды вой­ны в Л. был сфор­ми­ро­ван 41 по­ли­цей­ский ба­таль­он чис­лен­но­стью от 300 до 600 чел. ка­ж­дый). Ла­тыш. по­ли­цей­ские час­ти, от­ли­чав­шие­ся бес­при­мер­ной жес­то­ко­стью, ис­поль­зо­ва­лись нем­ца­ми в Рос­сии, Бе­ло­рус­сии, на Ук­раи­не, в Поль­ше. В са­мой Л. они не­сли ох­ра­ну тю­рем, конц­ла­ге­рей, ла­ге­рей для во­ен­но­плен­ных и гет­то (в пе­ри­од герм. ок­ку­па­ции на латв. тер­ри­то­рии дей­ст­во­ва­ли 46 тю­рем, 23 конц­ла­ге­ря, 18 гет­то), про­во­ди­ли пла­но­мер­ное унич­то­же­ние ев­ре­ев (80-ты­сяч­ное евр. на­се­ле­ние Л. в 1941–44 бы­ло ис­треб­ле­но прак­ти­че­ски пол­но­стью, вы­жи­ли лишь 162 чел.), ком­му­ни­стов, пар­ти­зан и сов. во­ен­но­плен­ных. Ла­тыш. зон­дер­ко­ман­ды уча­ст­во­ва­ли в унич­то­же­нии уз­ни­ков Са­лас­пилс­ско­го конц­ла­ге­ря (в нём по­гиб­ли св. 100 тыс. чел.), про­из­во­ди­ли рас­стре­лы мир­ных жи­те­лей в Би­кер­ни­ек­ском ле­су (уби­то 46 тыс. чел.) и Рум­буль­ском ле­су (50 тыс. чел.). Все­го в Л. за го­ды ок­ку­па­ции от рук гит­ле­ров­цев и их ла­тыш. по­соб­ни­ков по­гиб­ли 313,8 тыс. мир­ных жи­те­лей (в т. ч. соб­ст­вен­но жи­те­лей Л. – ок. 100 тыс. чел.) и св. 330 тыс. сов. во­ен­но­плен­ных.

Парад Латышского добровольческого легиона СС. Ноябрь 1943.

С нач. 1942 на ба­зе нес­коль­ких ла­тыш. по­ли­цей­ских ча­стей был соз­дан Ла­тыш. доб­ро­вольч. ле­ги­он СС (ген.-ин­спек­тор Р. Бан­гер­скис, в про­шлом ген. латв. ар­мии), в ко­то­рый пер­во­на­чаль­но вхо­ди­ла 2-я ла­тыш. до­бро­вольч. бри­га­да СС, а за­тем 15-я и 19-я ла­тыш. доб­ро­вольч. ди­ви­зии СС. С дек. 1943 по­пол­не­ние этих час­тей осу­ще­ст­в­ля­лось так­же пу­тём мо­би­ли­за­ции (в 1943–44 в них бы­ли мо­би­ли­зо­ва­ны 30 тыс. ла­ты­шей; все­го за го­ды вой­ны герм. вла­сти по­ста­ви­ли под ру­жьё ок. 146 тыс. жи­те­лей Л.). Ла­тыш. ди­ви­зии СС уча­ст­во­ва­ли в бо­ях про­тив Крас­ной Ар­мии в рай­оне р. Ве­ли­кая, оз. Лу­банс, а так­же при­ни­ма­ли не­по­средств. уча­стие в борь­бе с сов. пар­ти­за­на­ми и ка­ра­тель­ных ак­ци­ях на тер­ри­то­рии Ле­нин­град­ской и Нов­го­род­ской об­лас­тей.

В ию­ле 1944 на­ча­лось ос­во­бо­ж­де­ние Л. (см. При­бал­тий­ская опе­ра­ция 1944). Сло­мив упор­ное со­про­тив­ле­ние герм. войск и ла­тыш. эсэ­сов­цев, 13.10.1944 час­ти Крас­ной Ар­мии всту­пи­ли в Ри­гу. По­сле ка­пи­ту­ля­ции в ночь с 8 на 9 мая 1945 груп­пи­ров­ки вер­мах­та, удер­жи­вав­шей Кур­зе­ме, тер­ри­то­рия Латв. ССР бы­ла пол­но­стью ос­во­бо­ж­де­на. Вме­сте с герм. час­тя­ми в Кур­зе­ме сло­жи­ла ору­жие 19-я ла­тыш. ди­ви­зия СС (её ра­зо­ру­жа­ли час­ти 130-го ла­тыш. стрел­ко­во­го кор­пу­са Крас­ной Ар­мии). 15-я ла­тыш. ди­ви­зия СС бы­ла раз­гром­ле­на под Бер­ли­ном в апр. 1945, её раз­роз­нен­ные под­раз­де­ле­ния сда­лись в плен сов. и амер. вой­скам. В бо­ях за ос­во­бо­ж­де­ние Л. по­гиб­ли ок. 150 тыс. сов. вои­нов. Ок. 20 тыс. офи­це­ров, сол­дат ла­тыш. кор­пу­са и пар­ти­зан за бое­вые за­слу­ги бы­ли на­гра­ж­де­ны ор­де­на­ми и ме­да­ля­ми СССР, зва­ния Ге­роя Сов. Сою­за удо­стое­ны 28 че­ло­век.

Вой­на и ок­ку­па­ция на­нес­ли тя­же­лей­ший урон Л. В ре­зуль­та­те ги­бе­ли мир­но­го на­се­ле­ния, бое­вых по­терь ла­тыш. час­тей, не­воз­вра­ще­ния на ро­ди­ну мн. ла­ты­шей, вы­ехав­ших доб­ро­воль­но ли­бо по рас­по­ря­же­нию ок­ку­пац. вла­стей на ра­бо­ты в Гер­ма­нию (в 1942–44 из Л. от­бы­ли ок. 280 тыс. чел.), бег­ст­ва за ру­беж в 1944 – нач. 1945 115 тыс. жи­те­лей рес­пуб­ли­ки, со­труд­ни­чав­ших с гит­ле­ров­ца­ми ли­бо не по­же­лав­ших вновь при­знать сов. власть, на­се­ле­ние Л. со­кра­ти­лось бо­лее чем на 20% (св. 400 тыс. чел.). По­сле ос­во­бо­ж­де­ния латв. тер­ри­то­рии в 1945 бы­ли за­дер­жа­ны, осу­ж­де­ны и вы­сла­ны в вост. рай­оны СССР для от­бы­ва­ния на­ка­за­ния ок. 14,4 тыс. ла­тыш. кол­ла­бо­ра­цио­ни­стов.

Ущерб, на­не­сён­ный герм. ок­ку­па­ци­ей эко­но­ми­ке Латв. ССР, со­ста­вил 20 млрд. руб. (в до­во­ен­ных це­нах). Бы­ли раз­граб­ле­ны важ­ней­шие пром. пред­при­ятия, рас­хи­щен парк ж.-д. ва­го­нов и ло­ко­мо­ти­вов, пол­но­стью раз­ру­ше­на энер­ге­тич. ба­за рес­пуб­ли­ки. В хо­де во­ен. дей­ст­вий унич­то­же­но св. 62% всех ж.-д. пу­тей, св. 550 мос­тов. В руи­ны пре­вра­ще­ны го­ро­да Ел­га­ва, Дау­гав­пилс, Ре­зек­не, Вал­мие­ра и др., раз­ру­ше­ни­ям под­вер­глась Ри­га. Ок­ку­пан­ты кон­фи­ско­ва­ли св. 800 тыс. го­лов круп­но­го ро­га­то­го ско­та, св. 500 тыс. сви­ней, св. 100 тыс. ло­ша­дей, а так­же с.-х. ма­ши­ны и ин­вен­тарь, при­над­ле­жав­шие МТС и ма­шин­но-кон­ным про­кат­ным пунк­там.

Пре­одо­ле­ние по­след­ст­вий вой­ны осу­ще­ст­в­ля­лось в Латв. ССР в рам­ках об­ще­со­юз­но­го пла­на вос­ста­нов­ле­ния и раз­ви­тия нар. хо­зяй­ст­ва на 1946–50. Пла­ном ста­ви­лась так­же за­да­ча пре­вра­тить Л. из аг­рар­ной в ин­ду­ст­ри­аль­но-аг­рар­ную рес­пуб­ли­ку. Л. по­лу­чи­ла из РСФСР и др. со­юз­ных рес­пуб­лик сы­рьё, то­п­ли­во, пром. из­де­лия, ав­то­ма­ши­ны, за­во­д­ское обо­ру­до­ва­ние. В рес­пуб­ли­ку, ис­пы­ты­вав­шую ост­рый де­фи­цит ра­бо­чей си­лы (мн. латв. пред­при­ятия рас­по­ла­га­ли лишь 50–60% не­об­хо­ди­мо­го пер­со­на­ла), пра­ви­тель­ст­во СССР на­пра­ви­ло ок. 10 тыс. ква­ли­фи­цир. ра­бо­чих, тех­ни­ков, ин­же­не­ров. Уже в 1947 по стои­мости вы­пус­кае­мой пром. про­дук­ции Л. дос­тиг­ла уров­ня 1940, а к 1950 пре­взош­ла его в 3 раза. Ко­рен­ные из­ме­не­ния про­изош­ли в струк­ту­ре пром-сти: оп­ре­де­ляю­щее зна­че­ние при­об­ре­ли ма­ши­но­строе­ние и ме­тал­ло­об­ра­бот­ка, воз­ник­ли но­вые от­рас­ли про­из-ва – энер­ге­тич. ма­ши­но­строе­ние, при­бо­ро­строе­ние и др.

Ре­зуль­та­ты пред­во­ен­ной аг­рар­ной ре­фор­мы в Л. бы­ли ан­ну­ли­ро­ва­ны герм. ок­ку­пац. вла­стя­ми, по­это­му по окон­ча­нии вой­ны её по­тре­бо­ва­лось про­во­дить за­но­во. К 1946 в гос. фонд бы­ло от­ме­жёва­но св. 1,5 млн. га зем­ли за счёт от­чу­ж­де­ния из­лиш­ков у 24,45 тыс. круп­ных хо­зяйств, на­дел ко­то­рых пре­вы­шал 30 га, ли­к­ви­да­ции ку­лац­ких хо­зяйств, экс­про­приа­ции вла­де­ний по­соб­ни­ков ок­ку­пан­тов и зе­мель­ных спе­ку­лян­тов, а так­же за счёт зе­мель бро­шен­ных хо­зяйств. К нач. 1946 бы­ло об­ра­зо­ва­но св. 48,8 тыс. но­вых кре­сть­ян­ских хо­зяйств. Этим хо­зяй­ст­вам и ма­ло­зе­мель­ным кре­сть­я­нам (20,9 тыс. хо­зяйств) бы­ло при­ре­за­но на 100 тыс. га боль­ше зем­ли, чем в 1940. В ре­зуль­та­те аг­рар­ной ре­фор­мы ко­ли­че­ст­во кре­сть­ян­ских хо­зяйств в Л. со­ста­ви­ло 251 тыс., в их поль­зо­ва­нии на­хо­ди­лось ок. 3,5 млн. га зем­ли. По за­вер­ше­нии пе­ре­рас­пре­де­ле­ния зе­мель пра­ви­тель­ст­во Латв. ССР при­сту­пи­ло к соз­да­нию с.-х. ко­опе­ра­ти­вов, а за­тем к кол­лек­ти­ви­за­ции, ко­то­рая бы­ла за­вер­ше­на к но­яб. 1950. Аг­рар­ная ре­фор­ма и кол­лек­ти­ви­за­ция про­хо­ди­ли в об­ста­нов­ке ост­рой клас­со­вой борь­бы. В 1949 св. 43 тыс. чел. бы­ли на разл. сро­ки вы­се­ле­ны в вост. рай­оны СССР, их иму­ще­ст­во кон­фи­ско­ва­но (ли­ца, про­ти­во­дей­ст­во­вав­шие пре­об­ра­зо­ва­ни­ям в аг­рар­ном сек­то­ре Л., и чле­ны их се­мей).

Серь­ёз­но дес­та­би­ли­зи­ро­ва­ла об­ста­нов­ку в рес­пуб­ли­ке в пер­вое по­сле­во­ен­ное де­ся­ти­ле­тие дея­тель­ность т. н. лес­ных брать­ев – ан­ти­со­вет­ских воо­руж. фор­ми­ро­ва­ний, яд­ро ко­то­рых со­став­ля­ли раз­ве­ды­ва­тель­но-ди­вер­си­он­ные груп­пы, сфор­ми­ро­ван­ные нем­ца­ми из ла­тыш. ле­гио­не­ров и по­ли­цей­ских и в боль­шом ко­ли­че­ст­ве за­бро­шен­ные в 1944–45 в тыл Крас­ной Ар­мии. На тер­ри­то­рии Л. ими бы­ло со­вер­ше­но св. 3 тыс. ди­вер­сий, уби­то бо­лее 2 тыс. сов. ра­бот­ни­ков, ком­му­ни­стов, во­ен­но­слу­жа­щих, пред­ста­ви­те­лей ин­тел­ли­ген­ции. Бо́ль­шая часть от­ря­дов «лес­ных брать­ев» бы­ла раз­гром­ле­на к 1952.

В 1950–80-х гг. Латв. ССР дос­тиг­ла круп­ных эко­но­мич. ус­пе­хов. Ва­ло­вая про­дук­ция её пром-сти уве­ли­чи­лась к нач. 1980-х гг. по срав­не­нию с 1940 бо­лее чем в 10 раз, про­из­во­ди­тель­ность тру­да – в 9,5 раза, объ­ё­мы про­из-ва маши­но­стро­ит. и ме­тал­ло­об­ра­ба­ты­ваю­щей от­рас­лей – поч­ти в 30 раз, лёг­кой пром-сти – в 8 раз, пи­ще­вой – в 9 раз, де­ре­во­об­ра­ба­ты­ваю­щей – в 4 раза, то­п­лив­ной – бо­лее чем в 4 раза, вы­ра­бот­ка элек­тро­энер­гии воз­рос­ла в 9 раз. Зна­чит. раз­ви­тие по­лу­чи­ли элек­тро­тех­нич. пром-сть, элек­тро­ни­ка, транс­порт­ное ма­ши­но­строе­ние, в т. ч. ав­то­мо­би­ле- и су­до­строе­ние, хи­мич., фар­ма­цев­тич., пар­фю­мер­ная пром-сть и др. Важ­ную роль в эко­но­ми­ке Латв. ССР иг­ра­ла рыб­ная пром-сть, опи­рав­шая­ся на соз­дан­ный в го­ды сов. вла­сти круп­ный про­мы­сло­вый флот (в 1991 улов ры­бы со­ста­вил 389,9 тыс. т). По про­из-ву про­дук­ции в рас­чё­те на ду­шу на­се­ле­ния Л. уже к кон. 1960-х гг. вы­шла на 1-е ме­сто сре­ди рес­пуб­лик СССР по вы­пус­ку ма­ги­ст­раль­ных пас­са­жир­ских ва­го­нов, трам­вай­ных ва­го­нов, ди­зе­лей и ди­зель­ных ге­не­ра­торов, АТС и те­ле­фон­ных ап­па­ра­тов, ра­дио­при­ём­ни­ков, бы­то­вых сти­раль­ных ма­шин, мо­пе­дов, хо­ло­диль­ных ус­та­но­вок, шер­стя­ных и льня­ных тка­ней, верх­не­го три­ко­та­жа, а так­же не­ко­то­рых ви­дов строй­ма­те­риа­лов. Ва­ло­вая про­дук­ция с. х-ва рес­пуб­ли­ки, спе­циа­ли­зи­ро­вав­ше­го­ся гл. обр. на мо­лоч­но-мяс­ном жи­вот­но­вод­ст­ве и сви­но­вод­ст­ве, уве­ли­чи­лась к 1980 по срав­не­нию с 1940 поч­ти в 1,5 раза. На тор­го­вый флот Л., ос­на­щён­ный су­да­ми но­вей­ших кон­ст­рук­ций (тан­ке­ра­ми, реф­ри­же­ра­то­ра­ми, су­хо­гру­за­ми, в т. ч. кон­тей­не­ро­во­за­ми), при­хо­ди­лось к нач. 1980-х гг. поч­ти 10% всех гру­зо­вых мор. пе­ре­во­зок СССР (пе­ревоз­ки гру­зо­вых су­дов, при­пи­сан­ных к пор­там Л., уве­ли­чи­лись к 1980 по срав­не­нию с 1950 поч­ти в 20 раз). В рес­публи­ке ве­лось мас­штаб­ное строи­тель­ст­во пром. и энер­ге­тич. объ­ек­тов, ос­на­щав­ших­ся наи­бо­лее пе­ре­до­вым по тем вре­ме­нам обо­ру­до­ва­ни­ем, со­ору­жа­лись но­вые и мо­дер­ни­зи­ро­ва­лись ста­рые же­лез­ные до­ро­ги и пор­ты. Ши­ро­кий раз­мах при­об­ре­ло жи­лищ­ное строи­тель­ст­во (к нач. 1970-х гг. жи­лищ­ный фонд рес­пуб­ли­ки уве­ли­чил­ся по срав­не­нию с 1940 поч­ти в 2 раза), воз­ник­ли но­вые го­ро­да [Стуч­ка (с 1991 Айз­кра­ук­ле), Олай­не] и по­сёл­ки гор. ти­па.

В сфе­ре об­ра­зо­ва­ния за го­ды сов. вла­сти в Л. был осу­ще­ст­в­лён пе­ре­ход к все­об­ще­му сред­не­му об­ра­зо­ва­нию, зна­чит. раз­ви­тие по­лу­чи­ла сис­те­ма проф.-тех­нич., сред­не­го спец. и выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния. Латв. ун-т (ос­но­ван в февр. 1919 дек­ре­том пра­ви­тель­ст­ва ЛССР) и АН Латв. ССР (об­ра­зо­ва­на в 1946) ста­ли круп­ны­ми ис­сле­до­ва­тель­ски­ми цен­тра­ми и вне­сли су­щест­вен­ный вклад в раз­ра­бот­ку ря­да на­прав­ле­ний ес­теств. и тех­нич. на­ук, пре­ж­де все­го хи­мии и био­ло­гии. Круп­ные ус­пе­хи бы­ли дос­тиг­ну­ты в раз­ви­тии фи­зич. куль­ту­ры и спор­та. Сим­па­тии ши­ро­кой пуб­ли­ки в СССР за­вое­ва­ло твор­че­ст­во латв. дея­те­лей куль­ту­ры В. Арт­ма­не, Р. Па­ул­са и це­ло­го ря­да дру­гих. Важ­ную роль в выс­ших гос. ор­га­нах СССР и ру­ко­во­дстве КПСС иг­ра­ли пред­ста­ви­те­ли Латв. ССР А. М. Кир­хен­штейн, А. Я. Пель­ше, Я. Э. Кал­нбер­зин, А. Э. Восс, Б. К. Пу­го и др.

В по­сле­во­ен­ный пе­ри­од зна­чи­тель­но из­ме­нил­ся эт­нич. со­став на­се­ле­ния Л. К 1989 до­ля ла­ты­шей со­кра­ти­лась до 52%, до­ля рус­ских дос­тиг­ла 34%, бе­ло­ру­сов и ук­ра­ин­цев – со­от­вет­ст­вен­но 4,5% и 3,5%. Вос­ста­нав­ли­ва­лась евр. ди­ас­по­ра (ок. 37 тыс. чел. в 1970). Про­ис­шед­шие из­ме­не­ния бы­ли обу­слов­ле­ны ус­ко­рен­ной ин­ду­ст­риа­ли­за­ци­ей Латв. ССР. По­треб­ность в ква­ли­фи­цир. ра­бот­ни­ках не по­кры­ва­лась в пол­ном объ­ё­ме ме­ст­ны­ми кад­ра­ми, по­это­му в Л. на­прав­ля­лись спе­циа­ли­сты из др. рес­пуб­лик СССР. При­ток на­се­ле­ния сти­му­ли­ро­вал­ся так­же бо­лее вы­со­ким жиз­нен­ным уров­нем в рес­пуб­ли­ке (тем­пы рос­та ма­те­ри­аль­но­го бла­го­сос­тоя­ния на­се­ле­ния Л. бы­ли вы­ше, чем в ср. по СССР) и бо­лее ком­форт­ны­ми бы­то­вы­ми ус­ло­вия­ми (что бы­ло обу­слов­ле­но ис­то­рич. при­чи­на­ми). По не­ко­то­рым оцен­кам, по­сле 1945 в Л. пе­ре­се­ли­лись из др. рес­пуб­лик СССР ок. 700 тыс. чел. Во мно­гих латв. го­ро­дах, где раз­ме­ща­лись круп­ные про­из­вод­ст­ва (Ри­га, Дау­гав­пилс, Ел­га­ва, Ре­зек­не и др.), до­ля рус. и рус­скоя­зыч­но­го на­се­ле­ния дос­тиг­ла к кон. 1980-х гг. 40–50% и бо­лее, в то вре­мя как сель­ские рай­оны ос­та­ва­лись пре­им. ла­тыш­ски­ми. Не­ук­лон­но по­вы­ша­лась роль рус. яз. во всех сфе­рах жиз­ни латв. об­ще­ст­ва.

Де­мо­гра­фич. сдви­ги и воз­ник­шие в свя­зи с ни­ми эт­но­куль­тур­ные и язы­ко­вые про­ти­во­ре­чия с нач. 1970-х гг. всё яв­ст­вен­нее при­об­ре­та­ли по­ли­тич. ок­ра­ску. Си­туа­ция усу­губ­ля­лась не­га­тив­ны­ми тен­ден­ция­ми в эко­но­мич. и со­ци­аль­ной сфе­рах, ко­то­рые про­яв­ля­лись в Л. с не мень­шей си­лой, чем в др. рес­пуб­ли­ках СССР. Скла­ды­вав­ший­ся про­те­ст­ный по­тен­ци­ал имел ан­ти­со­вет­скую, ан­ти­ком­му­ни­стич. и во мно­гом ан­ти­рус­скую на­прав­лен­ность, по­сколь­ку при­чи­ной всех про­блем счи­тал­ся сам факт на­хо­ж­де­ния Л. в со­ста­ве СССР. Фор­ми­ро­ва­нию та­кой по­зи­ции спо­соб­ст­во­ва­ла не в по­след­нюю оче­редь про­па­ган­да, ко­то­рая ве­лась ли­ца­ми, «оби­жен­ны­ми сов. вла­стью» (с сер. 1950-х гг. до 1963 в Л. воз­вра­ти­лись ок. 31,6 тыс. вы­слан­ных в 1940-х гг., вклю­чая быв. уча­ст­ни­ков Ла­тыш. доб­ро­вольч. ле­гио­на СС), а так­же ла­тыш. эмиг­рант­ски­ми кру­га­ми. К на­ча­лу «пе­ре­строй­ки» в СССР оп­по­зиц. си­лы рас­по­ла­га­ли уже дос­та­точ­ным влия­ни­ем в латв. об­ще­ст­ве, оп­ре­де­лён­ны­ми фор­ма­ми по­ли­тич. ор­га­ни­за­ции в ви­де пра­во­за­щит­ных, эко­ло­гич. и нац.-куль­тур­ных об­ществ, ус­та­но­ви­ли кон­так­ты с еди­но­мыш­лен­ни­ка­ми в др. сов. рес­пуб­ли­ках.

С ле­та 1987 в Л. на­ча­лись пуб­лич­ные ак­ции про­тес­та оп­по­зи­ции, в СМИ рес­пуб­ли­ки раз­вер­ну­лась кам­па­ния кри­ти­ки ста­лин­ских ре­прес­сий, в т. ч. де­пор­та­ций ла­ты­шей, а так­же сов.-герм. до­го­во­ра о не­на­па­де­нии 1939, ко­то­рый пред­став­лял­ся как пре­ступ­ный сго­вор дик­та­то­ров Гит­ле­ра и Ста­ли­на о раз­де­ле Вост. Ев­ро­пы. Кам­па­ния пре­сле­до­ва­ла цель дис­кре­ди­ти­ро­вать су­ще­ст­вую­щий гос. строй и до­ка­зать про­ти­во­прав­ность вхо­ж­де­ния Л. в со­став СССР в 1940 (позд­нее, на 1-м Съез­де нар. де­пу­та­тов СССР в 1989, пред­ста­ви­те­ли Л. и др. при­бал­тий­ских рес­пуб­лик про­яви­ли ис­клю­чит. на­стой­чи­вость, до­би­ва­ясь при­ня­тия ре­ше­ния о пра­во­вой оцен­ке сов.-герм. до­го­во­рён­но­стей 1939). 10.7.1988 в Ри­ге бы­ло ос­но­ва­но Дви­же­ние за нац. не­за­ви­си­мость Л. (ДННЛ; ли­дер Э. Берк­лав), ко­то­рое про­воз­гла­си­ло сво­ей це­лью вос­ста­нов­ле­ние ЛР об­раз­ца 1918. Впо­след­ст­вии это тре­бо­ва­ние ста­ло глав­ным и вы­дви­га­лось в хо­де мно­го­числ. ак­ций оп­по­зи­ции, в т. ч. в рам­ках празд­ни­ков ла­тыш. пес­ни, что да­ло ос­но­ва­ние на­зы­вать со­бы­тия в Л. «по­ющей ре­во­лю­ци­ей». По­се­тив­ший Латв. ССР 8–13.8.1988 чл. По­лит­бю­ро ЦК КПСС А. Н. Яков­лев под­дер­жал уст­рем­ле­ния к ли­бе­ра­ли­за­ции об­ществ. и куль­тур­ной жиз­ни рес­пуб­ли­ки. 8–9.10.1988 был об­ра­зо­ван Нар. фронт Л. (НФЛ; пред. Д. Иванс; св. 90% чле­нов ор­га­ни­за­ции бы­ли ла­ты­ша­ми), гл. тре­бо­ва­ния­ми ко­то­ро­го ста­ли вос­ста­нов­ле­ние су­ве­ре­ни­те­та Л. и ду­хов­ное воз­ро­ж­де­ние ла­тыш. на­ро­да. Рез­ко не­га­тив­ная по­зи­ция ру­ко­во­дства НФЛ в от­но­ше­нии не­ла­ты­шей, про­жи­вав­ших в рес­пуб­ли­ке, по­ло­жи­ла на­ча­ло эт­нич. раз­ме­же­ва­нию латв. об­ще­ст­ва. 8.1.1989 пред­ста­ви­те­ли рус. и рус­ско­языч­но­го на­се­ле­ния Л. уч­ре­ди­ли Ин­тер­на­цио­наль­ный фронт тру­дя­щих­ся Латв. ССР (Ин­тер­фронт), вы­сту­пав­ший про­тив ущем­ле­ния прав не­ти­туль­ных на­ро­дов Л. и вы­хо­да рес­пуб­ли­ки из со­ста­ва СССР. Од­на­ко дей­ст­вия Ин­тер­фрон­та не смог­ли пе­ре­ло­мить си­туа­цию и ос­тано­вить на­би­рав­ший си­лу про­цесс су­ве­ре­ни­за­ции Лат­вии. 5.5.1989 ВС Латв. ССР при­нял за­кон о при­да­нии ла­тыш. яз. ста­ту­са го­су­дар­ст­вен­но­го, 27.7.1989 – за­кон о хо­зяйств. са­мо­стоя­тель­но­сти Л., 28.7.1989 – Дек­ла­ра­цию о гос. су­ве­ре­ни­те­те Л., 15.2.1990 ут­вер­дил в ка­че­ст­ве гос. сим­во­лов флаг, герб и гимн ЛР 1918 и осу­дил ре­ше­ние Нар. сей­ма Л. от 21.7.1940 о всту­п­ле­нии рес­пуб­ли­ки в со­став СССР.

На про­шед­ших с 18.3 по 29.4.1990 вы­бо­рах в ВС Латв. ССР по­бе­ду одер­жал НФЛ, за­во­е­вав­ший вме­сте со свои­ми со­юз­ни­ка­ми 144 де­пу­тат­ских ман­да­та (из 201). Но­вый со­став выс­ше­го за­ко­но­дат. ор­га­на рес­пуб­ли­ки, ко­то­рый воз­гла­вил быв. сек­ре­тарь ЦК КПЛ по идео­ло­гич. во­про­сам, с 1988 пред. Пре­зи­диу­ма ВС Латв. ССР А. В. Гор­бу­нов (А. Гор­бу­новс), при­нял 4.5.1990 Дек­ла­ра­цию о вос­ста­нов­ле­нии не­за­ви­си­мо­сти ЛР и объ­явил о на­ча­ле пе­ре­ход­но­го пе­рио­да в ре­ше­нии это­го во­про­са (на про­ве­дён­ном в Л. 3.3.1991 ре­фе­рен­ду­ме эта дек­ла­ра­ция бы­ла под­дер­жа­на поч­ти 74% го­ло­со­вав­ших). В от­вет на это 20.5.1990 Ин­тер­фронт и ряд др. ор­га­ни­за­ций уч­ре­ди­ли К-т по за­щите кон­сти­ту­ций и прав гра­ж­дан СССР и Латв. ССР, ко­то­рый воз­гла­вил 1-й сек­ре­тарь ЦК КПЛ А. П. Ру­бикс. 25.11.1990 этот ко­ми­тет пре­об­ра­зо­ван во Все­лат­вий­ский к-т об­ществ. спа­се­ния (ВКОС), ко­то­рый об­ра­тил­ся к пре­зи­ден­ту СССР М. С. Гор­ба­чё­ву с при­зы­вом вве­сти на тер­ри­то­рии Л. пре­зи­дент­ское прав­ле­ние в свя­зи с от­сут­ст­ви­ем эф­фек­тив­но­го ме­ха­низ­ма про­ти­во­дей­ст­вия ан­ти­кон­сти­ту­ци­он­ной дея­тель­но­сти выс­ших ор­га­нов вла­сти Л. Од­на­ко этот при­зыв ос­тал­ся без от­ве­та. По­пыт­ки ВКОС при под­держ­ке риж­ско­го ОМОНа в янв. 1991 взять под кон­троль си­туа­цию в рес­пуб­ли­ке про­ва­ли­лись.

В то же вре­мя уст­рем­ле­ния ру­ко­во­д­ства Л. к об­ре­те­нию рес­пуб­ли­кой пол­ной не­за­ви­си­мо­сти по­лу­чи­ли ак­тив­ную под­держ­ку со сто­ро­ны ру­ко­во­дства РСФСР во гла­ве с Б. Н. Ель­ци­ным. 31.7–1.8.1990 в Мо­ск­ве и 10–11.8.1990 в Ри­ге и Юр­ма­ле со­стоя­лись пе­ре­го­во­ры рос. и латв. де­ле­га­ций, на ко­то­рых бы­ла дос­тиг­ну­та до­го­во­рён­ность о вза­им­ном при­зна­нии су­ве­ре­ни­те­та обе­их рес­пуб­лик и их ста­ту­са в ка­че­ст­ве субъ­ек­тов ме­ж­ду­нар. пра­ва. 13.1.1991 в Тал­ли­не Ель­цин и А. В. Гор­бу­нов под­пи­са­ли до­го­вор об ос­но­вах от­но­ше­ний ме­ж­ду Рос­си­ей и Лат­ви­ей. Ав­гу­стов­ский кри­зис 1991 пра­ви­тель­ст­во Л. ис­поль­зо­ва­ло для окон­чат. вы­во­да рес­пуб­ли­ки из со­ста­ва СССР. 21.8.1991 оно при­ня­ло Кон­сти­туц. за­кон, в ко­то­ром зая­ви­ло о фак­тич. вос­ста­нов­ле­нии гос. не­за­ви­си­мо­сти Л. В тот же день мин. ин. дел РСФСР А. В. Ко­зы­рев при­звал ми­ро­вое со­об­ще­ст­во при­знать су­ве­ре­ни­тет при­бал­тий­ских го­су­дарств. 24.8.1991 ЛР в ка­че­ст­ве не­за­ви­си­мо­го го­су­дар­ст­ва при­зна­на РСФСР (ди­пло­ма­тич. от­но­ше­ния ус­та­нов­ле­ны 4.10.1991), 27.8.1991 – стра­нами – чле­на­ми ЕС, 6.9.1991 их при­ме­ру по­сле­до­ва­ло ру­ко­вод­ство СССР во гла­ве с М. С. Гор­ба­чёвым. 10.9.1991 ЛР бы­ла при­ня­та в СБСЕ, 17.9.1991 – в ООН.

Пер­вы­ми ак­та­ми вла­стей не­за­ви­си­мой Л. 23–24.8.1991 ста­ли за­прет КПЛ, рос­пуск Ин­тер­фрон­та и ор­га­ни­за­ций, вхо­див­ших во ВКОС. 15.10.1991 и 27.10.1991 пра­ви­тель­ст­во ЛР при­ня­ло по­ста­нов­ле­ния о вос­ста­нов­ле­нии гра­ж­дан­ст­ва ЛР и осн. ус­ло­ви­ях на­ту­ра­ли­за­ции, по ко­то­рым пра­во пре­тен­до­вать на латв. гра­ж­дан­ст­во пре­дос­тав­ля­лось толь­ко ли­цам, яв­ляв­шим­ся гра­ж­да­на­ми ЛР на 17.6.1940, и их по­том­кам. 25.5.1992 СМ ЛР из­дал по­ста­нов­ле­ние об ат­те­ста­ции на зна­ние гос. язы­ка. Эти­ми ре­ше­ния­ми латв. ру­ко­во­дство рез­ко ог­ра­ни­чи­ло воз­мож­ность уча­стия в по­ли­тич., эко­но­мич., об­ществ. и куль­тур­ной жиз­ни рес­пуб­ли­ки, а так­же по­лу­че­ния об­ра­зо­ва­ния и тру­до­уст­рой­ст­ва для осн. мас­сы рус­скоя­зыч­но­го на­се­ле­ния (св. 40% нас. Л. в нач. 1990-х гг. счи­та­ли сво­им род­ным язы­ком рус­ский; в 2000 – 36,1%), став­шей в од­но­ча­сье «не­гра­ж­да­на­ми» и по­став­лен­ной пе­ред не­об­хо­ди­мо­стью воз­вра­ще­ния на «эт­нич. ро­ди­ну». Соз­дан­ная в нач. 1990-х гг. латв. вла­стя­ми про­бле­ма «не­гра­ж­дан», под­вер­гаю­щих­ся дис­кри­ми­на­ции в разл. об­лас­тях, ока­за­ла серь­ёз­ное влия­ние на даль­ней­шее раз­ви­тие рес­пуб­ли­ки и со­хра­ня­ет свою ост­ро­ту в нач. 21 в. [на май 2009 ста­тус «не­гра­ж­дан» име­ют ок. 360 тыс. жи­те­лей ЛР (16% на­се­ле­ния), из них 67% эт­ни­че­ские рус­ские].

С 1991 ре­аль­ная власть в ЛР со­сре­до­то­чи­лась ис­клю­чи­тель­но в ру­ках пра­во­кон­сер­ва­тив­но­го и пра­во­ли­бе­раль­но­го те­че­ний ла­тыш. нац. ла­ге­ря. Пер­во­на­чаль­но их пред­став­ля­ли ДННЛ и НФЛ, а с 1993 так­же объ­е­ди­не­ния «Лат­вий­ский путь», «Оте­че­ст­ву и сво­бо­де», пар­тия Кре­сть­ян­ский со­юз Лат­вии (с 2006 Цен­три­ст­ская пар­тия Кре­сть­ян­ский со­юз Л.). С кон. 1990-х гг. пра­вя­щий пра­вый сег­мент по­ли­тич. сис­те­мы ЛР по­пол­нил­ся Нар. пар­ти­ей, а так­же пар­тия­ми «Но­вое вре­мя» и Гражд. со­юз. Об­щим для пред­ста­ви­те­лей пра­во­го кры­ла ла­тыш. нац. ла­ге­ря бы­ли (и ос­та­ют­ся) стрем­ле­ние обес­пе­чить аб­со­лют­ное до­ми­ни­ро­ва­ние в ЛР ла­ты­шей, по­стро­ить силь­ное нац. латв. гос-во, ин­тег­ри­ро­ван­ное в ев­ро­ат­лан­тич. эко­но­мич., фи­нан­со­вые и во­ен­но-по­ли­тич. струк­ту­ры. Эти ус­та­нов­ки реа­ли­зу­ют­ся как фор­маль­но бес­пар­тий­ны­ми пре­зи­ден­та­ми ЛР (Г. Уль­ма­нис, 1993–99; В. Ви­ке-Фрей­бер­га, 1999–2007; В. За­тлерс, с 2007), так и пра­ви­тельств. ка­би­не­та­ми. С нач. 1990-х гг. пост пре­мьер-мин. ЛР ни ра­зу не за­ни­мал по­ли­тик, при­дер­жи­ваю­щий­ся цен­три­ст­ских или ле­вых по­зи­ций. Ка­би­не­ты воз­глав­ля­ют ис­клю­чи­тель­но пред­ста­ви­те­ли пар­тий «Лат­вий­ский путь» (И. Год­ма­нис, 1990–93, 2007–09; В. Бир­кавс, 1993–1994; М. Гай­лис, 1994–95; В. Криш­то­панс, 1998–99; А. Бер­зиньш, 2000–02), Нар. пар­тия (А. Шке­ле, в 1995–97 как фор­маль­но бес­пар­тий­ный, 1999–2000; А. Кал­ви­тис, 2004–07), «Оте­че­ст­ву и сво­бо­де» (Г. Крастс, 1997–98), Кре­сть­ян­ский со­юз Л. (И. Эм­сис, 2004), «Но­вое вре­мя» (Э. Реп­ше, 2002–04; В. Дом­бров­скис, с мар­та 2009).

Ле­во­цен­три­ст­ский сег­мент к 2009 пред­став­лен объ­е­ди­не­ни­ем «Центр со­гла­сия» (ли­дер – Н. Уша­ков), в ко­то­рый вхо­дят пар­тия «Но­вый центр» (С. Дол­го­по­лов), Пар­тия нар. со­гла­сия (Я. Ур­ба­но­вич), а так­же Со­циа­ли­стич. пар­тия Лат­вии (А. Ру­бикс). К ле­во­цен­три­ст­ским пар­ти­ям ус­лов­но мо­жет быть от­не­се­но и вы­сту­паю­щее в за­щи­ту рус­скоя­зыч­но­го на­се­ле­ния объ­е­ди­не­ние «За пра­ва че­ло­ве­ка в еди­ной Лат­вии» (ЗаП­ЧЕЛ), ли­де­ра­ми ко­то­ро­го яв­ля­ют­ся Т. Жда­нок, Я. Пли­нер и Ю. Со­ко­лов­ский. Од­на­ко пар­тии и ор­га­ни­за­ции ле­во­цен­три­ст­ской ори­ен­та­ции не ока­зы­ва­ют сколь­ко-ни­будь за­мет­но­го влия­ния не толь­ко на фор­ми­рова­ние кур­са латв. пра­ви­тель­ст­ва, но и на ра­бо­ту латв. сей­ма.

По­ли­ти­ка латв. вла­стей, пре­ж­де все­го в во­про­сах гра­ж­дан­ст­ва, ис­поль­зо­ва­ния рус. яз., в сфе­ре эко­но­ми­ки, со­ци­аль­ного обес­пе­че­ния, раз­ви­тия от­но­ше­ний с РФ, а так­же об­щая об­ществ.-по­ли­тич. ат­мо­сфе­ра, сло­жив­шая­ся в рес­пуб­ли­ке, сти­му­ли­ро­ва­ли от­ток из ЛР на­се­ле­ния. К сер. 2000-х гг. чис­лен­ность лиц, по­сто­ян­но про­жи­ваю­щих в ЛР, со­кра­ти­лась по срав­не­нию с 1991, по разл. дан­ным, на 11–14%. Гор. на­се­ле­ние умень­ши­лось на 13%, сель­ское – на 5–5,5%. Ещё бо­лее зна­чи­тель­ным бы­ло со­кра­ще­ние к 2000 на­се­ле­ния круп­ных го­ро­дов: Ел­га­вы – на 15%, Ри­ги – на 16%, Лие­паи – на 22%. Стра­ну по­ки­ну­ла и вы­еха­ла пре­им. в РФ часть рус­скоя­зыч­ных жи­те­лей (осо­бен­но ак­тив­но они вы­ез­жа­ли из Л. в нач. 1990-х гг.), а так­же ла­ты­шей (в Рос­сию к 2008 воз­вра­ти­лась так­же зна­чит. часть ла­ты­шей, вы­ехав­ших из неё в ЛР в нач. 1990-х гг.). В то же вре­мя в рес­пуб­лику при­бы­ло не­ко­то­рое ко­ли­че­ст­во ла­ты­шей из США, Ка­на­ды, Ав­ст­ра­лии и Шве­ции. Ре­зуль­та­том ми­грац. про­цес­сов ста­ло из­ме­не­ние нац. со­ста­ва латв. об­ще­ст­ва. На 2008 до­ля ла­ты­шей дос­тиг­ла 59% (+7% по срав­не­нию с 1989), до­ля рус­ских со­кра­ти­лась до 27,8% (–6,2%), бе­ло­ру­сов – до 3,7% (–0,8%), ук­ра­ин­цев – до 2,5% (–1%).

С вы­хо­дом из СССР эко­но­ми­ка Л. всту­пи­ла в по­ло­су ост­ро­го кри­зи­са. При­ня­тое СМ ЛР 9.12.1991 ре­ше­ние о реа­ли­за­ции всех про­дук­тов и с.-х. то­ва­ров по сво­бод­ным це­нам вы­зва­ло ги­пер­ин­фля­цию (1993 – 109%), рас­строй­ство пла­тёж­но­го обо­ро­та, по­те­рю на­се­ле­ни­ем сбе­ре­же­ний и на­ру­ше­ние хо­зяйств. свя­зей. С 1992 зна­чит. роль в фор­ми­ро­ва­нии эко­но­мич. и фи­нан­со­вой по­ли­ти­ки ЛР стал иг­рать МВФ. 7.5.1992 в об­ра­ще­ние был вве­дён латв. рубль, ко­то­рый 28.6. 1993 сме­ни­ла нац. де­неж­ная еди­ни­ца ЛР – лат, при­вя­зан­ная к нем. мар­ке (впо­след­ст­вии к ев­ро). Вве­де­ние латв. руб­ля, а за­тем ла­та серь­ёз­но ос­лож­ни­ло тор­гов­лю ЛР с руб­лё­вой зо­ной. К нач. 1993 то­ва­ро­обо­рот Л. со стра­на­ми СНГ сни­зил­ся бо­лее чем в 3 раза (с др. стра­на­ми – не рас­ши­рил­ся). Мн. пром. пред­при­ятия Л., ра­нее по­став­ляв­шие про­дук­цию в со­юз­ные рес­пуб­ли­ки СССР, бы­ли за­кры­ты или ока­за­лись на гра­ни ос­та­нов­ки. Толь­ко за 1992 объ­ём про­дук­ции, про­из­ве­дён­ной латв. эко­но­ми­кой, умень­шил­ся поч­ти на 40%. Со­кра­ще­ние про­из-ва серь­ёз­но кос­ну­лось так­же с. х-ва, ко­то­рое счи­та­лось ла­тыш. нац. по­ли­ти­ка­ми сек­то­ром с наи­боль­шим по­тен­циа­лом раз­ви­тия. Латв. с.-х. про­дук­ция в си­лу сво­ей бо­лее вы­со­кой стои­мо­сти по срав­не­нию с про­дук­ци­ей РФ, Бе­ло­рус­сии, Ук­раи­ны и Лит­вы ока­за­лась не­кон­ку­рен­то­спо­соб­ной на рын­ках СНГ, не смог­ла про­бить­ся и на жё­ст­ко кон­тро­ли­руе­мый ме­ст­ны­ми про­из­во­ди­те­ля­ми зап.-ев­роп. ры­нок. В то же вре­мя в Л. хлы­нул по­ток де­шё­вой с.-х. про­дук­ции из стран СНГ и Зап. Ев­ро­пы, ко­то­рый не мог­ли ос­та­но­вить ни уси­лен­ный та­мо­жен­ный кон­троль, ни вы­со­кие ввоз­ные по­шли­ны, в ре­зуль­та­те че­го аг­рар­ный сек­тор латв. эко­но­ми­ки ока­зал­ся в тя­же­лей­шем по­ло­же­нии. Как след­ст­вие рас­строй­ства эко­но­ми­ки зна­чи­тель­но сни­зил­ся уро­вень жиз­ни на­се­ле­ния Л. К сер. 1990-х гг. до­хо­ды 66% жи­те­лей ЛР бы­ли ни­же про­жи­точ­но­го ми­ни­му­ма, к 1998 без­ра­бо­ти­ца дос­тиг­ла 9,2%.

Серь­ёз­ное влия­ние на си­туа­цию в латв. эко­но­ми­ке ока­зы­ва­ла по­ли­ти­ка ру­ко­во­д­ства стра­ны. Оно по су­ти де­ла иг­но­ри­ро­ва­ло про­бле­мы по­стро­ен­ных в сов. вре­мя круп­ных пред­при­ятий, бóльшую часть пер­со­на­ла и ру­ко­во­дство ко­то­рых со­став­ля­ли не­ла­ты­ши. В ра­ди­каль­ных нац. кру­гах име­ла хо­ж­де­ние да­же мысль о не­об­хо­ди­мо­сти «унич­то­же­ния пром-сти» (мн. ви­ды про­из-ва в ЛР по­сле 1991 бы­ли в зна­чит. сте­пе­ни свёр­ну­ты – вы­пуск элек­тро­обо­ру­до­ва­ния, ра­дио-, те­ле- и ап­па­ра­ту­ры свя­зи, ав­то­мо­би­лей, при­це­пов и др.), что­бы тем са­мым за­ста­вить рус­скоя­зыч­ных ра­бо­чих и ад­ми­ни­ст­ра­цию по­ки­нуть рес­пуб­ли­ку. Уси­лия пра­ви­тель­ст­ва бы­ли скон­цен­три­ро­ва­ны на обес­пе­че­нии ста­биль­но­го кур­са ла­та, при­ва­тиза­ции и рес­ти­ту­ции, на­ча­тых в 1992, ре­ор­га­ни­за­ции и по­вы­ше­нии рен­та­бель­но­сти сель­ско­го хо­зяй­ст­ва.

Вплоть до 1996 ВВП ЛР про­дол­жал не­ук­лон­но со­кра­щать­ся. В даль­ней­шем на­чал­ся его по­сте­пен­ный рост (в 2001–2004 в ср. на 7,5% в год), но в осн. за счёт уве­ли­че­ния до­ли сфе­ры ус­луг. К 2002 струк­ту­ра эко­но­ми­ки Л. пре­тер­пе­ла серь­ёз­ное из­ме­не­ние: до­ля пром-сти в ВВП по срав­не­нию с 1991 со­кра­ти­лась в 2,3 раза, с. х-ва – в 4,7 раза, в то вре­мя как до­ля сфе­ры ус­луг пре­вы­си­ла 70% (в осн. за счёт уве­ли­че­ния тор­гов­ли, транс­порт­ных ус­луг, тран­зит­но­го биз­не­са, ту­риз­ма; см. раз­дел Хо­зяй­ст­во). Осн. стать­ёй латв. экс­пор­та, как и в меж­воен­ный пе­ри­од, ста­ли пи­ло­ма­те­риа­лы и лес-круг­ляк.

В 1999 ЛР всту­пи­ла в ВТО, в 2004 – в ЕС (вхо­ж­де­ние в зо­ну ев­ро пла­ни­ру­ет­ся не ра­нее 2014), од­на­ко это не спо­соб­ст­во­ва­ло су­ще­ст­вен­но­му улуч­ше­нию си­туа­ции в эко­но­ми­ке рес­пуб­ли­ки. Хо­тя тем­пы рос­та ВВП Л. по­сле 2004 пре­вы­си­ли 10%, по боль­шин­ст­ву по­ка­за­те­лей, в т. ч. по объ­ё­му ВВП на ду­шу на­се­ле­ния (42–43% от ср. уров­ня по ЕС, 2004), она к 2008 по-преж­не­му за­ни­ма­ла по­след­нее ме­сто в спи­ске стран – уча­ст­ниц ЕС. Рост внутр. по­треб­ле­ния в Л. в 2004–08 имел чис­то спе­ку­ля­тив­ный ха­рак­тер. По­сту­пав­шие в стра­ну ев­роп. день­ги на­прав­ля­лись не на раз­ви­тие пром-сти и с. х-ва, а на ипо­теч­ное и др. ви­ды по­тре­би­тель­ско­го кре­ди­то­ва­ния. С на­ча­лом ми­ро­во­го фи­нан­со­во­го кри­зи­са ЛР ока­за­лась в ис­клю­чи­тель­но тя­жё­лом по­ло­же­нии, спад в её эко­но­ми­ке был са­мым силь­ным сре­ди стран ЕС. Тем­пы рос­та ВВП к кон. 2008 со­кра­ти­лись в 2–2,5 раза, уро­вень ин­фля­ции дос­тиг 12–14%, рух­нул ры­нок не­дви­жи­мо­сти, внеш­ний долг ЛР дос­тиг 41 млрд. долл. США (боль­ше, чем сум­мар­ный по­ка­за­тель ВВП ЛР за 2008), над стра­ной на­вис­ла уг­ро­за де­фол­та. Для пре­дот­вра­ще­ния фи­нан­со­во­го кол­лап­са латв. пра­ви­тель­ст­во об­ра­ти­лось к МВФ и ЕС с прось­бой пре­до­ста­вить рес­пуб­ли­ке в ка­че­ст­ве экс­трен­ной по­мо­щи 7,5 млрд. ев­ро (1-й транш в раз­ме­ре 1 млрд. ев­ро пе­ре­чис­лен в февр. 2009). В то же вре­мя вла­сти ЛР от­ка­за­лись от де­валь­ва­ции ла­та по от­но­ше­нию к ев­ро (лю­бые об­су­ж­де­ния этой воз­мож­но­сти пре­сле­ду­ют­ся в ЛР с кон. 2008 в уго­лов­ном по­ряд­ке) и по­шли на даль­ней­шее уве­ли­че­ние де­фи­ци­та гос. бюд­же­та. Од­но­вре­мен­но бы­ли зна­чи­тель­но по­вы­ше­ны на­ло­ги, пре­ж­де все­го НДС, сни­же­ны зар­пла­ты в гос. сек­то­ре, рез­ко со­кра­ще­ны рас­хо­ды на все со­ци­аль­ные про­грам­мы и за­мо­ро­же­ны пен­сии, ко­то­рые и без то­го яв­ля­ют­ся од­ни­ми из са­мых низ­ких в ЕС. Эти ме­ры по­зво­ли­ли сни­зить тем­пы ин­фля­ции и ук­ре­пить бан­ков­ский сек­тор, од­на­ко не при­ве­ли к ожив­ле­нию эко­но­ми­ки. С кон. 2008 об­ста­нов­ка в ЛР обо­ст­ри­лась. В янв. 2009 в Ри­ге име­ли ме­сто са­мые мас­со­вые по­сле 1991 ак­ции про­тес­та на­се­ле­ния, ко­то­рые бы­ли на­прав­ле­ны про­тив со­ци­аль­но-эко­но­мич. по­ли­ти­ки пра­ви­тель­ства и вы­ли­лись в улич­ные бес­по­ряд­ки. К маю 2009 уро­вень без­ра­бо­ти­цы в ЛР со­став­лял уже 15% эко­но­ми­че­ски ак­тив­но­го на­се­ле­ния.

При­ня­тые пра­ви­тель­ст­вом ЛР в 1991–1992 по­ста­нов­ле­ния по во­про­сам гра­ж­дан­ст­ва и на­ту­ра­ли­за­ции, а так­же ат­те­ста­ции на зна­ние гос. язы­ка яв­ля­лись пря­мым на­ру­ше­ни­ем взя­то­го им на се­бя (в со­от­вет­ст­вии со ст. 3 до­го­во­ра об ос­но­вах от­но­ше­ний ме­ж­ду Рос­си­ей и Л. от 13.1.1991) обя­за­тель­ст­ва га­ран­ти­ро­вать ли­цам, про­жи­ваю­щим на мо­мент под­пи­са­ния до­го­во­ра на тер­ри­то­рии ЛР и яв­ляю­щим­ся гра­ж­да­на­ми СССР, пра­во со­хра­нить или по­лу­чить гра­ж­дан­ст­во ЛР в со­от­вет­ст­вии с их сво­бод­ным во­ле­изъ­яв­ле­ни­ем. Эти дей­ст­вия латв. вла­стей, а так­же за­ня­тая ими по­зи­ция в во­про­сах со­ци­аль­но­го обес­пе­че­ния «не­гра­ж­дан», пре­ж­де все­го пен­сио­не­ров, свёр­ты­ва­ние ис­поль­зо­ва­ния рус. яз. в об­ра­зо­ват. уч­ре­ж­де­ни­ях и др. при­ве­ли к ос­лож­не­нию рос.-латв. от­но­ше­ний. В от­вет на рос. пред­ло­же­ния стро­го сле­до­вать бу­к­ве дос­тиг­ну­тых до­го­во­рён­но­стей латв. вла­сти из­бра­ли в от­но­ше­нии РФ от­кры­то кон­фрон­тац. курс, пред­став­ляя её в ка­че­ст­ве «тра­диционной уг­ро­зы» латв. не­за­ви­си­мо­сти и латв. го­су­дар­ст­вен­но­сти в це­лом. В февр. 1994 ЛР при­сое­ди­ни­лась к про­грам­ме НАТО «Парт­нёр­ст­во ра­ди ми­ра», а по­сле ви­зи­та в том же го­ду в рес­пуб­ли­ку Б. Клин­то­на на­ча­ла вы­страи­вать ли­нию на раз­ви­тие стра­те­ги­ческого парт­нёр­ст­ва с США (в 2005 ЛР по­се­тил с официальным ви­зи­том так­же Дж. У. Буш).

С за­вер­ше­ни­ем в авг. 1995 вы­во­да рос. войск из ЛР (до­го­вор об этом был под­пи­сан в хо­де ви­зи­та Г. Уль­ма­ни­са в Мо­ск­ву в мае 1994; рос. во­ен. при­сут­ст­вие на тер­ри­то­рии Л. пол­но­стью пре­кра­ти­лось по­сле ли­к­ви­да­ции рос. РЛС в Скрун­де в окт. 1999) ан­ти­рос­сий­ский ак­цент в по­ли­ти­ке латв. пра­ви­тель­ст­ва ещё боль­ше уси­лил­ся. 22.8.1996 сейм ЛР при­нял «Дек­ла­ра­цию об ок­ку­па­ции Лат­вии», в ко­то­рой пред­ло­жил ли­к­ви­ди­ро­вать по­след­ст­вия «сов. ок­ку­па­ции» пу­тём со­дей­ст­вия рус­скоя­зыч­но­му на­се­ле­нию в вы­ез­де на «эт­нич. ро­ди­ну», а так­же вы­дви­нул идею предъ­яв­ле­ния РФ как пра­во­пре­ем­ни­це СССР тре­бо­ва­ния о ма­те­ри­аль­ной ком­пен­са­ции за «ущерб», на­не­сён­ный Л. в 1940–91. Пра­вя­щие кру­ги ЛР ак­тив­но под­дер­жа­ли че­чен­ских се­па­ра­ти­стов, осу­ди­ли дей­ст­вия рос. пра­ви­тель­ст­ва по ус­та­нов­ле­нию кон­сти­туционно­го по­ряд­ка на Сев. Кав­ка­зе в 1994–96 и 1999–2000.

На­ря­ду с уси­ле­ни­ем «ок­ку­па­ци­он­ной» ри­то­ри­ки пра­ви­тель­ст­во ЛР от­кры­то взя­ло курс на реа­би­ли­та­цию и ге­рои­за­цию уча­ст­ни­ков ла­тыш. доб­ро­вольч. фор­ми­ро­ва­ний СС. Им бы­ли воз­двиг­ну­ты мно­го­числ. па­мят­ни­ки, тор­же­ст­вен­но от­крыт ме­мо­ри­ал в пос. Лес­те­не под г. Ту­кумс. 29.10.1998 сейм ЛР при­нял дек­ла­ра­цию «О ла­тыш­ских ле­гио­не­рах во вре­ме­на Вто­рой ми­ро­вой вой­ны», в ко­то­рой ут­вер­жда­лось, что по­след­ние яко­бы ни­ко­гда не при­ни­ма­ли уча­стия в ка­ра­тель­ных ак­ци­ях гит­ле­ров­ских войск про­тив мир­но­го на­се­ле­ния и вое­ва­ли не про­тив ан­ти­гит­ле­ров­ской коа­ли­ции, а толь­ко про­тив од­но­го из её уча­ст­ни­ков – СССР, ко­то­рый по от­но­ше­нию к Л. был аг­рес­со­ром. В 1998 латв. сейм внёс в спи­сок гос. празд­ни­ков ЛР День па­мя­ти ла­тыш. вои­нов, при­уро­чен­ный к круп­но­му бое­во­му столк­но­ве­нию Ла­тыш. доб­ро­вольч. ле­гио­на СС с Крас­ной Ар­ми­ей 16.3.1944 на р. Ве­ли­кая в рай­оне г. Опоч­ка (тер­ри­то­рия РФ). Хо­тя в 2000 под влия­ни­ем ши­ро­ких ме­ж­ду­нар. про­тес­тов День па­мя­ти ла­тыш. вои­нов был ис­клю­чён из спи­ска офиц. празд­ни­ков ЛР, ше­ст­вия быв. ле­гио­не­ров и их сто­рон­ни­ков, вхо­дя­щих в Об-во нац. ла­тыш. вои­нов, орг-цию «Со­ко­лы Дау­га­вы» и Объ­е­ди­не­ние нац. ла­тыш. пар­ти­зан («лес­ных брать­ев»), за­пре­ще­ны не бы­ли, а «во­ин­ский и пат­рио­тич. опыт» ле­гио­не­ров с санк­ции латв. вла­стей стал ис­поль­зо­вать­ся в вос­пи­тательной ра­бо­те с под­рас­таю­щим по­ко­ле­ни­ем в шко­лах, латв. ар­мии и вос­соз­дан­ной ор­га­ни­за­ции айз­сар­гов.

Од­но­вре­мен­но с ут­вер­жде­ни­ем кур­са на воз­ве­ли­чи­ва­ние ла­тыш. эсэ­сов­цев как бор­цов за сво­бо­ду Л. уча­сти­лись слу­чаи ос­к­вер­не­ния за­хо­ро­не­ний сов. вои­нов, по­гиб­ших на тер­ри­то­рии Л. в го­ды Вел. Отеч. вой­ны. В ночь на 6.6.1997 чле­ны вос­соз­дан­но­го «Пер­кон­кру­ст­са» пред­при­ня­ли по­пыт­ку взо­рвать па­мят­ник Ос­во­бо­ди­те­лям Ри­ги от не­мец­ко-фа­ши­ст­ских за­хват­чи­ков и в по­сле­дую­щие го­ды не­од­но­крат­но во­зоб­нов­ля­ли свои по­пыт­ки. В стра­не на­ча­лись су­деб­ные пре­сле­до­ва­ния быв. сов. пар­ти­зан и со­труд­ни­ков НКВД, МВД и КГБ СССР. 3.3.1998 в цен­тре Ри­ги латв. по­ли­ция уст­рои­ла из­бие­ние рус­скоя­зыч­ных пен­сио­не­ров, про­тес­то­вав­ших про­тив ни­щен­ских ус­ло­вий сво­его су­ще­ст­во­ва­ния. В апр. 1998 про­гре­ме­ли взры­вы у рос. по­соль­ст­ва в Ри­ге и у гл. вхо­да в риж­скую си­на­го­гу. Латв. сейм фак­ти­че­ски за­бло­ки­ро­вал под­пи­са­ние до­го­во­ра о гос. гра­ни­це ме­ж­ду ЛР и РФ, на­стаи­вая на воз­вра­ще­нии Рос­си­ей ЛР г. Пы­та­ло­во (ла­тыш. назв. Аб­ре­не) и при­ле­гаю­ще­го рай­она, пе­ре­дан­ных в со­став РСФСР в со­от­вет­ст­вии с Ука­зом Пре­зи­диу­ма ВС СССР «Об об­ра­зо­ва­нии Псков­ской об­лас­ти» от 23.8.1944 (указ был одоб­рен сес­си­ей ВС Латв. ССР 5–6.12.1944).

Ак­тив­но до­би­ва­ясь при­ня­тия в НАТО, ЛР бе­зо­го­во­роч­но под­дер­жа­ла ак­ции этой во­ен­но-по­ли­тич. ор­га­ни­за­ции в от­но­ше­нии Юго­сла­вии, Аф­га­ни­ста­на, Ира­ка и на­пра­ви­ла сво­их во­ен­но­слу­жа­щих в со­став зап. ми­ро­творч. сил в этих стра­нах. По­сле при­ня­тия ЛР в НАТО (29.3.2004) её во­ин­ские кон­тин­ген­ты в Ира­ке и Аф­га­ни­ста­не бы­ли уве­ли­че­ны. Латв. вла­сти взя­ли курс на раз­ви­тие все­сто­рон­них от­но­ше­ний с пра­ви­тель­ст­вом М. Н. Саа­ка­шви­ли в Гру­зии, при­вет­ст­во­ва­ли «оран­же­вую ре­во­лю­цию» в Ук­раи­не и вся­че­ски лоб­би­ро­ва­ли ско­рей­шее пре­дос­тав­ле­ние этим го­су­дар­ст­вам член­ст­ва в НАТО.

Серь­ёз­ное ос­лож­не­ние рос.-латв. от­но­ше­ний вы­зва­ли при­ня­тие 12.5.2005 сей­мом ЛР дек­ла­ра­ции «Об осу­ж­де­нии осу­ще­ст­в­ляв­шей­ся в Лат­вии по­ли­ти­ки то­та­ли­тар­но-ком­му­ни­стич. ок­ку­па­ци­он­но­го ре­жи­ма СССР» и соз­да­ние спец. ко­мис­сии, ко­то­рой по­ру­чен под­счёт раз­ме­ров «ущер­ба», при­чи­нён­но­го «сов. ок­ку­па­ци­ей» (за­клю­че­ние долж­но быть под­го­тов­ле­но в 2010; по пред­ва­рит. оцен­кам, раз­ме­ры пре­тен­зий к РФ бу­дут со­став­лять де­сят­ки млрд. долл. США). Во вре­мя юго­осе­тин­ско­го кон­флик­та латв. вла­сти осу­ди­ли дей­ст­вия пра­ви­тель­ст­ва РФ, 14.8.2008 сейм ЛР вы­сту­пил с за­яв­ле­ни­ем «О во­ен­ном на­па­де­нии Рос­сии на Гру­зию», в сент. 2009 де­пу­та­ты от Л. под­дер­жа­ли про­ект ре­зо­лю­ции о ли­ше­нии Рос­сии пра­ва го­ло­са в ПАСЕ в свя­зи с при­зна­ни­ем Моск­вой не­за­ви­си­мо­сти Аб­ха­зии и Юж. Осе­тии.

Про­во­дя жё­ст­кую ан­ти­рос­сий­скую ли­нию по мно­гим на­прав­ле­ни­ям, латв. ру­ко­во­дство вме­сте с тем с 2005 де­мон­ст­ри­ру­ет праг­ма­тич. под­ход к раз­ви­тию кон­так­тов с РФ в эко­но­мич. и не­ко­то­рых со­ци­аль­ных во­про­сах. В сент. 2005 был под­пи­сан Про­то­кол о бес­сроч­ном про­дле­нии дей­ст­вия за­клю­чён­но­го в 1993 рос.-латв. Со­гла­ше­ния о ре­гу­ли­ро­ва­нии про­цес­са пе­ре­се­ле­ния и за­щи­те прав пе­ре­се­лен­цев, в окт. 2006 – со­гла­ше­ние об эко­но­мич. со­труд­ни­че­ст­ве и соз­да­нии Меж­пра­ви­тельств. рос.-латв. ко­мис­сии по эко­но­мич., на­уч.-тех­нич., гу­ма­ни­тар­но­му и куль­тур­но­му со­труд­ни­че­ст­ву, в дек. 2007 – До­го­вор о со­труд­ни­чест­ве в об­ла­сти со­ци­аль­но­го обес­пе­че­ния и Со­гла­ше­ние о ста­ту­се латв. за­хо­ро­не­ний на тер­ри­то­рии РФ и рос. за­хо­ро­не­ний на тер­ри­то­рии ЛР. Вес­ной 2007 латв. сейм боль­шин­ст­вом го­ло­сов вы­ска­зал­ся за при­зна­ние «фак­тич. гра­ни­цы» с РФ (рос.-латв. до­го­вор о гос. гра­ни­це под­пи­сан 27.3.2007). 26–28.3.2007 Мо­ск­ву с ра­бо­чим ви­зи­том по­се­тил пре­мьер-мин. ЛР А. Кал­ви­тис (с 1994 об­мен ви­зи­та­ми на уров­не глав го­су­дарств и пра­ви­тельств ме­ж­ду ЛР и РФ не про­во­дил­ся), ко­то­рый был при­нят В. В. Пу­ти­ным. За­мет­но ак­ти­ви­зи­ро­ва­лись дву­сто­рон­ние кон­так­ты на ми­ни­стер­ском и меж­ве­дом­ст­вен­ном уров­нях. Од­на­ко свя­зи ме­ж­ду ЛР и РФ в об­лас­ти об­ра­зо­ва­ния и нау­ки ос­та­ют­ся ог­ра­ни­чен­ны­ми. Латв. пра­ви­тель­ст­во от­ка­зы­ва­ет­ся так­же от под­пи­са­ния дву­сто­рон­не­го Со­гла­ше­ния о дея­тель­но­сти ин­фор­ма­ци­он­но-куль­тур­ных цен­тров.

Клю­че­вы­ми сфе­ра­ми рос.-латв. тор­го­во-эко­но­мич. свя­зей яв­ля­ют­ся тран­зит рос. экс­порт­ных гру­зов че­рез латв. пор­ты и по­став­ка в ЛР рос. элек­тро­энер­гии и энер­го­но­си­те­лей, а так­же ме­тал­лов и хи­мич. то­ва­ров. Из ЛР Рос­сия им­пор­ти­ру­ет ма­шин­но-тех­нич. из­де­лия, про­до­воль­ст­вие, фар­ма­цев­тич. и хи­мич. то­ва­ры, тек­стиль, оде­ж­ду.

Хозяйство

Объ­ём ВВП 38,9 млрд. долл. (по па­ри­те­ту по­ку­па­тель­ной спо­соб­но­сти; 2008), в рас­чё­те на ду­шу на­се­ле­ния 17,3 тыс. долл. Ин­декс че­ло­ве­че­ско­го раз­ви­тия 0,866 (2007; 48-е ме­сто сре­ди 182 стран ми­ра). В струк­ту­ре ВВП на сфе­ру ус­луг при­хо­дит­ся 74,3%, на пром-сть и строи­тель­ст­во – 22,6%, на с. х-во и ры­бо­лов­ст­во – 3,1%. На тер­ри­то­рии Л. соз­да­ны сво­бод­ные эко­но­мич. зо­ны (Риж­ский и Вент­с­пилс­ский сво­бод­ные пор­ты, Лие­пай­ская и Ре­зек­нен­ская спец. эко­но­мич. зо­ны).

Промышленность

В 1990-е гг. объ­ём пром. про­из-ва со­кра­тил­ся на 45%, в 2000–2007 рост в ср. со­став­лял св. 5% в год, с 2008 на­блю­да­ет­ся не­ко­то­рый спад про­из-ва. Наи­бо­лее раз­ви­ты пи­ще­вая, де­ре­во­об­ра­ба­ты­ваю­щая (ба­зи­ру­ют­ся на пе­ре­ра­бот­ке ме­ст­но­го сы­рья), хи­ми­ко-фар­ма­цев­ти­че­ская, а так­же ори­ен­ти­ро­ван­ная на экс­порт лёг­кая про­мыш­лен­ность.

Л. поч­ти не рас­по­ла­га­ет то­п­лив­ны­ми ре­сур­са­ми (име­ют­ся лишь ме­сто­ро­ж­де­ния тор­фа; пред­при­ятие ком­па­нии «Del­ta Rīga» при­сту­пи­ло к про­из-ву био­то­п­ли­ва из рап­са). Прак­ти­че­ски все то­п­лив­но-энер­ге­тич. ре­сур­сы им­пор­ти­ру­ют­ся из Рос­сии (в т. ч. при­род­ный газ, нефть и го­рю­че-сма­зоч­ные ма­те­риа­лы). Про­из-во элек­тро­энер­гии 3,2 млрд. кВт·ч (2008), обес­пе­чи­ва­ет бо­лее по­ло­ви­ны внутр. по­треб­но­стей (ос­таль­ная часть им­пор­ти­ру­ет­ся, гл. обр. из Рос­сии). Св. 1/2 элек­тро­энер­гии про­из­во­дит­ся на ГЭС [кас­кад ГЭС на р. Дау­га­ва: Пля­винь­ская (мощ­ность 825 тыс. кВт), Риж­ская (385 тыс. кВт), Ке­гумс­ская (68 тыс. кВт)]; ос­таль­ное – на ТЭС (в т. ч. 2 ТЭЦ в Ри­ге, а так­же в Лие­пае, Олай­не). Не­зна­чит. ко­ли­че­ст­во элек­тро­энер­гии про­из­во­дит­ся на вет­ро­энер­ге­ти­че­ских ус­та­нов­ках (в Ай­на­жи, Гро­би­не и др.).

Рижский бальзам. Фото Д. В. Соловьёва

Дей­ст­ву­ет Лие­пай­ский ме­тал­лур­гич. за­вод (Liepa̅jas Metalurgs; 1882), про­из­во­дя­щий из им­порт­ных чу­гу­на и ме­тал­ло­ло­ма сталь (до 500 тыс. т в год; гл. обр. низ­ко­уг­ле­ро­ди­стая и низ­ко­ле­ги­ро­ван­ная) и про­кат (до 600 тыс. т; в т. ч. хо­лод­но­тя­ну­тая про­во­ло­ка). Объ­ё­мы про­из-ва про­дук­ции ма­ши­но­строе­ния (до 1990-х гг. – ве­ду­щая от­расль пром-сти; вы­пус­ка­лись элек­тро­по­ез­да, элек­тро- и ра­дио­тех­ни­че­ская про­дук­ция и др.) к сер. 2000-х гг. рез­ко со­кра­ти­лись, б. ч. круп­ных пред­при­ятий за­кры­та. Наи­бо­лее зна­чи­тель­ные дей­ст­вую­щие про­из-ва: Риж­ский су­до­строит. за­вод, Дау­гав­пилс­ский за­вод при­вод­ных це­пей, Ре­зек­нен­ский за­вод элек­тро­ин­ст­ру­мен­тов; пред­при­ятия в Ри­ге по вы­пус­ку разл. тех­ни­ки и средств свя­зи, элек­тро­ме­ха­нич. обо­ру­до­ва­ния. Ве­ду­щее пред­при­ятие хи­мич. пром-сти – пар­фю­мер­но-кос­ме­тич. фаб­ри­ка «Dzintars» (Ри­га; 1849), круп­ней­шая в стра­нах При­бал­ти­ки. В Ри­ге и Олай­не дей­ст­ву­ют за­во­ды по про­из-ву и фа­сов­ке ле­кар­ст­вен­ных средств, в Вал­мие­ре – за­вод стек­ло­во­лок­на (св. 90% про­дук­ции экс­пор­ти­ру­ет­ся в стра­ны ЕС). Пред­при­ятия пром-сти стро­ит. ма­те­риа­лов вы­пус­ка­ют це­мент (круп­ней­шей за­вод в г. Бро­це­ны), жел.-бе­тон. из­де­лия, кир­пич, ке­ра­мич. плит­ку, кро­вель­ную че­ре­пи­цу. Де­ре­во­об­ра­ба­ты­ваю­щая пром-сть пред­став­ле­на пол­ным цик­лом про­из-ва (от за­го­тов­ки дре­ве­си­ны до вы­пус­ка го­то­вой про­дук­ции: фа­не­ры, пи­ло­ма­те­риа­лов, дре­вес­но-стру­жеч­ных плит, бу­ма­ги, ме­бе­ли). Св. 30 круп­ных де­ре­во­об­ра­ба­ты­ваю­щих пред­при­ятий объ­е­ди­не­ны в ас­со­циа­цию «Lat­vijas Koks» (го­лов­ной офис в Ри­ге). Круп­ней­ший про­из­во­ди­тель фа­не­ры – пред­при­ятие «Latvijas Finieris» (Ри­га). Осн. цен­тры про­из-ва ме­бе­ли – Ри­га («Zunda»), Вал­мие­ра, Лие­пая. Лёг­кая пром-сть в зна­чит. сте­пе­ни ори­ен­ти­ро­ва­на на экс­порт про­дук­ции (ок. 80% объ­ё­ма): тка­ни, оде­ж­да, обувь по­став­ля­ют­ся гл. обр. в стра­ны ЕС. Про­из-во хлоп­ча­то­бу­маж­ных, шер­стя­ных, шёл­ко­вых тка­ней – в Ри­ге (в т. ч. «Juglas Ma­nufaktu̅ra»), льня­ной пря­жи и льня­ных тка­ней – в Ел­га­ве, три­ко­таж­ной оде­ж­ды – в Ри­ге («Rita») и Ог­ре («Og­re»). Пи­ще­вая пром-сть спе­циа­ли­зи­ру­ет­ся гл. обр. на пе­ре­ра­бот­ке мо­ло­ка, мя­са, ры­бы. Ста­рей­шее пред­при­ятие по про­из­вод­ству ал­ко­голь­ных на­пит­ков – «Lat­vi­jas Bal­zams» (1900; вы­пус­ка­ет в т. ч. «Риж­ский баль­зам»). Про­из­вод­ство пи­ва (пред­при­ятия «Al­daris» и «Kimmels Rī­ga» в Ри­ге, «Cēsu alus» в Це­си­се; так­же в Тер­ве­те, Бау­ске), со­ков, ли­мо­на­дов и ми­нер. вод (круп­ней­шее пред­при­ятие – «Cido», Ри­га), кон­ди­тер­ских из­де­лий (фаб­ри­ки «Laima» и «Stabu­radze» в Ри­ге; в т. ч. на экс­порт).

Сельское хозяйство

По­сле зе­мель­ной ре­фор­мы в нач. 1990-х гг. зем­ли кол­хо­зов и сов­хо­зов пе­ре­шли в соб­ст­вен­ность коо­пе­ра­ти­вов и кре­сть­ян­ских хо­зяйств. В ре­зуль­та­те рес­ти­ту­ции мн. зе­мель­ные на­де­лы воз­вра­ще­ны лю­дям, не за­ин­те­ре­со­ван­ным в их об­ра­бот­ке или не имею­щим для это­го воз­мож­но­сти. По­сев­ные пло­ща­ди со­кра­ти­лись с 1,5 млн. га в 1990 до 0,9 млн. га в 2003; в по­след­ние го­ды на­блю­да­ет­ся их по­сте­пен­ное уве­ли­че­ние – 1,1 млн. га в 2007. Рез­ко ухуд­шилось обес­пе­че­ние хо­зяйств тех­ни­кой, ми­нер. удоб­ре­ния­ми. Ок. 96% кре­сть­ян­ских хо­зяйств – еди­но­лич­ные. Ср. раз­мер фер­мы – 25,5 га (из них об­ра­ба­ты­ва­ет­ся 15,7 га). По­ли­ти­ка гос-ва в об­лас­ти фи­нан­со­вой под­держ­ки с.-х. про­из­во­ди­те­лей на­прав­ле­на на кон­цен­тра­цию зем­ли в ру­ках круп­ных аг­рар­ных пред­при­ни­ма­те­лей: пра­во по­лу­че­ния суб­си­дий для при­об­ре­те­ния с.-х. зе­мель име­ют хо­зяй­ст­ва, в ко­то­рых об­ра­ба­ты­ва­ет­ся не ме­нее 25 га. Пло­щадь с.-х. зе­мель – ок. 2,4 млн. га (2007), из них на паш­ню при­хо­дит­ся 73%, па­ст­би­ща – 17%, се­но­кос­ные уго­дья – 9%, са­ды и ого­ро­ды – 1%.

Рас­те­ние­вод­ст­во обес­пе­чи­ва­ет 57,9% стои­мо­сти аг­рар­ной про­дук­ции (2007). До нач. 1990-х гг. наи­боль­шее зна­че­ние име­ло про­из-во кор­мов для жи­вот­но­вод­ст­ва. Позд­нее в свя­зи с по­ли­ти­кой са­мо­обес­пе­че­ния про­до­воль­ст­ви­ем уве­ли­чи­лись по­се­вы зер­но­вых и сбо­ры про­до­вольств. зер­на. Осн. куль­ту­ры: пше­ни­ца, яч­мень. Сбор пше­ни­цы 989,6 тыс. т (2008; 357,5 тыс. т в 1996; 427,4 тыс. т в 2000); осн. рай­оны вы­ра­щи­ва­ния (гл. обр. ози­мая) – Зем­галь­ская низ­мен­ность, юж. часть Кур­зе­ме, Лат­га­ле. Яч­мень (за­ни­ма­ет 1/4 по­се­вов зер­но­вых) вы­ра­щи­ва­ет­ся по­все­ме­ст­но (как фу­раж­ная, кру­пя­ная куль­ту­ра, а так­же как сы­рьё для пи­во­ва­ре­ния). Из тех­нич. куль­тур наи­боль­шее зна­че­ние име­ет рапс (вы­ра­щи­ва­ет­ся в т. ч. для про­из-ва био­топ­ли­ва) – сбор ок. 200 тыс. т в 2008. По­сте­пен­но со­кра­ща­ют­ся пло­ща­ди по­се­вов (со­хра­ни­лись в осн. в Лат­га­ле) и сбор льна (3 тыс. т в год в нач. 1990-х гг.; 1,2 тыс. т в 2005). Кар­то­фель (сбор 673 тыс. т в 2008) вы­ра­щи­ва­ет­ся прак­ти­че­ски по­все­ме­ст­но; наи­бо­лее круп­ные кар­то­фе­ле­водч. хо­зяй­ст­ва рас­по­ло­же­ны вбли­зи Ри­ги, Дау­гав­пил­са, Лие­паи. Б. ч. ово­ще­водч. хо­зяйств (в т. ч. те­п­лич­ных) со­сре­до­то­че­на в осн. в сто­лич­ном ре­гио­не. Тра­ди­ци­он­но раз­ви­то цве­то­вод­ст­во; в Л. соз­да­ны но­вые сор­та гла­дио­лу­сов, ге­ор­гин, ро­до­ден­д­ро­нов, кле­ма­ти­сов. В сер. 2000-х гг. кон­ку­рен­цию ме­ст­ной про­дук­ции со­став­ля­ют цве­ты и де­ко­ра­тив­ные рас­те­ния, вво­зи­мые из др. стран, гл. обр. Ни­дер­лан­дов.

Жи­вот­но­водч. спе­циа­ли­за­ция с. х-ва, сло­жив­шая­ся к сер. 19 в., со­хра­ня­лась до нач. 2000-х гг.; с сер. 1990-х гг. до­ля от­рас­ли в струк­ту­ре аг­рар­но­го про­из-ва не­ук­лон­но умень­ша­ет­ся (66% в 1990; 42,1% в 2007). Тра­ди­ци­он­но осн. от­рас­ли – мо­лоч­ное ско­то­вод­ст­во и сви­но­вод­ст­во. Сни­жа­ет­ся по­го­ло­вье круп­но­го ро­га­то­го ско­та (596 тыс. в 1995; 399 тыс. в 2007), сви­ней (со­от­вет­ст­вен­но 459,6 тыс. и 414,4 тыс.) и до­маш­ней пти­цы (5 млн. и 4 млн.). Ка­че­ст­во про­дук­ции от­рас­ли не от­ве­ча­ет стан­дар­там ЕС, что сни­жа­ет её кон­ку­рен­то­спо­соб­ность на ев­роп. рын­ке.

Мощ­ный ры­бо­про­мыш­лен­ный ком­плекс Л., сло­жив­ший­ся в сов. пе­ри­од (вклю­чал лов и пе­ре­ра­бот­ку ры­бы, склад­ское и мо­ро­зиль­ное хо­зяй­ст­во, рыб­ные пор­ты, ры­бо­пи­том­ни­ки, пред­при­ятия по про­из-ву ры­бо­лов­ной сна­сти и та­ры, ре­монт­ные ба­зы для ры­бо­ло­вец­ких и транс­порт­ных су­дов), по­сте­пен­но вы­хо­дит из кри­зи­са. Улов ры­бы на­чал воз­ра­стать (389,9 тыс. т в 1991; 111,3 тыс. т в 2003; 156,9 тыс. т в 2008). Лов ве­дёт­ся в Ат­лан­ти­че­ском ок. (сельдь, хек, мор­ской окунь, сар­ди­на, став­ри­да) и Бал­тий­ском м. (киль­ка, са­ла­ка, трес­ка).

Раз­ви­ва­ет­ся лес­ное хо­зяй­ст­во (на се­ве­ре Кур­зе­ме, в не­ко­то­рых час­тях Лат­га­ле ле­са за­ни­ма­ют до 60% тер­ри­то­рии). Об­щий объ­ём ре­сур­сов дре­ве­си­ны 546 млн. м3. Еже­год­ный при­рост за­па­сов (16,5 млн. м3) до­пус­ка­ет вы­руб­ку 13 млн. м3. Объём лесозаготовок до­стиг мак­си­мума в 1999 (13,4 млн. м3; 4,4 млн. м3 в 1991); в 2000-х гг. ко­леб­лет­ся в пре­де­лах 9–11 млн. м3 в год.

Сфера услуг

Ак­тив­но раз­ви­ваю­щий­ся сек­тор эко­но­ми­ки. Наи­боль­шее зна­че­ние име­ют транс­порт­ные ус­лу­ги по осу­ще­ст­в­ле­нию тран­зи­та, гл. обр. рос. гру­зов (обес­пе­чи­ва­ет до 30% до­ход­ной час­ти бюд­же­та Л.). Важ­ную роль иг­ра­ет бан­ков­ско-фи­нан­со­вый сек­тор. 2/3 бан­ков (до 70% все­го бан­ков­ско­го ка­пи­та­ла стра­ны) при­над­ле­жат иностр. фи­нан­со­вым груп­пам (в т. ч. швед. бан­кам «Swed­banka», «SEB banka», фин­ско­му «Nor­dea»). Идёт про­цесс кон­цен­тра­ции ка­пи­та­ла, со­кра­ща­ет­ся ко­ли­че­ст­во бан­ков (в 1993 в Л. на­счи­ты­ва­лось 63 бан­ка, в 1997 – 42, в нач. 2000-х гг. – 22). В ус­ло­ви­ях фи­нан­со­во­го кри­зи­са 2008–09 ме­ня­ет­ся ста­тус не­ко­то­рых бан­ков (на­цио­на­ли­зи­ро­ван один из круп­ней­ших в Л. ком­мерч. бан­ков «Pa­rex» и др.). С нач. 21 в. бы­ст­ро раз­ви­ва­ет­ся сек­тор те­ле­ком­му­ни­ка­ций (обес­пе­чен­ность на­се­ле­ния пер­со­наль­ны­ми ком­пь­ю­те­ра­ми 8 на 1000 чел. в 1995; 219 на 1000 чел. в 2004). Круп­ней­шие опе­ра­то­ры мо­биль­ной свя­зи: «Latvijas Mobilais Telefons», «Tele2» (до­чер­нее пред­при­ятие швед. кон­цер­на).

Л. рас­по­ла­га­ет бла­го­при­ят­ны­ми ус­ло­вия­ми для раз­ви­тия ту­риз­ма: куль­тур­но-по­зна­ва­тель­но­го (со­хра­ни­лись мно­го­числ. ар­хи­тек­тур­но-ис­то­рич. па­мят­ни­ки), спор­тив­но-оз­до­ро­ви­тель­но­го и рек­реа­ци­он­но­го (в пре­де­лах ку­рорт­ной зо­ны Риж­ско­го взмо­рья – ле­чеб­ные гря­зи, ми­нер. во­ды; зна­чи­те­лен рек­реа­ци­он­ный по­тен­ци­ал Лат­га­ле). Во 2-й пол. 20 в. бы­ло соз­да­но круп­ное рек­реа­ци­он­ное и ку­рорт­ное хо­зяй­ст­во (наи­бо­лее из­вест­ные ку­рор­ты – Бал­до­не, Ке­ме­ри, Лие­пая, Це­сис). Из-за су­ще­ст­вен­но­го со­кра­ще­ния по­то­ка от­ды­хаю­щих с нач. 1990-х гг. до­ля сек­то­ра в струк­ту­ре ВВП сни­жа­ет­ся (ок. 2% в 2008; ок. 5% в кон. 1980-х гг.).

Транспорт

Че­рез тер­ри­то­рию Л. про­хо­дит тран­зит­ный транс­порт­ный ко­ри­дор, со­еди­няю­щий Рос­сию и др. стра­ны СНГ со стра­на­ми Зап. Ев­ро­пы. В струк­ту­ре гру­зо­обо­ро­та на ж.-д. транс­порт при­хо­дит­ся 50%, до­ля тру­бо­про­вод­но­го – 29%, вод­но­го (вклю­чая мор­ской) – 14%, ав­то­мо­биль­но­го – 7%. В пе­ре­воз­ках пас­са­жи­ров ли­ди­ру­ет ав­то­мо­биль­ный транс­порт (68,3%); на же­лез­но­до­рож­ный при­хо­дит­ся 20,4%, воз­душ­ный – 11,3%.

Вид порта в Вентспилсе.

Дли­на же­лез­ных до­рог с ши­ро­кой ко­ле­ёй (1520 мм) – 2230 км, из них элек­три­фи­ци­ро­ва­но 257 км (2008), с уз­кой ко­ле­ёй (759 мм) – 33 км (уча­сток Гул­бе­не – Алукс­не). Осн. ж.-д. ма­ги­ст­ра­ли про­хо­дят с вос­то­ка Л. (от Зи­лу­пе, Ин­д­ры) на за­пад к пор­там Бал­тий­ско­го м. (Вент­с­пилс, Лие­пая) и яв­ля­ют­ся важ­ной ча­стью тран­зит­но­го ко­ри­до­ра (осн. пе­ре­во­зи­мые гру­зы: нефть, неф­те­про­дук­ты, ми­нер. удоб­ре­ния, дре­ве­си­на). Ж.-д. пе­ре­воз­ки осу­ще­ст­в­ля­ет гл. обр. гос. ком­па­ния «Latvijas dzelzcel̦š». Дли­на ав­то­до­рог с твёр­дым по­кры­ти­ем 69,7 тыс. км. Важ­ней­шая ав­то­ма­ги­ст­раль Л. – часть ме­ж­ду­нар. трас­сы «Via Baltica» (Вар­ша­ва – Кау­нас – Ри­га – Тал­лин). Раз­вит тру­бо­про­вод­ный транс­порт: дли­на га­зо­про­во­дов (в т. ч. Да­ша­ва – Ри­га, 1962; Тор­жок – Ри­га, 1972) 1237 км (2008); неф­те­про­во­да По­лоцк – Вент­спилс (по­стро­ен для экс­пор­та рос. неф­ти в стра­ны Зап. Ев­ро­пы) – 82 км; неф­те­про­дук­то­про­во­дов – 417 км. Мор. транс­порт осу­ще­ст­в­ля­ет зна­чит. часть внеш­не­тор­го­вых и тран­зит­ных пе­ре­во­зок. Мор. тор­го­вый флот вклю­ча­ет 22 суд­на; 118 су­дов хо­дят под фла­га­ми др. стран. Дей­ст­ву­ют 10 мор. пор­тов (об­щий гру­зо­обо­рот 63,7 млн. т, 2008). Наи­боль­шее зна­че­ние име­ют пор­ты: Ри­га (29,6 млн. т гру­зов, 0,5 млн. пас­са­жи­ров), Вент­с­пилс (28,6 млн. т гру­зов), Лие­пая (4,2 млн. т). 7 ма­лых пор­тов (Па­ви­ло­ста, Кол­ка, Мер­срагс, Роя, Эн­гу­ре, Са­лац­гри­ва, Ай­на­жи; об­щий гру­зо­обо­рот 1,3 млн. т) спе­циа­ли­зи­ру­ют­ся на экс­пор­те дре­ве­си­ны и ле­со­ма­те­риа­лов, тор­фа, све­жей и мо­ро­же­ной ры­бы. Про­тя­жён­ность внутр. вод­ных пу­тей 300 км (2008). Су­до­ход­ст­во по ре­кам Лие­лу­пе, Дау­га­ва, Вен­та. Ре­гу­ляр­ное пас­са­жир­ское со­об­ще­ние ме­ж­ду Ри­гой и Юр­ма­лой (по р. Лие­лу­пе и Риж­ско­му зал.). Ме­ж­ду­нар. аэ­ро­пор­ты в Ри­ге (ок. 3,7 млн. пас­са­жи­ров в год; при­мер­но по­ло­ви­на пе­ре­во­зок при­хо­дит­ся на нац. авиа­ком­па­нию «АirBaltic»), Лие­пае.

Внешняя торговля

Внеш­не­тор­го­вый ба­ланс хро­ни­че­ски де­фи­ци­тен: стои­мость экс­пор­та (9,6 млрд. долл.) в 1,6 раза мень­ше стои­мо­сти им­пор­та (15,3 млрд. долл., 2008). Экс­пор­ти­ру­ют­ся: дре­ве­си­на и из­де­лия из неё (круг­лый лес, пи­ло­мате­риа­лы, фа­не­ра, кар­тон, бу­ма­га), про­дук­ция тек­стиль­ной пром-сти, ме­тал­лур­гии, хи­мич. пром-сти, ма­ши­но­строе­ния, а так­же про­до­воль­ст­вие. Важ­ней­шие ста­тьи им­пор­та: ма­ши­ны и обо­ру­до­ва­ние, нефть, неф­те­про­дук­ты и др. ви­ды то­п­ли­ва, про­дук­ция хи­мич. пром-сти, ме­тал­лур­гии, транс­порт­ные сред­ст­ва. Ок. 75% об­ще­го объ­ё­ма внеш­ней тор­гов­ли при­хо­дит­ся на стра­ны ЕС, св. 15% – на стра­ны СНГ (офиц. данные, 2008). Из отд. стран круп­ней­шие тор­го­вые парт­нё­ры Л.: Лит­ва (16,7% экс­пор­та и 16,5% им­пор­та), Эс­то­ния (со­от­вет­ст­вен­но 14,0% и 7,1%), Рос­сия (10,0% и 10,6%), Гер­ма­ния (8,1% и 13,0%), а так­же Поль­ша, Шве­ция, Да­ния, Фин­лян­дия, Ве­ли­ко­бри­та­ния.

Вооружённые силы

Воо­руж. си­лы (ВС) на­счи­ты­ва­ют 5,7 тыс. чел. (2008) и со­сто­ят из Су­хо­пут­ных войск (СВ), ВВС и ВМС, име­ют­ся так­же вое­ни­зир. фор­ми­ро­ва­ния – нац. гвар­дия (11 тыс. чел.). Во­ен. го­до­вой бюд­жет 590 млн. долл. (2008, оцен­ка).

Вер­хов­ным глав­но­ко­ман­дую­щим ВС яв­ля­ет­ся гла­ва гос-ва – пре­зи­дент. Об­щее ру­ко­во­дство ВС воз­ложе­но на мин. обо­ро­ны, опе­ра­тив­ное управ­ле­ние – на глав­но­ко­ман­дую­ще­го ВС, ко­то­рый осу­ще­ст­в­ля­ет его че­рез гл. штаб и ко­ман­дую­щих ви­да­ми ВС с их шта­ба­ми (ор­га­ни­зу­ют не­по­средств. управ­ле­ние вой­ска­ми). Во­ен.-по­ли­тич. ру­ко­во­дство осн. став­ку в обес­пе­че­нии безо­пас­но­сти стра­ны де­ла­ет на уча­стие в НАТО, ЕС и др. ме­ж­ду­нар. ор­га­ни­за­ци­ях и по­лу­че­ние в слу­чае не­об­хо­ди­мо­сти га­ран­ти­ро­ван­ной во­ен. по­мо­щи. Осо­бое вни­ма­ние уде­ля­ет­ся ак­тив­но­му уча­стию ВС в опе­ра­ци­ях НАТО (в т. ч. в Ира­ке и Аф­га­ни­ста­не).

В бое­вом со­ста­ве СВ (1,5 тыс. чел.) – мо­то­пе­хот­ная бри­га­да и груп­па спец. на­зна­че­ния. Ор­га­ни­за­ци­он­но нац. гвар­дия вклю­ча­ет 14 пех. ба­таль­о­нов, инж. ба­таль­он, ба­таль­он ра­ди­ац., хи­мич. и био­ло­гич. за­щи­ты, арт. ди­ви­зи­он, зе­нит­ный ди­ви­зи­он и др. под­раз­де­ле­ния. На во­ору­же­нии СВ на­хо­дят­ся 3 тан­ка (учеб­но-бое­вые), 13 БТР, 2 БРМ, 121 ору­дие по­ле­вой ар­тил­ле­рии (в т. ч. 26 бук­си­руе­мых), св. 140 про­ти­во­тан­ко­вых ору­дий, 95 ми­но­мё­тов, 22 зе­нит­ные арт. ус­та­нов­ки, а так­же ПЗРК. ВВС (480 чел.) пред­став­ле­ны во­ен­но-транс­порт­ной (3 са­мо­лё­та) и вер­то­лёт­ной (6 вер­то­лё­тов) авиа­ци­ей. Ко­ра­бель­ный со­став ВМС (600 чел.) вклю­ча­ет 4 пат­руль­ных ка­те­ра, 3 траль­щи­ка, штаб­ной ко­рабль мин­но-траль­ных сил, 8 пат­руль­ных ка­те­ров бе­ре­го­вой ох­ра­ны. Пунк­ты ба­зи­ро­ва­ния – Лие­пая, Ри­га.

Ком­плек­то­ва­ние ВС (с 2007) осу­ще­ст­в­ля­ет­ся на кон­тракт­ной ос­но­ве. Мо­би­ли­зац. ре­сур­сы ок. 600 тыс. чел., в т. ч. год­ных к во­ен. служ­бе – 470 тыс. чел.

Здравоохранение

Пляж в районе Юрмалы.

В Л. на 100 тыс. жит. при­хо­дит­ся 310 вра­чей, 560 лиц ср. мед. пер­со­на­ла и аку­ше­рок, 70 сто­ма­то­ло­гов; боль­нич­ных ко­ек – 768,4 (2006). Об­щие рас­хо­ды на здра­во­охра­не­ние со­став­ля­ют 6,4% ВВП (бюд­жет­ное фи­нан­си­ро­ва­ние – 61,5%, ча­ст­ный сек­тор – 39,5%) (2006). Пра­во­вое ре­гу­ли­ро­ва­ние сис­те­мы здра­во­ох­ра­не­ния осу­ще­ст­в­ля­ют за­ко­ны о мед. по­мо­щи (1997), об эпи­де­мио­ло­гич. без­о­пас­но­сти (1997), о вра­чеб­ной прак­ти­ке (1997), о фар­ма­цев­тич. дея­тель­но­сти (1998, 2005); пра­ви­ла сер­ти­фи­ци­ро­ва­ния мед. прак­ти­ки (1998), ор­га­низа­ции и фи­нан­си­ро­ва­ния мед. по­мо­щи (2005); по­ло­же­ния об эпи­де­мио­ло­гич. кон­тро­ле ин­фекц. за­бо­ле­ва­ний (2001), о раз­ре­ше­нии ис­поль­зо­ва­ния мед. тех­но­ло­гий (2005); гос. Про­грам­ма раз­ви­тия служб пер­вич­ной и боль­нич­ной мед. по­мо­щи на 2005–10. Сис­те­ма здра­во­охра­не­ния со­че­та­ет мед. по­мощь, га­ран­ти­ро­ван­ную обя­за­тель­ны­ми на­ло­го­вы­ми от­чис­ле­ния­ми, и сме­шан­ное го­су­дар­ст­вен­но-ча­ст­ное обя­за­тель­ное мед. стра­хо­ва­ние. До­пол­нит. фи­нан­си­ро­ва­ние обес­пе­чи­ва­ет­ся за счёт пря­мых пла­те­жей па­ци­ен­тов и доб­ро­воль­но­го мед. стра­хова­ния. Управ­ле­ние сис­те­мой мед. по­мо­щи осу­ще­ст­в­ля­ет Мин-во здра­во­охра­не­ния. Мед. по­мощь ока­зы­ва­ют 40 гос. боль­ниц, 62 боль­ни­цы ме­ст­но­го уров­ня, 17 ча­ст­ных кли­ник (2005). Пер­вич­ную мед. по­мощь осу­ще­ст­в­ля­ют цен­тры здра­во­охра­не­ния (быв. по­ли­кли­ни­ки) гос. и ча­ст­но­го сек­то­ров, се­мей­ные вра­чи, пе­ди­ат­ры, вра­чи-те­ра­пев­ты. Вы­со­ко­спе­циа­ли­зи­р. мед. по­мощь ока­зы­ва­ет­ся ис­клю­чи­тель­но гос. уч­ре­ж­де­ния­ми. Наи­бо­лее рас­про­стра­нён­ная ин­фек­ция – ге­па­тит A (2008). Осн. при­чи­ны смер­ти взрос­ло­го на­се­ле­ния: бо­лез­ни сис­те­мы кро­во­об­ра­ще­ния, зло­ка­че­ствен­ные но­во­об­ра­зо­ва­ния (2006). Ку­рор­ты: Бал­до­не, Лие­пая, Юр­ма­ла и др.

Спорт

В 19 в. бы­ли ос­но­ва­ны неск. спор­тив­ных об­ществ и клу­бов, в т. ч. Об-во плов­цов в Ми­та­ве (ны­не Ел­га­ва; 1851), Об-во стрел­ков Ри­ги (1859), Риж­ское гим­на­стич. об-во (1862), Имп. па­рус­ный клуб Ри­ги (1878), Риж­ское ве­ло­си­пед­ное об-во (1887), Риж­ское шах­мат­ное об-во (1890) и др. 18.12.1911 соз­дан Бал­тий­ский олим­пий­ский к-т. На 1-й Рос. олим­пиа­де (Ки­ев, 1913) спорт­сме­ны Л. бы­ли удо­стое­ны 7 зо­ло­тых ме­да­лей. 2-я Рос. олим­пиа­да со­стоя­лась в Ри­ге (6–20.7.1914); в ней при­ня­ли уча­стие ок. 1 тыс. спорт­сме­нов от 24 го­ро­дов Рос­сии [наи­боль­шее ко­ли­че­ст­во спорт­сме­нов бы­ло из Ри­ги – 300 чел.; из др. го­ро­дов Л. пред­став­ле­ны Ми­та­ва, Ли­ба­ва (ны­не Лие­пая), Вин­да­ва (ны­не Вент­с­пилс)], ко­то­рые ра­зы­гра­ли ме­да­ли в 14 ви­дах спор­та. Спорт­сме­ны Л. за­вое­ва­ли 75 ме­да­лей (34 зо­ло­тые, 20 се­ре­бря­ных и 21 брон­зо­вую). Сре­ди наи­бо­лее от­ли­чив­ших­ся – тя­же­ло­ат­ле­ты А. Ней­ландс и Я. Крау­зе, ус­та­но­вив­шие ми­ровые ре­кор­ды. В со­ста­ве олим­пий­ской сбор­ной ко­ман­ды Рос­сии, офи­ци­аль­но де­бю­ти­ро­вав­шей на Олим­пиа­де в Сток­голь­ме (1912), на­счи­ты­ва­лось св. 30 спорт­сме­нов из Л. По­сле об­ра­зо­ва­ния не­за­ви­си­мой Латв. Рес­пуб­ли­ки был ос­но­ван в 1922 Латв. олим­пий­ский к-т (при­знан МОК в 1923). Муж­ская ко­ман­да Л. по шах­ма­там – уча­ст­ни­ца 7 «Тур­ни­ров на­ций» (совр. назв. – Все­мир­ная шах­мат­ная олим­пиа­да; 1928–39). В со­ста­ве ко­ман­ды вы­сту­па­ли Г. Ма­тисонс (по­бе­ди­тель т. н. чем­пио­на­та ми­ра сре­ди лю­би­те­лей в Па­ри­же, 1924), В. Пет­ров (1–3-е ме­ста с С. Фло­ром и С. Ре­шев­ским на тур­ни­ре в Ке­ме­ри, 1937), Ф. Ап­ше­ни­екс, М. Фей­гинс. В 1930-х гг. Латв. шах­мат­ный со­юз ор­га­ни­зо­вал 2 ме­ж­ду­нар. тур­ни­ра в Ке­мери (1937, 1939). В двух чем­пио­на­тах ми­ра сре­ди жен­щин (1937 и 1939) участ­во­ва­ла М. Лау­бер­те.

В 1935 муж­ская сбор­ная Л. по бас­кет­бо­лу ста­ла по­бе­ди­те­лем 1-го чем­пио­на­та Ев­ро­пы; 2-й чем­пио­нат Ев­ро­пы со­сто­ял­ся в 1937 в Ри­ге. В 1936 соз­дан К-т фи­зич. куль­ту­ры и спор­та Л. Все­го в 1939 в стра­не на­счи­ты­ва­лось 167 спор­тив­ных ор­га­ни­за­ций и 32 объ­е­ди­не­ния, в ко­то­рых за­ни­ма­лись 18 тыс. чел.

На Олим­пий­ских иг­рах в Па­ри­же (1924) сбор­ная ко­ман­да Л. впер­вые вы­сту­па­ла отд. ко­ман­дой; в 1924–36 спорт­сме­ны Л. вы­иг­ра­ли 2 се­реб­ря­ные ме­да­ли – Я. Да­линьш в ходь­бе на 50 км (Лос-Анд­же­лес, 1932) и Э. Бие­тагс в клас­сич. борь­бе (совр. назв. – гре­ко-рим­ская борь­ба; Бер­лин, 1936).

По­сле вхо­ж­де­ния Л. в со­став СССР (1940) мас­со­во­му раз­ви­тию спор­та спо­соб­ст­во­ва­ли соз­да­ние доб­ро­воль­но­го спор­тив­но­го об-ва проф­сою­зов «Дау­га­ва» (1944), ор­га­ни­за­ция спор­тив­ных об­ществ «Спар­так», «Ди­на­мо», «Тру­до­вые ре­зер­вы»; от­кры­тие в Ри­ге Латв. гос. ин-та фи­зич. куль­ту­ры (1946); при­вле­че­ние мо­ло­дё­жи к сда­че норм комп­лек­сов «Го­тов к тру­ду и обо­ро­не» и «Будь го­тов к тру­ду и обо­ро­не»; ор­га­ни­за­ция доб­ро­воль­но­го спор­тив­но­го об-ва «Вар­па» (1949), объ­е­ди­нив­ше­го сель­ских спорт­сме­нов, и т. д.

В 1952–88 спорт­сме­ны Л. вы­сту­па­ли на Олим­пий­ских иг­рах в со­ста­ве сбор­ной ко­ман­ды СССР и за­вое­ва­ли 18 зо­ло­тых, 29 се­реб­ря­ных и 14 брон­зо­вых ме­да­лей, в т. ч. на Олим­пий­ских зим­них иг­рах – 3 зо­ло­тых, 1 се­реб­ря­ную и 5 брон­зо­вых.

Сре­ди наи­бо­лее из­вест­ных спорт­сме­нов Л. сов. пе­рио­да – 2-крат­ные чем­пио­ны Олим­пий­ских игр И. Се­мё­но­ва (бас­кет­бол), И. Бу­га­ен­ков (во­лей­бол); чем­пио­ны Олим­пий­ских игр: в ме­та­нии ко­пья – И. Яун­зе­ме, Д. Ку­ла, Я. Лу­сис, Э. Озо­ли­на; в па­рус­ном спор­те – А. Му­зы­чен­ко; по бас­кет­бо­лу – И. Миг­ли­ни­екс; во­лей­бо­лу – П. Се­ли­ва­нов; стрель­бе – А. Кузь­мин; спор­тив­ной гим­на­сти­ке – Н. Ла­щё­но­ва; греб­ле на бай­дар­ках и ка­ноэ – И. Кле­мен­ть­ев. Чем­пио­на­ми Бе­лых олим­пи­ад ста­ли Я. Ки­пурс (боб­слей-двой­ка), В. Зо­зу­ля (од­но­ме­ст­ные са­ни), В. Са­мой­лов (хок­кей с шай­бой).

Сре­ди др. наи­бо­лее из­вест­ных спорт­сме­нов Л.: бас­кет­бо­ли­сты Я. Кру­миньш, М. Валд­ма­нис, В. Муй­жни­екс – 3-крат­ные се­реб­ря­ные при­зё­ры Олим­пи­ад, В. Вал­терс – чем­пи­он ми­ра (1982), Г. Вет­ра – се­ре­бря­ный при­зёр чем­пио­на­та ми­ра (1990); пло­вец Г. Ку­ли­ков – об­ла­да­тель 1 се­реб­ря­ной и 2 брон­зо­вых олим­пий­ских на­град; хок­ке­ист Х. Бал­де­рис – се­реб­ря­ный при­зёр Бе­лой олим­пиа­ды (1980); 3-крат­ный чем­пи­он ми­ра по меж­ду­нар. шаш­кам А. Анд­рей­ко, чем­пи­он ми­ра (1994) Г. Вал­не­рис.

Матч на первенство мира 1960 (Москва). М. Н. Таль (слева) – М. М. Ботвинник. Стоит помощник главного арбитра – Г. Голомбек (Великобритания). Архив В. И. Линдера

В 1960 чем­пио­ном ми­ра по шах­ма­там стал М. Н. Таль, по­бе­див­ший М. М. Бот­вин­ни­ка (Мо­ск­ва; 12,5:8,5); его тре­не­ром-се­кун­дан­том был 4-крат­ный чем­пи­он Л., по­пу­ля­ри­за­тор шах­мат, ли­те­ра­тор А. Коб­ленц. Сре­ди др. из­вест­ных шах­ма­ти­стов Л. – гросс­мей­стер А. Гипс­лис (по­бе­ди­тель ря­да ме­ж­ду­нар. тур­ни­ров, тре­нер Н. Т. Га­прин­да­шви­ли, гл. ре­дак­тор ж. «Шах­ма­ты»).

Тен­ни­си­ст­ка Л. Сав­чен­ко-Ней­ланд вы­иг­ра­ла 6 тур­ни­ров Боль­шо­го шле­ма: в пар­ном раз­ря­де (с бе­ло­рус. тен­ни­си­ст­кой Н. М. Зве­ре­вой) – От­кры­тый чем­пио­нат Фран­ции (1989) и Уимб­л­дон­ский тур­нир (1991) и в мик­сте – Уимб­л­дон­ский тур­нир (1992), От­кры­тые чем­пио­на­ты Ав­ст­ра­лии (1994, 1996) и Фран­ции (1995).

В 1950–80-х гг. ве­ду­щие по­зи­ции в чем­пио­на­тах СССР (и на ев­роп. аре­не) по ко­манд­ным ви­дам спор­та за­ни­ма­ли муж­ской ар­мей­ский бас­кет­боль­ный клуб из Ри­ги (3-крат­ный чем­пи­он СССР в 1955, 1957, 1958; триж­ды вы­иг­рал Ку­бок ев­роп. чем­пио­нов в 1958, 1959 и 1960, вы­сту­пал под рук. А. Я. Го­мель­ско­го, см. Го­мель­ские); жен­ская бас­кет­боль­ная ко­ман­да ТТТ (Трам­вай­но-трол­лей­бус­но­го тре­ста, Ри­га; 21 раз вы­иг­ры­ва­ла чем­пио­нат СССР в 1960–84, 18 раз – Ку­бок ев­роп. чем­пио­нов), в её со­ста­ве вы­сту­па­ли чем­пи­он­ки ми­ра С. Бу­дов­ска, Т. Дау­не­не, И. Се­мё­но­ва; хок­кей­ная ко­ман­да «Ди­на­мо» (Ри­га; при­зёр чем­пио­на­та СССР 1987/88); во­лей­боль­ная муж­ская ко­ман­да «Ра­дио­тех­ник» (Ри­га, до 1962 «Дау­га­ва») и др.

По­сле об­ра­зо­ва­ния не­за­ви­си­мой Латв. Рес­пуб­ли­ки в 1991 вос­ста­нов­лен Латв. олим­пий­ский к-т и вновь при­знан МОК. С 1992 спорт­сме­ны Л. вы­сту­па­ют на Олим­пий­ских иг­рах от­дель­ной нац. сбор­ной ко­ман­дой; в 1992–2008 за­воё­ва­ны 2 зо­ло­тые, 9 се­реб­ря­ных и 3 брон­зо­вые ме­да­ли. Чем­пио­на­ми Олим­пий­ских игр ста­ли: гим­наст И. Вих­ровс (Сид­ней, 2000; воль­ные уп­раж­не­ния) и ве­ло­си­пе­дист М. Штром­бергс, вы­иг­рав­ший зо­ло­тую ме­даль по клас­су ВМХ (Пе­кин, 2008). Се­реб­ря­ную (Афи­ны, 2004) и брон­зо­вую (Пе­кин, 2008) ме­да­ли за­вое­вал штан­гист В. Щер­ба­тых (чем­пи­он ми­ра, 2007; Ев­ро­пы, 2001, 2005, 2007); 2 се­реб­ря­ные ме­да­ли (Бар­се­ло­на, 1992, и Ат­лан­та, 1996) – И. Кле­мен­ть­ев в греб­ле на ка­ноэ (1000 м).

Вы­сту­пая на Бе­лых олим­пиа­дах (1992–2006), спорт­сме­ны Л. за­вое­ва­ли 1 брон­зо­вую на­гра­ду (сан­ный спорт) – М. Ру­бе­нис. Муж­ская сбор­ная ко­ман­да Л. по фут­бо­лу под рук. А. Стар­ко­ва в 2004 впер­вые в сво­ей ис­то­рии вы­сту­па­ла в фи­наль­ной час­ти чем­пио­на­та Ев­ро­пы (Пор­ту­га­лия), где сыг­ра­ла вни­чью с ко­мандой Гер­ма­нии; луч­шие фут­бо­ли­сты: В. Ас­та­фь­ев, А. Ко­линь­ко, А. Сте­па­нов (в 2000–03 вы­сту­пал за лон­дон­ский «Ар­се­нал»), М. Зем­лин­ский, Ю. Лай­занс (чем­пи­он Рос­сии 2003 и об­ла­да­тель Куб­ка УЕФА 2005 в со­ста­ве ЦСКА), М. Вер­па­ков­ский (вы­сту­пал в со­ста­ве ко­ман­ды ки­ев­ско­го «Ди­на­мо» в 2003–2008), М. Па­харь.

Сре­ди др. наи­бо­лее из­вест­ных латв. спорт­сме­нов 2000-х гг.: ме­ж­ду­нар. гросс­мей­стер А. Ши­ров (пре­тен­дент на ми­ро­вое пер­вен­ст­во в кон. 1990-х – 2000-х гг., фи­на­лист Куб­ка ми­ра 2007), бас­кет­бо­лист А. Би­ед­риньш (вы­сту­па­ет за клуб На­цио­наль­ной бас­кет­боль­ной ас­со­циа­ции «Гол­ден Стейт»); хок­кеи­сты А. Ир­бе, С. Озо­линьш, мно­го лет вы­сту­пав­шие в клу­бах НХЛ; тен­ни­сист Э. Гул­бис, би­ат­ло­нист И. Бри­цис (брон­зо­вый при­зёр чем­пио­на­тов ми­ра 2001 и 2005).

Открытие первой санно-бобслейной трассы в СССР с искусственным намораживанием льда (Сигулда, декабрь 1986).

По­пу­ля­ри­за­ции и раз­ви­тию спор­та в Л. спо­соб­ст­ву­ет про­ве­де­ние круп­ных ме­ж­ду­нар. со­стя­за­ний: эта­па Куб­ка ми­ра по сан­но­му спор­ту в Си­гул­де (сан­но-боб­слей­ная трас­са соз­да­на в 1986 в нац. пар­ке «Га­уя»); ме­ж­ду­нар. тен­нис­ных тур­ни­ров, мат­чей Куб­ка Дэ­ви­са в Юр­ма­ле; про­ве­де­ние па­рус­ных ре­гат; Ме­мо­риа­ла М. Та­ля в Ри­ге (1995), жен­ско­го чем­пио­на­та Ев­ро­пы по бас­кет­бо­лу (2009) и мн. др.

Образование. Учреждения науки и культуры

Осн. рег­ла­мен­ти­рую­щи­ми до­ку­мен­та­ми в сис­те­ме об­ра­зо­ва­ния яв­ля­ют­ся за­ко­ны: «Об об­ра­зо­ва­нии» (1998, по­прав­ки – 2004), «Об ос­нов­ном об­ра­зо­ва­нии» (1999), «О выс­шем об­ра­зо­ва­нии» (1999, по­прав­ки – 2000; но­вая ре­дак­ция с 13.4. 2008), «О про­фес­сио­наль­ном об­ра­зо­ва­нии» (1999), «О на­уч­ной дея­тель­но­сти» (2005). Сис­те­ма об­ра­зо­ва­ния вклю­ча­ет: обя­за­тель­ное до­шко­ль­ное об­ра­зо­ва­ние де­тей в воз­рас­те 5–7 лет в до­шко­ль­ных уч­ре­ж­де­ни­ях или под­го­то­вит. клас­сах шко­лы; осн. сред­нее об­ра­зо­ва­ние (4-лет­нее на­чаль­ное и 3-лет­нее не­пол­ное сред­нее) и 3-лет­нее пол­ное сред­нее об­ра­зо­ва­ние; 2–3-лет­нее на­чаль­ное проф. об­ра­зо­ва­ние; 4-лет­нее сред­нее проф. об­ра­зо­ва­ние; выс­шее об­ра­зо­ва­ние. До­шко­ль­ным об­ра­зо­ва­ни­ем ох­ва­че­но (2007) 90% де­тей, на­чаль­ным – 95%, сред­ним – 98%. Гра­мот­ность на­се­ле­ния в воз­рас­те стар­ше 15 лет со­став­ля­ет 99,8%. В со­от­вет­ст­вии с при­ня­тым в Л. в 1998 За­ко­ном «Об об­ра­зо­ва­нии» с 1.9.2004 рус­ско­языч­ные ср. шко­лы пе­ре­шли на но­вую си­сте­му обу­че­ния, со­глас­но ко­то­рой пре­по­да­ва­нию на рус. яз. от­во­дит­ся лишь 40% учеб­но­го вре­ме­ни. При этом шко­лы фак­ти­чес­ки ли­ше­ны воз­мож­но­сти пре­по­да­вать на рус. яз. та­кие пред­ме­ты, как фи­зи­ка, ма­те­ма­ти­ка, хи­мия. На прак­ти­ке это оз­на­ча­ет пла­но­мер­ную лик­ви­да­цию 166 школ с обу­че­ни­ем на рус. яз. и 124 дву­языч­ных школ (ок. 100 тыс. уч-ся). По ин­фор­ма­ции Мин-ва об­ра­зо­ва­ния и нау­ки Л., до 15 тыс. де­тей (в осн. рус­ско­языч­ные) в Л. не по­се­ща­ют шко­лу. По су­щест­ву, под ви­дом вве­де­ния без­аль­тер­на­тив­ного би­линг­валь­но­го обу­че­ния в Л. ли­кви­ди­ру­ет­ся пол­но­цен­ная си­сте­ма рус­ско­языч­но­го ср. об­ра­зо­ва­ния.

В сис­те­му выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния вхо­дят ун-ты, ака­де­мии, ин-ты выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния, кол­лед­жи. Круп­ные ву­зы на­хо­дят­ся в Ри­ге, в т. ч. Латвийский университет. Дей­ст­ву­ют так­же Дау­гав­пилс­ский ун-т (1921, совр. ста­тус с 2001), Латв. с.-х. ун-т (1939) в Ел­га­ве, Лие­пай­ский ун-т (1954), Ре­зек­нен­ская выс­шая шко­ла (1993), Вид­зем­ская выс­шая шко­ла (1996, совр. ста­тус с 2001), Вент­спилс­ская выс­шая шко­ла (1997), ряд не­го­су­дарств. ву­зов. В си­сте­ме выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния, со­глас­но но­вой ре­дак­ции За­ко­на «О выс­шем об­ра­зо­ва­нии», пре­по­да­ва­ние в латв. ву­зах по всем про­грам­мам дол­жно про­ис­хо­дить на гос. язы­ке. Ун-ты име­ют пра­во обу­чать на не­го­су­дарств. язы­ках лишь в спе­ци­аль­но ого­во­рён­ных слу­ча­ях, напр. на фа­куль­те­тах иностр. язы­ков, ес­ли вуз реа­ли­зу­ет про­грам­му в рам­ках пре­ду­смот­рен­но­го меж­ду­нар. до­го­во­ра­ми со­труд­ни­чест­ва или ес­ли учеб­ный курс рас­счи­тан на сту­ден­тов-ино­стран­цев и осу­щест­вля­ет­ся на од­ном из офиц. язы­ков ЕС (рус. яз. та­ко­вым не яв­ля­ет­ся).

В Л. функ­цио­ни­ру­ют 472 на­уч. уч­ре­ж­де­ния, в т. ч. 47 – в сек­то­ре выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния; 864 пуб­лич­ные б-ки, 127 му­зе­ев (2007). Гл. на­уч. уч­ре­ж­де­ния, б-ки и му­зеи на­хо­дят­ся в Ри­ге, в т. ч. Латв. АН (1946), Нац. б-ка Л. (1919), Ис­то­рич. му­зей Л. (1869), Гос. ху­дож. му­зей (1905). Сре­ди др. му­зе­ев – Ис­то­рич. му­зей в Це­си­се (1925); Ба­ус­кий крае­ведч. и ху­дож. му­зей (1947), Рун­даль­ский дво­рец-му­зей (1972; зда­ние 1736–40, арх. Б. Ф. Рас­трел­ли) близ г. Ба­у­ска; Лат­галь­ский куль­тур­но-ис­то­рич. му­зей в Ре­зек­не (1959); ме­мо­ри­аль­ные му­зеи: по­эта Плу­до­ни­са (В. Лей­нек; от­крыт в 1963, Це­ра­ук­сте Ба­ус­ко­го р-на), Я. Ви­тол­са – в Га­уйие­не, скульп­то­ра В. Якоб­сон­са – в Айз­кра­ук­ле, К. Скал­бе – в Це­си­се; А. Бри­га­де­ре, К. Уль­мани­са, се­лек­цио­не­ра П. Упи­ти­са – все в До­бель­ском р-не; му­зей «Усадь­ба Мюнх­гау­зе­на» (1994) в Лим­ба­жи. Функ­цио­ни­ру­ют так­же му­зеи в Дау­гав­пил­се, Ел­га­ве, Юр­ма­ле, Вент­с­пил­се и др. го­ро­дах.

Средства массовой информации

Наи­бо­лее по­пу­ляр­ные об­ще­на­цио­наль­ные еже­днев­ные га­зе­ты на ла­тыш. яз. (все – в Ри­ге): пра­ви­тель­ст­вен­ная газ. «Lat­vijas Vēstnesis» (вы­пус­ка­ет­ся с 1993), «Diena» (с 1990; ти­раж 40–60 тыс. экз.; при­над­ле­жит швед. кор­по­ра­ции «Bon­nier Group»), «Rīgas Balss» (с 1957; 25–45 тыс. экз.), «Latvijas Avīze» (с 1988; 55 тыс. экз.), «Neatkarīga Rīta Avīze», «Rīgas ap­rin­ka» и др. На рус. яз. вы­хо­дят га­зе­ты (все – в Ри­ге): «Те­ле­граф» (с 2001; 5 раз в не­де­лю, ти­раж 12 тыс. экз.), «Вес­ти се­го­дня» (с 1999; 6 раз в не­де­лю, св. 38 тыс. экз.; име­ет разл. при­ло­же­ния, в т. ч. «Де­ло­вые вес­ти», «Нау­ка и жизнь», «Во­круг све­та», «Семья»), «Вес­ти» (с 1993; Ри­га, 1 раз в не­де­лю, св. 38 тыс. экз.), «Час» (с 1997; Ри­га, еже­днев­но, 16 тыс. экз.), «Биз­нес&Бал­тия» (де­ло­вая; еже­днев­но, 13,5 тыс. экз.; неск. те­ма­тич. при­ло­же­ний), «Ра­курс» (с 2003; 1 раз в не­де­лю, св. 19 тыс. экз.; ре­гио­наль­ные вы­пус­ки в го­ро­дах Лие­пая, Дау­гав­пилс, Крас­ла­ва), «Суб­бо­та» (с 1994; 1 раз в не­де­лю, 60 тыс. экз.; име­ет неск. при­ло­же­ний), «7 сек­ре­тов» (раз­вле­ка­тель­ная; с 1998, 1 раз в не­де­лю, 31 тыс. экз.). На ла­тыш. и рус. язы­ках дейст­ву­ет ин­тер­нет-пор­тал «Delfi» (с 1999, Ри­га), вы­хо­дит бес­плат­ное рек­лам­ное из­да­ние «Latvijas santīms» (Ри­га, 1 раз в не­де­лю, 203 тыс. экз.). На англ. яз. из­да­ёт­ся «The Baltic Times» (с 1996; Ри­га, 1 раз в не­де­лю, 15 тыс. экз.), на нем. яз. – «Baltische Rundschau» (с 1994; Ри­га, ок. 10 тыс. экз.).

Ра­дио­ве­ща­ние с 1925. В рам­ках гос. ра­дио­ве­щат. ком­па­нии «Latvijas Ra­dio» (Ри­га) дей­ст­ву­ют 4 ра­дио­стан­ции: ин­фор­ма­ци­он­ная «Latvijas Radio 1», раз­вле­ка­тель­ная «Latvijas Radio 2», му­зы­каль­ная «Latvijas Radio 3 klassika», рус­скоя­зыч­ная «Latvijas Radio 4 – Дом­ская пло­щадь». Св. 20 не­го­су­дарств. ра­дио­стан­ций, ра­бо­таю­щих в диа­па­зо­не УКВ и КВ. На рус. яз. ве­дут ве­ща­ние ра­дио­стан­ции: Ра­дио «Baltkom», SWH+, MixFM, PIK (все – в Ри­ге), «Euro­paPlus», «Али­са Плюс» (обе – в Дау­гав­пил­се), Ef-Ei (Ре­зек­не) и др. (все при­над­ле­жат латв. нац. ка­пи­та­лу). Ретранс­ли­ру­ют­ся про­грам­мы «Рус­ско­го ра­дио».

Те­ле­ви­де­ние с но­яб. 1954. Нац. те­ле­ве­щат. кор­по­ра­ция «Latvijas Tele­vīzija» (LTV) на 60% фи­нан­си­ру­ет­ся за счёт средств гос. бюд­же­та. Два гос. те­ле­ка­на­ла: LTV-1 и LTV-7. Кро­ме то­го, 18 об­ще­на­цио­наль­ных и 8 ре­гио­наль­ных ча­ст­ных ка­на­лов, сре­ди ко­то­рых ве­ду­щие – ком­мер­че­ские LNT (Latvijas Neat­karīga̅ Televīzija; Латв. не­за­ви­си­мое те­ле­ви­де­ние) и TV5 Rīga (оба в соб­ствен­но­сти ме­диа­хол­дин­га Р. Мер­до­ка «News Cor­poration»), TV3 Latvija и TV6 Lat­vija (оба при­над­ле­жат ме­диа­хол­дин­гу «MTG Group»), MTV Latvija (муз. круг­ло­су­точ­ный ка­нал, часть все­мир­ной се­ти «MTV Networks»). Ве­ща­ние на рус. язы­ке осу­ще­ст­в­ля­ют спут­ни­ко­вые 1-й Бал­тий­ский ка­нал и 1-й Бал­тий­ский муз. ка­нал, пред­став­ляю­щие ОРТ, но при­над­ле­жа­щие латв. нац. ка­пи­та­лу. Дей­ст­ву­ет спут­ни­ко­вый ка­нал «Муль­ти­ма­ния» (мульт­филь­мы на рус. яз. для де­тей в воз­рас­те от 5 до 15 лет).

Нац. ин­фор­мац. агент­ст­во LETA ос­но­ва­но в 1919 под назв. «Latopress», в 1971–90 – Ла­тин­форм (Latinform).

Литература

Лит-ра Л. раз­ви­ва­ет­ся пре­им. на ла­тыш. яз. Пер­вые ла­тыш. письм. тек­сты (16 в.) бы­ли пе­ре­во­да­ми бо­го­слу­жеб­ных книг. Со­бы­тия Ре­фор­ма­ции и Контр­рефор­ма­ции спо­соб­ст­во­ва­ли рас­про­стра­не­нию кни­го­пе­ча­та­ния на ла­тыш. яз. (с 1525; пер­вая со­хра­нив­шая­ся кни­га на ла­тыш. яз. – ка­то­лич. ка­те­хи­зис нем. ие­зуи­та Пет­ра Ка­ни­зия, 1585). Пер­вая ти­по­гра­фия в Ри­ге ос­но­ва­на в 1588.

Ос­но­во­по­лож­ни­ком ла­тыш. ду­хов­ной про­зы стал не­мец Г. Ман­цель, ав­тор кн. «Дол­го­ждан­ный сбор­ник ла­тыш­ских про­по­ве­дей» (1654) – па­мят­ни­ка ла­тыш. ба­роч­ной лит-ры, а так­же со­ста­ви­тель пер­во­го нем.-ла­тыш. сло­ва­ря «Lettus» (1638; в при­ло­же­нии – об­раз­цы раз­го­вор­ной ла­тыш. ре­чи «Де­сять бе­сед», ко­то­рые при­ня­то счи­тать пер­вым про­из­ве­де­ни­ем ла­тыш. лит. про­зы). У ис­то­ков ла­тыш. ре­лиг. по­эзии – твор­че­ст­во при­вер­жен­ца клас­си­циз­ма нем­ца Х. Фю­ре­ке­ра, ко­то­рый ввёл в ла­тыш. лит-ру сил­ла­бо-то­ни­че­ское сти­хо­сло­же­ние («Ла­тыш­ские ду­хов­ные пес­ни и псал­мы», 1671). Ис­тол­ко­ва­нию прин­ци­пов клас­си­циз­ма по­свя­ще­на пер­вая ла­тыш. по­эти­ка – «Не­не­мец­кий Опиц» И. Виш­ма­на (1697). В 1685–94 из­дан пер­вый пол­ный пе­ре­вод Биб­лии на ла­тыш. яз. с др.-греч. и др.-евр. язы­ков, осу­ще­ст­в­лён­ный пас­то­ром Э. Глю­ком.

В сер. 18 в. ла­тыш. лит-ра ис­пы­ты­ва­ла влия­ние ра­цио­на­ли­стич. мыс­ли зап.- ев­роп. Про­све­ще­ния. В 1768–69 в Пелт­са­ме (ны­не Пылт­са­маа, Эс­то­ния) вы­хо­ди­ла пер­вая га­зе­та на ла­тыш. яз. «Lat­viešu Ārste». Ос­но­во­по­лож­ни­ком ла­тыш. свет­ской лит-ры стал нем. пас­тор Г. Ф. Стен­дер (Стен­дер Стар­ший) («Пре­ле­ст­ные бас­ни и рас­ска­зы», 1766; «Но­вые пес­ни», 1774; «Пе­сен­ные уте­хи», ч. 1–2, 1783–89; «Бас­ни и рас­ска­зы», 1789), ко­то­рый внёс ве­со­мый вклад так­же в раз­ви­тие ла­тыш. язы­ко­зна­ния и в изу­че­ние ла­тыш. фольк­лора; в его лит. твор­че­ст­ве до­ми­ни­ру­ет ди­дак­тич. и сен­ти­мен­таль­ный ра­цио­на­лизм. В 1790 А. И. Стен­дер (Стен­дер Млад­ший) на ос­но­ве нем. пе­ре­во­да пье­сы дат­ча­ни­на Л. Холь­бер­га со­здал пер­вую об­ра­бот­ку иностр. пье­сы на ла­тыш. яз. – «Ко­ме­дию о му­жи­ке, ко­то­рый был пре­вра­щён в дво­ря­ни­на» (впо­след­ст­вии по­лу­чи­ла из­вест­ность под назв. «Пья­ни­ца Бер­ту­лис»). Боль­шое зна­че­ние в куль­тур­ной жиз­ни 18 в. име­ло ре­лиг. дви­же­ние герн­гу­те­ров, соз­дав­ших ог­ром­ный кор­пус тек­стов (ре­чи, про­по­ве­ди, ду­хов­ные пес­но­пе­ния, био­гра­фии и ав­то­био­гра­фии, ис­то­рии герн­гу­тер­ских об­щин), ко­то­рый ока­зал су­ще­ст­вен­ное влия­ние на лит-ру Л. 18–19 вв.

В 1804 поя­ви­лась пер­вая ори­ги­наль­ная ла­тыш. пье­са – «День ро­ж­де­ния», на­пи­сан­ная пас­то­ром К. Г. Эль­вер­фель­дом. В 1806 вы­шел пер­вый отд. сб-к про­из­ве­де­ний ла­тыш. по­эта – «Пес­ни Сле­пого Ин­д­ри­ки­са», со­чи­нён­ный кре­по­ст­ным кре­сть­я­ни­ном, вос­пи­тан­ни­ком пас­то­ра Эль­вер­фель­да. За­мет­ным яв­ле­ни­ем лит-ры 1-й пол. 19 в. ста­ло твор­че­ст­во по­этов Я. Ру­ге­на и А. Ли­вен­та­ла, про­заи­ков Э. Динс­бер­ги­са и А. Лей­та­на. Раз­ви­тию лит. язы­ка и нац. лит-ры в Л. во 2-й пол. 19 в. спо­соб­ст­во­ва­ло об­ществ.-по­ли­тич. дви­же­ние мла­до­ла­ты­шей. В чис­ле его ли­де­ров – по­эт и пе­ре­во­дчик Ю. Алу­нан (сб. «Пе­сен­ки, пе­ре­ве­дён­ные на ла­тыш­ский язык», 1856), об­ра­тив­ший­ся к жи­во­му нар. язы­ку и обо­га­тив­ший ла­тыш. по­эзию но­вы­ми раз­ме­ра­ми и жан­ра­ми; пуб­ли­ци­сты К. Би­ез­бар­дис, К. Вал­де­мар, А. Крон­вальд, А. Спа­гис; фольк­ло­ри­сты К. Ба­рон, Ф. Брив­зем­ни­ек, Е. Звайг­зни­те, Я. Цим­зе. Ста­нов­ле­ние нац. дра­ма­тур­гии свя­за­но с дея­тель­но­стью ак­тё­ра, ре­жис­сё­ра и дра­ма­тур­га А. Алу­на­на (ко­ме­дии «До­мо­ро­щен­ный», 1869, «Бон­дарь и бон­дар­ша», 1872, «Джон Ней­ланд», 1881). В лит-ре 1860–80-х гг. со­су­ще­ст­во­ва­ли тра­ди­ции реа­лиз­ма, сен­ти­мен­та­лиз­ма и ро­ман­тиз­ма. Сен­ти­мен­та­лизм пред­став­лен пер­вой в ла­тыш. лит-ре по­ве­стью «Смилт­ние­ку Ан­д­рей» И. Лау­бе (1878). Вер­шин­ное дос­ти­же­ние ла­тыш. ро­ман­тиз­ма – по­эзия Ау­сек­ли­са, а так­же эпич. по­эма «Лач­пле­сис» А. Пум­пу­ра (1888). Од­ним из при­ори­тет­ных на­прав­ле­ний ла­тыш. ро­ман­тиз­ма 1870–80-х гг. бы­ло изу­че­ние балт. фольк­ло­ра и ми­фо­ло­гии. Пер­вое и наи­бо­лее пол­ное со­б­ра­ние нар. пе­сен из­да­но К. Ба­ро­ном («Ла­тыш­ские дай­ны», т. 1–6, 1894–1915). Зна­чит. вклад в со­би­ра­ние нац. фольк­ло­ра внёс А. Лер­хис-Пуш­кай­тис, со­ста­ви­тель сб. «Ла­тыш­ские на­род­ные ска­за­ния и сказ­ки» (т. 1–7, 1891–1903; т. 7, ч. 2, 2001) и один из соз­да­те­лей ла­тыш. лит. сказ­ки. Осо­бен­но­стью ла­тыш. реа­ли­стич. лит-ры яв­ля­ет­ся её глу­бин­ная со­от­не­сён­ность с хри­сти­ан­ской эти­кой. В рам­ках реа­ли­стич. шко­лы про­ис­хо­ди­ло ста­нов­ле­ние ла­тыш. рас­ска­за (Ю. Ней­кен, Ап­си­шу Екабс и др.) и ро­ма­на («Вре­ме­на зем­ле­ме­ров» бр. Ка­уд­зит, 1879). Вер­ши­ной ла­тыш. реа­листич. лит-ры кон. 19 в. ста­ли про­за и дра­ма­тур­гия Р. Блау­ма­ни­са, мас­те­ра пси­хо­ло­гич. ха­рак­те­ри­сти­ки. Ре­во­люц. идеи наш­ли от­ра­же­ние в поэ­зии Э. Вей­ден­бау­ма, от­ме­чен­ной ин­то­на­ци­он­ным и те­ма­тич. раз­но­об­ра­зи­ем – от иро­нии и скеп­си­са до на­пря­жённо­го дра­ма­тиз­ма, от лич­ных пе­ре­жи­ва­ний до ост­рой со­ци­аль­ной кри­ти­ки (сб-ки «Сти­хи», изд. посм., 1896, 1900). На ру­бе­же 19–20 вв. за­ро­ж­да­ет­ся ла­тыш. ли­те­ра­ту­ро­ве­де­ние: за­кла­ды­ва­ют­ся ос­но­вы лит. тео­рии, кри­ти­ки и ис­то­рии (М. Валь­тер, Т. Зей­ферт, В. Плу­до­нис, Я. Ян­сон-Бра­ун).

Боль­шое влия­ние на ла­тыш. лит-ру кон. 19 – нач. 20 вв. ока­за­ло т. н. но­вое те­че­ние – дви­же­ние ла­тыш. де­мо­кра­тич. ин­тел­ли­ген­ции 2-й пол. 1880-х – 1890-х гг. В это вре­мя по­яв­ля­ют­ся про­из­ве­де­ния Ас­па­зии, Я. Рай­ни­са, К. Скал­бе, А. Бри­га­де­ре, Я. Яун­суд­ра­би­ня, До­ку Ати­са (рас­ска­зы «Пау­гур­цы», «Криш Лакст», оба 1893, «На за­ре мо­ей жиз­ни», 1894), Г. Элд­га­ста (ро­ман «Звёзд­ные но­чи», 1905), Э. Бирз­ни­ек­са-Упи­ти­са (сб-ки «Рас­ска­зы се­ро­го кам­ня», 1914, «Кав­каз­ские рас­ска­зы», 1927), А. Де­глав­са (ро­ман «Ри­га», 1921), Е. Ян­шев­ски­са (ро­ма­ны «Ро­ди­на», 1921–25, «В Бан­да­ве», 1928); про­заи­ков К. Кру­зы, Фал­лия, К. Штрал­са; по­этов Ф. Бар­ды (сб-ки «Сын зем­ли», 1911; «Пес­ни и мо­лит­вы к Де­ре­ву жиз­ни», изд. в 1923, посм.), В. Эг­ли­ти­са, Э. Трей­ма­ни­са-Звар­гу­ли­са, Я. Аку­ра­те­ри­са, Сау­лие­ти­са и др. Яр­ким яв­ле­ни­ем лит-ры Л. это­го пе­рио­да ста­ло твор­че­ст­во нео­ро­ман­ти­ка Я. По­ру­ка (ро­ман «Ри­га», 1899; по­весть «Ис­ка­тель жем­чу­га», 1895; рас­ска­зы «Ку­ка­жи­ня», 1899, «Бе­лые одея­ния», 1903, «Ве­нок брус­нич­ни­ка», 1904; сб. «Сти­хи», 1906). Плу­до­нис ввёл в ла­тыш. лит-ру жан­ры бал­ла­ды, эле­гии и ли­ро­эпич. по­эмы. Те­ма жен­ской эман­си­па­ции до­ми­ни­ру­ет в дра­ма­тур­гии М. Пек­ше­ны («Гер­тру­да», 1870, и др.), в ро­ма­нах И. Кайи («Вро­ж­дён­ный грех», 1913; «Сфинкс», 1915; «Под игом», 1919, и др.). За­мет­ным те­че­ни­ем ла­тыш. лит-ры 1920-х гг. был экс­прес­сио­низм с ха­рак­тер­ны­ми для не­го ре­дук­ци­ей че­ло­ве­ка к его со­ци­аль­ной функ­ции, об­ра­ще­ни­ем к ми­фо­ло­ге­ме го­ро­да, па­фо­сом кос­мо­по­ли­тиз­ма, все­об­ще­го ра­вен­ст­ва и брат­ст­ва: по­эзия А. Шва­бе (по­эма «Го­род», 1913; сб. сти­хов «Буль­ва­ры», 1920), Л. Лай­це­на (сб. «Ка­ра­ван»), Я. Суд­раб­кал­на (сб. «Кры­ла­тая ар­ма­да»), П. Эр­ма­ни­са (сб. «Я ве­щаю»; все 1920), А. Кур­ция (сб. «Пес­ни чёр­но-бе­лой ма­дон­не», 1922), А. Ча­ка и др.

В пе­ри­од су­ще­ст­во­ва­ния не­за­ви­си­мой Латв. рес­пуб­ли­ки (1920–40) раз­ви­ва­ет­ся жанр со­ци­аль­но-кри­тич. ро­ма­на: твор­че­ст­во В. Ла­ци­са, П. Ро­зи­ти­са («Це­п­лис», 1928; «Вал­ми­ер­ские ре­бя­та», 1936). Ос­мыс­ле­ние со­бы­тий нац. ис­то­рии лег­ло в ос­но­ву ро­ма­нов А. Грин­са («Коль­цо На­мея», 1932; «То­ба­го», 1934; «Вос­ста­но­ви­те­ли зем­ли», 1939; три­ло­гия «Об­ру­чён­ные», 1938–40), К. За­ринь­ша («Кау­гур­цы», 1938), А. Эр­сса («По­ме­щи­ки», 1931), Я. Ве­се­ли­са («Tри сча­стья», 1929), Рут­ку Тэв­са («Слу­ги дья­во­ла», 1935) и др. Про­цесс ур­ба­ни­за­ции Л., об­ществ. по­тря­се­ния и из­ме­не­ния в со­ци­аль­ной пси­хо­ло­гии – осн. те­мы твор­че­ст­ва про­заи­ка, кри­ти­ка и дра­ма­тур­га А. Упи­та. Эт­но­цен­тризм, идеа­ли­за­ция кре­сть­ян­ской жиз­ни, об­ра­зы гар­мо­нич. сою­за че­ло­ве­ка и при­ро­ды, нар. ха­рак­те­ры, фольк­лор­ные мо­ти­вы ха­рак­тер­ны для поч­вен­нич. на­прав­ле­ния ла­тыш. лит-ры (П. Ай­гарс, Л. Брейкш, В. Вел­д­ре, Э. Вир­за, А. Дзи­люмс, К. Ие­виньш, Я. Ме­де­нис, А. Ни­ед­ра, Я. Сартс, А. Фран­цис и др.). Ма­лая про­за это­го пе­рио­да об­ра­ща­ет­ся к ис­сле­до­ва­нию пси­хо­ло­гии меч­та­те­ля-де­ка­ден­та, эс­те­та с «изящ­ны­ми бо­лез­ня­ми» (Я. Эзе­риньш, П. Ро­зи­тис, М. Бэн­д­ру­пе, А. Эг­ли­тис, Э. Адам­сон). Для эс­сеи­сти­ки ха­рак­те­рен этич. па­фос (лит.-фи­лос. очер­ки З. Мау­ри­ни). Ши­ро­кой по­пу­ляр­но­стью поль­зо­ва­лась лю­бов­ная ли­ри­ка Я. Зие­мель­ниек­са (сб-ки «Ухо­дя­щий», «Не­зна­ком­ке», оба 1923; «По­це­луй», 1928) и Э. За­ли­те (сб. «Цве­ты бо­ра», 1931). В эти го­ды де­бю­ти­ру­ет дра­ма­тург М. Зи­вертс («Ти­рель­ские бо­ло­та», 1936; «Шут», 1938; «Ки­тай­ская ва­за», 1940; «Свадь­ба Мюнх­гау­зе­на», 1941; «День­ги», 1943; «Власть», 1944; «Цен­зу­ра», 1951; «То­тем», 1971).

По­сле ус­та­нов­ле­ния сов. вла­сти и вхож­де­ния Л. в со­став СССР (1940) мн. ла­тыш. пи­са­те­ли бы­ли ре­прес­си­ро­ва­ны: в си­бир­ских ла­ге­рях по­гиб­ли А. Грин, Л. Брейкш, Э. Бра­стиньш, Э. Ар­нис, Ю. Ла­цис, К. Ла­пиньш, Ли­гот­ню Екабс и др. По окон­чании 2-й ми­ро­вой вой­ны не­ко­то­рые латыш. пи­са­те­ли эмиг­ри­ро­ва­ли в стра­ны Ев­ро­пы, в США и Ав­ст­ра­лию. В по­сле­во­ен­ной лит-ре Л. пре­об­ла­дал со­циа­ли­сти­че­ский реа­лизм. В 1950–60-х гг. де­бю­ти­ро­ва­ли: по­эты И. Ау­зиньш, И. Зие­до­нис, М. Чак­лайс; про­заи­ки А. Бэлс, М. Бир­зе, Э. Вилкс, В. Ламс, З. Ску­иньш, Р. Эзе­ра; дра­ма­тур­ги Х. Гул­бис, П. Пе­тер­сон, Г. Прие­де и др. Ши­ро­кий жан­ро­вый диа­па­зон (от ин­тим­ной лю­бов­ной ли­ри­ки до сюр­реа­ли­стич. фан­та­зий) и мно­го­уров­не­вая сим­во­ли­за­ция ре­аль­но­сти ха­рак­тер­ны для по­эзии О. Ва­цие­ти­са (сб-ки «Ве­тер даль­них стран­ст­вий», 1956, «Ды­ха­ние», 1966, «Гам­ма», 1976, «Ан­тра­цит», 1978; по­эма «Кон­церт для роя­ля», 1971, и др.). В цен­тре по­эзии В. Бел­ше­ви­цы – об­раз вла­сти, унич­то­жаю­щей лич­но­ст­ное на­ча­ло (сб-ки «Всю зи­му нын­че вес­на», 1955, «Те­п­ло зем­ное», 1959, «Мо­ре го­рит», 1966, «Го­довые коль­ца», 1969, «Зо­ло­тая осень», 1987). Не­стан­дарт­ность си­туа­ций и че­ло­ве­че­ских по­ступ­ков, ди­на­мич­ный сю­жет, вир­ту­оз­ная по­ве­ст­во­ват. тех­ни­ка ха­рак­тер­ны для твор­че­ст­ва З. Ску­инь­ша (ро­ма­ны «На­го­та», 1970, «Кро­вать с зо­ло­той нож­кой», 1984; сб-к но­велл «Вос­кре­се­нье рас­сказ­чи­ка», 1994). Ла­ко­нич­ность и яр­кость язы­ка от­ли­ча­ет про­зу А. Бэл­са (ро­ма­ны «Сле­до­ва­тель», «Бес­сон­ни­ца», оба 1967; «Клет­ка», 1972, «Лю­ди в лод­ках», 1987). В 1970–80-х гг. в ла­тыш. лит-ру при­хо­дят по­эты А. Айз­пу­рие­те, У. Бер­зиньш, Л. Брие­дис, П. Бру­ве­рис, Ю. Гелдс, Г. Го­диньш, М. За­ли­те, И. Зан­де­ре, Ю. Кун­нос, М. Мел­гал­вис, А. Ней­бартс, Э. Плау­дис, Я. Рок­пел­нис, А. Ран­ца­не, К. Скуе­ни­екс, К. Элс­бергс и др.; раз­ви­ва­ет­ся про­за (по­стмо­дер­нист­ские ро­ма­ны М. За­ри­нь­ша) и дра­ма­тур­гия (П. Пут­ниньш, Я. Юр­канс, Л. Стум­бре, А. Гей­кинс и др.). Лит-ра Л. пе­рио­да борь­бы за вос­ста­нов­ле­ние не­за­ви­си­мо­сти и пер­вых лет су­ще­ст­во­ва­ния вос­соз­дан­ной Латв. Рес­пуб­ли­ки (кон. 1980-х – нач. 1990-х гг.) оз­на­ме­но­ва­на по­ис­ка­ми «но­вой про­зы» (П. Бан­ков­скис, Г. Бе­ре­лис, Я. Ве­ве­рис, М. Зел­ме­нис, Н. Ик­сте­на, А. Кол­ма­нис, Р. Зие­до­нис, Р. Кал­пи­ня, А. Ней­бур­га, А. Озо­линьш, А. Пу­риньш, Г. Реп­ше, Э. Ру­бе­не, А. Тар­видс, Я. Эйн­фелдс и др.). В 1990-х гг. в лит-ру Л. вли­ва­ет­ся твор­че­ст­во ла­тыш. пи­са­те­лей-эмиг­ран­тов (Л. Бер­зиньш, Б. Би­чоле, И. Греб­зде, И. Гу­би­ня, Г. За­риньш, Т. Зел­тиньш, А. Зем­де­га, В. Зэпс, А. Ива­ска, В. Карк­линьш, Я. Клид­зейс, В. Кра­сла­вие­тис, Ю. Крон­бергс, З. Лаз­да, И. Лей­ма­не, К. Ле­синьш, Р. Мукс, В. Нол­лен­дорфс, А. Рунь­гис, Г. Са­линьш, Я. Сар­ма, В. Сни­ке­ре, Д. Со­думс, В. Стре­лер­те, Л. Та­унс, В. То­ма, Э. Фрей­ма­нис, Я. Шир­ма­нис, И. Шкипс­на, Ан­д­рей и Ан­шлав Эг­ли­ты, Г. Янов­ский и др.).

В Л. су­ще­ст­ву­ют так­же лит-ра на лат­галь­ском язы­ке и рус­скоя­зыч­ная лит-ра. Лат­галь­скую лит-ру от­ли­ча­ет ис­то­ри­чес­ки обус­лов­лен­ное (в т. ч. вы­зван­ное ре­прес­сив­ной куль­тур­ной по­ли­ти­кой Латв. Рес­пуб­ли­ки и за­пре­том лат­галь­ско­го кни­го­пе­ча­та­ния в 1934–40) от­сут­ст­вие не­пре­рыв­ной тра­ди­ции. Со­ста­ви­те­ля­ми пер­вых тек­стов на лат­галь­ском яз. (сер. 18 в.) бы­ли ка­то­лич. свя­щен­ни­ки польск. про­ис­хо­ж­де­ния. Пер­вое сти­хо­тво­ре­ние на лат­галь­ском яз. на­пи­са­но во 2-й пол. 18 в. (М. Рот). Свет­ская лит-ра в 19 в. пред­став­ле­на гл. обр. на­уч­но-по­пу­ляр­ны­ми из­да­ния­ми для кре­сть­ян. В нач. 20 в. про­ис­хо­дит всплеск нац. са­мо­со­зна­ния, фор­ми­ру­ет­ся лат­галь­ская ин­тел­ли­ген­ция; куль­тур­ным цен­тром Лат­га­лии с 1906 ста­но­вит­ся го­род Ре­зек­не (до 1920 Ре­жи­ца).

В 1-й тре­ти 20 в. ут­вер­жда­ют­ся жан­ры рас­ска­за (М. Апель, П. Ап­ши­никс, Н. Ран­цан, К. Строд-Плен­ци­ник), лит. сказ­ки (На­айз­ми­ер­сту­ле), ро­ма­на («Дни жиз­ни» В. Лу­оц­са-Вай­де­ан­са, 1939), очер­ка, но­вел­лы; раз­ви­ва­ет­ся дра­ма­тур­гия («По­жар» К. Дау­гу­ле, 1912, – пер­вая лат­галь­ская пье­са; ко­ме­дии О. Ру­пай­ни­са). Пер­вый по­этич. сб-к на лат­галь­ском яз. – «Зву­ки вес­ны» Ю. Па­бер­за (1913). Сре­ди по­этов это­го пе­рио­да – А. Ада­манс, М. Анд­жане, А. Сма­гарс, С. Пу­танс, А. Эг­лойс и др. В го­ды 2-й ми­ро­вой вой­ны свои луч­шие про­из­ве­де­ния соз­да­ли про­заи­ки Я. Клид­зейс, Н. Ней­кша­нит, по­эты Ю. Мад­со­лыс, М. Скуя. По­сле вой­ны центр лат­галь­ской лит-ры пе­ре­мес­тил­ся в эмиг­ра­цию – в Гер­ма­нию (по­эт А. Спо­гис) и США (но­вел­лист Е. Ле­лис, дра­ма­тург А. Ру­бе­нис и др.); мн. лат­галь­ские ав­то­ры ста­ли пи­сать на ла­тыш. и англ. язы­ках (П. За­ла­не, Р. Мукс, К. Рау­ди­ве и др.). В нач. 1980-х гг. на лат­галь­ском и ла­тыш. язы­ках соз­да­ют по­этич. про­из­ве­де­ния О. Ку­койс, А. Ран­ца­не, О. Сли­шанс. Но­вей­шие тен­ден­ции совр. лат­галь­ской лит-ры от­ра­же­ны в твор­чест­ве ра­бо­таю­щих в со­ав­тор­ст­ве по­ст­мо­дер­ни­стов О. Сейк­ст­са и В. Лу­ка­ше­ви­ча (сб-к сти­хов «Сэп­пу­ку на жи­во­те у солн­ца», 1995; ро­ман «Жизнь и взгля­ды Ва­лерь­я­на», 1996), по­эзии Л. Рун­да­не, Ю. Рыу­чан­са, И. Та­рау­ды.

В 1920–30-е гг. в Л. поя­ви­лась лит-ра на рус. яз., соз­да­вав­шая­ся рус. эмиг­ран­та­ми пре­им. в фор­мах ав­то­био­гра­фич. и ис­то­рич. про­зы. Сре­ди пи­са­те­лей 1-й пол. 20 в. – Ю. И. Га­лич (сб-ки про­зы «Им­пе­ра­тор­ские фа­за­ны», 1926, «Зо­ло­тые ко­раб­ли. Ски­та­ния», 1927, «Зе­лёный май. Лат­вий­ские но­вел­лы» и «Вол­чий смех», обе 1929; по­этич. сб. «Ор­хи­дея. Тро­пи­че­ские риф­мы», 1927), Л. Ф. Зу­ров (сб-к про­зы «Ка­дет», пов. «От­чи­на», оба 1928), С. Р. Минц­лов, И. С. фон Ноль­кен (ро­ман-три­ло­гия «За­ре­во», «Жи­вые и мёрт­вые», оба 1927, «В Кур­лянд­ском зам­ке», 1928; сб-к рас­ска­зов «Строп­ти­вый ге­не­рал-адъ­ю­тант», 1929). За­мет­ны­ми яв­ле­ния­ми это­го пе­рио­да ста­ли по­эзия А. М. Пер­филь­е­ва, ав­то­ра тек­стов мн. из­вест­ных пе­сен и ро­ман­сов 1930-х гг. (в т. ч. «О, эти чёр­ные гла­за…», муз. О. Д. Стро­ка; по­этич. сб-ки «Лис­то­пад», 1929, «Ве­тер с се­ве­ра», 1937), пуб­ли­ци­сти­ка П. М. Пиль­ско­го. Рус. лит-ра 2-й пол. 20 – нач. 21 вв. пред­став­ле­на про­зой А. Гар­ро­са, Н. Гу­дан­ца, Р. Доб­ро­вен­ско­го, А. Лёв­ки­на, С. Пи­чу­ги­на; по­эзи­ей Л. Аза­ро­вы, В. Ер­мо­лае­ва, О. Зо­ло­то­ва, О. Лен­цоя, А. Пун­те, Л. Ро­ма­нен­ко, Д. Су­ма­ро­ко­ва, С. Ти­мо­фее­ва, Л. Че­ре­вич­ни­ка, С. Ха­ни­на и др.

Архитектура и изобразительное искусство

Древ­ней­шие па­мят­ни­ки иск-ва на тер­ри­то­рии Л. от­но­сят­ся к 9-му – сер. 4-го тыс. до н. э. (изо­бра­же­ния жи­вот­ных на кос­тя­ных ру­ко­ят­ках кин­жа­лов). С 4–3-го тыс. до н. э. по­яв­ля­ют­ся фи­гур­ки лю­дей и жи­вот­ных из де­ре­ва, кос­ти, ро­га и ян­та­ря. В 1-м тыс. до н. э. на тер­ри­то­рии Л. воз­ник­ли ук­ре­п­лён­ные по­се­ле­ния – городища (пил­скал­ны). В 1-м тыс. н. э. существуют локальные формы украшений, связанные с различными балтскими и финно-угорскими груп­пами (фибулы, браслеты, булавки, грив­ны). Известны также импортные украшения, повлиявшие на развитие местных стилей. В 12 – нач. 13 вв. строи­лись де­рев. пра­во­слав­ные церк­ви в Ер­си­ке (Гер­ци­ке), Кок­не­се, Та­ла­ве (не сохр.).

Турайдский замок в Сигулде. 13 в.

На­ча­ло ка­мен­но­го зод­че­ст­ва по­ло­же­но за­клад­кой зам­ка и хра­ма (со­хр. в руи­нах) в Ик­шки­ле и зам­ка на о. Мар­тинь­са­ла мас­те­ра­ми с о. Гот­ланд (1185), строи­тель­ст­вом 1-не­фно­го хра­ма в Са­лас­пил­се (1187). В кон. 12–14 вв. пре­об­ла­да­ли ка­мен­ные обо­ро­ни­тель­ные и цер­ков­ные зда­ния в ду­хе ев­роп. ро­ман­ско­го сти­ля. В 13–14 вв. сло­жи­лись осн. ти­пы феод. зам­ков (к сер. 16 в. их по­строе­но ок. 150): жи­лая баш­ня (Ту­райд­ский за­мок в Си­гул­де, 1214; Ли­ел­ст­ра­уп­ский за­мок в Страу­пе, 1263, пе­ре­стро­ен в сер. 14 в.); за­мок ти­па блок­га­уз (пря­мо­уголь­ный дом-кре­пость – епи­скоп­ские зам­ки в Дун­да­ге, 2-я пол. 13–14 вв., в Эдо­ле, 1264–67, пе­ре­стро­ен ок. 1338); кон­вент­ский дом, ос­но­ву пла­на ко­то­ро­го со­став­лял 4-уголь­ный двор, ог­ра­ж­дён­ный мас­сив­ны­ми жи­лы­ми кор­пу­са­ми [зам­ки в Вент­спил­се (окон­чен в 1290), Яун­пил­се (1301); Кройц­бург в Екаб­пил­се (1318), за­мок в Ри­ге (1330–54); все позд­нее пе­ре­страи­ва­лись]; за­мок т. н. не­ре­гу­ляр­но­го ти­па с ук­ре­п­ле­ния­ми, сле­дую­щи­ми очер­та­ни­ям зам­ко­во­го хол­ма (в Кок­не­се, 1209–10; Ди­на­бург, за­ло­жен в 1275, оба сохр. в руи­нах); при­до­рож­ный за­мок (Айз­пу­те, кон. 13 в.); час­то феод. зам­ки ста­но­ви­лись цен­тра­ми обо­ро­ны го­ро­дов (Вал­мие­ра, Це­сис, Луд­за, Бау­ска, Ре­зек­не).

В цер­ков­ном зод­че­ст­ве кон. 12 – сер. 13 вв. пре­об­ла­да­ли заль­ные хра­мы (ц. Св. Ге­ор­гия в Ри­ге, 1225); с 14 в. мно­гие из них пе­ре­страи­ва­лись в 3-неф­ные ба­зи­ли­ки с баш­ней на зап. фа­са­де [хра­мы Св. Пет­ра, Св. Иа­ко­ва в Ри­ге, Св. Си­ме­о­на в Вал­мие­ре (1283–87, сво­ды кон. 14 – нач. 15 вв.), Св. Ио­ан­на Кре­сти­те­ля в Це­си­се (1281–84, кре­сто­вые сво­ды сер. 14 в.)]. В пе­ре­ход­ных фор­мах от ро­ман­ско­го сти­ля к го­ти­ке со­ору­жён Дом­ский со­бор в Ри­ге (1211–60-е гг.). В 14–15 вв. в Ри­ге бы­ли по­строе­ны Ра­ту­ша, зда­ния гиль­дий, мно­го­числ. бюр­гер­ские жи­лые до­ма со сту­пен­ча­ты­ми фрон­то­на­ми. В сти­ле кир­пич­ной го­ти­ки воз­ве­де­ны хор ц. Св. Пет­ра с вен­цом 6-гран­ных ка­пелл, близ­кий по ти­пу со­бо­рам Шве­ри­на и Рос­то­ка в Гер­ма­нии (за­вер­шён в 1407–09, рос­ток­ский зод­чий И. Ру­ме­шот­тель), фрон­тон и звезд­ча­тые сво­ды ц. Св. Ио­ан­на Кре­сти­те­ля (кон. 15 – нач. 16 вв.; обе церкви в Ри­ге) и др.

Ср.-век. изо­бра­зит. иск-во Л. раз­ви­ва­лось в тес­ном взаи­мо­дей­ст­вии с иск-вом Зап. Ев­ро­пы. С 13 в. по­лу­чи­ла рас­про­стра­не­ние скульп­ту­ра – ка­мен­ная (ка­пи­те­ли ко­лонн клу­ат­ра Дом­ско­го со­бо­ра – 13 в.; рель­е­фы пор­та­ла т. н. До­ма чер­но­го­ло­вых – 1521–22, мас­тер Рейн­кен; над­гро­бия, ал­та­ри), де­ре­вян­ная (фраг­мент ал­та­ря «Ус­пе­ние Ма­рии», 15 в., Му­зей ис­то­рии Ри­ги и мо­ре­ход­ст­ва). В риж­ских хра­мах со­хра­ни­лись фраг­мен­ты мо­ну­мен­таль­ной жи­во­пи­си 14–15 вв.

«Дом Петра I» в Лиепае. 17 в. Фото П. С. Павлинова

Во 2-й пол. 16 – 1-й пол. 17 вв. гор. ар­хи­тек­ту­ра Л. раз­ви­ва­лась под воз­дей­ст­ви­ем пре­им. поль­ско­го и голл. зод­че­ст­ва. В сти­ле Се­вер­но­го Воз­ро­ж­де­ния со­з­да­ны ин­терь­ер но­во­го хо­ра ц. Св. Ио­ан­на Кре­сти­те­ля (1587–89, голл. арх. Г. Фре­зе) и фа­сад т. н. До­ма чер­но­го­ло­вых (1619–1625, ар­хи­тек­то­ры А. и Л. Ян­сен) в Ри­ге. Со­хра­ни­лись де­рев. церк­ви: храм из Вец­бор­не (1537, с 1936 – в Латв. эт­но­гра­фич. му­зее под от­кры­тым не­бом в Ри­ге), кос­тё­лы в Ин­д­ри­це (1655–58), Лив­бер­зе (кон. 17 в.). Со 2-й пол. 17 в. рас­простра­ня­лись про­ни­кав­шие из Поль­ши и стран Сев. Ев­ро­пы фор­мы ба­рок­ко (кир­хи в Лим­ба­жи, 1679–80, Ма­ти­ши, 1686–88, обе – арх. Р. Бин­ден­шу; фа­сад ц. Св. Пет­ра в Ри­ге, 1671–92, ар­хи­тек­то­ры Я. Йо­стен и Бин­ден­шу). Для жи­лых по­стро­ек ха­рак­тер­но ис­поль­зо­ва­ние ба­роч­но­го де­ко­ра и ор­дер­ных форм при со­хра­не­нии тра­диц. струк­ту­ры зда­ния, объ­е­ди­няю­щей жи­лые и склад­ские по­ме­ще­ния (дом купца Э. М. Дан­нен­штер­на в Ри­ге, 1694–96). Во 2-й пол. 16 – нач. 17 вв. в де­ко­ра­тив­ный рель­еф про­ник­ли чер­ты ев­роп. мань­е­риз­ма. В пе­ри­од ба­рок­ко (2-я пол. 17–18 вв.) ин­тен­сив­но раз­ви­ва­лись де­рев. скульп­ту­ра, ис­пы­тав­шая силь­ное воз­дей­ст­вие нар. иск-ва (рез­ной ал­тарь ц. Св. Ан­ны в Лие­пае, 1697, скульп­тор Ни­ко­лас Сёф­ренс Млад­ший), мо­ну­мен­таль­но-де­ко­ра­тив­ная и порт­рет­ная жи­во­пись.

Фото П. С. Павлинова Костёл в селе Пасиене. 1761–77.
Дворец Грюнхоф в селе Залениеки. 1767–75. Фото П. С. Павлинова

С при­сое­ди­не­ни­ем При­бал­ти­ки к Рос­сии на ар­хи­тек­ту­ру Л. ока­за­ло влия­ние рус. зод­че­ст­во. В Кур­лян­дии ра­бо­тал Б. Ф. Рас­трел­ли, соз­дав­ший круп­ные двор­цо­во-пар­ко­вые ан­самб­ли (в Рун­да­ле, 1736–40 и 1764–67; в Ел­га­ве, 1738–1740 и 1763–72); воз­мож­но, он уча­ст­во­вал в про­ек­ти­ро­ва­нии гер­цог­ских двор­цов в сё­лах Вир­ца­ва (ок. 1740), Све­те (1760-е гг.), За­ле­ние­ки (1767–75; все в раз­ной сте­пе­ни пе­ре­строе­ны в 1770-х гг. арх. С. Ен­се­ном). В леп­ном де­ко­ре и рез­ном уб­ран­ст­ве ин­терь­е­ров 18 в. ис­поль­зо­ва­лись отд. мо­ти­вы ро­ко­ко [ин­терь­е­ры кирх в Ап­ри­ках (1740–50-е гг.), Св. Трои­цы в Лие­пае (1750–60-е гг., по эс­ки­зам Рас­трел­ли), двор­ца в Рун­да­ле (1765–68, бер­лин­ский скульп­тор И. Графф)]. При­ез­жие мас­те­ра ис­пол­ня­ли мо­ну­мен­таль­но-де­ко­ра­тив­ные рос­пи­си (пла­фо­ны двор­ца в Рун­да­ле, 1765–69, Ф. Мар­ти­ни, К. Цук­ки; рос­пись двор­ца Пля­те­ров в Кра­сла­ве). В хра­мах Вид­зе­ме и Кур­зе­ме зап. фа­сад вен­ча­ет баш­ня [кир­хи в Эдо­ле (1648, пе­ре­строе­на в 1697), Ап­ри­ках (сер. 17 в. – 1710), Уга­ле (1693–1697); ре­фор­мат­ские кир­хи в Ри­ге (1727–1733, арх. К. Мей­нертс; пор­тал – 1737) и в Ле­дур­ге (1767–72), в Бал­тэ­зер­се (1772–75, обе – арх. И. Б. Ма­зун­ген)]. Ис­клю­че­ния­ми яв­ля­ют­ся ка­то­лич. хра­мы с тра­ди­ци­он­ной для них 2-ба­шен­но­стью (кос­тёл в Скай­ст­кал­не, 1660-е гг. – 1692). В Лат­га­лии, до 1772 ос­та­вав­шей­ся в ор­би­те ар­хит. раз­ви­тия Ре­чи По­спо­ли­той, по­лу­чи­ли рас­про­стра­не­ние ба­роч­ные ка­то­лич. хра­мы с 2 вы­со­ки­ми баш­ня­ми и бо­га­той пла­сти­кой фа­са­да (кос­тёлы – ие­зу­ит­ский в Дау­гав­пил­се, 1746–1769, не сохр.; в Ви­ля­нах, 1752–53; в Па­сие­не, 1761–77; в Пи­ед­руе, 1759–74; в Аг­ло­не, 1768–80-е гг.), кос­тё­лы, вос­хо­дя­щие к итал. ба­роч­ным об­раз­цам (в Кра­сла­ве, 1755–67, ге­ну­эз­ский арх. А. Па­рак­ко, так­же при­ни­мав­ший уча­стие в про­ек­ти­ро­ва­нии в Кра­сла­ве двор­ца Пля­те­ров, 1765–91, с 3-этаж­ным зда­ни­ем б-ки – 1759). Осо­бен­ный ва­ри­ант пред­став­ля­ет кос­тёл в Да­где (1743–70-е гг.) – ба­зи­ли­ка с кре­сто­об­раз­ным пла­ном и 2 не­вы­со­ки­ми зап. баш­ня­ми.

«Академия Петрина» в Елгаве. 1773–75. Архитектор С. Енсен. Фото П. С. Павлинова

Во 2-й пол. 18 в. на­чи­на­ет­ся ста­нов­ле­ние клас­си­циз­ма в Л. (Ра­ту­ша в Ри­ге, 1750–65, арх. И. Эт­тин­гер, не сохр.; зал быв. риж­ской гор. б-ки, 1778, дрез­ден­ский арх. К. Ха­бер­ланд). В пе­ре­ход­ных к клас­си­циз­му фор­мах в Кур­лян­дии стро­ил дат­ча­нин С. Ен­сен (уче­ник Л. Ван­ви­тел­ли; т. н. Ака­де­мия Пет­ри­на в Ел­га­ве, 1773–75). В 1780–90-х гг. в Ри­ге строи­лись до­ма в сти­ле т. н. бюр­гер­ско­го клас­си­циз­ма (гл. обр. арх. К. Ха­бер­ланд). В нач. 19 в. зод­че­ст­во Л. раз­ви­ва­лось под влия­ни­ем рус. клас­си­циз­ма, фор­мы ко­то­ро­го ак­тив­но вне­дря­лись в гор. жи­лое и об­ществ. строи­тель­ст­во (ар­се­нал-пак­га­уз в Ри­ге, 1828–32; за­строй­ка кре­по­сти в Дау­гав­пил­се, 1810–1833, при уча­стии В. П. Ста­со­ва). По про­ек­там Дж. Ква­рен­ги по­строе­ны двор­цы в Ме­жот­не (1797–1802, осу­ще­ст­вил арх. И. Бер­лиц), в Элее (1806–10, про­ект 1796; раз­ру­шен во вре­мя 1-й ми­ро­вой вой­ны); по­след­ний по­слу­жил об­раз­цом для двор­цо­вых ком­плек­сов в Каз­дан­ге (нач. 19 в.) и Дур­бе (1820–23; оба – арх. Бер­лиц). В сти­ле позд­не­го клас­си­циз­ма так­же воз­ве­де­ны двор­цы в Лаи­ди (1809–11), Вер­га­ле, Яу­нау­це (оба – нач. 19 в.), Ванд­зе­не (нач. 19 в., пе­ре­стро­ен в не­ог­ре­че­ском сти­ле в 1874), Га­уй­ие­не (ок. 1827), Зен­те­не (сер. 19 в.), Вар­ка­ве (1-я пол. 19 в., пор­тик 1865), Ма­рин­зее (1845–47), Кри­мул­де (сер. 19 в.). Клас­си­цизм в кон. 18 – нач. 19 вв. рас­про­стра­нён и в цер­ков­ном зод­че­ст­ве: кир­ха в Алукс­не (1781–88), де­рев. храм-ро­тон­да в Кат­ла­кал­нсе в Ри­ге (1791–92, оба – арх. Ха­бер­ланд), Кру­ст­пилс­ская кир­ха в Екаб­пил­се (1818), 8-гран­ная де­рев. кир­ха Ии­су­са Хри­ста в Ри­ге (1819–1822, арх. Х. Ф. Брейт­кройц), Ус­пен­ский кос­тёл в Ва­рак­ля­нах (1851); пра­во­слав­ные церк­ви Свя­тых Пет­ра и Пав­ла (1781–1785, ар­хи­тек­то­ры З. Цё­ге фон Лау­рен­берг, Ха­бер­ланд), Бла­го­ве­ще­ния (1814–1818, арх. Т. Г. Шульц; обе с эле­мен­та­ми ба­рок­ко), Св. Алек­сан­д­ра Нев­ско­го (1820–25; все – в Ри­ге), храм-усы­паль­ни­ца Я. П. Куль­не­ва в Ил­зе­скал­нсе (1832), Ус­пен­ский со­бор в Луд­зе (1843–45).

В сер. 19 в. вы­дви­га­ют­ся ла­тыш. мас­те­ра-строи­те­ли М. Са­рум, Я. Кам­пе, Я. Мен­ге­лис. Во 2-й пол. 19 в., в т. ч. под влия­ни­ем пе­терб. АХ, фор­ми­ру­ет­ся нац. ар­хит. шко­ла Но­во­го вре­ме­ни. В ду­хе эк­лек­тиз­ма ра­бо­та­ли Л. Бон­штедт, Г. Хиль­биг, И. Фель­ско, Х. Бос­се, Я. Бау­ма­нис (быв. зда­ние Ок­руж­но­го су­да в сти­ле не­оба­рок­ко в Ри­ге, 1888–89), В. Ней­ма­нис, К. Мор­берг, В. Бокс­лафф (за­мок Яун­мо­ку, 1901–03; зда­ние АХ в Ри­ге, 1902–06; оба – в сти­ле нео­го­тики; пе­ре­строй­ка двор­ца в Вец­беб­ри с эле­мен­та­ми мо­дер­на, 1905). Строи­лись зам­ки и хра­мы в сти­лях нео­го­ти­ки [двор­цы в Ве­цау­це (1838–43, арх. Ф. А. Шти­лер), Звар­та­ве (1881); зам­ки Би­ри­ни (1857–60), Меж­муй­жа; Но­вые зам­ки в Алукс­не (1859–63), Си­гул­де (1878–81); кир­ха Мар­ти­на Лю­те­ра в Дау­гав­пил­се (1892–1893); кос­тё­лы Св. Серд­ца в Ре­зек­не (1888–1902) и Ликс­не (1909–13)], нео­ре­нес­сан­са [зам­ки Ста­ме­рие­не (1852), Ига­те (1880), Цес­вай­не (1890–97, арх. Г. Гри­зен­бах); дво­рец Беб­ре­не (1896)], не­оба­рок­ко (кос­тёл Не­по­роч­но­го за­ча­тия в Дау­гав­пил­се, 1902), не­оклас­си­циз­ма (пе­ре­строй­ка двор­цов в Лие­лау­це, 1900-е гг., Ка­уц­мин­де, 1909–12, арх. Л. Рей­нир), в нео­ро­ман­ском сти­ле (за­мок До­ле, 1898).

Пра­во­слав­ные хра­мы сер. 19 – нач. 20 вв. воз­во­ди­лись в разл. ис­то­ри­че­ских сти­лях – рус­ско-ви­зан­тий­ском сти­ле (со­бор По­кро­ва Бо­го­ро­ди­цы в Ре­зек­не, 1844–46, ар­хи­тек­то­ры Д. Вис­кон­ти, Л. И. Шар­ле­мань-Бо­де, и др.), рус­ском сти­ле [Ус­пен­ская ц. в Ел­га­ве, 1887–89, арх. В. И. Лун­ский; Свя­то-Тро­иц­кая За­двин­ская ц. в Ри­ге, 1892–95, ар­хи­тек­то­ры Я. Бау­ма­нис и др.; Свя­то-Ни­коль­ский мор­ской со­бор в Лие­пае, 1900–03, арх. В. А. Ко­ся­ков (см. Ко­ся­ко­вы), и др.], нео­ви­зан­тий­ском сти­ле (со­бор Рож­де­ст­ва Хри­сто­ва, 1876–84, По­кров­ская ц., 1876–79, оба – в Ри­ге, арх. Р. Пфлуг; ц. Свя­тых Си­мео­на и Ан­ны в Ел­га­ве, 1890–92, арх. Н. Ча­гин; со­бор Риж­ско­го Трои­це-Сер­гие­ва мон., 1902–07, ар­хи­тек­то­ры К. Пек­шенс, А. Ва­нагс), нео­рус­ском сти­ле (ц. Усек­но­ве­ния гла­вы Иоан­на Пред­те­чи в Ри­ге, 1913–34, ар­хи­тек­то­ры В. Лун­ский, В. Шер­вин­ский, и др.). Не­ред­ко пра­во­слав­ные хра­мы строи­лись с ис­поль­зо­ва­ни­ем нео­ро­ман­ских (ц. Св. Ге­ор­гия По­бе­до­нос­ца в Бау­ске, 1878–80, ц. Всех Свя­тых в Ри­ге, 1882–84, обе – арх. Я. Бау­ма­нис), не­о­ба­роч­ных (гла­вы ц. Св. Сер­гия Ра­до­неж­ско­го в Вал­мие­ре, 1878, и ча­сов­ня при ней – 1903) эле­мен­тов. Зна­чит. ин­те­рес пред­став­ля­ет ан­самбль пра­во­слав­но­го Свя­то-Ду­хов­ско­го Якоб­штадт­ско­го муж­ско­го мон. в Екаб­пил­се (ос­но­ван ок. 1670, воз­ро­ж­дён в 1994) с ба­зи­ли­каль­ной Ни­коль­ской ц. (1774), ко­ло­коль­ней (1887), со­бо­ром Со­ше­ст­вия Св. Ду­ха в рус­ском сти­ле (1885–88, арх. А. П. Ки­зель­баш), по­вто­ряю­щим фор­мы пред­ше­ст­вую­щих де­рев. хра­мов.

Доходный дом в стиле модерн в Риге. 1904. Архитектор К. Пекшенс. Фото П. С. Павлинова
Спасательная станция в Юрмале. Нач. 20 в. Фото П. С. Павлинова

В нач. 20 в. раз­ви­ва­ет­ся стиль мо­дерн (арх. М. Эй­зен­штейн), вклю­чаю­щий нац.-ро­ман­тич. на­прав­ле­ние, ко­то­рое пе­ре­ра­ба­ты­ва­ет тра­ди­ции нар. ла­тыш. зод­че­ст­ва (ар­хи­тек­то­ры К. Пек­шенс, Э. Ла­у­бе и А. Ва­нагс). Для двор­цо­вой ар­хи­тек­ту­ры ха­рак­тер­но со­вме­ще­ние мо­дер­на с ис­то­рич. сти­ля­ми (двор­цы-зам­ки в Пел­чи, 1903–04, арх. В. Ней­ма­нис, и в Длуж­не­ве, 1905–11).

Я. Розенталс. Портрет певицы М. Вигнере-Гринберг. 1916. Латвийский национальный художественный музей (Рига).

Ла­тыш. нац. шко­ла изо­бра­зит. иск-ва фор­ми­ро­ва­лась в сер. 19 в. В 1840–60-х гг. поя­ви­лись пер­вые проф. жи­во­пис­цы-ла­ты­ши: по­се­щав­ший ака­де­мию в Ан­твер­пе­не О. Бер­тыньш, по­лу­чив­ший об­ра­зо­ва­ние в Мюн­хе­не А. Груз­дыньш, порт­ре­тист Я. Ро­зе (пер­вый ла­тыш, удо­сто­ен­ный зва­ния ака­де­ми­ка пе­терб. АХ), уче­ни­ки пе­терб. АХ – жан­рист К. Гун, пей­за­жист Ю. Фед­дерс, гра­вёр А. Дау­гу­лис. В кон. 1880-х гг. ла­тыш. сту­ден­ты ху­дож. учеб­ных за­ве­де­ний С.-Пе­тер­бур­га соз­да­ли кру­жок «Ру­кис» («Тру­же­ник») во гла­ве с А. Ал­кс­ни­сом. Нац.-де­мо­кра­тич. прин­ци­пы круж­ка на­шли от­ра­же­ние в твор­че­ст­ве ху­дож­ни­ков Я. Вал­те­ра, В. Пур­ви­ти­са, Я. Ро­зен­тал­са, в офор­тах Р. За­ри­нь­ша и ри­сун­ках Т. Удер­са (все учи­лись в пе­терб. АХ или в Центр. уч-ще тех­нич. ри­со­ва­ния барона А. Л. Штиг­ли­ца в С.-Пе­тер­бур­ге). С 1910-х гг. в жи­во­пи­си Л. про­яви­лись тен­ден­ции пост­им­прес­сио­низ­ма (уче­ник К. Ван Дон­ге­на Я. Грос­валдс, Е. Ка­закс), час­то пе­ре­пле­тав­шие­ся с сим­во­лиз­мом (В. Мат­вейс, Р. Пер­ле, П. Кра­стиньш, Ро­зен­талс). Латв. скульп­ту­ра нач. 20 в. (Т. Заль­калн, Г. Шкил­терс, К. Рон­чев­скис, Б. Дзе­нис) ис­пы­та­ла влия­ние рус. шко­лы и от­час­ти О. Ро­де­на. Реа­ли­стич. тра­ди­ции про­дол­жи­ли жи­во­пи­сец Я. Тил­бергс, гра­фик Э. Брен­цен. Мас­те­ром вит­ра­жа был К. Брен­ценс. Воз­ро­ж­де­ние ла­тыш. нац. де­ко­ра­тив­но­го иск-ва свя­за­но с име­на­ми Ю. Ма­дер­ние­ка, А. Ци­ру­ли­са.

Скульптура ворот Братского кладбища в Риге. Ок. 1927. Скульптор К. Зале. Фото П. С. Павлинова

По­сле Окт. ре­во­лю­ции 1917 ла­тыш. ху­дож­ни­ки уча­ст­во­ва­ли в осу­ще­ст­в­ле­нии мо­ну­мен­таль­ной про­па­ган­ды пла­на (скульп­то­ры К. За­ле, Т. Заль­калн, Я. Тил­бергс), в Мо­ск­ве и Пет­ро­гра­де ра­бо­та­ли пла­ка­тист А. Ап­си­тис, Г. Г. Клу­цис, жи­во­пис­цы В. Ан­дер­сонс, К. Вей­де­ма­нис, А. Д. Дре­вин. В оформ­ле­нии жур­на­лов и книг уча­ст­во­ва­ли Г. Шкил­терс, А. Кро­нен­бергс, С. Вид­бергс, У. Скул­ме. Жи­во­пись 1920–30-х гг. от­ли­ча­ют вни­ма­ние к про­бле­мам ко­ло­ри­та, ли­ри­ко-ро­ман­тич. ми­ро­ощу­ще­ние: пей­за­жи В. Пур­ви­ти­са, К. Убан­са, на­тюр­мор­ты Л. Свем­па, сце­ны сель­ской жиз­ни К. Ми­ес­ние­ка, Г. Элиа­са, жан­ро­вые по­лот­на Я. Лие­пи­нь­ша, порт­ре­ты Я. Тил­берг­са. В те­ат­раль­но-де­ко­ра­ци­он­ном иск-ве ра­бо­та­ли Я. Ку­га, Л. Ли­бертс, О. Скул­ме; сре­ди гра­фи­ков – Э. Ка­лис, Я. Ай­женс, С. Хас­кинс. Скульп­тур­ным про­из­ве­де­ни­ям Заль­кал­на, За­ле, Э. Мел­де­ри­са, Г. Шкил­тер­са свой­ст­вен­ны мощь пла­стич. форм, ис­поль­зо­ва­ние вы­ра­зи­тель­ных воз­мож­но­стей кам­ня. По­лу­чи­ла раз­ви­тие над­гроб­ная пла­сти­ка (К. Ян­сонс, К. Зем­де­га; ан­самбль Брат­ско­го клад­би­ща в Ри­ге, 1924–38, скульп­тор За­ле, арх. А. Бир­зе­ни­ек и др.).

В ар­хи­тек­ту­ре 1920–30-х гг. на­ря­ду с не­оклас­си­циз­мом (ак­то­вый зал Латв. ун-та в Ри­ге, 1929–38, арх. Э. Штал­бергс; быв. гос­ти­ни­ца «Ке­ме­ри» в Юр­ма­ле, 1933–36, арх. Э. Лау­бе) и кон­ст­рук­ти­виз­мом про­дол­жа­ет раз­ви­вать­ся нац.-ро­ман­тич. на­прав­ле­ние (кир­ха в Ал­ла­жи, 1926–27, арх. П. Кунд­зиньш; ц. Вла­ди­мир­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­тери в Ли­ва­ны в не­орус­ском сти­ле, 1937–38, арх. В. М. Шер­вин­ский; гос­ти­ни­ца в Це­си­се, 1940, арх. А. Вил­ма­нис). По­сле 1945 ре­кон­ст­руи­ро­ва­ны Ри­га, Ел­га­ва, Дау­гав­пилс и др. В 1950-х гг. строи­лись зда­ния в сти­ле сов. не­оклас­си­циз­ма (вы­сот­ное зда­ние Латв. АН в Ри­ге, 1950–57, арх. О. Тил­манс и др.). В 1970–80-х гг. по­строе­ны зда­ния До­ма кон­грес­сов в Ри­ге (1982, ар­хи­тек­то­ры Ю. Герт­ма­нис, В. Ка­дыр­ков), Дом куль­ту­ры «Юрас вар­ты» в Вент­с­пил­се (1977, ар­хи­тек­то­ры В. Ва­вулс, О. Дом­бров­скис) и др. По про­ек­там ар­хи­тек­то­ров Л. со­ору­жа­лись об­ществ. и жи­лые по­строй­ки в Мо­ск­ве (стан­ция мет­ро­по­лите­на «Риж­ская», 1958, арх. В. Ап­си­тис и др.), Це­ли­но­гра­де (Дво­рец це­лин­ни­ков, 1960–64, арх. О. Кра­ук­лис и др.) и др. го­ро­дах СССР.

Жизнь по­сле­во­ен­ной Л. от­ра­зи­ли в сво­их ра­бо­тах жи­во­пис­цы К. Ми­ес­ни­ек, Г. Эли­ас, А. Скри­де, Э. Кал­ныньш, К. Мел­бар­здис, Л. Свемпс, У. и О. Скул­ме, Я. Тил­бергс, А. Эг­ле, Н. Брейкш, гра­фи­ки П. Упи­тис, А. Юн­керс, О. Абе­ли­те, А. Апи­нис, В. Валд­ма­нис, Г. Вилкс, скульп­то­ры Т. Заль­калн, Э. Мел­де­рис, А. Бри­е­де. Для жи­во­пи­си 1960–80-х гг. ха­рак­тер­ны ори­ги­наль­ность ком­по­зиц. ре­ше­ний, ла­пи­дар­ность форм, цве­то­вая на­сы­щен­ность ко­ло­ри­та (те­ма­тич. по­лот­на Б. Бер­зинь­ша, Р. Вал­не­ре, И. За­ринь­ша, Дж. Скул­ме, Э. Илт­нер­са и др.; пей­за­жи В. Кал­нро­зе, Л. Мур­ние­ка, Р. Пин­ни­са, А. Скри­де и др.; порт­ре­ты У. Зем­за­ри­са и Л. Кок­ле; на­тюр­мор­ты Н. Брейк­ша и Л. Энд­зе­ли­ной; ак­ва­ре­ли Р. Бем­са, Н. Пет­раш­ке­ви­ча, К. Су­ни­ня, К. Фрид­рих­со­на и др.). В об­лас­ти сце­но­гра­фии ра­бо­та­ли А. Ла­пиньш, Г. Вилкс, К. Мие­зи­тис. Ве­ду­щие мас­те­ра гра­фи­ки об­ра­ща­лись к те­мам ла­тыш. фольк­ло­ра и лит-ры (Г. Крол­лис, Д. Рож­калнс, И. Хел­мут, Л. Зик­ма­не). Соз­дан ряд зна­чит. скульп­тур­ных мо­ну­мен­тов (ме­мо­ри­аль­ный ан­самбль в Са­лас­пил­се, 1961–67), раз­ви­вал­ся скульп­тур­ный порт­рет (Л. Да­вы­до­ва-Ме­де­не, М. Лан­ге). В 1960–70-х гг. вы­дви­ну­лось но­вое по­ко­ле­ние ху­дож­ни­ков: жи­во­пи­сец Х. Кле­бахс, гра­фик Э. Ан­дер­сонс, скульп­то­ры А. Дум­пе, О. Фелд­бергс. Ис­кус­ст­во кон. 20 в. пред­став­ле­но разл. на­прав­ле­ния­ми: аб­ст­ракт­ной жи­во­пи­сью (Э. Илт­нерс, О. Аболс), ги­пер­ре­а­лиз­мом (Я. Осис, Л. Пур­ма­ле, А. Стан­ке­виц), сюр­реа­лиз­мом (М. Та­ба­ка), акцио­низ­мом (И. Блум­бергс). Сре­ди по­стро­ек кон. 20 – нач. 21 вв.: кос­тёл в Ие­ца­ве (1997–2007), ча­сов­ня Св. Алек­сан­д­ра Нев­ско­го в Дау­гав­пил­се (1999–2002), ц. Св. Ге­ор­гия в Са­лас­пил­се (строи­тель­ст­во на­ча­то в 2008).

Тра­диц. нар. про­мыс­лы пред­став­ле­ны резь­бой, об­точ­кой и вы­жи­га­ни­ем по де­ре­ву, ке­ра­ми­кой, тка­че­ст­вом и вя­за­ни­ем, тис­не­ни­ем по ко­же, об­ра­бот­кой ян­та­ря, ков­кой и че­кан­кой по ме­тал­лу.

Музыка

Древ­ней­шие па­мят­ни­ки муз. куль­ту­ры (ар­хео­ло­гич. на­ход­ки) да­ти­ру­ют­ся 11–12 вв. С 13 в. раз­ви­ва­лась ка­то­ли­че­ская, с 16 в. – про­тес­тант­ская цер­ков­ная му­зы­ка. В 1216 в Ри­ге ос­но­ва­на муз. ка­пел­ла Ли­вон­ско­го ор­де­на, в 1240 – ка­пел­ла Дом­ско­го со­бо­ра. С 14 в. су­ще­ст­во­ва­ли це­хи гор. му­зы­кан­тов в Ри­ге, Кул­ди­ге, Ел­га­ве и др. Раз­ви­ва­лось ор­га­но­строе­ние, бы­ли ус­та­нов­ле­ны ор­га­ны в церк­вах Св. Пет­ра в Ри­ге (1520), Св. Трои­цы в Ел­га­ве (1586), Св. Ека­те­ри­ны в Кул­ди­ге (1593), Св. Ду­ха в Бау­ске (1595). В риж­ском Дом­ском со­бо­ре вза­мен ор­га­на, сго­рев­ше­го в по­жа­ре (1547), в 1601 был ус­та­нов­лен ор­ган мас­те­ра Я. Ра­бе; в 1884 ус­та­нов­лен ор­ган фир­мы «Валь­кер», круп­ней­ший в ми­ре на мо­мент соз­да­ния (су­ще­ст­ву­ет по­ны­не).

Орган Домского собора в Риге.

В кон. 16 в. в Ри­ге вы­шло пер­вое пе­чат­ное из­да­ние нот (мес­сы, мо­те­ты и др. про­из­ве­де­ния кан­то­ра П. Бу­це­ну­са), в 1587 в Кё­нигс­бер­ге – пер­вое пе­чат­ное из­да­ние нот с тек­ста­ми на ла­тыш. яз. «Не­не­мец­кие псал­мы и ду­хов­ные пес­ни или на­пе­вы». В 1632 в Дерп­те (Тар­ту) впер­вые опуб­ли­ко­ва­на ла­тыш. нар. ме­ло­дия с тек­стом (в кн. «Syn­tagma de ori­gine li­vono­rum» Ф. Ме­ниу­са). С кон. 17 в. при дво­ре гер­цо­гов кур­лянд­ских в Ми­та­ве (Ел­га­ва) су­ще­ст­во­вал при­двор­ный ор­кестр, ста­ви­лись опе­ры и ба­лет­ные спек­так­ли. Зна­чит. влия­ние на раз­ви­тие муз. куль­ту­ры ока­за­ла дея­тель­ность нем. му­зы­кан­тов (скри­па­чи и ком­по­зи­то­ры И. Фи­шер, Ф. А. Фейх­тнер; ком­по­зи­тор И. А. Хил­лер; уче­ник И. С. Ба­ха ор­га­нист И. Г. Мют­тель). Рас­про­стра­ни­лись нем. хо­ро­вые об-ва (т. н. ли­дер­та­фе­ли). С кон. 17 в. в Ри­ге су­ще­ст­во­ва­ло лю­би­тель­ское об-во «Кол­ле­ги­ум му­зи­кум», с 1760 – Риж­ское муз. об-во (уст­раи­ва­ло або­не­мент­ные сим­фо­нич. кон­цер­ты).

С 18 в. ак­тив­но раз­ви­ва­лась муз. жизнь в Ри­ге. Вы­сту­па­ли с га­ст­ро­ля­ми итал. (1777), нем., франц., польск., рос. опер­ные труп­пы (в 1798 – труп­па при­двор­но­го Эр­ми­таж­но­го те­ат­ра из С.-Пе­тер­бур­га). В 1772–75 ра­бо­тал пер­вый по­сто­ян­ный муз.-дра­ма­тич. те­атр. В 1782 ос­но­ван Нем. гор. те­атр с ре­гу­ляр­ной опер­ной труп­пой (су­ще­ст­во­вал до 1914); здесь ста­ви­лись со­чи­не­ния В. А. Мо­цар­та, А. Саль­е­ри, Дж. Сар­ти, Дж. Паи­зи­ел­ло, А. Грет­ри, П. А. Мон­си­ньи, Ж. Би­зе, Р. Ваг­не­ра, П. И. Чай­ков­ско­го, в раз­ные го­ды ра­бо­та­ли ди­ри­жё­ры: Р. Ваг­нер (1837–39), Г. Дорн (1832–34, 1839–43), Б. Валь­тер (1898–1900), Ф. Буш (1909–1911). Опе­ры шли так­же на сце­нах Риж­ско­го ла­тыш. те­ат­ра (1870), Но­во­го ла­тыш. те­ат­ра (1902), Но­во­го риж­ско­го те­ат­ра (1908). В 1880-х гг. в Л. поя­ви­лись пер­вые зин­гш­пи­ли на ла­тыш. яз., в 1893 в Риж­ском гор. те­ат­ре по­став­ле­на од­ноакт­ная ро­ман­тич. опе­ра «В час при­ви­де­ний» Е. Озол­са. В 1912 в Ри­ге по ини­циа­ти­ве П. Юрь­ян­са от­крыт те­атр «Ла­тыш­ская опе­ра» (в 1915 за­крыт, в 1918 во­зоб­но­вил ра­бо­ту под рук. Я. Ви­тол­са); на его ба­зе в 1919 соз­дан Лат­вий­ский те­атр опе­ры и ба­ле­та.

В сер. 19 в. ус­та­но­ви­лись кон­так­ты с рус. муз. куль­ту­рой. Боль­шую роль в раз­ви­тии проф. му­зы­ки в Л. сыг­ра­ли кон­сер­ва­то­рии С.-Пе­тер­бур­га и Мо­ск­вы, где обу­ча­лись мн. латв. му­зы­кан­ты; в даль­ней­шем Я. Ви­толс был од­ним из ве­ду­щих про­фес­со­ров С.-Пе­терб. конс. По­пу­ля­ри­за­ци­ей рус. му­зы­ки за­ни­ма­лись муж­ское пев­че­ское об-во «Бо­ян» (1863; пер­вое кон­церт­ное ис­пол­не­ние сцен из опе­ры «Жизнь за ца­ря» М. И. Глин­ки, Ри­га, 1883), жен­ское муз. об-во «Ла­до» (1867). В 1898 от­кры­то от­де­ле­ние ИРМО. В 1902 ос­но­ван Рус. те­атр в Ри­ге, на сце­не ко­то­ро­го вы­сту­па­ли при­гла­шён­ные опер­ные труп­пы.

Во 2-й пол. 19 в. зна­чит. по­пу­ляр­ность в Л. сре­ди раз­ных сло­ёв на­се­ле­ния при­об­ре­ла хо­ро­вая му­зы­ка. Ак­тив­но раз­ви­ва­лись фе­рай­ны – нем. муз. объ­е­ди­не­ния, куль­ти­ви­ро­вав­шие хо­ро­вое пе­ние (напр., Ба­хов­ское об-во, Ваг­не­ров­ское об-во). Под влия­ни­ем мла­до­ла­тыш­ско­го дви­же­ния ста­ли по­яв­лять­ся ла­тыш. пев­че­ские об­щест­ва. В 1873 в Ри­ге со­сто­ял­ся 1-й все­об­щий нац. пев­че­ский празд­ник, по­ло­жив­ший на­ча­ло тра­ди­ции их сис­те­ма­тич. про­ве­де­ния. Нац. ком­по­зи­тор­ская шко­ла фор­ми­ро­ва­лась во мно­гом на ос­но­ве хо­ро­во­го и ор­ган­но­го жан­ров. Сре­ди пер­вых латв. ком­по­зи­то­ров – Я. Ви­толс, А. Юрь­янс, Я. Цим­зе, К. Бау­ма­нис, Э. Виг­нерс, Э. Дар­зиньш, Э. Мелн­гай­лис, Я. За­ли­тис, А. Абе­ле, к нач. 20 в. от­но­сит­ся соз­да­ние пер­вых со­чи­не­ний А. Кал­нинь­ша, Язеп­са Ме­динь­ша и Яни­са Ме­динь­ша. В тот же пе­ри­од на­ча­лось сис­те­ма­тич. со­би­ра­ние и изу­че­ние ла­тыш. нар. му­зы­ки (один из круп­ней­ших фольк­ло­ри­стов – Э. Мелн­гай­лис), за­ро­ди­лась проф. муз. кри­ти­ка и пуб­ли­ци­сти­ка (тру­ды Мелн­гай­ли­са, Н. Алу­на­на, Я. За­ли­ти­са и др.). Сре­ди ис­пол­ни­те­лей: ор­га­ни­сты – О. Шеп­скис, А. Оре, Л. Бе­тиньш, А. Юрь­янс, Я. Сер­мукс­лис, П. Ио­зу­ус, А. Кал­ниньш; пев­цы – Р. Бер­зиньш, А. Как­тиньш, М. Брех­ма­не-Штен­ге­ле, П. Сакс; скри­па­чи – Я. Озолс, Я. Балт­гай­лис, А. Мец, А. Но­ри­тис; вио­лон­че­ли­сты – А. Озо­линьш, Э. Бер­зин­скис, О. Фо­гел­ма­нис; пиа­ни­сты – П. Шу­берт, А. Дау­гу­лис, Н. Дау­ге.

В 1917–19 в Л. поя­ви­лись ор­ке­ст­ры ла­тыш. стрел­ко­вых час­тей, да­вав­шие кон­цер­ты в Ри­ге, Пет­ро­гра­де, Мо­ск­ве и др. (ди­ри­жё­ры Т. Рей­терс, Я. Рейн­холдс). В 1920 в Ри­ге по­став­ле­на опе­ра «Ба­нюта» А. Кал­нинь­ша, ко­то­рая счи­та­ет­ся пер­вой нац. латв. опе­рой. В 1920–30-х гг. в опер­ном жан­ре ра­бо­та­ли Язепс и Янис Ме­диньш, Я. Кал­ниньш и др. В 1935 по­став­лен пер­вый латв. ба­лет «По­бе­да люб­ви» Яниса Ме­динь­ша. В 1923 соз­да­но Объ­е­ди­не­ние ком­по­зи­то­ров Лат­вии. Боль­шое зна­че­ние в раз­ви­тии нац. муз. куль­ту­ры име­ла Латв. кон­сер­ва­то­рия (1919; её ос­но­ва­те­лем, ди­рек­то­ром и проф. до 1944 был Я. Ви­толс) – ны­не Латв. ака­де­мия му­зы­ки им. Я. Ви­тол­са. В 1941 сфор­ми­ро­ва­на Латв. фи­лар­мо­ния. В 1945 в Ри­ге от­крыт Те­атр муз. ко­ме­дии Латв. ССР (с 1963 Те­атр опе­рет­ты).

Павильон 5-го Латвийского фестиваля песни в Риге. 1910.

Во 2-й пол. 20 в. про­дол­жа­ла раз­ви­вать­ся хо­ро­вая и ор­ган­ная му­зы­ка, поя­ви­лись сим­фо­нич. про­из­ве­де­ния А. Скул­те, Я. Ке­пи­ти­са, Е. Ме­динь­ша, Л. Га­ру­та, В. Ка­мин­ски­са, Г. Ра­ман­са, А. Кал­нинь­ша, Р. Кал­со­на, Р. Ер­ма­ка, И. Кал­нинь­ша и др.; круп­ней­ший латв. ком­по­зи­тор-сим­фо­нист – Я. Ива­нов. Зна­чит. про­из­ве­де­ния поя­ви­лись в опер­ном жан­ре, сре­ди них (все по­став­ле­ны в Ри­ге): «К но­во­му бе­ре­гу» (1955), «Зе­лё­ная мель­ни­ца» (1958), «Чу­до свя­то­го Мав­ри­кия» (1975) М. За­ринь­ша, «Вей, ве­те­рок» Ф. Том­со­не (1960), «Зо­ло­той конь» А. Жи­лин­ски­са (1965), «Ауд­ри­ни» О. Гра­ви­ти­са (1965), «Кры­лья» П. Дам­би­са (1970), «Прин­цес­са Гун­де­га» А. Скул­те (1971), «Иг­рал я, пля­сал» (1976) и «Ифи­ге­ния в Ав­ли­де» (1982) И. Кал­нинь­ша, «Пти­чья опе­ра» Я. Лу­сен­са (2000), «Ио­сиф – фрук­то­вое де­ре­во» Э. Эшен­валь­да (2006) и др. Ора­то­ри­аль­ный жанр по­лу­чил раз­ви­тие в твор­че­ст­ве М. За­ринь­ша («Вал­ми­ер­ские ге­рои», 1950; «Ма­ха­го­ни», 1964), П. Дам­би­са («Го­лу­бая пла­не­та», 1967; «Стан­сы Ми­ке­ланд­же­ло», 1971) и др. Сре­ди ав­то­ров сим­фо­нич. и ка­мер­ной му­зы­ки – П. Пла­ки­дис, П. Васкс, Г. Пе­ле­цис, Р. Кал­сонс, Ю. Карл­сонс. Сре­ди му­зы­ко­ве­дов: О. Гра­ви­тис, Л. Кра­син­ская, Л. Карк­линьш, А. Кло­тиньш. Сре­ди ис­пол­ни­те­лей: ди­ри­жё­ры – Л. Виг­нерс, Э. Тонс, А. и М. Ян­сонс, Р. Гла­зуп, Я. Линд­берг, Я. Хун­хен, Г. Рин­кя­ви­чюс, Л. Рей­тер, Ц. Кри­кис, Т. Лиф­шиц; хо­ро­вые ди­ри­жё­ры – Р. Ва­наг, Т. Кал­ниньш, Я. Озо­линьш, Д. Гай­лис, А. Дер­ке­ви­ца, И. Ко­карс, И. Це­пи­тис, Г. Ко­карс; пев­цы – Э. Па­ку­ле, Л. Ан­дер­со­не-Си­ла­ре, В. Крам­пе, А. Лу­ди­ня, А. Ви­лю­ма­нис, П. Гра­ве­лис, А. Даш­ков, К. За­риньш, Я. Спро­гис, И. Пе­тер­сонс, М. Фи­шер; пиа­ни­сты – Г. Бра­ун, В. Зост, А. Озо­линьш, В. Ци­ру­ле; скри­па­чи – И. Грау­би­ня-Бра­во, В. За­риньш, Р. Ли­ел­ма­не-Кор­те­са, Я. Швол­ков­ский; вио­лон­че­ли­сты – Э. Бер­зин­скис, Э. Бер­тов­скис, М. Вил­ле­руш; ор­га­ни­сты – Н. Ва­над­зиньш, П. Си­пол­ни­екс; пред­ста­ви­те­ли муз. эс­т­ра­ды – Р. Па­улс, Л. Вай­ку­ле.

В Л. соз­да­но мно­же­ст­во про­фес­сио­наль­ных и лю­би­тель­ских хо­ров, сре­ди них – гос. хор «Лат­вия», хор Латв. теле­ви­де­ния и ра­дио им. Т. Кал­нинь­ша (1940), «Ju­ven­tus» Латв. ун-та (1920), «Gaudea­mus» Риж­ско­го тех­нич. ун-та (1959), «Дзие­до­нис» (1924, муж­ской), «Дзин­тарс» (1947, жен­ский), «Тев­зе­ме» (1957, муж­ской), «Дай­ле» (1951), «Ave sol» (1969, ка­мер­ный). Лат­вий­ский сим­фо­ни­че­ский ор­кестр, Лие­пай­ский сим­фо­нич. ор­кестр (1987), ин­ст­ру­мен­таль­ный ан­самбль «Кре­ме­ра­та Бал­ти­ка» (1997, соз­да­тель и худ. рук. Г. Кре­мер), Но­вый ка­мер­ный ор­кестр в Ри­ге (2000), Ка­мер­ный ор­кестр Риж­ско­го пе­да­го­гич. ин-та (1992), гос. ка­мер­ный ор­кестр «Син­фо­ни­ет­та Ри­га» (2006), Вид­зем­ский ка­мер­ный ор­кестр, Риж­ский струн­ный квар­тет (1983), ба­роч­ный ор­кестр «Риж­ская му­зы­каль­ная кол­ле­гия» и во­каль­ный ан­самбль «Риж­ская Схо­ла кан­то­рум» (оба 1993). Раз­ви­то нац. фольк­лор­ное дви­же­ние, в го­ро­дах и сель­ской ме­ст­но­сти су­ще­ст­ву­ют мно­го­числ. фольк­лор­ные ан­самб­ли.

Ме­ж­ду­нар. кон­кур­сы: пиа­ни­стов им. Я. Ви­тол­са (с 1993), ис­пол­ни­те­лей по­пу­ляр­ной му­зы­ки «Но­вая вол­на» (с 2002). Ме­ж­ду­нар. фес­ти­ва­ли: ста­рин­ной му­зы­ки (с 1993), Риж­ский опер­ный, ду­хов­ной му­зы­ки в Ри­ге (оба с 1998), «Вен­ские клас­си­ки», ду­хов­ной му­зы­ки «Се­реб­ря­ные ко­ло­ко­ла», ор­ган­ной му­зы­ки в Дом­ском со­бо­ре, но­вой му­зы­ки «Аре­на» (с 2002), опе­рет­ты в Ту­кум­се (с 2007); джа­зо­вые – «Рит­мы Ри­ги», Са­ул­кра­ст­ский; рок-фес­ти­валь «Лие­пай­ский ян­тарь»; Осен­ний фес­ти­валь ка­мер­ной му­зы­ки, Ба­хов­ский фес­ти­валь в Ри­ге и мн. др.

Театр

В 1744 в Ри­ге бы­ло обо­ру­до­ва­но пер­вое по­ме­ще­ние для те­ат­ра, во 2-й пол. 18 в. поя­вил­ся ста­цио­нар­ный те­атр. Но­вое ка­мен­ное те­ат­раль­ное зда­ние по­строе­но в Ри­ге в 1782 для нем. труп­пы. В 1-й пол. 19 в. в Л. в осн. вы­сту­па­ли иностр. га­ст­ро­лё­ры. Для пе­рио­да ста­нов­ле­ния нац. те­ат­ра во 2-й пол. 19 в. ха­рак­тер­но со­еди­не­ние зап.-ев­роп. (пре­им. не­мец­кой) и рус. сце­нич. тра­ди­ций. В это вре­мя нем. те­ат­ры поя­ви­лись в Ел­га­ве и Лие­пае. Пер­вый рус. те­атр ос­но­ван в 1850-х гг. в Дау­гав­пил­се. В 1883 воз­ник Риж­ский рус. те­атр (с 2006 им. М. Че­хо­ва). Раз­ви­тие нац. те­ат­раль­но­го иск-ва на­ря­ду с раз­ви­ти­ем нац. язы­ка, куль­туры и го­су­дар­ст­вен­но­сти ста­ло од­ним из на­прав­ле­ний т. н. дви­же­ния мла­до­ла­ты­шей. Ла­тыш. те­атр в Ри­ге воз­ник в кон. 1860-х гг. (со­стоя­лись пер­вые спек­так­ли на ла­тыш. яз. и был ор­га­ни­зо­ван лю­би­тель­ский те­атр). В 1870 при Риж­ском ла­тыш. об-ве был от­крыт Риж­ский ла­тыш. те­атр под рук. ак­тё­ра и дра­ма­тур­га, «от­ца ла­тыш. те­ат­ра» А. Алу­на­на (до нач. 20 в. – един­ственный проф. ла­тыш. те­атр). Здесь на прин­ци­пах нем. сце­нич. тра­диции вос­пи­ты­ва­лось пер­вое по­ко­ле­ние проф. ак­тё­ров. В нач. 20 в. воз­ник­ли но­вые проф. те­ат­ры и ак­тёр­ские шко­лы в Ри­ге и др. го­ро­дах. В 1908–15 рабо­тал Но­вый риж­ский те­атр (здесь ре­жис­сёр впер­вые вы­сту­пал как ав­тор спек­так­ля, под­чи­няю­щий сво­ему за­мыс­лу ра­бо­ту творч. кол­лек­ти­ва). Под рук. А. Ми­ер­ла­ук­са ста­ви­лась дра­ма­тур­гия Я. Рай­ни­са и Ас­па­зии, со­з­да­ва­лись спек­так­ли со слож­ной сце­но­гра­фи­ей и муз. оформ­лени­ем. В по­ста­нов­ке пье­сы «Огонь и ночь» Рай­ни­са (1911) был до­стиг­нут син­тез пси­хо­ло­гич. реа­лиз­ма и сим­во­лиз­ма, оп­ре­де­лив­ший осн. на­прав­ле­ние ла­тыш. те­ат­ра 20 в. Здесь фор­ми­ро­ва­лось мас­тер­ст­во ре­жис­сё­ров А. Амт­ма­ни­са-Брие­ди­ти­са и Э. Смильги­са, ак­тёров Г. Жи­бал­тса, Т. Бан­ги, М. Шмит­хе­не, Л. Эри­ки и др. В 1909 Е. Ду­бурс и Э. Зел­тма­тис от­кры­ли пер­вые дра­матич. кур­сы (не­ко­то­рые ак­тё­ры и ре­жис­сё­ры по­лу­ча­ли проф. об­ра­зо­ва­ние в Рос­сии и Гер­ма­нии). В го­ды 1-й ми­ровой вой­ны мн. дея­те­ли те­ат­ра уе­ха­ли в Мо­ск­ву и Пет­ро­град.

В 1920–30-х гг. ве­ду­щи­ми те­ат­ра­ми Л. ста­ли Лат­вий­ский на­цио­наль­ный те­атр и те­атр «Дай­лес» (Ху­дож. те­атр, в 1954–1989 им. Я. Рай­ни­са, ос­но­ван в 1920 Э. Смиль­ги­сом в Ри­ге). Иск-во Нац. те­ат­ра раз­ви­ва­лось в рус­ле пси­хо­ло­гич. реа­лиз­ма (ре­жис­сё­ры А. Ми­ер­ла­укс, А. Амт­ма­нис-Брие­ди­тис, Э. Фелд­ма­нис, Я. За­риньш, О. Ур­штейнс, ак­тё­ры Я. Осис, Я. Гер­ма­нис, Л. Шпил­бер­га, Л. Штен­ге­ле, А. Клинтс и др.). В 1930-х гг. в Нац. те­ат­ре ра­бо­та­ли М. А. Че­хов, нем. ак­три­са ла­тыш. про­ис­хо­ж­де­ния М. Лей­ко и др. Ху­дож. те­атр – яр­ко вы­ра­жен­ный те­атр мо­дер­низ­ма, близ­кий те­ат­ру А. Я. Таи­ро­ва, В. Э. Мей­ер­холь­да, пла­стич. ис­ка­ни­ям Э. Жак-Дальк­ро­за. Сре­ди ак­тё­ров этих лет: Л. Бер­зи­ня, А. Абе­ле, Л. Жви­гу­ле, К. Вейцс, А. Фи­лип­сонс. В 1930-х гг. в Ри­ге и др. го­ро­дах (Ел­га­ве, Лие­пае, Дау­гав­пил­се, Ре­зек­не, Вал­мие­ре) ра­бо­та­ли те­ат­ры раз­ных на­прав­ле­ний – от сим­во­ли­ст­ско­го до со­ци­аль­но-по­ли­ти­че­ско­го. Так­же в этот пе­ри­од в Ри­ге ра­бо­та­ли Рус., Нем., Евр. и Поль­ский те­ат­ры. Ак­тёр­ское об­ра­зо­ва­ние по­лу­ча­ли в Шко­ле те­ат­ра проф­сою­за ла­тыш. ак­тё­ров под рук. М. А. Че­хо­ва.

Пе­ри­од пре­бы­ва­ния Л. в со­ста­ве СССР (с 1940) на­чал­ся со зна­чит. ад­ми­ни­ст­ра­тив­ных и ре­пер­ту­ар­ных пе­ре­мен (те­ат­ры ста­ли го­су­дар­ст­вен­ны­ми, в ре­пер­ту­ар вклю­ча­лась сов. дра­ма­тур­гия, со­циа­ли­сти­че­ский реа­лизм был про­воз­гла­шён един­ст­вен­ным творч. ме­то­дом). Зна­чит. вклад в раз­ви­тие ла­тыш. те­ат­ра вне­сли ре­жис­сё­ры из Рос­сии (уче­ни­ца Е. Б. Вах­тан­го­ва В. Ба­лю­на, а так­же А. Ла­цис, С. Э. Рад­лов). В кон­це 2-й ми­ро­вой вой­ны мн. дея­те­ли ла­тыш. те­ат­ра (вы­даю­щие­ся ак­тё­ры, ре­жис­сё­ры и дра­ма­тур­ги) эмиг­ри­ро­ва­ли. С 1945 ве­ду­щи­ми те­ат­ра­ми ос­та­лись Латв. нац. те­атр (с 1940 Гос. те­атр дра­мы) и Ху­дож. те­атр, ко­то­рые, опи­ра­ясь на нац. и клас­сич. дра­ма­тур­гию, со­хра­ни­ли творч. са­мо­стоя­тель­ность. В Ри­ге бы­ли соз­да­ны ТЮЗ (1940) и Гос. ку­коль­ный те­атр (1944). Про­дол­жа­ли ра­бо­ту Рус. те­атр (в 1940–58 Гос. рус. дра­ма­тич. те­атр Латв. ССР, в 1958–2007 Риж­ский те­атр рус. дра­мы), гор. те­ат­ры в Дау­гав­пил­се, Ел­га­ве, Лие­пае, Вал­мие­ре. Проф. кад­ры го­то­ви­ли в Гос. те­ат­раль­ном ин-те (1948–51), пре­об­ра­зо­ван­ном в те­ат­раль­ный ф-т Латв. гос. конс. (1951), пе­рио­ди­че­ски собств. ак­тёр­ские сту­дии ор­га­ни­зо­вы­ва­ли разл. те­ат­ры. Мн. ре­жис­сё­ры и те­ат­ро­ве­ды по­лу­ча­ли проф. об­ра­зо­ва­ние в Мо­ск­ве и Ле­нин­гра­де. В 1950-х гг. в Гос. те­ат­ре дра­мы А. Амт­ма­нис-Брие­ди­тис, про­дол­жая реа­ли­стич. тра­ди­цию, соз­дал ряд мо­ну­мен­таль­ных по­ста­но­вок о судь­бе на­ро­да («Зем­ля зе­лё­ная» А. Упи­та, 1950; «Дни порт­ных в Сил­ма­чах» Р. Блау­ма­ни­са, 1955). Фи­лос.-ро­ман­тич. на­прав­ле­ние в сце­нич. иск-ве раз­ви­вал в Ху­дож. те­ат­ре Э. Смиль­гис («Иг­рал я, пля­сал» Я. Рай­ни­са, 1956). Зна­чит. по­ста­нов­ки рус. клас­си­ки соз­дал Н. Мур­ни­екс в Лие­пай­ском те­ат­ре («Егор Бу­лы­чов и дру­гие» М. Горь­ко­го, 1953).

В 1960-х гг. в те­атр при­шло но­вое по­ко­ле­ние ре­жис­сё­ров, пред­став­ляю­щее раз­ные на­прав­ле­ния: ин­тел­лек­ту­аль­ный те­атр (О. Кро­дерс), те­атр по­эзии, воб­рав­ший в се­бя чер­ты эпич. те­ат­ра Б. Брех­та (П. Пе­тер­сонс), воз­мож­но­сти пси­хо­ло­гич. те­ат­ра рас­кры­ва­ли А. Яу­ну­шанс, А. Ли­ниньш, А. Я. Ша­пи­ро. В 1970–80-х гг. обо­ст­рил­ся ин­те­рес к ос­но­вам нац. куль­ту­ры, про­ис­хо­ди­ло пе­ре­ос­мыс­ле­ние фольк­лор­ных ис­то­ков те­ат­раль­но­го дей­ст­ва. Зна­чит. цен­тра­ми творч. ис­ка­ний ста­ли Риж­ский ТЮЗ (ре­жис­сё­ры Ша­пи­ро, Пе­тер­сонс), Вал­ми­ер­ский те­атр дра­мы (ре­жис­сё­ры Кро­дерс, М. Ки­ме­ле). Раз­ви­ва­лась ори­ги­наль­ная шко­ла латв. сце­но­гра­фии, для ко­то­рой ха­рак­тер­но тес­ное и про­дол­жи­тель­ное творч. со­труд­ни­че­ст­во ре­жис­сё­ра и сце­но­гра­фа, ра­бо­тав­ших в со­ав­тор­ст­ве над кон­цеп­ту­аль­ным ре­ше­ни­ем по­ста­но­вок («Бранд» Г. Иб­се­на, 1975, реж. Ли­ниньш, сце­но­граф И. Блум­бергс).

Сцена из спектакля «Долгая жизнь». Новый рижский театр. Новый рижский театр

В 1990-х гг. с вос­ста­нов­ле­ни­ем Латв. Рес­пуб­ли­ки на­чал­ся но­вый этап в раз­ви­тии те­ат­ра – из­ме­ни­лась струк­ту­ра те­ат­раль­но­го де­ла, на­ря­ду с го­су­дар­ст­вен­ны­ми воз­ник­ли не­за­ви­си­мые и про­ект­ные те­ат­ры (в Ри­ге – «Skatuve», 1991; «Те­атр ТТ», 2000; United In­ti­macy, 2002; Те­ат­раль­ная об­сер­ва­то­рия Га­ли­ны По­ли­щук, 2005, и др.), те­ат­раль­ное об­ра­зо­ва­ние пе­ре­шло в сфе­ру Латв. ака­де­мии куль­ту­ры (1990). В 1992 был за­крыт Риж­ский ТЮЗ, в его по­ме­ще­нии с это­го же го­да ра­бо­та­ет Но­вый риж­ский те­атр, ко­то­рый в 1997 воз­гла­вил А. Хер­ма­нис, соз­даю­щий те­атр-ла­бо­ра­то­рию («Ре­ви­зор» Н. В. Го­го­ля, 2002; кол­лек­тив­ные сце­нич. ком­по­зи­ции ак­тё­ров и ре­жис­сё­ра «Дол­гая жизнь», 2003, «Зву­ки ти­ши­ны», 2007) и став­ший творч. ли­де­ром те­ат­ра Л. По­ко­ле­ние ре­жис­сё­ров ру­бе­жа 1990–2000-х гг. опи­ра­ет­ся гл. обр. на прин­ци­пы по­ст­мо­дер­низ­ма: Дж. Дж. Джи­линд­жер (Р. Ру­пейкс), В. Кай­ришс, Р. Вай­варс, Г. Шмитс и др. С 1995 в Ри­ге и Дау­гав­пил­се раз в 2 го­да про­во­дит­ся ме­ж­ду­нар. фес­ти­валь «Homo No­vus», с 1998 – «Homo Al­ibi» (оба ор­га­ни­зо­ва­ны Ин-том Но­во­го те­ат­ра).

Балет

Пер­вая проф. ба­лет­ная труп­па в Л. су­ще­ст­во­ва­ла с 1782 в нем. те­ат­ре в Ри­ге. Ар­ти­сты и ба­лет­мей­сте­ры при­гла­ша­лись из-за гра­ни­цы, со­став труп­пы был не­по­сто­ян­ным. В кон. 19 – нач. 20 вв. в Ри­ге га­ст­ро­ли­ро­ва­ли Л. Дю­пор, А. Бер­на­дел­ли, Л. Мон­тес, Л. Гран, А. П. Пав­ло­ва, М. М. Фо­кин и др. Воз­ник­но­ве­ние нац. ба­ле­та свя­за­но с те­ат­ром «Ла­тыш. опе­ра», от­крыв­шим­ся в Ри­ге в 1912. В нач. 1919 на его ба­зе соз­дан Лат­вий­ский те­атр опе­ры и ба­ле­та (Нац. опе­ра), ба­лет­ную труп­пу ко­то­ро­го воз­глав­лял В. Ко­ми­сарс. Её ар­ти­сты пер­во­на­чаль­но уча­ст­во­ва­ли лишь в тан­це­валь­ных сце­нах из опер. Пер­вый ба­лет­ный спек­такль – «Тщет­ную пре­дос­то­рож­ность» П. Гер­те­ля – в 1922 по­ста­вил быв. ар­тист и ре­жис­сёр Ма­ри­ин­ско­го те­ат­ра и пе­да­гог С.-Пе­терб. те­ат­раль­но­го уч-ща Н. Г. Сер­ге­ев (в Нац. опе­ре в 1922–25). То­гда же как со­ли­ст­ка, ба­лет­мей­стер и пе­да­гог в Ри­ге на­ча­ла ра­бо­тать быв. ба­ле­рина Ма­ри­ин­ско­го те­ат­ра А. А. Фё­до­ро­ва, по­ста­вив­шая в Нац. опе­ре (в те­ат­ре до 1932) клас­сич. ба­ле­ты: «Ле­бе­ди­ное озе­ро» П. И. Чай­ков­ско­го и «Рай­мон­да» А. К. Гла­зу­но­ва (оба 1926), «Дон Ки­хот» Мин­ку­са (1931), «Жи­зель» А. Ада­на (1932) и др. Под её ру­ко­во­дством зна­чи­тель­но воз­рос тех­нич. и ху­дож. уро­вень ба­лет­ной труп­пы. В 1933 уча­ст­ник ан­тре­при­зы С. П. Дя­ги­ле­ва, быв. со­лист Ма­ри­ин­ско­го те­ат­ра А. И. Вильт­зак по­ста­вил «Пет­руш­ку» и «Пуль­чи­нел­лу» И. Ф. Стра­вин­ско­го и «Ре­бус» («Сталь­ной скок») С. С. Про­кофь­е­ва. В 1933–1934 в те­ат­ре ра­бо­тал М. Пиа­нов­ский – тан­цов­щик, пе­да­гог и ба­лет­мей­стер труп­пы А. П. Пав­ло­вой. Ле­том 1934 ве­ду­щий со­лист О. Ле­ма­нис вы­сту­пил в ка­че­ст­ве по­ста­нов­щи­ка тан­цев в спек­так­ле М. Рейн­хард­та по пье­се «Ве­не­ци­ан­ский ку­пец» У. Шек­спи­ра (на Ме­ж­ду­нар. ху­дож. вы­став­ке в Ве­не­ции), а осе­нью был на­зна­чен гл. ба­лет­мей­сте­ром (ра­бо­тал до 1944). Ори­ги­наль­ные ба­лет­ные спек­так­ли ста­ви­ли Х. Тан­гие­ва-Бирз­ние­це и Э. Леш­чев­скис. Сре­ди по­ста­но­вок: «По­бе­да люб­ви» Яз. Ме­динь­ша (1935), «Ил­га» Я. Ви­то­линь­ша (1937), «Со­ло­вей и ро­за» и «Осень» Я. Кал­нинь­ша (оба 1938). Сре­ди ар­ти­стов труп­пы 1920–30-х гг.: Н. Цвей­берг, М. Лен­це, С. Юр­генс, Э. Фей­фер, М. Гри­ке, Т. Вес­те­не, П. Фи­биг, Х. Плу­цис. С 1932 в те­ат­ре ра­бо­та­ла ба­лет­ная шко­ла (с 1948 Риж­ское хо­рео­гра­фич. уч-ще).

Сцена из балета «Лайма» А. Лиепиньша. Балетмейстер Х. Тангиева-Бирзниеце. Латвийский театр оперы и балета.

В 1940–44, по­сле вхо­ж­де­ния Л. в со­став СССР, а за­тем во вре­мя герм. ок­ку­па­ции, поя­ви­лась лишь од­на но­вая ба­лет­ная по­ста­нов­ка: «Ста­бу­рагс» («Ста­бу­рад­зе», 1943) А. Кал­нинь­ша по мо­тивам ска­за­ния о ле­ген­дар­ной ска­ле на бе­ре­гу Дау­га­вы, сим­во­ли­зи­рую­щей веч­ность люб­ви. В 1944 мн. ар­ти­сты ба­ле­та эмиг­ри­ро­ва­ли, из ве­ду­щих со­лис­тов в труп­пе ос­та­лись А. Прие­де, А. Озо­линьш, Я. Гра­удс. Тем не ме­нее осе­нью это­го го­да те­атр во­зоб­но­вил пред­став­ле­ния, по­ка­зав ба­лет «Ле­бе­ди­ное озе­ро» П. И. Чай­ков­ско­го. В 1945–51 и в 1956–1965 гл. ба­лет­мей­сте­ром бы­ла Х. Тан­гие­ва-Бирз­ние­це, чьи ба­ле­ты, на­ря­ду с по­ста­нов­ка­ми О. Ле­ма­ни­са, ста­ли латв. клас­си­кой 20 в. («Лай­ма» А. Лие­пинь­ша, 1947; «Бо­ле­ро» М. Ра­ве­ля, 1958; «Ри­гон­да» Р. Гринб­ла­та, 1959; «Сим­фо­ни­че­ские тан­цы» С. В. Рах­ма­ни­но­ва, 1961; «Ша­кун­та­ла» С. А. Ба­ла­са­ня­на, 1963). В зо­ло­той фонд латв. хо­рео­гра­фии во­шли по­ста­нов­ки Е. Чан­ги («Сак­та сво­бо­ды» А. Скул­те, 1950; «Ста­бу­рад­зе» Кал­нинь­ша, 1957; «Спар­так» А. И. Ха­ча­ту­ря­на, 1960). Боль­шой вклад в раз­ви­тие ба­летно­го те­ат­ра Л. вне­сли хо­рео­гра­фы И. Стро­де («Цве­точ­ный ве­нок» П. Бо­ри­со­на, 1965; «Ту­райд­ская ро­за» Я. Ке­пи­ша, 1966) и А. Лем­бергс («Пер Гюнт» Э. Гри­га, 1966; «Зо­ло­то ин­ков» О. Бар­ско­ва, 1969; «Кар­мен-сюи­та» Ж. Би­зе – Р. К. Щед­ри­на, 1971; «Ан­то­ний и Кле­о­пат­ра» Е. Ла­за­ре­ва, 1972) и ар­ти­сты – В. Вил­ци­ня, И. Гин­те­ре, И. Ка­ру­ле, Л. Люб­чен­ко, И. Дум­пе, А. Дра­го­не, Х. Ри­тен­бергс, А. Экис, Ю. Кап­ра­лис, В. Гел­ванс, Г. Гор­ба­нёв, А. Ру­мян­цев, В. Ян­сонс и др. Ба­лет­ной труп­пой ру­ко­во­ди­ли: И. Стро­де (1965–68), А. Лем­бергс (1968–85), Я. Пан­кра­те (1986–90), М. Це­ра (1990–92), Л. Бей­рис (1992–93). С 1993 гл. ба­летмей­стер и худ. рук. – А. Лей­ма­нис («Фран­че­ска да Ри­ми­ни» на муз. Чай­ков­ско­го, 1995; «3x» А. Мас­кат­са, 2001; «Дон Ки­хот» Л. Ф. Мин­ку­са, 2004; «Бах­чи­са­рай­ский фон­тан» Б. В. Асафь­е­ва, 2008; «Коп­пе­лия» Л. Де­ли­ба, 2009). В со­ста­ве труп­пы в кон. 20 – нач. 21 вв.: Ю. Гур­вич, М. Демь­я­нок, В. Ян­со­не, В. Изо­то­ва, Э. Лей­ма­не, Б. Ко­ки­на, М. Бут­ке­вич, С. Не­ик­шин, Р. Мар­ты­нов, З. Ки­рил­ко и др.

Пио­не­ром совр. тан­ца в Л. стал хо­рео­граф А. Да­ни­ле­вич, ос­но­вав­ший в 1985 ан­самбль «Дзир­нас». Круп­ней­шей труп­пой совр. тан­ца в Л. яв­ля­ет­ся ос­но­ван­ная в 1996 в Ри­ге Тан­це­валь­ная ком­па­ния Оль­ги Жит­лу­хи­ной. В 1999 от­кры­то от­де­ле­ние совр. хо­рео­гра­фии в Латв. ака­де­мии куль­ту­ры. Еже­год­но с 1996 в разл. го­ро­дах Л. про­во­дит­ся Ме­ж­ду­нар. фес­ти­валь бал­тий­ско­го ба­ле­та, с 1998 – фес­ти­валь «Звёз­ды ба­ле­та в Юр­ма­ле», с 2005 – Ме­ж­ду­нар. фес­ти­валь в Ри­ге «Вре­мя тан­це­вать».

Кино

Кадр из фильма «Сын рыбака». Режиссёр В. Круминьш. 1957.

Пер­вый ки­но­се­анс со­сто­ял­ся в 1896 в риж­ском цир­ке А. Са­ла­мон­ско­го. Со­хра­ни­лись до­ку­мен­таль­ные съём­ки опе­ра­то­ра А. Стан­ке, за­пе­чат­лев­шие ви­зит имп. Ни­ко­лая II в Ри­гу в 1910. В 1920 ак­тёр и ре­жис­сёр В. Сег­линьш снял пер­вый иг­ро­вой ф. «Ухо­дя на вой­ну». Ми­фо­ло­гию с со­ци­аль­ной дра­мой и до­ку­мен­та­ли­сти­кой но­ва­тор­ски со­еди­нил в сво­ём ф. «Лач­пле­сис» реж. А. Рус­тей­кис (1930). В 1933 был снят пер­вый латв. зву­ко­вой ф. «Ма­туш­ка Дау­га­ва», а в 1934 и 1935 – ви­до­вые филь­мы «Дау­га­ва» и «Гауя». За­мет­ное ме­сто в латв. ки­не­ма­то­гра­фе 1930-х гг. за­ни­ма­ет ф. «Сын ры­ба­ка» В. Ла­пе­ни­ек­са (по ро­ма­ну В. Ла­ци­са, 1939). В 1940 в Ри­ге ос­но­ва­ны кино­сту­дии иг­ро­вых и до­ку­мен­таль­ных филь­мов, ко­то­рые в 1948 бы­ли объ­е­ди­не­ны в Риж­скую ки­но­сту­дию. По­сле окон­ча­ния 2-й ми­ро­вой вой­ны на ки­но­сту­дии ра­бо­та­ла боль­шая груп­па моск. ки­не­ма­то­гра­фи­стов – А. Г. Ива­нов («Сы­но­вья», 1946; «Воз­вра­ще­ние с по­бе­дой», 1948), Ю. Я. Рай­зман («Рай­нис», 1949, Гос. пр. СССР, 1950), Л. Д. Лу­ков («К но­во­му бе­ре­гу», 1955). В 1950-х гг. в филь­мах П. Ар­ман­дса и Л. Лей­ма­ни­са («Ве­сен­ние за­мо­роз­ки», 1955) и В. Кру­минь­ша («Сын ры­ба­ка», 1957; «Эхо», 1959) вы­ра­ба­ты­ва­лись прин­ци­пы эк­ра­ни­за­ции ла­тыш. лит-ры, в даль­ней­шем на­шед­шие раз­ви­тие в та­ких зна­чит. ра­бо­тах, как «Эд­гар и Кри­сти­на» (1966) и «У бо­га­той гос­по­жи» (1969) Л. Лей­ма­ни­са, «В те­ни смер­ти» (1971) и «Вей, ве­те­рок» (1974) Г. Пие­си­са, «Афе­ра Це­п­ли­са» Р. Кал­нинь­ша (1972), «Со­на­та над озе­ром» Г. Ци­лин­ски­са и В. Брас­лы (1976), «Маль­чу­ган» А. Фрей­ма­ни­са (1978). Жанр ис­то­рич. ко­ме­дии раз­ви­вал А. Лей­ма­нис («Слу­ги дья­во­ла», 1970; «Слу­ги дья­во­ла на чёр­то­вой мель­ни­це», 1972), а жанр со­ци­аль­ной ко­ме­дии – Я. Стрейч («Мой друг – че­ло­век не­серь­ёз­ный», 1976; «Ли­му­зин цве­та бе­лой но­чи», 1981). Мас­те­ром де­тек­тив­но­го жан­ра стал А. Бренч («Шах ко­ро­ле­ве брил­ли­ан­тов», 1973; «Быть лиш­ним», 1977). Цен­зу­ре под­вер­га­лись ра­бо­ты ре­жис­сё­ров, под­ни­мав­ших слож­ные со­ци­аль­ные и нравств. про­бле­мы, в т. ч. «на пол­ке» ока­за­лись филь­мы Кал­нинь­ша «Я всё пом­ню, Ри­чард!» и «Ды­ши­те глуб­же» (оба 1967), а съём­ки но­ва­тор­ско­го по фор­ме ф. «При­мор­ский кли­мат» бы­ли на­дол­го от­ло­же­ны. Иг­ро­вой ки­не­ма­то­граф 1970–80-х гг. от­ме­чен по­яв­ле­ни­ем но­вых за­мет­ных ра­бот – «Иг­ра» (1981) и «Ма­ли­но­вое ви­но» (1984) А. Кри­ев­са, «Моя се­мья» П. Кри­лов­са (1982), «Судь­би­нуш­ка» Фрей­ма­ни­са и «Дни че­ло­ве­ка» Е. Паш­ке­ви­ча (оба 1989). Осо­бой по­пу­ляр­но­стью в СССР поль­зо­ва­лись т/ф «Те­атр» Стрей­ча (1978) и се­риа­лы Брен­ча – «Дол­гая до­ро­га в дю­нах» (1980–81, Гос. пр. СССР, 1983), «Ми­раж» (1983), «Се­мья Зи­та­ров» (1989). В ки­но для де­тей ра­бо­та­ли В. Брас­ла («Про­дел­ки Эми­ля», в отеч. про­ка­те «Про­дел­ки сор­ван­ца», 1985), Г. Пие­сис («Маль­чик с паль­чик», 1985) и др. В 1990-х гг. ки­но­про­из­вод­ст­во рез­ко со­кра­ти­лось. Зна­чит. ра­бо­ты это­го пе­рио­да – «Ди­тя че­ло­ве­че­ское» (1991) и «Жер­но­ва судь­бы» (1997) Стрей­ча, «Гнез­до» Фрей­ма­ни­са (1995). Сре­ди луч­ших филь­мов 2000-х гг.: «Ухо­дя по до­ро­ге» В. Кай­ри­ша (2001), «Па­тро­ны в ла­до­ни» У. Цел­ма (2002), «Во­дя­ная бом­ба для жир­но­го ко­та» Брас­лы (2004), «Мо­но­тон­ность» Ю. Пош­ку­са (2007, пр. Мкф в Мо­ск­ве), «За­щит­ни­ки Ри­ги» А. Грау­ба (2007). Боль­шой вклад в раз­ви­тие латв. ки­не­ма­то­гра­фии вне­сли: ак­тё­ры В. Арт­ма­не, Э. Рад­зи­ня, Г. Ци­лин­ский, К. Себ­рис, А. Ли­ци­тис, У. Ли­ел­диджс, Г. Яков­лев, Х. Лие­пиньш, П. Бут­ке­вичс, Э. Па­вулс и др.; опе­ра­то­ры М. Руд­зи­тис, М. Звир­бу­лис, Г. Скул­те, М. Клейнс, Д. Си­ма­нис, Х. Пи­лип­сон, Х. Ку­келс, Я. Мур­ни­екс; сце­на­ри­сты В. Ло­ренц, А. Ла­пиньш; ком­по­зи­то­ры Я. Ива­нов, А. Скул­те, Р. Па­улс, И. Кал­ниньш, М. За­риньш, М. Бра­унс, И. Виг­нерс и др.

Кадр из фильма «Монотонность». Режиссёр Ю. Пошкус. 2007.

Вид­ное ме­сто в ки­но­ис­кус­ст­ве Л. за­ни­ма­ет до­ку­мен­та­ли­сти­ка. В нач. 1960-х гг. сфор­ми­ро­ва­лась «риж­ская шко­ла по­этич. до­ку­мен­таль­но­го ки­но». Сре­ди ре­жис­сё­ров это­го пе­рио­да: И. Крау­ли­тис («Бе­лый ко­ло­коль­чик», 1961, пр. Мкф в Обер­хау­зе­не), У. Бра­ун (три­ло­гия «На­ча­ло», 1961, «Строй­ка», 1962, «Ра­бо­чий», 1963; «235 мил­лио­нов лиц», 1967), А. Фрей­ма­нис («Бе­рег», 1963; «Ре­пор­таж го­да», 1965, Гос. пр. Латв. ССР, 1967; «Кул­диг­ские фре­ски», 1966). Зри­тель­ский ус­пех и ме­ж­ду­нар. при­зна­ние за­вое­ва­ли ки­но­эс­се И. Се­лец­ки­са («Вал­ми­ер­ские де­вуш­ки», 1970; «Жен­щи­на, ко­то­рую ждут», 1978; «Ищу муж­чи­ну», 1983; «Ули­ца По­пе­реч­ная», 1988). Мас­те­ром ки­но­порт­ре­та вы­сту­пи­ла Л. Жур­ги­на («Имантс Зие­до­нис. Порт­рет в скло­нени­ях», 1979) и др. В 1970 – нач. 1990-х гг. ши­ро­кий об­ществ. ре­зо­нанс вы­зы­ва­ли до­ку­мен­таль­ные филь­мы Г. Фран­ка («За­прет­ная зо­на», 1975; «Стар­ше на де­сять ми­нут», 1978; «Выс­ший суд», 1987; «Жи­ли-бы­ли семь Си­ме­о­нов», 1989, гл. пр. Мкф в Сан-Се­ба­сть­я­не), Ю. Под­ни­ек­са («Лег­ко ли быть мо­ло­дым?», 1986, пр. Мкф в Кан­не, Гос. пр. СССР, 1988; «Кре­ст­ный путь», 1990, пр. Мкф в Нью-Йор­ке; «Ко­нец им­пе­рии», 1991) и др. В до­ку­мен­таль­ном ки­но так­же ра­бо­та­ли А. Эп­нерс, А. Су­кутс, Р. Пи­парс, Е. Паш­ке­вич и др. Сре­ди филь­мов 1990–2000-х гг.: «Па­ром» (1994, пр. Мкф в Кан­не), «Поч­та» (1995, пр. Мкф в Кан­не), «Тео­дор» (2006, пр. Мкф в Кар­ло­ви-Ва­ри) Л. Па­кал­ни­ни, «Но­вые вре­ме­на на ули­це По­пе­реч­ной» Се­лец­ки­са (1999), «Гос­по­жа яиц» У. Цел­мы (2000), «Flash­back» Фран­ка (2002), «Keep smil­ing» А. Сау­ли­ти­са (2003), «Но бли­зок час» Ю. Пош­ку­са (2003), «Червь» А. Ми­зи­ша (2005), «Со­вет­ская ис­то­рия» Э. Шно­ре (2008).

Свое­об­ра­зи­ем по­эти­ки от­ли­ча­ет­ся латв. ани­мац. ки­но. Соз­да­тель латв. ку­коль­ной ани­ма­ции – А. Бу­ровс («Пе­ту­шок», 1966). Один из ос­но­ва­те­лей ри­со­ван­ной ани­ма­ции – Р. Сти­еб­ра, по­ста­вив­шая филь­мы: «Дожд­ли­вый день» (1969), «У ме­ня в кар­ма­не» (1983), «Ко­гда за­сы­па­ет во­да» (2004) и др. В 1990–2000-х гг. в ани­ма­ции ра­бо­та­ют Н. Ска­панс («Ле­тим», 1995, гл. пр. Мкф в Бер­ли­не), Я. Цим­мер­ма­нис («Три муш­ке­тё­ра», 2006, и др.), А. Блей («Шуб­ка ёжи­ка», 2004) и др. Ме­ж­ду­нар. из­вест­ность за­вое­ва­ли ре­жис­сё­ры ани­мац. филь­мов С. Бау­ма­не («Жен­щи­на», 2002; «Ве­те­ри­нар», 2007, и др.) и В. Ле­щев («Де­душ­кин мёд», 2002; «Бес­сон­ни­ца», 2004; «За­те­рян­ные в сне­гу», 2007).

С 1988 в Ри­ге про­во­дит­ся Ме­ж­ду­нар. ки­но­фес­ти­валь «Ар­се­нал». В 1988 в Ри­ге ос­но­ван Му­зей ки­но, в 1991 – Нац. центр ки­но. Проф. обу­че­ние ки­не­ма­то­гра­фи­стов ве­дёт Ака­де­мия куль­ту­ры в Ри­ге (1990). С 2000 из­да­ёт­ся ж. «Ki­no Rak­sti».

Цирк

Ста­нов­ле­ние нац. цир­ка Л. про­те­ка­ло под влия­ни­ем ино­стран­цев, ко­то­рые с нач. 19 в. га­ст­ро­ли­ро­ва­ли в Ри­ге и др. го­ро­дах. Латв. ар­ти­сты про­хо­ди­ли обу­че­ние у га­ст­ро­лё­ров, на­чи­ная за­тем вы­сту­пать са­мо­стоя­тель­но. Так, кло­ун Ро­ланд (К. Плучс) был уче­ни­ком в груп­пе нем. ак­ро­ба­тов Но­вел­ло, а дрес­си­ров­щик ло­ша­дей Э. Прие­де на­чи­нал бе­рей­то­ром в цир­ке Р. Труц­ци. Боль­шин­ст­во латв. ар­ти­стов вы­сту­па­ли под иностр. псев­до­ни­ма­ми: си­ло­вой жонг­лёр Т. Мей­ер (Ми­форт Рей­ем), дрес­си­ров­щик К. Пе­тер­сон (Ват­сон), эк­ви­либ­рист Ци­нов­скис (Бре­ти­ни), экс­цен­трик А. Шли­ске­вич (Ле­ан­д­ро) и т. п. В 1874 в Ри­ге поя­ви­лось де­рев. зда­ние цир­ка, а в 1889 со­стоя­лось от­кры­тие ка­мен­но­го цир­ка, по­стро­ен­но­го А. Са­ла­мон­ским по про­ек­ту арх. Я. Бау­ма­ни­са. В эти го­ды зая­ви­ли о се­бе и пер­вые латв. ан­тре­пре­нё­ры. Сре­ди них вы­де­лял­ся К. Пе­тер­сон – ди­рек­тор бро­дя­че­го цир­ка, пе­да­гог, вос­пи­тав­ший из­вест­ных латв. ар­ти­стов Ан­то­нио, Хель­ма­ни­са и др. В 1940 латв. цирк на­цио­на­ли­зи­ро­ван. В 1955 со­стоя­лось пер­вое пред­став­ле­ние Латв. цир­ко­во­го кол­лек­ти­ва, в ко­то­рый вхо­ди­ли кло­уны Ан­то­нио и Шли­ске­вич, жонг­лёр А. Вир­ка­ус, ма­ни­пу­ля­тор Л. Стродс, пла­стич. ак­ро­бат­ка С. Мо­рус, ак­ро­ба­ты на ро­ли­ках Хель­ма­нис, кло­ун-мим А. Слау­гот­нис, гим­на­сты А. Бер­кис, Е. Чи­ве­ла и др. По­сле вы­хо­да Л. из со­ста­ва СССР в 1991 Риж­ский цирк со­хра­нил ста­тус го­су­дар­ст­вен­но­го. В нач. 21 в. латв. цир­ко­вое иск-во пред­став­ля­ют: воз­душ­ная гим­на­ст­ка Е. Ва­силье­ва, жонг­лё­ры К. Ли­пин­ский, В. Са­вель­ев, ан­ти­по­дист­ка И. Со­по­ва, ро­ли­ко­беж­цы под рук. Д. Го­ло­бо­ких и др.

При­ро­да. Лит.: Та­ба­ка Л. В., Гав­ри­ло­ва Г. Б., Фа­та­ре И. Я. Фло­ра со­су­ди­стых рас­те­ний Лат­вий­ской ССР. Ри­га, 1988; Mna­tsa­kanian R. En­vironmental legacy of the former Soviet Re­publics. Edinburgh, 1992; Спра­вед­ли­вость и раз­ви­тие. Док­лад о ми­ро­вом раз­ви­тии 2006. М., 2006.

Ис­то­ри­че­ский очерк. Лит.: Latvijas PSR arheologija. Rīga, 1974; Де­ни­со­ва Р. Я. Ан­тро­по­ло­гия древ­них бал­тов. Ри­га, 1975; Васкс А. В. Ке­ра­ми­ка эпо­хи позд­ней брон­зы и ран­не­го же­ле­за Лат­вии. Ри­га, 1991; Latvijas sena̅ka̅ ve̅sture 9. g. t. pr. – 1200. g. Rīga, 2001; Гим­бу­тас М. Бал­ты: Лю­ди ян­тар­но­го мо­ря. М., 2004.

Ис­то­ри­че­ский очерк. Лит.: Зу­тис Я. Я. Ост­зей­ский во­прос в XVIII в. Ри­га, 1946; Дри­зул А. А. Лат­вия под игом фа­шиз­ма. Ри­га, 1960; Борь­ба за Со­вет­скую власть в При­бал­ти­ке. М., 1967; Очер­ки эко­но­ми­че­ской ис­то­рии Лат­вии (1900–1917). Ри­га, 1968; Борь­ба ла­тыш­ско­го на­ро­да в го­ды Ве­ли­кой Оте­че­ст­вен­ной вой­ны. 1941–1945. Ри­га, 1970; Ис­то­рия Лат­вий­ской ССР. Со­кра­щен­ный курс. 2-е изд. Ри­га, 1971; Ис­то­рия ла­тыш­ских стрел­ков. 1915–1920. Ри­га, 1972; Очер­ки эко­но­ми­че­ской ис­то­рии Лат­вии. 1860–1900. Ри­га, 1972; Wittram R. Bal­tische Geschichte. Die Ostseenlande Livland, Est­land, Kurland 1180–1918. Darmstadt, 1973; В сра­же­ни­ях за Со­вет­скую Лат­вию. Во­ен­но-ис­то­ри­че­ский очерк. Ри­га, 1975; Сав­чен­ко В. Ла­тыш­ские фор­ми­ро­ва­ния Со­вет­ской Ар­мии на фрон­тах Ве­ли­кой Оте­че­ст­вен­ной вой­ны. Ри­га, 1975; Со­вет­ская Лат­вия: эн­цик­ло­пе­дия. Ри­га, 1985; Лат­вия на гра­ни эпох. Ри­га, 1987; Пол­пре­ды со­об­ща­ют... Сб. до­ку­мен­тов об от­но­ше­ни­ях СССР с Лат­ви­ей, Лит­вой и Эс­то­ни­ей: ав­густ 1939 г. – ав­густ 1940 г. М., 1990; Rauch G. von. Geschichte der baltischen Staaten. 3. Aufl. Münch., 1990; Die baltischen Natio­nen: Estland, Lettland, Litauen / Hrsg. von B. Meissner. 2. Aufl. Köln, 1991; Lud­wig K. Das Baltikum. Estland, Lettland, Li­tauen. 3. Aufl. Münch., 1992; idem. Lettland. Münch., 2000; От Лиф­лян­дии к Лат­вии. М., 1993–1999. Т. 1–2; Baltische Län­der / Hrsg. von G. von Pistohlkohrs. B., 1994; But­kus A. Latviai. Kaunas, 1995; Dreifelds J. Latvia in transition. Camb., 1996; Stopinski S. Das Bal­tikum im Patt der Mächte: zur Ent­stehung Est­lands, Lettlands und Litauens im Gefolge des Ersten Weltkriegs. B., 1997; Сми­рин Г. Ос­нов­ные фак­ты ис­то­рии Лат­вии. Ри­га, 1999; Тю­ри­на А. Те­не­вая эко­но­ми­ка в Лат­вии. М., 2005; Лат­вия под игом на­циз­ма. Сбор­ник ар­хив­ных до­ку­мен­тов. М., 2006.

Хо­зяй­ст­во. Лит.: Ма­на­ков А. Г. На­се­ле­ние и хо­зяй­ст­во стран Бал­тии: Эс­то­ния, Лат­вия, Лит­ва. Псков, 1997; Sociālekonomiskā procesa trajekkorija Latvijā laikā no 1985 lī dz 2002 gadam. Vent­spils, 2002; Doing business with Latvia. L., 2003; Де­ло­вая Лат­вия: Эко­но­ми­ка и свя­зи с Рос­сией в 1999–2003 гг. М., 2004. Т. 1–3; Dažādā Latvija. Rīga, 2005; Ekonomika un vadības zinātne. Rīga, 2006.

Спорт. Лит.: Эн­цик­ло­пе­ди­че­ский сло­варь по фи­зи­че­ской куль­ту­ре и спор­ту. М., 1962. Т. 2; Шах­ма­ты. Эн­цик­ло­пе­ди­че­ский сло­варь. М., 1990; Су­ник А. Рос­сий­ский спорт и олим­пий­ское дви­же­ние на ру­бе­же XIX–XX вв. 2-е изд. М., 2004.

Ли­те­ра­ту­ра. Изд.: Ан­то­ло­гия ла­тыш­ской по­эзии. Ри­га, 1955; Со­вре­мен­ная ла­тыш­ская по­эзия / Сост. И. Ау­зинь. Ри­га, 1984. Т. 1–2.

Лит.: Seile V. Gra̅matas Latgales latviešiem. Rīga, 1936; Johansons A. Latviešu literatu̅ra. Stockh., 1953–1954. Se̅j. 1–4; Andrups J., Kal­ve V. Latvian literature. Stockh., 1954; Lat­viešu literatu̅ras ve̅sture. 2 izd. Rīga, 1959–1962. Se̅j. 1–6; Ис­то­рия ла­тыш­ской ли­те­ра­ту­ры. Ри­га, 1971. Т. 1–2; Latviešu literatu̅ras ve̅sture: no pirmsa̅kumiem līdz XIX gs. 80. ga­diem. Rīga, 1987; Valeinis V. Latgaliešu liri­kas ve̅s­ture. Rīga, 1998; Latviešu literatu̅ras ve̅sture. Rīga, 1998–2001. Se̅j. 1–3; Berelis G. Latviešu litera­tu̅ras ve̅sture: no pirmajiem rak­stiem līdz 1999. gadam. Rīga, 1999.

Ар­хи­тек­ту­ра и изо­бра­зи­тель­ное ис­кус­ст­во. Лит.: Guleke R. Alt-Liv­land. Lpz., 1896; Vi­pers B. Lat­vi­jas ma̅k­sla baroka laik­meta̅. Rīga, 1937; idem. L’art let­ton. Ri­ga, 1940; Са­ха­ров С. П. Пра­во­слав­ные церк­ви в Лат­га­лии. Ри­га, 1939; Campe P. Lexi­con Livlän­discher und kurlän­discher Baumeis­ter, Bau­handwer­ker und Baugestal­ter von 1400–1850. Stockh., 1951–1957. Bd 1–2; Карк­линь Г. Н. Ла­тыш­ская де­ре­вян­ная скульп­ту­ра. М., 1969; Ар­хи­тек­ту­ра и гра­до­строи­тель­ст­во в Лат­вий­ской ССР. Ри­га, 1969–1973. Т. 1–2; Вип­пер Б. Р. Рас­трел­ли в При­бал­ти­ке // Вип­пер Б. Р. Ар­хи­тек­ту­ра рус­ско­го ба­рок­ко. М., 1978; Цие­ла­ва С. Я. Ис­кус­ст­во Лат­вии. Л., 1979; Si­li̦nš J. Lat­vi­jas ma̅k­sla, 1800–1914. Stockh., 1979–1980. Se̅j. 1–2; idem. Lat­vi­jas ma̅k­sla, 1915–1940. Stockh., 1988–1990. Se̅j. 1–2; Ла­тыш­ская жи­во­пись / Сост. М. Ива­нов. Ри­га, 1980; Ста­рые мас­те­ра ла­тыш­ской скульп­ту­ры. Ри­га, 1983; Изо­бра­зи­тель­ное ис­кус­ст­во Лат­вий­ской ССР. М., 1983; Ар­хи­тек­ту­ра со­вет­ской Лат­вии. М., 1987; Тай­ван Л. Л. По Лат­га­лии. М., 1988; Lat­vi­jas ma̅k­sla starp­tau­tisko sakaru kon­teksta̅. Rīga, 2000; Latvijas enciklopedija. Rīga, 2002–2008. Se̅j. 1–5; Mašnovskis N. Latvijas lutera̅n̦u baznīcas. Rīga, 2005–2008. Se̅j. 1–4; Ka­min­ska R., Bis­tere A. Sakra̅la̅s ar­hitektu̅ras un ma̅k­slas man­to­jums Daugavpils ra­jona̅. Rīga, 2006.

Му­зы­ка. Лит.: Очер­ки му­зы­каль­ной куль­ту­ры Со­вет­ской Лат­вии / Сост. Л. Карк­линьш. Л., 1971; Vītoli̦nš J., Krasin­ska L. Lat­viešu mu̅z­i­kas ve̅s­ture. Rīga, 1972. Se̅j. 1; Ве­ри­ня С. Ф. Му­зы­каль­ный те­атр Лат­вии и за­ро­ж­де­ние ла­тыш­ской на­цио­наль­ной опе­ры. Л., 1973; Vi­du­leja L. Lat­viešu pa­domju op­era. (1940–1970). Rīga, 1973; Карк­линьш Л. Ком­по­зи­то­ры и му­зы­ко­ве­ды со­вет­ской Лат­вии. Ри­га, 1974; Му­зы­каль­ная куль­ту­ра Лат­вий­ской ССР / Сост. А. Дар­ке­виц; Ред. Е. Ви­то­линь. М., 1976; Ap­kalns L. Let­tische Mu­sik. Wies­baden, 1977; Грюн­фельд Н. Э. Ис­то­рия ла­тыш­ской му­зы­ки. М., 1978; Grauzdi̦na I. Tūk­stoš me̅­le̅m e̅r­ge­les spe̅le̅. Rīga, 1987; Лин­ден­бер­га В. Б. В по­ис­ках со­вре­мен­но­сти. Л., 1988; Му­зы­ка Со­вет­ской Лат­вии / Сост. Л. Мур­ние­це. Ри­га, 1988; Ka̅r­kli̦nš L. Sim­fo­niska muz­ika Lat­vija. Rīga, 1990; Лат­вия // Из ис­то­рии ор­ган­ной куль­ту­ры 16–20 вв. М., 2007; Se­lected writ­ings on Lat­vian mu­sic: a bib­li­og­ra­phy / Ed. J. Braun, K. Bram­bats. Mün­ster, 1985.

Те­атр. Лит.: Кунд­зинь К. Ла­тыш­ский те­атр. Очерк ис­то­рии. М., 1963; Kundzi̦nš K. Lat­viešu tea̅tra ve̅s­ture. Rīga, 1968–1972. Se̅j. 1–2; Gre̅vi̦nš M. Dailes tea̅tris. Rīga, 1971; Lat­viešu pa­domju tea̅tra ve̅s­ture. Rīga, 1973–1974. Se̅j. 1–2; Rad­zobe S., Tišheiz­ere E., Zelti̦na G. Lat­vi­jas tea̅­t­ris. 70–80. gadi. Rīga, 1993–1995. [Se̅j. 1–2]; 20. gad­simta tea̅tra režija pasaule̅ un Lat­vija̅. Rīga, 2002; Lat­vi­jas Na­ciona̅l­ais tea̅tris. Rīga, 2004; Tea̅tra režija Bal­tija̅. Rīga, 2006; Lat­vi­jas tea̅tris. 20. gs. 90. gadi un gad­simtu mija. Rīga, 2007.

Ба­лет. Лит.: Brants G. Lat­viešu balets. Rīga, 1937; Vi­duleja L. Balets. Rīga, 1959; Кунд­зинь К. Ла­тыш­ский те­атр. Очерк ис­то­рии. М., 1963; Šta̅ls G. Lat­viešu balets. Rīga, 1964; Vosk­re­sen­ska J. Lat­viešu pa­domju balets. Rīga, 1978; Ti­vums E. Nakts ar primabalerīnu. Rīga, 1996; Bite I. Lat­vi­jas balets. Rīga, 2002; Ti­vums E., Va­sil­jeva I. Aivars Lei­manis Lat­vi­jas baleta̅. Rīga, 2008.

Ки­но. Лит.: Kino. Kinoskatīta̅ja ro­kasgra̅mata. Rīga, 1980; Ауг­ст­кал­на М. А. Бу­ровс и его кук­лы. Ри­га, 1986; Pa­domju Lat­vi­jas ki­noma̅k­sla. Rīga, 1989; Кры­жа­нов­ский Б. Н. А. Бу­ровс. М., 1990; Par sevi, par savu dzīvi, par savu dar­bu kino: Lat­viešu ak­tier­filmu režisori. Rīga, 1991; Matīsa K. Veca̅s, laba̅s... Lat­viešu ki­no­k­la­si­kas 50 spoža̅ka̅s pe̅r­les. Rīga, 2005.

Цирк. Лит.: Ро­ланд К. Бе­лый кло­ун. Ри­га, 1961; Мар­ков Е. Ро­ж­де­ние кол­лек­ти­ва // Со­вет­ская эс­т­ра­да и цирк. 1966. № 3; Бла­гов Ю. Юби­лей Риж­ско­го цир­ка // Там же. 1976. № 1.

Вернуться к началу