Подпишитесь на наши новости
Вернуться к началу с статьи up
 

ВЛАДИ́МИРО-СУ́ЗДАЛЬСКАЯ ШКО́ЛА

Владимиро-суздальская школа. Дмитриевский собор во Владимире. 1193–97(?).
Владимиро-суздальская школа. «Павел и Матфей». Фрагмент фрески в Дмитриевском соборе во Владимире. Ок. 1197.

ВЛАДИ́МИРО-СУ́ЗДАЛЬСКАЯ ШКО́ЛА, од­на из наи­бо­лее зна­чит. школ др.-рус. изо­бра­зит. иск-ва и ар­хи­тек­ту­ры. Сло­жи­лась в Се­ве­ро-Вост. Ру­си в 12 – 1-й пол. 13 вв. Ис­хо­дя из тра­ди­ций ху­дож. куль­ту­ры до­мон­голь­ской Ру­си, зод­чие В.-с. ш. соз­да­ли про­из­ве­де­ния, от­ме­чен­ные осо­бой утон­чён­но­стью об­ли­ка, гар­мо­нич­но­стью и че­кан­но­стью форм, на­ряд­ным де­ко­ром. Ве­ли­ча­вая ста­тич­ность масс, су­ро­вая ску­пость уб­ран­ст­ва ран­них по­стро­ек (Спа­со-Пре­об­ра­жен­ский со­бор в Пе­ре­слав­ле-За­лес­ском, 1152–60; ц. Бо­ри­са и Гле­ба в Ки­дек­ше, 1152) вско­ре сме­ня­ют­ся но­вы­ми ар­хит. фор­ма­ми, в ко­то­рых ор­га­ни­че­ски со­че­та­ют­ся со­вер­шен­ст­во кон­ст­рук­ции, яс­ность про­пор­ций, про­ду­ман­ность сис­те­мы де­ко­ра (Ус­пен­ский со­бор во Вла­ди­ми­ре). Точ­но най­ден­ные со­от­но­ше­ния масс в со­че­та­нии с вир­ту­оз­но вы­пол­нен­ны­ми, иду­щи­ми, ви­ди­мо, от ро­ман­ско­го сти­ля рез­ны­ми пор­та­ла­ми, ар­ка­тур­но-ко­лон­ча­ты­ми поя­са­ми, рель­еф­ны­ми ком­по­зи­ция­ми оп­ре­деля­ют ар­хит. об­ра­зы ве­ли­че­ст­вен­но­го кня­же­ско­го двор­ца в Бо­го­лю­бо­ве, строй­ной и изящ­ной По­кро­ва на Нер­ли церк­ви, мо­но­лит­но­го, чуть груз­но­ва­то­го Дмит­ри­ев­ско­го со­бо­ра во Вла­ди­ми­ре. В строи­тель­ст­ве 13 в. уси­ли­ва­ет­ся жи­во­пис­но-де­ко­ра­тив­ное на­ча­ло: по­яв­ля­ют­ся ки­ле­вид­ные за­ко­ма­ры, ша­ро­вид­ные «бу­си­ны» на пор­та­лах (Ро­ж­де­ст­вен­ский со­бор в Суз­да­ле, 1222–25), рез­ные ор­намен­ты и мно­го­фи­гур­ные ком­по­зи­ции поч­ти сплошь за­пол­ня­ют по­верх­ности фа­са­дов (Ге­ор­ги­ев­ский со­бор в Юрь­е­ве-Поль­ском). В рос­пи­сях (фре­ски Дмит­ри­ев­ско­го со­бо­ра во Вла­ди­ми­ре, ок. 1197, с уча­сти­ем греч. мас­те­ров) и от­дель­ных со­хра­нив­ших­ся ико­нах («Дмит­рий Со­лун­ский», кон. 12 – нач. 13 вв., ГТГ) изы­скан­ный ко­ло­рит, пла­стич­ная цве­то­вая леп­ка под­чёр­ки­ва­ют мо­ну­мен­таль­ную зна­чи­тель­ность и од­но­вре­мен­но оду­хо­тво­рён­ность об­ра­зов. На­сле­дие В.-с. ш. в 14–15 вв. по­слу­жи­ло од­ним из гл. ис­точ­ни­ков для воз­ник­но­ве­ния и раз­ви­тия мо­с­ков­ской шко­лы др.-рус. ис­кус­ст­ва.

Лит.: Во­ро­нин Н. Н. Зод­че­ст­во Се­ве­ро-Вос­точ­ной Ру­си XII – XV вв. М., 1961. Т. 1; Ваг­нер Г. К. Скульп­ту­ра Вла­ди­ми­ро-Суз­даль­ской Ру­си: Юрь­ев-Поль­ский. М., 1964; он же. Ис­кус­ст­во мыс­лить в кам­не: (Опыт функ­цио­наль­ной ти­по­ло­гии па­мят­ни­ков древ­не­рус­ской ар­хи­тек­ту­ры). М., 1990.

Вернуться к началу