Подпишитесь на наши новости
Вернуться к началу с статьи up
 

ЧУВА́ШИ́

  • рубрика

    Рубрика: Этнология

  • родственные статьи
  • image description

    В книжной версии

    Том 34. Москва, 2017, стр. 629-631

  • image description

    Скопировать библиографическую ссылку:




Чувашский костюм: 1 – вирьял; 2 – анат-енчи; 3 – анатри. Для женского костюма характерны вышивка женской рубахи (нагрудная – кеске, наплечная – хултармач), полотенчатый головной убор сурпан и обшитая ... Рис. Е.Н. Федорченко

ЧУВА́ШИ́ (са­мо­на­зва­ние – чǎваш), тюрк. на­род в Рос­сии. Осн. на­се­ле­ние Чу­ва­шии (814,8 тыс. чел.). Жи­вут так­же на юго-за­па­де и юге Та­тар­ста­на (116,3 тыс. чел., в осн. Дрож­жа­нов­ский, Бу­ин­ский, Те­тюш­ский, Аль­ке­ев­ский, Нур­лат­ский, Ак­су­ба­ев­ский рай­оны), юго-за­па­де Баш­кор­то­ста­на (107,5 тыс. чел., круп­ней­шая эт­нич. груп­па в Биж­бу­ляк­ском рай­оне), се­ве­ре и се­ве­ро-вос­то­ке Уль­я­нов­ской обл. (95 тыс. чел., в осн. Но­во­ма­лык­лин­ский, Ме­ле­кес­ский, Чер­дак­лин­ский, Уль­я­нов­ский, Циль­нин­ский, Майн­ский, Те­рень­гуль­ский, Сен­ги­ле­ев­ский рай­оны), се­ве­ро-вос­то­ке Са­мар­ской обл. (84,1 тыс. чел., пре­им. Шен­та­лин­ский, Чел­но-Вер­шин­ский, Кляв­лин­ский, Ка­мыш­лин­ский, По­хви­ст­нев­ский, Исак­лин­ский, Сер­ги­ев­ский, Кош­кин­ский рай­оны), в Мо­ск­ве и Моск. обл. (26,8 тыс. чел.), Тю­мен­ской обл. (25,7 тыс. чел.) и др.; все­го в Рос­сии 1,4 млн. чел. (2010, пе­ре­пись). Го­во­рят гл. обр. на чу­ваш. язы­ке, рас­про­стра­не­ны так­же рус., тат. и др. язы­ки. Ве­рую­щие в осн. пра­во­слав­ные.

Сло­жи­лись на ос­но­ве тюрк. и фин­но-угор­ско­го на­се­ле­ния Ср. По­вол­жья. Их пред­ка­ми на­зы­ва­лись волж­ско-кам­ские бул­га­ры (Н. И. Аш­ма­рин, венг. тюр­ко­лог З. Гом­боц, фин. язы­ко­вед М. Ря­сянен и др.), гун­ны (В. В. Бар­тольд, Л. Н. Гу­ми­лёв), ава­ры (рос. ар­хео­лог М. Г. Ху­дя­ков), оно­гу­ры, су­ва­ры-са­ви­ры (к име­ни ко­то­рых воз­во­дят назв. «Ч.») и др. По­сле монг. на­ше­ст­вия и осо­бен­но со 2-й пол. 14 в. болг. на­се­ле­ние ле­во­бе­ре­жья Вол­ги пе­ре­се­ля­лось на за­пад, на Гор­ную сто­ро­ну, и на пра­во­бе­ре­жье ниж­ней Су­ры, ас­си­ми­ли­ро­вав зна­чит. часть ма­рий­цев (в рус. ис­точ­ни­ках они про­дол­жа­ли на­зы­вать­ся че­ре­ми­са­ми, на­гор­ны­ми че­ре­ми­са­ми, че­ре­мис­ски­ми та­та­ра­ми), а так­же на ниж­нюю Ка­му и Вят­ку (бу­ду­щая Чу­ваш­ская да­ру­га); об­ра­зо­ва­лись груп­пы «гор­ных» Ч. (ту­ри) на пра­вом бе­ре­гу Вол­ги и «степ­ных», или «кам­ских», Ч. – на ле­вом. В со­ста­ве Ка­зан­ско­го хан­ст­ва «Ч.» на­зы­ва­лось тюрк­ское не при­няв­шее ис­лам ясач­ное на­се­ле­ние. Управ­ля­лись ок­руж­ны­ми князь­я­ми (эм­пю), «князь­ка­ми» (пю), «сот­ни­ка­ми» (сер­пю), «де­сят­ни­ка­ми» и «тар­ха­на­ми» (вун­пю). Часть их бы­ла об­ра­ще­на в ис­лам и ас­си­ми­ли­ро­ва­на та­та­ра­ми. По­сле взя­тия Ка­за­ни в 1552 и при­сое­ди­не­ния Ср. По­вол­жья к Рос­сии Ч. пе­ре­се­ля­лись на «но­вые зем­ли» (се­не сер) в ма­ло­люд­ные рай­оны «ди­ко­го по­ля» (юг совр. Та­тар­ста­на, се­вер Са­мар­ской и Уль­я­нов­ской об­лас­тей), в 16–17 вв. – так­же в Баш­ки­рию и Зап. Си­бирь. С 17 в., осо­бен­но с 1740 (об­ра­зо­ва­ние Кон­то­ры но­во­кре­щен­ских дел), об­ра­ща­лись в пра­во­сла­вие. В 1769 по ини­циа­ти­ве ар­хи­еп. Ка­зан­ско­го Ве­ниа­ми­на (Пу­це­ка-Гри­го­ро­ви­ча) вы­шла пер­вая грам­ма­ти­ка чу­ваш. яз. («Со­чи­не­ния, при­над­ле­жа­щие к грам­ма­ти­ке чу­ваш­ско­го язы­ка»). Зна­чит. часть Ч., осо­бен­но на юго-вос­то­ке, «ухо­ди­ла в та­та­ры», т. е. при­ни­ма­ла ис­лам. Со 2-й пол. 19 в. раз­ви­ва­ет­ся обу­че­ние на чу­ваш. язы­ке, в 1906–07 вы­хо­дит пер­вая чу­ваш. газ. «Хы­пар» («Весть»). По пе­ре­пи­си 1897, на­счи­ты­ва­лось 843,6 тыс. Ч., в т. ч. в Ка­зан­ской губ. – 502 тыс. чел., Сим­бир­ской губ. – 159,8 тыс. чел., Са­мар­ской губ. – 91,8 тыс. чел., Са­ра­тов­ской губ. – 14,4 тыс. чел., Орен­бург­ской губ. – 5,1 тыс. чел.

К 18 в. сфор­ми­ро­ва­лись совр. эт­но­гра­фич. груп­пы Ч.: вер­хо­вые (вирь­ял, ту­ри, кай-енчи) – на се­ве­ро-за­па­де (пра­во­бе­ре­жье ниж­ней Су­ры и вер­хо­вья р. Боль­шой Ци­виль – Яд­рин­ский, Мор­га­уш­ский, Али­ков­ский, Крас­но­че­тай­ский районы, б. ч. Шу­мер­лин­ско­го, Вур­нар­ского, Крас­но­ар­мей­ско­го, за­пад Ци­виль­ско­го и Че­бок­сар­ско­го рай­онов), сред­не­ни­зо­вые (анат-ен­чи) – на се­ве­ро-вос­то­ке (р. Ци­виль, ни­зо­вья Боль­шо­го Ци­ви­ля и Ма­ло­го Ци­ви­ля – во­сток Че­бок­сар­ско­го р-на, Ма­ри­ин­ско-По­сад­ский, Коз­лов­ский рай­о­ны и б. ч. Ци­виль­ско­го р-на) и ни­зо­вые (анат­ри) – на юго-вос­то­ке (вер­хо­вья рек Ма­лый Ци­виль, Куб­ня, Бу­ла, Кар­лы, Безд­на – Ур­мар­ский, Ян­ти­ков­ский рай­о­ны, юг Ци­виль­ско­го р-на, Ка­наш­ский, Иб­ре­син­ский, Ком­со­моль­ский, Яль­чик­ский, Ба­ты­рев­ский, Ше­мур­шин­ский рай­о­ны, вос­ток Ала­тыр­ско­го р-на и за пре­де­ла­ми Чу­ва­шии). Пред­по­ла­га­ет­ся, что анат-ен­чи в боль­шей сте­пе­ни со­хра­ни­ли куль­ту­ру болг. пред­ков; вирь­ял ис­пы­та­ли влия­ние ма­рий­цев, анат­ри сфор­ми­ро­вались в ре­зуль­та­те ос­вое­ния «ди­ко­го по­ля» под влия­ни­ем ка­зан­ских та­тар и ми­ша­рей. Осн. тра­диц. за­ня­тие – па­шен­ное зем­ле­де­лие (рожь, овёс, яч­мень, ко­но­п­ля, лён и др.); гл. ору­дие – плуг (ака­пусь), с вве­де­ни­ем па­ро­вой сис­те­мы – со­ха (су­ха­пусь) и со­ха-ко­суля (ча­лаш-ака­пусь). Из до­маш­них жи­вот­ных важ­ную роль иг­ра­ла ло­шадь (ко­ни­на слу­жи­ла об­ря­до­вой пи­щей). Бы­ли раз­ви­ты тка­че­ст­во (холст, сук­но), вы­шив­ка (те­ре), ва­ля­ние шер­сти, об­ра­бот­ка де­ре­ва, у вирь­ял – из­го­тов­ле­ние гну­той и пле­тё­ной ме­бе­ли. С кон. 19 в. рас­простра­ни­лось от­ход­ни­че­ст­во. По­се­ле­ния (ял) име­ли ку­че­вую пла­ни­ров­ку (де­ли­лись на па­тро­ни­мич. уча­ст­ки – «кон­цы», ка­сы), рас­по­ла­га­лись гнёз­да­ми, на юге – вдоль рек; у вирь­ял на­счи­ты­ва­ли до 70, у анат-ен­чи и, осо­бен­но, у анат­ри – до 1000 дво­ров. Усадь­ба име­ла пе­ред­ний (кил­кар­ти, кар­тиш) и зад­ний (ан­кар­ти) дворы, со­стоя­ла из жи­ло­го до­ма (пюрт, сурт), ко­нюш­ни, хле­ва (ви­те), лет­ней кух­ни (лась). Жи­ли­ще сруб­ное, с 19 в. с при­стро­ен­ны­ми се­ня­ми и кле­тью. Печь гли­но­бит­ная с кот­лом над от­кры­тым ше­ст­ком, ста­ви­лась у вхо­да усть­ем к пе­ред­ней сте­не; пе­ред­няя часть по­ме­ще­ния за­ни­ма­лась ши­ро­ки­ми на­ра­ми. Муж­чи­ны но­си­ли ту­ни­ко­об­раз­ную ру­ба­ху (ке­пе) и шта­ны (йем). Жен­ская ру­ба­ха у вирь­ял и анат-ен­чи ши­лась из бе­ло­го хол­ста с вы­шив­кой, под­вя­зыва­лась поя­сом (у вирь­ял – 2–3 поя­са­ми с на­пус­ком), у анат­ри с сер. 19 в. – из клет­ча­той пе­ст­ря­ди с тре­мя обор­ка­ми кон­тра­ст­но­го цве­та по по­до­лу, час­то без поя­са; по­верх ру­ба­хи но­сил­ся пе­ред­ник (са­пун). Верх­няя одеж­да – су­кон­ные каф­та­ны (шу­бёр, сах­ман, азам), зи­мой – ов­чин­ная шу­ба (ке­рек). Лап­ти (ся­па­та) у вирь­ял – с чёр­ны­ми су­кон­ны­ми ону­ча­ми, у анат­ри – с бе­лы­ми су­кон­ны­ми или вя­за­ны­ми чул­ка­ми (та­ла чал­ха). Жен­ский го­лов­ной убор вклю­чал длин­ный (до 2,5 м) бе­лый по­ло­тен­чатый убор (су­рпан) с ор­на­мен­ти­ров. кон­ца­ми, спус­кав­ши­ми­ся на спи­ну, пла­ток (пусь-тут­ри, чал­ма), шап­ка на жё­ст­кой ос­но­ве (хуш­пу), об­ши­тая мо­не­та­ми и би­се­ром, с длин­ной ло­па­стью (хю­ре) сза­ди, у вирь­ял – уз­кая вы­ши­тая по­вяз­ка (мас­мак). Де­ви­чий го­лов­ной убор – круг­лая мо­нет­ная ша­поч­ка (ту­хья), у анат-ен­чи – с об­ши­тым би­се­ром ко­ну­сом на ма­куш­ке. Ук­ра­ше­ния – на­груд­ные (шар­са, су­ха, ама, шюл­ке­ме), че­рес­плеч­ные пе­ре­вя­зи (те­вет), на­спин­ные (пусь-хы­зя), по­яс­ные (са­ра, яр­кач) при­вес­ки.

Тра­диц. ре­ли­гия от­ра­жа­ет связь с ин­до-иран­ским зо­роа­ст­рий­ским кру­гом, вклю­ча­ет ве­ру в до­б­рых и злых бо­жеств во гла­ве с вер­хов­ным бо­гом (Сюл­ти Ту­ра, Ас­ла Ту­ра) и злым бо­же­ст­вом (Шуйт­тан). До­маш­ним по­кро­ви­те­лем бы­ла Йе­рех в ви­де жен­ской кук­лы, пе­ре­да­вав­шая­ся в се­мье по жен­ской ли­нии. Злым ду­хам (ки­ре­меть, ке­ре­меть) при­но­си­лись жерт­вы в свя­ти­ли­щах (ки­ре­меть) в ле­су, об­ря­да­ми ру­ко­во­ди­ли жре­цы (ке­ле­пу­зе, ма­ча­вар). Доб­рым бо­же­ст­вам по­свя­ща­лись об­ря­ды зем­ле­дельч. цик­ла (уй чю­ке и др.). Умер­ших хо­ро­ни­ли го­ло­вой на за­пад, на мо­ги­ле раз­во­ди­ли огонь, ку­да ки­да­ли жерт­вен­ную пи­щу, ук­ра­ше­ния, вы­ши­тые сур­па­ны и др., осе­нью (Юпа уй­ах – «ме­сяц стол­ба») ста­ви­ли ан­тро­по­морф­ную фи­гу­ру (юпа), для муж­чин – из ду­ба, для жен­щин – из ли­пы. К Свят­кам (Сур­ху­ри) бы­ли при­уро­че­ны мо­ло­дёж­ные об­ход­ные об­ря­ды с ко­ля­до­ва­ни­ем, ря­же­нье, га­да­ния, к Мас­ле­ни­це (Ся­вар­ни) – ка­та­ния по кру­гу на ло­ша­дях (ся­вар­ни чуп­ни), пе­че­ние бли­нов, сжи­га­ние чу­че­ла «ста­ру­хи» (Ся­вар­ни Кар­ча­ке), к Пас­хе (Ман­кун) – жерт­во­при­но­ше­ния солн­цу и пред­кам и мо­ло­дёж­ный об­ход­ной об­ряд с из­гна­ни­ем злых ду­хов ря­би­но­вы­ми пруть­я­ми (се­рен, ви­рен), к окон­ча­нию се­ва – «свадь­ба плу­га» (Ака­туй), по­сле че­го на­сту­пал пе­ри­од «бе­ре­мен­но­сти» зем­ли с жерт­во­при­но­ше­ния­ми и за­пре­том всех по­ле­вых ра­бот (син­се у вирь­ял, уя­ва – у анат-ен­чи), за­вер­шав­ший­ся ку­па­ни­ем и об­ли­ва­ни­ем во­дой (су­мар чюк – «мо­ле­ние о до­ж­де»); сбор уро­жая за­кан­чи­вал­ся мо­ле­ния­ми ду­ху ови­на (аван пат­ти) и при­го­тов­ле­ни­ем пи­ва (аван са­ри – «овин­ное пи­во»). Мо­ло­дёжь вес­ной и ле­том уст­раи­ва­ла хо­ро­во­ды (уяв, вайа, та­ка, пу­ху), зи­мой – по­си­дел­ки (улах, лар­ни). Фольк­лор – сказ­ки (юмах), ис­то­рич. пре­да­ния (ха­лап­сем), в т. ч. о ве­ли­ка­не Улы­пе. Нар. му­зы­ка на ос­но­ве пен­та­то­ни­ки. Пес­ни: про­тяж­ные (об­ря­до­вые; наи­бо­лее ар­хаи­че­ские), по­лу­про­тяж­ные (тру­до­вые, ли­рич., хо­ро­вод­ные, гос­те­вые), ско­рые (час­туш­ки так­мак и др.). Сре­ди муз. ин­ст­ру­мен­тов: во­лын­ки из пу­зы­ря (шыбр) и ко­жи жи­вот­но­го (срнай), т. н. чу­ваш­ские гус­ли (ксьле), 2-сто­рон­ний ци­лин­д­рич. ба­ра­бан (па­рап­пан), в 20 в. ши­ро­ко рас­про­стра­ни­лась гар­мо­ни­ка.

Лит.: Чу­ва­ши. Эт­ни­че­ская ис­то­рия и тра­ди­ци­он­ная куль­ту­ра. М., 2000; Ни­ко­ла­ев В. В., Ива­нов-Ор­ков Г. Н., Ива­нов В. П. Чу­ваш­ский кос­тюм от древ­но­сти до со­вре­мен­но­сти. М. [и др.], 2002.

Вернуться к началу