Подпишитесь на наши новости
Вернуться к началу с статьи up
 

РАБО́ЧИЙ КЛАСС

Авторы: Д. О. Чураков (рабочий класс в России)

РАБО́ЧИЙ КЛАСС, со­ци­аль­ная груп­па на­ём­ных ра­бот­ни­ков в сфе­ре ма­те­ри­аль­но­го про­из­вод­ст­ва и ус­луг, воз­ник­шая в ин­ду­ст­ри­аль­ном об­ще­ст­ве. Тер­мин «Р. к.» сбли­жа­ет­ся с тер­ми­ном «про­ле­та­ри­ат» (в мар­ксиз­ме – лю­ди, не вла­дею­щие ору­дия­ми и сред­ст­ва­ми про­из-ва и про­даю­щие свою ра­бо­чую си­лу). Не­ко­то­рые ав­то­ры рас­смат­ри­ва­ли «про­ле­та­ри­ат» как по­ня­тие ли­бо бо­лее ши­ро­кое, чем Р. к. (не­иму­щие и обез­до­лен­ные лю­ди), ли­бо бо­лее уз­кое (ра­бот­ни­ки фи­зич. тру­да). Для оп­ре­де­ле­ния де­клас­си­ро­ван­ных эле­мен­тов (бро­дя­ги, ни­щие и др.) не­ред­ко ис­поль­зу­ет­ся тер­мин «люм­пен-про­ле­та­ри­ат».

Пред­по­сыл­ки к воз­ник­но­ве­нию Р. к. в ев­роп. го­су­дар­ст­вах тра­ди­ци­он­но свя­зы­ва­ют­ся с про­цес­сом пер­во­на­чаль­но­го на­ко­п­ле­ния ка­пи­та­ла и по­яв­ле­ни­ем в 16 в. ма­ну­фак­тур­но­го про­из-ва (см. Ма­ну­фак­ту­ра). Ли­ше­ние не­по­средств. про­из­во­ди­те­лей, ра­бо­тав­ших в собств. мас­тер­ских, воз­мож­но­сти са­мо­сто­ят. вы­хо­дить на ры­нок, ра­зо­ре­ние ре­мес­лен­ни­ков и кре­сть­ян при­ве­ли к фор­ми­ро­ва­нию ма­ну­фак­тур­но­го про­ле­та­риа­та (пред­про­ле­та­риа­та; 16 – кон. 18 вв.), ко­то­рый ещё со­хра­нял оп­ре­де­лён­ные воз­мож­но­сти ре­гу­ли­ро­вать собств. тру­до­вую дея­тель­ность, не­ред­ко бла­го­да­ря об­ла­да­нию собств. ору­дия­ми про­из-ва (ткац­кие стан­ки, прял­ки и др.). Про­мыш­лен­ная ре­во­лю­ция при­ве­ла к фор­ми­ро­ва­нию Р. к. в его клас­сич. фор­ме (кон. 18 – сер. 20 вв.). С раз­ви­ти­ем фаб­рич­но-за­во­д­ско­го про­из-ва и пе­ре­хо­дом к мас­со­во­му вы­пус­ку то­ва­ров, с вне­дре­ни­ем сис­тем фор­диз­ма и тей­ло­риз­ма воз­мож­но­сти ра­бо­чих ре­гу­ли­ро­вать свою тру­до­вую дея­тель­ность рез­ко со­кра­ти­лись.

Край­не тя­жё­лые ус­ло­вия тру­да и жиз­ни [ра­бо­чий день до 15–16 ч в сут (сер. 19 в.), не­щад­ная экс­плуа­та­ция, в т. ч. жен­щин и де­тей, низ­кая оп­ла­та тру­да, ан­ти­са­ни­та­рия и др.] не­ук­лон­но обо­ст­ря­ли про­ти­во­ре­чия ме­ж­ду Р. к. и бур­жуа­зи­ей, при­да­вая им кон­фликт­ный ха­рак­тер (см. Луд­ди­ты, Ли­он­ские вос­ста­ния 1831, 1834), ква­ли­фи­ци­ро­ва­лись К. Марк­сом как клас­со­вая борь­ба. С сер. 19 в. Р. к. стал всё ши­ре во­вле­кать­ся в по­ли­тич. жизнь [напр., в рам­ках чар­ти­ст­ско­го дви­же­ния (см. Чар­тизм), в хо­де Ре­во­лю­ции 1848–49 во Фран­ции], на­чал осоз­на­вать се­бя как са­мо­сто­ят. по­ли­тич. си­лу, соз­да­вать собств. пар­тии и ме­ж­ду­нар. объ­е­ди­не­ния, вы­сту­пил с пре­тен­зи­ей на за­вое­ва­ние вла­сти (см. Па­риж­ская ком­му­на 1871).

Од­на­ко вплоть до 2-й пол. 19 в. Р. к. был ещё от­но­си­тель­но ма­ло­чис­лен­ным (во Фран­ции 2,5 млн. чел., в герм. го­су­дар­ст­вах ок. 1 млн. чел., в США 1,4 млн. чел. – дан­ные за 1848–51). В Ве­ли­ко­бри­та­нии, где пром. ре­во­лю­ция на­ча­лась рань­ше все­го, на­блю­да­лось осо­бое по­ло­же­ние: Р. к. уже в 1850-е гг. со­став­лял ок. 15% нас. (4,1 млн. чел.). В по­сле­дую­щий пе­ри­од, по ме­ре раз­ви­тия про­цес­сов ин­ду­ст­риа­ли­за­ции, его чис­лен­ность су­ще­ст­вен­но воз­рос­ла: ок. 12 млн. чел. в Ве­ли­ко­бри­та­нии (1901), 7 млн. чел. в США (1900), 6 млн. чел. в Гер­ма­нии (1895), 5 млн. чел. во Фран­ции (1895). Тем­пы рос­та чис­лен­но­сти Р. к. тес­но свя­за­ны с об­щей ди­на­ми­кой эко­но­мич. раз­ви­тия разл. го­су­дарств; они бы­ли вы­ше в стра­нах «но­во­го» ка­пи­та­лиз­ма (США, Гер­ма­ния) и ни­же в стра­нах «ста­ро­го» ка­пи­та­лиз­ма (Ве­ли­ко­бри­та­ния, Фран­ция). Внутр. струк­ту­ра Р. к. так­же пре­тер­пе­ла из­ме­не­ния. Ес­ли в 18 – 1-й пол. 19 вв. его яд­ро со­став­ля­ли ра­бо­чие тек­стиль­ной и гор­ной пром-сти, то со 2-й пол. 19 в. уве­ли­чи­ва­лась чис­лен­ность за­ня­тых в ме­тал­лур­гии и на транс­пор­те, с 1-й пол. 20 в. – так­же за­ня­тых в ма­ши­но­строе­нии, свя­зи, элек­тро-, га­зо- и во­до­снаб­же­нии и др.

Со 2-й пол. 19 в. на­ча­лось фор­ми­ро­ва­ние Р. к. в Азии, Аф­ри­ке, Лат. Аме­ри­ке, Ав­ст­ра­лии. Серь­ёз­ное влия­ние на этот про­цесс ока­за­ли ев­роп. им­ми­гра­ция, бо­лее ак­тив­ное под­клю­че­ние не­ев­ро­пей­ских го­су­дарств к ми­ро­вой ка­пи­та­ли­стич. сис­те­ме (гл. обр. в ка­че­ст­ве по­став­щи­ков сы­рья и «ко­ло­ни­аль­ных то­ва­ров») при су­ще­ст­вен­ной ро­ли в их эко­но­мич. раз­ви­тии ев­роп. и сев.-амер. ка­пи­та­ла. Р. к., со­сре­до­то­чен­ный в наи­бо­лее раз­ви­тых «пе­ри­фе­рий­ных» стра­нах и ко­лониях (Япо­ния, Брит. Ин­дия, Юж.-Афр. Союз, Мек­си­ка, Ар­ген­ти­на, Чи­ли), ос­та­вал­ся от­но­си­тель­но не­мно­го­чис­лен­ным: в Япо­нии в 1914 – 1,125 млн. чел., в Лат. Аме­ри­ке на ру­бе­же 19–20 вв. – ок. 2,3–2,8 млн. чел. (вме­сте с план­тац. ра­бо­чи­ми и низ­ко­оп­ла­чи­вае­мы­ми слу­жа­щи­ми). Его раз­ви­тие, по срав­не­нию со стра­на­ми Зап. Ев­ро­пы и США, от­ли­ча­лось за­мед­лен­ны­ми тем­па­ми.

К кон. 19 в., по ме­ре раз­ви­тия ра­бо­че­го дви­же­ния, пра­ви­тель­ст­ва ев­роп. го­су­дарств и США на­ча­ли пред­при­ни­мать ак­тив­ные ша­ги по пре­дот­вра­ще­нию ре­во­люц. вы­сту­п­ле­ний ра­бо­чих, обес­пе­че­нию под­держ­ки ими су­ще­ст­вую­щих по­ли­тич. ре­жи­мов. Эта про­бле­ма ре­ша­лась пу­тём при­ня­тия со­ци­аль­ных за­ко­нов, при­зван­ных улуч­шить ус­ло­вия тру­да и жиз­ни ра­бо­чих (клас­сич. при­мер – со­ци­аль­ное за­ко­но­да­тель­ст­во 1881–89 в Гер­ма­нии, вве­дён­ное пра­ви­тель­ст­вом О. фон Бис­мар­ка), и под­держ­ки ре­фор­ми­ст­ских сил в ра­бо­чем дви­же­нии, вплоть до до­пус­ка их пред­ста­ви­те­лей в пра­ви­тель­ст­ва. В этот пе­ри­од яр­ко про­яви­лась так­же тен­ден­ция к рос­ту раз­ли­чий в оп­ла­те тру­да ра­бо­чих, на­ча­лись про­цес­сы внутр. диф­фе­рен­циа­ции Р. к., при­вед­шие к вы­де­ле­нию в нём при­ви­ле­ги­ро­ван­но­го слоя ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных ра­бот­ни­ков фи­зич. тру­да (ра­бо­чей ари­сто­кра­тии), си­них во­рот­нич­ков. В го­ды 1-й ми­ро­вой вой­ны на вол­не пат­рио­тич. на­строе­ний и на­цио­на­лиз­ма, за­хле­ст­нув­ших об­ще­ст­ва ве­ду­щих стран Ев­ро­пы и Аме­ри­ки, пра­вя­щим кру­гам под ло­зун­га­ми «клас­со­во­го ми­ра» уда­лось серь­ёз­но про­дви­нуть­ся в де­ле ин­те­гра­ции Р. к. в су­ще­ст­вую­щие об­ществ.-по­ли­тич. струк­ту­ры. Од­на­ко ми­ро­вой ре­во­люц. подъ­ём 1917–23, на­ча­ло ко­то­ро­му по­ло­жи­ла Ок­тябрь­ская ре­во­лю­ция 1917 в Рос­сии, яс­но по­ка­зал, что Р. к. по-преж­не­му со­хра­ня­ет про­те­ст­ный по­тен­ци­ал и пре­тен­зии на по­ли­тич. власть. Для их ней­тра­ли­за­ции пра­ви­тель­ст­ва стран, ох­ва­чен­ных вы­сту­п­ле­ния­ми ра­бо­чих, бы­ли вы­ну­ж­де­ны пой­ти на серь­ёз­ные со­ци­аль­но-по­ли­тич. и эко­но­мич. ус­туп­ки (ус­та­нов­ле­ние 8-ча­со­во­го ра­бо­че­го дня; вве­де­ние сис­тем со­ци­аль­но­го стра­хо­ва­ния, уре­гу­ли­ро­ва­ния тру­до­вых кон­флик­тов, за­клю­че­ния та­риф­ных до­го­во­ров; пре­дос­тав­ле­ние все­об­ще­го из­би­рат. пра­ва; ши­ро­кое при­вле­че­ние пар­тий, пред­став­ляю­щих ин­те­ре­сы Р. к., к управ­ле­нию го­су­дар­ст­вом и пр.). Тен­ден­ция к даль­ней­шей ак­ти­ви­за­ции со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки пра­ви­тельств как сред­ст­ва обес­пе­че­ния под­держ­ки ра­бо­чи­ми су­ще­ст­вую­ще­го строя про­сле­жи­ва­лась и в ус­ло­ви­ях ми­ро­во­го эко­но­мич. кри­зи­са 1929–33, ко­гда в ря­дах без­ра­бот­ных ока­за­лись мил­лионы пред­ста­ви­те­лей Р. к. («но­вый курс» Ф. Д. Руз­вель­та в США и др.). В 1930-е гг. в ря­де стран (Фран­ция, Ис­па­ния и др.) Р. к. стал вы­ра­зи­те­лем идей На­род­но­го фрон­та. В то же вре­мя в на­ци­ст­ской Гер­ма­нии, фа­ши­ст­ской Ита­лии и ря­де др. стран, в ко­то­рых ус­та­но­ви­лись ав­то­ри­тар­ные, ре­прес­сив­ные ре­жи­мы, Р. к. ли­шил­ся воз­мож­но­сти иг­рать са­мо­сто­ят. об­ществ.-по­ли­тич. роль.

Во вре­мя 2-й ми­ро­вой вой­ны Р. к. был опо­рой Дви­же­ния Со­про­тив­ле­ния на тер­ри­то­рии стран, ок­ку­пи­ро­ван­ных Гер­ма­ни­ей, Ита­ли­ей, Япо­ни­ей и их со­юз­ни­ка­ми. По­сле 1945 в ус­ло­ви­ях раз­ви­тия в зап. стра­нах ин­сти­ту­тов «со­ци­аль­но­го го­су­дар­ст­ва» (см. в ст. Го­су­дар­ст­во все­об­ще­го бла­го­ден­ст­вия) ма­те­ри­аль­ные ус­ло­вия жиз­ни Р. к. улуч­ши­лись; ши­ро­кое рас­про­стра­не­ние по­лу­чи­ли разл. ин­ст­ру­мен­ты смяг­че­ния со­ци­аль­ных кон­флик­тов и сни­же­ния про­те­ст­ной ак­тив­но­сти Р. к.: уча­стие ра­бо­чих в управ­ле­нии про­из-вом (че­рез вве­де­ние их пред­ста­ви­те­лей в на­блю­дат. со­ве­ты ком­па­ний), в при­бы­лях пред­при­ятий, на ко­то­рых они тру­дят­ся (пу­тём про­да­жи, ино­гда бес­плат­но­го пре­дос­тав­ле­ния им до­ли ак­ций), и др. Не­рав­но­мер­ность чис­лен­но­го рос­та Р. к. по стра­нам со­хра­ня­лась. Ес­ли в Ве­ли­ко­бри­та­нии и Фран­ции рост был мед­лен­ным (со­от­вет­ст­вен­но с 11,5 млн. чел. в 1951 до 12,5 млн. чел. в 1966 и с 6,6 млн. чел. в 1954 до 8,5 млн. чел. в 1971), то в го­су­дар­ст­вах, пе­ре­жи­вав­ших по­сле 2-й ми­ро­вой вой­ны пе­рио­ды «эко­но­мич. чу­да», весь­ма вы­со­ким (в ФРГ с 8,2 млн. чел. в 1950 до 13,7 млн. чел. в 1971, в Япо­нии – с 8,8 млн. чел. в 1950 до 19,7 млн. чел. в 1970). Чис­лен­ность ра­бо­чих тра­диц. от­рас­лей сни­жа­лась, в то вре­мя как за­ня­тых в но­вых от­рас­лях (элек­тро­ни­ка, ра­дио­тех­ни­ка, неф­те­хи­мия) уве­ли­чи­ва­лась бы­ст­ры­ми тем­па­ми.

На­уч­но-тех­ни­че­ская ре­во­лю­ция и пе­ре­ход, на­чи­ная с 1970-х гг., к по­стин­ду­ст­ри­аль­но­му об­ще­ст­ву ока­за­ли на Р. к. глу­бо­кое воз­дей­ст­вие. Мас­штаб­ное рас­ши­ре­ние сек­то­ра ус­луг и сни­же­ние зна­че­ния от­рас­лей до­бы­ваю­щей и об­ра­ба­ты­ваю­щей пром-сти при­ве­ли к со­кра­ще­нию чис­ла пром. ра­бо­чих. Во 2-й пол. 2000-х гг. в ря­де раз­ви­тых стран на их до­лю при­хо­ди­лось лишь ок. 20% (США, Ве­ли­ко­бри­та­ния, Фран­ция и др.) ли­бо ок. 25–30% (Япо­ния, Гер­ма­ния, Ита­лия и др.) от об­ще­го чис­ла ра­бо­чих. Глу­бокие из­ме­не­ния в тех­но­ло­гии и ор­га­ни­за­ции про­из-ва (ком­пь­ю­те­ри­за­ция, ро­бо­ти­за­ция и др.) по­вы­си­ли роль вы­со­ко­ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных ра­бот­ни­ков не­фи­зич. тру­да. В ус­ло­ви­ях рас­про­стра­не­ния пост- и не­офор­ди­ст­ских ме­то­дов ор­га­ни­за­ции про­из-ва, «ин­ди­ви­дуа­ли­за­ции тру­да» (по М. Кас­тель­су) по­лу­чи­ли даль­ней­шее раз­ви­тие про­цес­сы внутр. диф­фе­рен­циа­ции Р. к., на­ме­ти­лась тен­ден­ция сра­щи­ва­ния его вы­со­ко­ква­ли­фи­ци­ро­ван­но­го верх­не­го слоя со сред­ним клас­сом. Су­ще­ст­во­вав­шая струк­ту­ра Р. к. под­вер­глась серь­ёз­ным из­ме­не­ни­ям и в ре­зуль­та­те не­окон­сер­ва­тив­ной по­ли­ти­ки ря­да зап. пра­ви­тельств (М. Тэт­чер в Ве­ли­ко­бри­та­нии, Р. Рей­ган в США и др.).

Мас­штаб­ные из­ме­не­ния в струк­ту­ре и об­ществ.-по­ли­тич. по­ло­же­нии Р. к. сти­му­ли­ро­ва­ли про­цесс пе­ре­ос­мыс­ле­ния мар­кси­ст­ских по­ло­же­ний об «ис­то­рич. мис­сии» и ре­во­люц. ро­ли про­ле­та­риа­та (с раз­ных по­зи­ций кри­ти­ко­ва­лись Д. Бел­лом, Г. Мар­ку­зе и др.), о его соста­ве (кон­цеп­ции «но­вой мел­кой бур­жуа­зии» Н. Пу­лан­за­са, «про­ти­во­ре­чи­вых клас­со­вых по­зи­ций» амер. со­цио­ло­га Э. Рай­та и др.), об от­но­си­тель­ной ро­ли объ­ек­тив­ных и субъ­ек­тив­ных фак­то­ров в его фор­ми­ро­ва­нии и эво­лю­ции (П. Бур­дье и др.).

Раз­ви­тие Р. к. в стра­нах т. н. третье­го ми­ра от­ли­ча­лось су­ще­ст­вен­ной спе­ци­фи­кой. В ус­ло­ви­ях бо­лее позд­ней (по срав­не­нию с зап. го­су­дар­ст­ва­ми) ин­ду­ст­риа­ли­за­ции в них на­блю­дал­ся бур­ный рост Р. к., пре­ж­де все­го за счёт вклю­че­ния в его со­став сель­ско­го на­се­ле­ния, миг­ри­ро­вав­ше­го в го­ро­да (в КНР чис­лен­ность дан­ной груп­пы в 2000-х гг. оце­ни­ва­лась в 100–200 млн. чел.). В ря­де афр. стран (Еги­пет, Ни­ге­рия и др.) к нач. 1980-х гг. за­вер­ши­лись ка­че­ст­вен­ные из­ме­не­ния в струк­ту­рах за­ня­то­сти, сло­жив­ших­ся ещё в ко­ло­ни­аль­ный пе­ри­од. Чис­лен­ность пром. ра­бо­чих су­ще­ст­вен­но воз­рос­ла (напр., в Ни­ге­рии с ок. 265 тыс. чел. в 1964 до ок. 5 млн. чел. в нач. 2000-х гг.).

В нач. 21 в. в ус­ло­ви­ях гло­ба­ли­за­ции Р. к. пре­тер­пел даль­ней­шие из­ме­не­ния. Ха­рак­тер­ны­ми чер­та­ми совр. Р. к., от­ли­чаю­щи­ми его от Р. к. про­шло­го, счи­та­ют сла­бую клас­со­вую иден­ти­фи­ка­цию, «мо­не­тар­ную» мо­дель пред­став­ле­ний о со­циу­ме (ак­цент на от­ли­чи­ях в до­хо­дах и об­ла­да­нии) и пр. Уве­ли­че­ние мо­биль­но­сти ка­пи­та­ла, ли­бе­ра­ли­за­ция тор­го­вых ре­жи­мов, уси­ле­ние за­ви­си­мо­сти нац. эко­но­мик от об­ще­ми­ро­вых про­цес­сов ос­ла­би­ли воз­мож­но­сти ра­бо­чих отд. го­су­дарств от­стаи­вать свои пра­ва, эко­но­мич. и по­ли­тич. ин­те­ре­сы, в оп­ре­де­лён­ной сте­пе­ни сни­зи­ли уро­вень спло­чён­но­сти Р. к. Уси­ле­ние ми­грац. про­цес­сов при­ве­ло к по­яв­ле­нию зна­чит. групп ра­бо­чих, ко­то­рых от­но­сят ли­бо к «низ­ше­му слою Р. к.» (амер. со­цио­лог И. Вал­лерстайн), ли­бо к осо­бо­му «ан­дер­клас­су» (англ. under – под; брит. со­цио­лог Р. Клат­тер­бек и др.). Ана­ли­зи­руя ряд ха­рак­тер­ных черт совр. ка­пи­та­лиз­ма (эко­но­мич. во­ла­тиль­ность, зна­чит. рост час­тич­ной за­ня­то­сти, до­ми­ни­ро­ва­ние в со­ци­аль­но-эко­но­мич. сфе­ре не­оли­бе­раль­ной по­ли­ти­ки), ис­сле­до­ва­те­ли всё ча­ще го­во­рят о при­хо­де на сме­ну про­ле­та­риа­ту но­вой со­ци­аль­ной груп­пы – пре­ка­риа­та (англ. precarious – не­на­дёж­ный, шат­кий; тер­мин брит. со­цио­ло­га Г. Стэн­дин­га), для ко­то­ро­го ха­рак­тер­на не­ста­биль­ность ус­ло­вий тру­да и жиз­ни.

В Рос­сии в 17–18 вв. фор­ми­ро­вал­ся пред­про­ле­та­ри­ат – слой ра­бот­ных лю­дей (по­томств. мас­те­ро­вые лю­ди на про­мыс­лах и в пром-сти, по­сес­си­он­ные и при­пис­ные кре­сть­я­не на ма­ну­фак­ту­рах). Его ря­ды по­пол­ня­ли кре­сть­я­не-от­ход­ни­ки, ра­бо­тав­шие по най­му (см. От­ход­ни­че­ст­во). Пе­ре­ход от ос­но­ван­ной на руч­ном тру­де ма­ну­фак­ту­ры к круп­ной ма­шин­ной ин­ду­ст­рии в кон. 1820-х гг. – 1880-е гг. (про­мыш­лен­ный пе­ре­во­рот) при­вёл к по­яв­ле­нию Р. к. в его клас­сич. ви­де. С 1840-х гг. раз­ви­тие пром-сти ос­но­вы­ва­лось на воль­но­на­ём­ном тру­де. Пре­об­ла­даю­щая до­ля в Р. к. при­над­ле­жа­ла вы­ход­цам из кре­сть­ян­ст­ва. По­сле кре­сть­ян­ской ре­фор­мы 1861 мас­шта­бы рын­ка на­ём­но­го тру­да воз­рос­ли. Окон­чат. оформ­ле­ние Р. к. про­изош­ло в пе­ри­од ка­пи­та­ли­стич. ин­ду­ст­риа­ли­за­ции. В 1913 чис­лен­ность ра­бо­чих в пром-сти и на ж.-д. транс­пор­те в це­лом дос­тиг­ла ок. 3,7 млн. чел., в т. ч. в тек­стиль­ной пром-сти – 880,8 тыс. чел., ме­тал­лур­гич. пром-сти – 606,6 тыс. чел., на ж.-д. транс­пор­те – 815,5 тыс. чел.

Сре­ди ра­бо­чих от­ме­ча­лось иму­ществ. рас­слое­ние, свя­зан­ное в осн. с уров­нем их ква­ли­фи­ка­ции и от­рас­лью про­из-ва, в ко­то­рой они бы­ли за­ня­ты (осо­бен­но вы­со­ко оп­ла­чи­ва­лись ра­бо­чие-ме­тал­ли­сты и не­ко­то­рые гор­но­за­вод­ские ра­бо­чие). К верх­не­му слою Р. к. от­но­си­лись так­же мас­те­ра, их по­мощ­ни­ки и др. близ­кие к ад­ми­ни­ст­ра­ции ра­бо­чие. Ок. 60% ра­бо­чих-муж­чин бы­ли гра­мот­ны­ми (дан­ные Все­рос­сий­ской пе­ре­пи­си на­се­ле­ния 1897). Для по­вы­ше­ния об­ра­зо­ват. уров­ня ра­бо­чих вла­дель­ца­ми пред­при­ятий, об­ще­ст­вен­но-про­све­ти­тель­ны­ми и пар­тий­ны­ми ор­га­ни­за­ция­ми соз­да­ва­лись разл. кур­сы, биб­лио­те­ки, вос­крес­ные шко­лы. Про­дол­жи­тель­ность ра­бо­че­го дня в сер. 1880-х гг. со­став­ля­ла 12–13 и бо­лее ча­сов (с 1897 – 11,5 ч), ши­ро­ко ис­поль­зо­вал­ся труд жен­щин, де­тей и под­ро­ст­ков. Ста­нов­ле­ние фаб­рич­но­го за­ко­но­да­тель­ст­ва от­ста­ва­ло от по­треб­но­стей бы­ст­ро рас­ту­ще­го ра­бо­че­го клас­са. С 1870-х гг. раз­ви­ва­лось ра­бо­чее дви­же­ние. Под­держ­ка ра­бо­чих, вхо­див­ших в со­став Пет­ро­со­ве­та и Со­ве­тов ра­бо­чих и сол­дат­ских де­пу­та­тов др. го­ро­дов, фаб­рич­но-за­вод­ских ко­ми­те­тов, Крас­ной гвар­дии, по­зво­ли­ла боль­ше­ви­кам прий­ти к вла­сти в хо­де Окт. ре­во­лю­ции 1917 и удер­жать её в Гражд. вой­ну 1917–22.

В РСФСР в пе­ри­од «во­ен­но­го ком­муниз­ма» про­изо­шёл от­ток про­ле­та­ри­ев (т. н. рас­пы­ле­ние Р. к.) в де­рев­ню за про­пи­та­ни­ем и в по­ис­ках спа­се­ния от мо­би­ли­за­ций в РККА и бе­лые ар­мии. К 1921 чис­лен­ность пром. ра­бо­чих со­ста­ви­ла ок. 50% от уров­ня 1913. Мн. пред­при­ятия про­стаи­ва­ли. В пе­ри­од про­ве­де­ния но­вой эко­но­ми­че­ской по­ли­ти­ки (1921–28) чис­лен­ность фаб­рич­но-за­во­д­ских ра­бо­чих вы­рос­ла до 2,7 млн. чел., од­на­ко их жиз­нен­ный уро­вень улуч­шал­ся мед­лен­но, а ино­гда и ухуд­шал­ся в свя­зи с пре­кра­ще­ни­ем гос. снаб­же­ния, за­кры­ти­ем не­рен­та­бель­ных пред­при­ятий, ко­ле­ба­ни­ем цен, рос­том без­ра­бо­ти­цы. Со­стоя­лись сот­ни ста­чек и др. тру­до­вых кон­флик­тов. В кон. 1920-х гг. Р. к. под­дер­жал по­ли­ти­ку свёр­ты­ва­ния НЭПа. Св. 25 тыс. ра­бо­чих (т. н. два­дца­ти­пя­ти­ты­сяч­ни­ки) по при­зы­ву ВКП(б) на­пра­ви­лись в де­рев­ню для про­ве­де­ния кол­лек­ти­ви­за­ции. Она, в свою оче­редь, со­про­во­ж­да­лась мас­со­вой ми­гра­ци­ей кре­сть­ян в го­ро­да и рос­том чис­лен­но­сти ра­бо­чих. Р. к. стал ак­тив­ным сто­рон­ни­ком и гл. си­лой со­циа­ли­стич. ин­ду­ст­риа­ли­за­ции. К 1940 его чис­лен­ность пре­вы­си­ла 10,9 млн. чел. Го­су­дар­ст­во раз­вер­ну­ло сеть проф­тех­учи­лищ для вновь при­шед­ших в пром-сть ра­бо­чих, по­ощ­ря­ло удар­ни­че­ст­во, ста­ха­нов­ское дви­же­ние и др. Ра­бо­чие за­ни­ма­ли ус­той­чи­вое по­ло­же­ние в об­ще­ст­ве: го­су­дар­ст­во га­ран­ти­ро­ва­ло им по­сто­ян­ную тру­до­вую за­ня­тость, бес­плат­ное мед. об­слу­жи­ва­ние, оп­ла­чи­вае­мый от­пуск, дос­туп к куль­тур­ным цен­но­стям и об­ра­зо­ва­нию. Они поль­зо­ва­лись при­ви­ле­гия­ми при по­сту­п­ле­нии в ву­зы, в пер­вую оче­редь обес­пе­чи­ва­лись са­на­тор­ны­ми пу­тёв­ка­ми и др. В 1932 ра­бо­чие со­став­ля­ли 63,3% всех чле­нов ВКП(б) (до 1939 пром. и с.-х. ра­бо­чие име­ли пре­иму­ще­ст­во при всту­п­ле­нии в пар­тию, в даль­ней­шем со­блю­да­лись со­ци­аль­ные кво­ты). Вы­ход­цы из Р. к. пре­об­ла­да­ли на ру­ко­во­дя­щих по­стах в пар­тий­но-гос. ор­га­нах.

В Вел. Отеч. вой­ну Р. к. про­явил мас­со­вый тру­до­вой ге­ро­изм. Это ста­ло од­ним из ис­точ­ни­ков По­бе­ды, по­мог­ло в ре­корд­ные сро­ки эва­куи­ро­вать на Вос­ток стра­ны сот­ни важ­ней­ших пром. пред­при­ятий и на­ла­дить про­из-во во­ен. тех­ни­ки и воо­ру­же­ний. Св. 1/3 ра­бо­чих уш­ли на фронт. Сре­ди но­во­го по­пол­не­ния ра­бо­чих и слу­жа­щих пре­об­ла­да­ли жен­щи­ны и мо­ло­дёжь. В по­сле­во­ен­ный пе­ри­од тру­до­вой под­виг Р. к. по­зво­лил вос­ста­но­вить раз­ру­шен­ную вой­ной пром-сть за 3 го­да, а к 1950 до­во­ен­ный уро­вень про­из-ва был пре­взой­дён на 48%. До­ля Р. к. в струк­ту­ре на­се­ле­ния СССР вы­рос­ла с 49,5% в 1959 до 61,8% в 1978. Сред­нее, спец. сред­нее и выс­шее об­ра­зо­ва­ние име­ли 75% ра­бо­чих. При этом сле­ду­ет учи­ты­вать, что дан­ные о чис­лен­но­сти и со­ста­ве Р. к. в сов. ис­сле­до­ва­ни­ях 1970–80-х гг. не яв­ля­ют­ся впол­не до­сто­вер­ны­ми, т. к. их ав­то­ры ис­кус­ст­вен­но рас­ши­ря­ли со­ци­аль­ные гра­ни­цы Р. к., вклю­чая в его со­став ра­бот­ни­ков ум­ствен­но­го тру­да и др. слои тру­дя­щих­ся. По­ло­же­ние Р. к. на­ча­ло серь­ёз­но ме­нять­ся в хо­де пе­ре­строй­ки и кар­ди­наль­но из­ме­ни­лось в свя­зи с рас­па­дом СССР и про­ве­де­ни­ем ра­ди­каль­ных ры­ноч­ных ре­форм 1990-х гг. Па­де­ние про­из-ва, ухуд­ше­ние ма­те­ри­аль­но­го по­ло­же­ния и из­ме­не­ние со­ци­аль­ных ус­та­но­вок при­ве­ли к от­то­ку Р. к. из пром-сти в пред­при­ни­мат. дея­тель­ность, тор­гов­лю, сфе­ру ус­луг, те­не­вую эко­но­ми­ку. Не­пре­стиж­ность ра­бо­че­го тру­да, от­сут­ст­вие пер­спек­тив рос­та и ста­биль­но­го за­ра­бот­ка сни­зи­ли при­вле­ка­тель­ность ра­бо­чих про­фес­сий для мо­ло­дё­жи. Рез­ко по­ни­зил­ся со­ци­аль­ный ста­тус ра­бо­че­го че­лове­ка. Упа­ло пред­ста­ви­тель­ст­во ра­бо­чих в центр. и ме­ст­ных ор­га­нах вла­сти. В свя­зи со ста­би­ли­за­ци­ей со­ци­аль­но-эко­но­мич. си­туа­ции в нач. 21 в. пра­ви­тель­ст­во ста­ло уде­лять ра­бо­че­му во­про­су боль­шее вни­ма­ние. Рас­тёт оп­ла­та тру­да ра­бо­чих, ста­вит­ся за­да­ча воз­ро­ж­де­ния сис­те­мы под­го­тов­ки но­вых вы­со­ко­ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных кад­ров для пром-сти.

Лит.: Ра­шин А. Г. Фор­ми­ро­ва­ние ра­бо­че­го клас­са Рос­сии. 2-е изд. М., 1958; Шка­ра­тан О. И. Про­бле­мы со­ци­аль­ной струк­ту­ры ра­бо­че­го клас­са СССР. М., 1970; Се­няв­ский С. Л., Тель­пу­хов­ский В. Б. Ра­бо­чий класс СССР (1938–1965 гг.). М., 1971; Фор­ми­ро­ва­ние ра­бо­че­го клас­са стран Азии и Аф­ри­ки. М., 1971; Вдо­вин А. И., Дро­би­жев В. З. Рост ра­бо­че­го клас­са СССР 1917–1940 гг. М., 1976; Кирь­я­нов Ю. И. Жиз­нен­ный уро­вень ра­бо­чих Рос­сии (ко­нец XIX – на­ча­ло XX в.). М., 1979; Ра­бо­чий класс Рос­сии (1907 – фев­раль 1917 г.). М., 1982; Ис­то­рия со­вет­ско­го ра­бо­че­го клас­са. М., 1984–1988. Т. 1–5; Wright E. O. Classes. L., 1985; Но­вая тех­но­кра­ти­че­ская вол­на на За­па­де / Сост. П. С. Гу­ре­вич. М., 1986; Маркс К. Ка­пи­тал. М., 1988–1989. Т. 1–3; Ра­бо­чий класс Рос­сии от за­ро­ж­де­ния до на­ча­ла XX в. / Отв. ред. Ю. И. Кирь­я­нов, М. С. Во­лин. 2-е изд. М., 1989; Ива­но­ва Н. А. Про­мыш­лен­ный центр Рос­сии. 1907–1914 гг. М., 1995; Ра­да­ев В. В., Шка­ра­тан О. И. Со­ци­аль­ная стра­ти­фи­ка­ция. М., 1996; По­лы­нов М. Ф. Рос­сий­ские ра­бо­чие во вто­рой по­ло­ви­не 80-х – пер­вой по­ло­ви­не 90-х гг.: Про­бле­мы и тен­ден­ции со­ци­аль­но­го раз­ви­тия. СПб., 1998; Но­вая по­ст­ин­ду­ст­ри­аль­ная вол­на на За­па­де: Ан­то­ло­гия / Под ред. В. Л. Ино­зем­це­ва. М., 1999; Ра­бо­чий класс в про­цес­сах мо­дер­ни­за­ции Рос­сии: ис­то­ри­че­ский опыт. М., 2001; Ра­бо­чие – пред­при­ни­ма­те­ли – власть в кон­це XIX – на­ча­ле XX в.: В 2 ч. Ко­ст­ро­ма, 2010; Stan­ding G. The precariat: the new dangerous class. L., 2011; Жви­тиа­шви­ли А. Ш. Ра­бо­чий класс в по­стин­ду­ст­ри­аль­ном об­ще­ст­ве // Со­цио­ло­ги­че­ские ис­сле­до­ва­ния. 2013. № 2.

Вернуться к началу