ИСТОЧНИКОВЕ́ДЕНИЕ

Авторы: М. Ф. Румянцева (российское источниковедение), А. Ю. Володин

ИСТОЧНИКОВЕ́ДЕНИЕ, от­расль ис­то­рич. нау­ки (рас­про­стра­не­но и от­не­се­ние И. к вспо­мо­га­тель­ным, или спе­ци­аль­ным, ис­то­рич. дис­ци­п­ли­нам), раз­ра­ба­ты­ваю­щая тео­рию, ме­то­ди­ку, тех­ни­ку и ис­то­рию изу­че­ния ис­то­рич. ис­точ­ни­ков – пись­мен­ных, ве­ще­ст­вен­ных, изо­бра­зи­тель­ных, уст­ных, эт­но­гра­фи­че­ских, лин­гвис­ти­че­ских, ки­но-, фо­то- и фо­но­до­ку­мен­тов, а так­же ис­точ­ни­ков на элек­трон­ных но­си­те­лях. Со­дер­жа­ние по­ня­тия «ис­то­ри­че­ские ис­точ­ни­ки» ос­та­ёт­ся дис­кус­си­он­ным: ряд ис­сле­до­ва­те­лей рас­ши­ря­ет их круг, счи­тая, что к ним от­но­сит­ся всё, от­ку­да мож­но по­черп­нуть ин­фор­ма­цию об ис­то­рич. раз­ви­тии че­ло­ве­че­ст­ва, в т. ч. объ­ек­ты при­род­но­го про­ис­хо­ж­де­ния (ос­тан­ки дои­сторич. жи­вот­ных, осо­бен­но­сти при­род­ных ус­ло­вий и пр.). Тра­ди­ци­он­но эти­ми сви­де­тель­ст­ва­ми про­шло­го за­ни­ма­ют­ся па­лео­гео­гра­фия, па­лео­нто­ло­гия, па­лео­ан­тро­по­ло­гия, ис­то­рич. эко­ло­гия и др. нау­ки. И. свя­за­но с па­лео­гра­фи­ей, хро­но­ло­ги­ей ис­то­ри­че­ской, мет­ро­ло­ги­ей, сфра­ги­сти­кой, фа­ле­ри­сти­кой и др. вспо­мо­гат. ис­то­рич. дис­ци­п­ли­на­ми, ко­то­рые по­зво­ля­ют да­ти­ро­вать, оп­ре­де­лить ав­тор­ст­во ис­то­рич. ис­точ­ни­ков и др. Сущ­но­ст­ной чер­той И. яв­ля­ет­ся меж­дис­ци­п­ли­нар­ная взаи­мо­связь со мно­ги­ми др. об­лас­тя­ми гу­ма­ни­тар­но­го зна­ния.

При клас­си­фи­ка­ции ис­то­рич. ис­точ­ни­ков осн. так­со­но­мич. еди­ни­ца­ми при­зна­ют­ся тип (ис­точ­ни­ки раз­ли­ча­ют­ся по спо­со­бу ко­ди­ро­ва­ния и хра­не­ния ин­фор­ма­ции) и вид (раз­ли­ча­ют­ся по це­ли соз­да­ния, пер­вич­ной со­ци­аль­ной функ­ции). Ис­точ­ни­ко­ведч. ис­сле­до­ва­ние со­сто­ит из двух эта­пов: ис­то­ри­че­ско­го (изу­че­ние ис­то­рич. ус­ло­вий и кон­крет­ных об­стоя­тельств соз­да­ния ис­точ­ни­ка, ис­сле­до­ва­ние лич­но­сти ав­то­ра, в т. ч. «кол­лек­тив­но­го ав­то­ра», и про­цес­са функ­цио­ни­ро­ва­ния ис­точ­ни­ка в со­цио­куль­тур­ной дей­ст­ви­тель­но­сти) и ло­ги­че­ско­го (ана­лиз со­дер­жа­ния и ус­та­нов­ле­ние дос­то­вер­но­сти ис­точ­ни­ка, оп­ре­де­ле­ние его ин­фор­мац. по­тен­циа­ла и воз­мож­но­стей на­уч. и прак­тич. ис­поль­зо­ва­ния).

Развитие источниковедения в европейской исторической науке

Фото А. И. Нагаева

От­дель­ные приё­мы кри­тич. ана­ли­за ис­точ­ни­ков бы­ли из­вест­ны ещё ан­тич­ным ис­то­ри­кам. Со­мне­ния в дос­то­вер­но­сти не­ко­то­рых из них не­ред­ко вы­ска­зы­вал Ге­ро­дот. Эле­мен­ты кри­ти­ки ис­точ­ни­ков со­дер­жат­ся у Фу­ки­ди­да. От­бор ис­точ­ни­ков, со­по­став­ле­ние про­ти­во­ре­чи­вых ис­точ­ни­ков и про­вер­ку их по­ка­за­ний при­ме­ня­ли в сво­их ра­бо­тах По­ли­бий, Ли­вий, Та­цит, Ио­сиф Фла­вий.

В сред­ние ве­ка кри­ти­ка ис­точ­ни­ков бы­ла прак­ти­че­ски за­бы­та и ста­ла ис­поль­зо­вать­ся вновь лишь в эпо­ху Воз­ро­ж­де­ния. В ча­ст­но­сти, Л. Вал­ла про­ана­ли­зи­ро­вал древ­ние тек­сты и до­ка­зал под­лож­ность «Кон­стан­ти­но­ва да­ра»; оп­ре­де­лён­ный вклад в раз­ви­тие кри­тич. под­хо­да к пер­во­ис­точ­ни­кам внёс У. фон Гут­тен. К 17 в. от­но­сят­ся пер­вые по­пыт­ки соз­да­ния ме­то­ди­ки на­уч. ис­сле­до­ва­ния до­ку­мен­тов, свя­зан­ные с раз­ви­ти­ем ди­пло­ма­ти­ки. На­уч. прин­ци­пы кри­ти­ки письм. ис­точ­ни­ков бы­ли раз­ра­бо­та­ны нем. учё­ным Г. Кон­рин­гом, впер­вые сис­те­ма­ти­зи­ро­вав­шим пра­ви­ла оп­ре­де­ле­ния под­лин­но­сти до­ку­мен­тов по по­чер­ку, язы­ку, фор­му­ле и ма­те­риа­лу, а так­же бельг. ис­то­ри­ком, ие­зуи­том Д. Па­пеб­ро­хом, и франц. учё­ным, бе­не­дик­тин­цем Ж. Ма­биль­о­ном. В 18 в. на­уч. скеп­ти­цизм в от­но­ше­нии ис­точ­ни­ков по ис­то­рии Древ­не­го Ри­ма был ха­рак­те­рен для мно­гих ис­то­ри­ков, сто­яв­ших на по­зи­циях Про­све­ще­ния (Воль­тер, Э. Гиб­бон и др.).

«Памятники истории Германии». Серийное издание.

В нач. 19 в. боль­шую роль в раз­ра­бот­ке кри­тич. ме­то­дов ис­сле­до­ва­ния ис­точ­ни­ков сыг­ра­ла клас­сич. фи­ло­ло­гия. При­ме­не­ние её ме­то­дов к изу­че­нию ан­тич­ной ис­то­рии (нем. учё­ные Ф. А. Вольф, Б. Г. Ни­бур, Т. Мом­мзен) вы­ве­ло это на­прав­ле­ние ис­то­рич. нау­ки на ка­че­ст­вен­но но­вый уро­вень раз­ви­тия. Об­щее уче­ние о прин­ци­пах под­хо­да к про­из­ве­де­нию как к ис­точ­ни­ку сфор­му­ли­ро­ва­ли на ос­но­ве изу­че­ния тек­стов Но­во­го За­ве­та и ис­то­рии ран­не­го хри­сти­ан­ст­ва нем. тео­ло­ги и фи­ло­со­фы Ф. Шлей­ер­махер и Ф. К. Ба­ур. Вид­ный пред­ста­ви­тель кон­сер­ва­тив­но­го на­прав­ле­ния ис­то­рич. нау­ки Гер­ма­нии Л. фон Ран­ке впер­вые стал сис­те­ма­ти­че­ски при­ме­нять к ис­точ­ни­кам по ср.-век. и но­вой ис­то­рии под­хо­ды, ра­нее ис­поль­зо­вав­шие­ся фи­ло­ло­га­ми и спе­циа­ли­ста­ми по ан­тич­ной ис­то­рии. Франц. ис­то­рик-ме­дие­вист П. До­ну раз­ра­бо­тал прин­ци­пы клас­си­фи­ка­ции кор­пу­са ар­хив­ных до­ку­мен­тов. Важ­ной ве­хой на пу­ти ста­нов­ле­ния И. как на­уч. дис­ци­п­ли­ны ста­ло воз­ник­но­ве­ние в 1819 нем. на­уч. об-ва «Die Gesellschaft für äl­tere Geschichtskunde», за­да­ча­ми ко­то­ро­го бы­ли вы­яв­ле­ние, кри­тич. ана­лиз и по­сле­дую­щая пуб­ли­ка­ция до­ку­мен­тов по герм. ис­то­рии. В 1824 нем. ис­то­рик Г. Г. Пертц со­ста­вил про­ект из­да­ния па­мят­ни­ков герм. ис­то­рии (в 1826 вы­шел 1-й том из­да­ния ан­на­лов эпо­хи Ка­ро­лин­гов). Им же был раз­ра­бо­тан об­щий план со­би­ра­ния, на­уч. кри­ти­ки и пуб­ли­ка­ции ис­точ­ни­ков. Дос­ти­же­ния И. по­зво­ли­ли при­сту­пить к соз­да­нию пер­вых на­уч. се­рий­ных пуб­ли­ка­ций кор­пу­сов греч. и лат. над­пи­сей, а так­же ис­точ­ни­ков по ис­то­рии ев­роп. Сред­не­ве­ко­вья («Mo­nu­men­ta Germaniae Historica» – с 1826 и др.). Тру­ды нем. ис­то­ри­ка и биб­лио­гра­фа Ф. К. Даль­ма­на по­ло­жи­ли на­ча­ло шко­ле изу­че­ния ис­точ­ни­ков по ис­то­рии гос. уч­ре­ж­де­ний и об­ществ. строя ср.-век. Гер­ма­нии. С его име­нем свя­за­на так­же пуб­ли­ка­ция в 1830 биб­лио­гра­фич. изд. «Quellenkunde der deut­schen Geschichtе» («Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние гер­ман­ской ис­то­рии»). В этой ра­бо­те впер­вые был ис­поль­зо­ван тер­мин «И.» для обо­зна­че­ния отд. на­прав­ле­ния ис­сле­до­ва­тель­ской ра­бо­ты ис­то­ри­ков. В 1820–50-х гг. раз­ви­тие И. как на­уч. на­прав­ле­ния при­ве­ло к соз­да­нию школ по под­го­тов­ке спе­циа­ли­стов для ра­бо­ты с ис­точ­ни­ка­ми (во Фран­ции – Шко­ла хар­тий, в Австрии – Ин-т австр. ис­то­рич. ис­сле­до­ва­ний, в Ис­па­нии – Выс­шая шко­ла ди­пло­ма­ти­ки, во Фло­рен­ции – Шко­ла па­лео­гра­фии и ди­пло­ма­ти­ки).

Во 2-й пол. 19 в. зна­чит. влия­ние на раз­ви­тие ис­то­рич. нау­ки, в т. ч. И., ока­за­ла фи­ло­со­фия по­зи­ти­виз­ма. В тру­дах герм. ис­то­ри­ков И. Г. Дрой­зе­на («Hi­sto­rik», 1857–58, изд. 1882) и Э. Берн­хей­ма («Lehrbuch der historischen Me­tho­de und der Geschichtsphilosophie», 1889; рус. пер.: «Вве­де­ние в ис­то­рич. нау­ку», 1908) был обос­но­ван прин­цип клас­си­фи­ка­ции ис­точ­ни­ков, ос­но­вы­ваю­щий­ся на со­от­но­ше­нии ис­точ­ни­ка и фак­та. Франц. ис­сле­до­ва­те­ли Ш. В. Ланг­луа и Ш. Сень­о­бос сфор­му­ли­ро­ва­ли пра­ви­ла кри­ти­ки ис­точ­ни­ков («Вве­де­ние в изу­че­ние ис­то­рии», рус. пер. 1899). В под­хо­де к письм. ис­то­рич. ис­точ­ни­кам ут­вер­дил­ся взгляд, со­глас­но ко­то­ро­му этот тип ис­точ­ни­ков дол­жен оце­ни­вать­ся и ис­тол­ко­вы­вать­ся в кон­тек­сте сво­его вре­ме­ни, с учё­том то­го, яв­ля­ет­ся ли кон­крет­ный текст ори­ги­на­лом или бо­лее позд­ней ко­пи­ей (как, напр., часть ан­тич­ных тек­стов, до­шед­ших до нас в ср.-век. ре­дак­ци­ях), на­сколь­ко по­влия­ли на со­дер­жа­ние ис­точ­ни­ка рас­хо­жие пред­став­ле­ния вре­ме­ни его воз­ник­но­ве­ния и ка­кие (или чьи) ин­те­ре­сы он мог от­ра­жать.

С кон. 19 – нач. 20 вв. в ра­бо­тах за­ру­беж­ных ис­то­ри­ков был по­став­лен во­прос о сте­пе­ни пол­но­ты и дос­то­вер­но­сти пе­ре­да­чи ис­точ­ни­ком ис­то­рич. фак­та. Зна­чи­тель­но рас­ши­рил­ся сам круг ис­точ­ни­ков, что по­зво­ли­ло с боль­шей пол­но­той и точ­но­стью от­ра­зить со­бы­тия про­шло­го. Дат. ис­то­рик К. Эрс­лев пред­ло­жил вклю­чить в их чис­ло так­же фак­ты совр. жиз­ни в той ме­ре, в ка­кой они по­зво­ля­ют по­лу­чить све­де­ния о про­шлом. Из­ме­не­ние тра­диц. под­хо­дов к ис­то­рич. ис­точ­ни­кам на­шло от­ра­же­ние в тру­дах ос­но­ва­те­лей «Ан­на­лов» шко­лы (М. Блок, Л. Февр, Ф. Бро­дель). Тра­диц. кри­тич. ис­сле­до­ва­ние ис­точ­ни­ка они до­пол­ни­ли ос­мыс­ле­ни­ем его со­дер­жа­ния, свя­зан­ным с соз­на­ни­ем лю­дей изу­чае­мой эпо­хи. Февр да­вал весь­ма ши­ро­кое оп­ре­де­ле­ние по­ня­тия ис­то­рич. ис­точ­ни­ка: «...всё, что бы­ло у че­ло­ве­ка, за­ви­се­ло от че­ло­ве­ка, изо­бре­те­но или об­ра­бо­та­но им, а так­же от­ме­ча­ет при­сут­ст­вие, вку­сы и фор­мы бы­тия че­ло­ве­ка». В ра­бо­те с письм. ис­точ­ни­ка­ми англ. ис­то­рик Р. Дж. Кол­линг­вуд пред­ло­жил уде­лять осн. вни­ма­ние их ло­гич. ана­ли­зу («Идея ис­то­рии: Ав­то­био­гра­фия», рус. пер. 1980), а франц. фи­ло­соф и фи­ло­лог П. Ри­кёр – ре­кон­ст­рук­ции соз­на­ния, вы­ра­жен­но­го в до­ку­мен­те («Ис­то­рия и ис­ти­на», рус. пер. 2002; «Па­мять, ис­то­рия, заб­ве­ние», рус. пер. 2004). Од­но­вре­мен­но в ис­то­рич. нау­ке обо­зна­чи­лась тен­ден­ция к ре­ля­ти­ви­за­ции зна­че­ния ис­то­рич. ис­точ­ни­ка в по­зна­нии про­шло­го. Франц. ис­то­рик А. И. Мар­ру, под­чёр­ки­вая зна­че­ние субъ­ек­та, по­сти­гаю­ще­го ис­то­рич. ре­аль­ность бла­го­да­ря её ин­туи­тив­но­му вос­при­ятию («со­пе­ре­жи­ва­нию и сим­па­тии»), под­верг со­мне­нию су­ще­ст­вую­щие ме­то­ди­ки изу­че­ния про­шло­го, в т. ч. ме­то­ды И., объ­я­вив их на­ив­ны­ми по­пыт­ка­ми до­сти­же­ния ре­аль­но­го зна­ния (H. I. Mar­rou, «De la connaissance historique», 1975).

В 20 в. раз­ви­тие ис­сле­до­ва­ний по эко­но­мич. и со­ци­аль­ной ис­то­рии, ис­то­рич. де­мо­гра­фии име­ло след­ст­ви­ем зна­чит. рас­ши­ре­ние пред­ме­та И. В круг ис­то­рич. ис­точ­ни­ков во­шли ста­ти­стич. ма­те­риа­лы, эко­но­мич. и фи­нан­со­вые до­ку­мен­ты разл. про­ис­хо­ж­де­ния, др. «мас­со­вые ис­точ­ни­ки», ана­лиз ко­то­рых по­тре­бо­вал ис­поль­зо­ва­ния в И. прин­ци­пи­аль­но но­вых ме­то­дов, пре­ж­де все­го – при­ме­няе­мых в точ­ных нау­ках, а с кон. 20 в. – так­же ком­пь­ю­тер­ных тех­но­ло­гий об­ра­бот­ки дан­ных. Фор­ми­ро­ва­ние в ка­че­ст­ве от­но­си­тель­но са­мо­сто­ят. на­прав­ле­ний ис­сле­до­ва­тель­ской ра­бо­ты ис­то­рич. ан­тро­по­ло­гии, ген­дер­ной ис­то­рии, ис­то­рии мен­таль­но­сти, ис­то­рии по­все­днев­но­сти (бы­та), т. н. уст­ной ис­то­рии (Oral history) при­ве­ло к ещё боль­ше­му рас­ши­ре­нию кру­га ис­точ­ни­ков (в их чис­ле ока­за­лись мас­со­вые ма­те­риа­лы лич­но­го про­ис­хо­ж­де­ния – до­ку­мен­ты, пись­ма, уст­ные сви­де­тель­ст­ва ши­ро­ких сло­ёв на­се­ле­ния и пр.), а так­же к по­яв­ле­нию в ар­се­на­ле И. приё­мов, ис­поль­зуе­мых со­цио­ло­ги­ей, пси­хо­ло­ги­ей и др. нау­ка­ми. В то же вре­мя сам по се­бе тех­нич. про­гресс об­ще­ст­ва спо­соб­ст­во­вал по­яв­ле­нию но­во­го ти­па ис­точ­ни­ков – фо­но-, фо­то- и ки­но­до­ку­мен­тов, что по­тре­бо­ва­ло от И. су­ще­ст­вен­но­го рас­ши­ре­ния сво­его ин­ст­ру­мен­та­рия. Про­цес­сы, про­те­кав­шие в ис­то­рич. нау­ке в 20 в., обу­сло­ви­ли пре­вра­ще­ние И. в ком­плекс­ную дис­ци­п­ли­ну, что от­ра­зи­ло об­щую тен­ден­цию к ин­те­гра­ции зна­ния, ха­рак­тер­ную для всех от­рас­лей нау­ки. Од­на­ко, не­смот­ря на зна­чит. ус­пе­хи, пе­ред И. встал ши­ро­кий круг тео­ре­тич. во­про­сов, на ко­то­рые по­ка не дан од­но­знач­ный от­вет, и пре­ж­де все­го на во­прос, счи­тать ли ис­то­рич. ис­точ­ни­ком «всё», как пред­ла­гал Л. Февр, или сле­ду­ет ус­та­но­вить оп­ре­де­лён­ные гра­ни­цы для это­го по­ня­тия.

Источниковедение в России

По­пыт­ки кри­ти­че­ски оце­ни­вать ис­то­рич. ин­фор­ма­цию пред­при­ни­ма­лись при со­став­ле­нии ле­то­пи­сей, при­каз­ной до­ку­мен­та­ции, а так­же в ран­них ис­то­рич. тру­дах (напр., в ра­бо­те нач. 1680-х гг. «Ге­неа­ло­гия яв­лен­ной от Со­тво­ре­ния ми­ра фа­ми­лии... Кор­са­ков-Рим­ских» митр. Иг­на­тия, в ис­то­рич. ис­сле­до­ва­ни­ях А. И. Ман­кие­ва, П. П. Ша­фи­ро­ва, Фео­фа­на Про­ко­по­ви­ча).

На­уч. ин­те­рес к ис­то­рич. ис­точ­ни­кам, их клас­си­фи­ка­ции и оцен­ке дос­то­вер­но­сти про­явил­ся в ис­то­рич. тру­дах сер. – 2-й пол. 18 в. Ос­но­вой для «Ис­то­рии Си­би­ри» (1750) Г. Ф. Мил­ле­ра по­слу­жи­ли ис­то­рич. ис­точ­ни­ки, вы­яв­лен­ные им в ар­хи­вах си­бир­ских го­ро­дов в хо­де 2-й Кам­чат­ской экс­пе­ди­ции (1733–43). В. Н. Та­ти­щев в «Ис­то­рии Рос­сий­ской с са­мых древ­ней­ших вре­мён» (кн. 1–4, 1768–84; кн. 5, 1848) со­ста­вил пер­вую клас­си­фи­ка­цию ис­поль­зо­ван­ных ис­точ­ни­ков и по­ка­зал, что ис­точ­ни­ки, по­ве­ст­вую­щие об од­них и тех же со­бы­ти­ях, могут раз­ли­чать­ся сте­пе­нью дос­то­вер­но­сти. М. М. Щер­ба­тов и И. Н. Бол­тин в 1770–90-х гг. по­ста­ви­ли во­про­сы о не­об­хо­ди­мо­сти от­ли­чать ис­то­рич. ис­точ­ник от ис­то­рич. ис­сле­до­ва­ния, а так­же о важ­но­сти кри­тич. от­но­ше­ния к дос­то­вер­но­сти све­де­ний, со­дер­жа­щих­ся в ис­то­рич. ис­точ­ни­ках.

Тер­мин «ис­точ­ник рус­ской ис­то­рии» впер­вые поя­вил­ся в ра­бо­те А. Л. Шлёце­ра «Опыт изу­че­ния рус­ских ле­то­пи­сей» (изд. на нем. яз. в 1768) и в пе­ре­во­де на рус. яз. его же тру­да «Не­стор» (т. 1, 1809), ис­поль­зо­вал­ся в под­за­го­лов­ке кни­ги И. Ф. Г. Эвер­са «О про­ис­хо­ж­де­нии рус­ско­го го­су­дар­ст­ва» (изд. на нем. яз. в 1808), ста­тье М. Т. Ка­че­нов­ско­го «Об ис­точ­ни­ках для рус­ской ис­то­рии» («Вест­ник Ев­ро­пы», 1809, ч. 43, № 3). Вско­ре он проч­но во­шёл в на­уч. обо­рот. Н. М. Ка­рам­зин (в пре­ди­сло­вии к т. 1 «Ис­то­рии го­су­дар­ст­ва Рос­сий­ско­го») и др. ис­то­ри­ки 1-й пол. 19 в. (напр., А. Х. Лер­берг, П. М. Стро­ев, Н. Г. Уст­ря­лов), сле­дуя тра­ди­ции, не да­ва­ли тол­ко­ва­ния ис­поль­зуе­мо­му ими тер­ми­ну «ис­то­ри­че­ский ис­точ­ник», по­ни­мая его по-раз­но­му: как «ра­ри­тет», ред­кость, пред­мет лю­бо­пыт­ст­ва; «ос­та­ток» в сфе­ре изящ­но­го иск-ва (скульп­ту­ра, про­из­ве­де­ния лит-ры и жи­во­пи­си); до­ка­за­тель­ст­во, под­твер­ждаю­щее ис­то­рич. пре­це­ден­ты; «при­пас», со­во­куп­ность все­го ма­те­риа­ла, имев­ше­го­ся в рас­по­ря­же­нии ав­то­ра ис­то­рич. со­чи­не­ния; сви­де­тель­ст­во о про­шлом.

Вме­сте с тем по­пыт­ки крат­кой ха­рак­те­ри­сти­ки и клас­си­фи­ка­ции ис­то­рич. ис­точ­ни­ков пред­при­ни­ма­лись не раз. Г. Ф. Мил­лер вы­де­лял ле­то­пи­си, хро­но­гра­фы, ро­до­сло­вия, раз­ря­ды, «сте­пен­ные кни­ги», «ар­хив­ные пись­ма». М. В. Ло­мо­но­сов («Древ­няя рос­сий­ская ис­то­рия…», 1766, и др. со­чи­не­ния) вклю­чал в пе­ре­чень уст­ные и лин­гвис­тич. ис­точ­ни­ки. В. Н. Та­ти­щев раз­ли­чал ис­точ­ни­ки «ге­не­раль­ные» – об­щие («По­весть вре­мен­ных лет», Хро­но­граф, Си­ноп­сис и др.) и «то­по­гра­фии» – ме­ст­ные (жи­тия свя­тых, ска­за­ния, за­пис­ки и пр.). А. Л. Шлё­цер вы­де­лил в осо­бую груп­пу ар­хео­ло­гич. ма­те­риа­лы. Н. М. Ка­рам­зин зна­чи­тель­но рас­ши­рил пе­ре­чень ис­точ­ни­ков, впер­вые в «Ис­то­рии го­су­дар­ст­ва Рос­сий­ско­го» дал об­зор ис­то­рич. ис­точ­ни­ков до 17 в., вы­де­лив 14 групп: ле­то­пи­си, жи­тия свя­тых, Ро­до­слов­ная кни­га, ка­та­ло­ги ми­тро­по­ли­тов и епи­ско­пов, «древ­ние мо­не­ты, ме­да­ли, над­пи­си, сказ­ки, пес­ни, по­сло­ви­цы», ста­тей­ные спи­ски, «го­су­дар­ст­вен­ные бу­ма­ги ино­стран­ных ар­хи­вов» и др. Н. А. По­ле­вой в ра­бо­те «Ис­то­рия рус­ско­го на­ро­да» (т. 1, 1829) впер­вые сис­те­ма­ти­зи­ро­вал всю со­во­куп­ность из­вест­ных к то­му вре­ме­ни ис­точ­ни­ков рос. ис­то­рии: «ле­то­пи­си или вре­мен­ни­ки», «па­мят­ни­ки ди­пло­ма­ти­че­ские», «па­мят­ни­ки па­лео­гра­фи­че­ские», «па­мят­ни­ки ар­хео­гра­фи­че­ские», «па­мят­ни­ки гео­гра­фи­че­ские», «пре­да­ния, сказ­ки, пес­ни, по­сло­ви­цы». К. Н. Бес­ту­жев-Рю­мин во вве­де­нии к «Рус­ской ис­то­рии» (т. 1, 1872) ввёл в ис­точ­ни­ко­ведч. прак­ти­ку сис­те­ма­ти­зир. об­зо­ры ис­то­рич. ис­точ­ни­ков, вы­де­лив сле­дую­щие груп­пы: ле­то­пи­си, жи­тия свя­тых, ме­муа­ры и пись­ма, за­пис­ки ино­стран­цев, «па­мят­ни­ки юри­ди­че­ские и ак­ты го­су­дар­ст­вен­ные», «па­мят­ни­ки сло­вес­но­сти», «па­мят­ни­ки ве­ще­ст­вен­ные». П. Л. Лав­ров вы­чле­нил «ес­те­ст­вен­ные» ис­то­рич. ис­точ­ни­ки (ст. «До че­ло­ве­ка», опубл. без под­пи­си в ж. «Оте­че­ст­вен­ные за­пис­ки», 1870, №1), он раз­ли­чал «уст­ные пре­да­ния», «на­блю­де­ния, раз­мыш­ле­ния и сви­де­тель­ст­ва со­вре­мен­ни­ков», «ос­тат­ки жиз­ни про­шло­го вре­ме­ни», «язык», «ан­тро­по­ло­ги­че­ские дан­ные».

Раз­ви­тие ис­точ­ни­ко­вой ба­зы и стре­ми­тель­ное уве­ли­че­ние кор­пу­са опубл. ис­то­рич. ис­точ­ни­ков (в ча­ст­но­сти, бла­го­да­ря дея­тель­но­сти ар­хео­гра­фи­че­ских экс­пе­ди­ций и ар­хео­гра­фи­че­ских ко­мис­сий) – один из важ­ней­ших фак­то­ров, оп­ре­де­лив­ших эво­лю­цию ис­точ­ни­ко­ведч. мыс­ли в 19 в. В 1810–20-х гг. пред­ста­ви­те­ля­ми т. н. скеп­ти­че­ской шко­лы (Н. С. Ар­цы­ба­ше­вым, М. Т. Ка­че­нов­ским, С. М. Строе­вым и др.) на­ча­та по­сле­до­ва­тель­ная раз­ра­бот­ка ме­то­дов кри­тич. ис­сле­до­ва­ния ис­то­рич. ис­точ­ни­ков. А. А. Ку­ник в ст. «Ли­те­ра­ту­ра ис­то­рии в Гер­ма­нии за два по­след­ние го­да» («Мо­ск­ви­тя­нин», 1841, ч. 2–3) впер­вые в рос. ис­то­рич. нау­ке упот­ре­бил сам тер­мин «ис­точ­ни­ко­ве­де­ние», за­им­ст­во­ван­ный из нем. ис­то­рио­гра­фии. В 1850–70-х гг., по ме­ре раз­ви­тия об­лас­тей зна­ния, ох­ва­ты­ваю­щих пись­мен­ность и книж­ность (биб­лио­гра­фии, ар­хи­во­ве­де­ния, ар­хео­гра­фии, па­лео­гра­фии), с од­ной сто­ро­ны, и дис­ци­п­лин, изу­чав­ших др. клас­сы ис­то­рич. ис­точ­ни­ков (ге­раль­ди­ки, ну­миз­ма­ти­ки, век­сил­ло­ло­гии и др.), – с дру­гой, воз­ник­ли ус­ло­вия для дис­ци­п­ли­нар­но­го оформ­ле­ния И., что про­яви­лось в пер­вую оче­редь в по­ста­нов­ке уни­вер­си­тет­ских кур­сов.

Фото А. И. Нагаева

На ру­бе­же 19–20 вв. в са­мо­сто­ят. на­прав­ле­ние обо­соб­ля­лась тео­рия И. В лек­ци­ях «Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние. Ис­точ­ни­ки рус­ской ис­то­рии» (1888–91) В. О. Клю­чев­ский пред­при­нял по­пыт­ку обоб­ще­ния ме­то­дов ис­точ­ни­ко­ведч. ис­сле­до­ва­ния. А. А. Шах­ма­тов раз­ра­бо­тал ори­ги­наль­ный ме­тод тек­сто­ло­гич. и ис­точ­ни­ко­ведч. ис­сле­до­ва­ния важ­ней­ше­го ви­да ис­точ­ни­ков рус. ис­то­рии – ле­то­пи­сей, ос­но­ван­ный на вос­при­ятии это­го ис­точ­ни­ка как це­ло­ст­но­го про­из­ве­де­ния, а не ме­ха­ни­че­ско­го со­еди­не­ния раз­но­род­ных за­пи­сей, и соз­дал об­щую кар­ти­ну др.-рус. ле­то­пи­са­ния [«Об­ще­рус­ские ле­то­пис­ные сво­ды XIV–XV ве­ков» (1900–01) и «Ра­зы­ска­ния о древ­ней­ших рус­ских ле­то­пис­ных сво­дах» (1908)]. Са­мое зна­чит. дос­ти­же­ние тео­ре­тич. мыс­ли то­го вре­ме­ни, ока­зав­шее во мно­гом оп­ре­де­ляю­щее влия­ние на раз­ви­тие оте­че­ст­вен­но­го И. в 20 в., – ис­точ­ни­ко­ведч. кон­цеп­ция А. С. Лап­по-Да­ни­лев­ско­го («Ме­то­до­ло­гия ис­то­рии», вып. 1–2, 1910–13; пе­ре­из­да­на в 2006). Он пред­ло­жил фи­ло­соф­ски обос­но­ван­ную трак­тов­ку по­ня­тия «ис­то­рич. ис­точ­ник» («ин­ди­ви­дуа­ли­зи­ро­ван­ный ре­зуль­тат твор­че­ст­ва дан­ной об­ще­ст­вен­ной груп­пы или дан­но­го ли­ца», т. е. ре­зуль­тат че­ло­ве­че­ской дея­тель­но­сти), раз­ра­бо­тал ти­по­ло­гию ме­то­дов ис­то­рич. кри­ти­ки, раз­ли­чая два ви­да – «кри­ти­ку, ус­та­нав­ли­ваю­щую на­уч­но-ис­то­ри­че­скую цен­ность ис­точ­ни­ка как фак­та» и «кри­ти­ку, ус­та­нав­ли­ваю­щую на­уч­но-ис­то­ри­че­скую цен­ность по­ка­за­ний ис­точ­ни­ка».

Фото А. И. Нагаева Труды отечественных учёных по советскому и российскому источниковедению.

В сов. пе­ри­од пер­вые учеб­ные по­со­бия по И. отеч. ис­то­рии бы­ли под­го­тов­ле­ны в Моск. гос. ис­то­ри­ко-ар­хив­ном ин-те (МГИАИ; с 1991 – в со­ста­ве Рос­сий­ско­го го­су­дар­ст­вен­но­го гу­ма­ни­тар­но­го уни­вер­си­те­та) на ос­но­ве лек­ций М. Н. Ти­хо­ми­ро­ва («Курс ис­точ­ни­ко­веде­ния ис­то­рии СССР», т. 1, 1940) и С. А. Ни­ки­ти­на («Курс ис­точ­ни­ко­ве­де­ния ис­то­рии СССР», т. 2, 1940). Кон­цеп­ция Лап­по-Да­ни­лев­ско­го в оп­ре­де­лён­ной ме­ре под­дер­жи­ва­лась на­уч­но-пе­да­го­гич. шко­лой, сло­жив­шей­ся под рук. его уче­ни­ка А. И. Ан­д­рее­ва в МГИАИ, став­шем цен­тром изу­че­ния и пре­по­да­ва­ния И. В этом ин­сти­ту­те раз­ра­ба­ты­ва­лись ви­до­вые ме­то­ди­ки ис­точ­ни­ко­ведч. ис­сле­до­ва­ния (А. А. Зи­мин, В. В. Ка­банов, С. М. Каш­та­нов, Е. А. Луц­кий, А. Ц. Мер­зон, И. А. Ми­ро­но­ва, А. Т. Ни­ко­лае­ва, Л. В. Че­реп­нин, М. Н. Чер­но­мор­ский, С. О. Шмидт, В. К. Яцун­ский). Др. цен­тром И. стал ис­то­рич. ф-т МГУ, где в 1940-х гг. сло­жи­лась на­уч­но-пе­да­го­гич. шко­ла Ти­хо­ми­ро­ва, в рам­ках ко­то­рой по­сле­до­ва­тель­но ос­ваи­вал­ся кор­пус ис­точ­ни­ков рус. ис­то­рии (в ре­зуль­та­те был из­дан ряд учеб­ни­ков по И.), в 1970–80-х гг. сфор­ми­ро­ва­лась на­уч. шко­ла И. Д. Ко­валь­чен­ко, раз­раба­ты­ваю­щая ко­ли­че­ст­вен­ные ме­то­ды в ис­то­рич. и ис­точ­ни­ко­ведч. ис­сле­до­ва­ни­ях и ин­фор­ма­ци­он­ный под­ход к И. (Л. И. Бо­род­кин, Л. В. Ми­лов и др.).

Труды отечественных учёных по зарубежному источниковедению. Фото А. И. Нагаева

Ака­де­мич. цен­тры ис­точ­ни­ко­ведч. ис­сле­до­ва­ний в 1930-е гг.: Ле­нингр. от­де­ле­ние Ин-та ис­то­рии АН СССР (что свя­за­но с дея­тель­но­стью уче­ни­ков А. С. Лап­по-Да­ни­лев­ско­го – С. Н. Вал­ка и Б. А. Ро­ма­но­ва); на­чи­ная с 1960-х гг. – Ин-т ис­то­рии АН СССР (с 1968 – Ин-т ис­то­рии СССР, с 1992 – Ин-т рос. ис­то­рии РАН) (В. И. Бу­га­нов, Б. Г. Лит­вак, А. Г. Тар­та­ков­ский, В. А. Куч­кин, Л. Н. Пуш­ка­рёв, Н. М. Ро­го­жин, А. К. Со­ко­лов, В. В. Фар­со­бин и др.). В 1956 бы­ла вновь об­ра­зо­ва­на Ар­хео­гра­фич. ко­мис­сия – в Мо­ск­ве (Ти­хо­ми­ров, С. О. Шмидт), из­даю­щая с 1957 «Ар­хео­гра­фи­че­ский еже­год­ник». В 1960–80-х гг. про­бле­ма­ти­ка тео­рии и ис­то­рии И. ис­сле­до­ва­лась в Рос­то­ве-на-До­ну (на­уч­но-пе­да­го­гич. шко­ла А. П. Про­н­штей­на), был опуб­ли­ко­ван ряд ра­бот по ис­то­рии И. в Рос­сии. В 1950–80-е гг. из­да­ны об­зо­ры ис­то­рич. ис­точ­ни­ков по ис­то­рии Древ­не­го Ри­ма, сред­них ве­ков, но­вой и но­вей­шей ис­то­рии, под­го­тов­лен­ные А. Г. Бок­ща­ни­ным, А. Д. Люб­лин­ской, И. В. Гри­горь­е­вой и др. Для раз­ви­тия И. зна­чи­мы тру­ды ар­хео­ло­гов (А. В. Ар­ци­хов­ско­го, Б. А. Ры­ба­ко­ва, В. Л. Яни­на и др.), а так­же кон­цеп­ция «ар­хео­ло­ги­че­ско­го ис­точ­ни­ко­ве­де­ния», пред­став­лен­ная ра­бо­та­ми Л. С. Клей­на. В 1990–2000-е гг. по­лу­чи­ло раз­ви­тие но­вое на­прав­ле­ние И., свя­зан­ное с ос­мыс­ле­ни­ем его ин­те­гри­рую­щей ро­ли в сис­те­ме гу­ма­ни­тар­но­го по­зна­ния (О. М. Ме­ду­шев­ская).

Источниковедение и новые информационные технологии. 

На рубеже 20–21 вв. в связи с развитием сети Интернет и электронного документооборота стало развиваться «компьютерное источниковедение», изучающее особенности передачи информации в электронных (в т. ч. мультимедийных) документах. Термин «компьютерное И.» появился в 1992. Первоначально «компьютерное источниковедение», возникшее под влиянием теории информации на стыке исторической информатики и источниковедения, отождествлялось с исторической информатикой. Задачи компьютерного источниковедения состоят в изучении как традиционных проблем источниковедения (например, атрибуции) средствами новых компьютерных технологий, так и источниковедческие проблемы, порождаемые развитием информационных технологий (появление электронных документов и технотронных архивов и др.). Главный вклад теории информации в источниковедческую практику состоит в переходе от изучения «свидетельств исторических источников» к введению в научный арсенал понятия «информация исторических источников», и, как следствие, поиск методик извлечения скрытой (структурной) информации из исторических источников. Компьютерное И. основывается на идее формирования комплекса источников, обогащая новыми технологиями традицию комплексного источниковедческого подхода Л. В. Черепнина, С. О. Шмидта, В. Л. Янина, что позволяет перейти от «иллюстративного» к «сплошному» изучению исторических источников. Алгоритм применения инструментария компьютерного И. включает несколько этапов: перевод текстов источников и метаинформации о них в электронную форму; разметка текстов и метаинформации; связывание информации в источнико-ориентированных базах данных или семантических сетях; применение аналитического инструментария компьютерного источниковедения и генерация новых знаний на основе автоматического вывода при творческом участии исследователя.

В России проблемы компьютерного И. и источниковедческого исследования электронных ресурсов разрабатываются на кафедре исторической информатики МГУ (Л. И. Бородкин, И. М. Гарскова и др.).

Лит.: Люб­лин­ская А. Д. Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние ис­то­рии сред­них ве­ков. Л., 1955; Histoire et ses methodes. P., 1961; Ти­хо­ми­ров М. Н. Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние ис­то­рии СССР. М., 1962; Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние: тео­ре­ти­че­ские и ме­то­ди­че­ские про­бле­мы. М., 1969; Мну­хи­на Р. С. Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние ис­то­рии но­во­го и но­вей­ше­го вре­ме­ни. М., 1970; Биск И. Я. Курс лек­ций по ис­точ­ни­ко­ве­де­нию но­вой и но­вей­шей ис­то­рии. Там­бов, 1971; Про­нштейн А. П. Ме­то­ди­ка ис­то­ри­че­ско­го ис­сле­до­ва­ния. Рос­тов н/Д., 1971; он же. Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние в Рос­сии: эпо­ха фео­да­лиз­ма. Рос­тов н/Д., 1989; он же. Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние в Рос­сии: эпо­ха ка­пи­та­лиз­ма. Рос­тов н/Д., 1991; Пуш­ка­рев Л. Н. Клас­си­фи­ка­ция рус­ских пись­мен­ных ис­точ­ни­ков по оте­че­ст­вен­ной ис­то­рии. М., 1975; Чер­но­мор­ский М. Н. Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние ис­то­рии СССР: Со­вет­ский пе­ри­од. М., 1976; Certeau M. de. L’éc­riture de l’histoire. P., 1978; Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние ис­то­рии СССР. 2-е изд. М., 1981; Ме­ду­шев­ская О. М. Со­вре­мен­ное за­ру­беж­ное ис­точ­ни­ко­ве­де­ние. М., 1983; Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние ис­то­рии Древ­не­го Вос­то­ка. М., 1984; Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние и тек­сто­ло­гия сред­не­ве­ко­во­го Ближ­не­го и Сред­не­го Вос­то­ка. М., 1984; Historische Anthropologie. Der Mensch in der Geschichte. Gött., 1984; Salmon P. Histoire et critique. Brux., 1987; Certeau M. The writing of history. N. Y., 1988; Theorie der Geschichte, histo­rische Methode. Münch., 1988; Febvre L. Com­bats pour l’histoire. P., 1992; Halb­wachs M. Les cadres sociaux de la mémoire. P., 1994; Oral history: an interdisciplinary anthology. 2nd ed. L., 1996; Ка­ба­нов В. В. Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние ис­то­рии со­вет­ско­го об­ще­ст­ва. М., 1997; Га­не­лин Р. Ш., Ку­ли­ков С. В. Ос­нов­ные ис­точ­ни­ки по ис­то­рии Рос­сии кон­ца XIX – на­ча­ла XX в. М., 2000; Ко­валь­чен­ко И. Д. Ме­то­ды ис­то­ри­че­ско­го ис­сле­до­ва­ния. 2-е изд. М., 2003; Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние но­вей­шей ис­то­рии Рос­сии: тео­рия, ме­то­до­ло­гия и прак­ти­ка. М., 2004; Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние. Тео­рия. Ис­то­рия. Ме­тод. Ис­точ­ни­ки рос­сий­ской ис­то­рии. М., 2004; Клейн Л. С. Вве­де­ние в тео­ре­ти­че­скую ар­хео­ло­гию. СПб., 2004. Кн. 1; Ща­пов Я. Н. Очер­ки рус­ской ис­то­рии, ис­точ­ни­ко­ве­де­ния, ар­хео­гра­фии. М., 2004; Го­ли­ков А. Г., Круг­ло­ва Т. А. Ис­точ­ни­ко­ве­де­ние оте­че­ст­вен­ной ис­то­рии. М., 2007.

Лит.: Голиков А. Г., Круглова Т. А. Источниковедение отечественной истории. 5-е изд. М., 2012; Они же. Методика работы с историческими источниками. М., 2014; Варфоломеев А. Г., Иванов А. С. Компьютерное источниковедение. Семантическое связывание информации в репрезентации и критике исторических источников. Петрозаводск, 2013; Источниковедение / И. Н. Данилевский, Д. А. Добровольский, Р. Б. Казаков и др. ; отв. ред. М. Ф. Румянцева. М., 2015; Георгиева Н. Г. Исторической источниковедение: теоретические проблемы. М., 2016.

  • ИСТОЧНИКОВЕ́ДЕНИЕ отрасль историч. науки, разрабатывающая теорию, методику, технику и историю изучения историч. источников (2008)
Вернуться к началу