Подпишитесь на наши новости
Вернуться к началу с статьи up

КАЛЛИГРА́ФИЯ

Авторы: В. Г. Белозёрова (страны Дальнего Востока), О. П. Бибикова (исламские страны)

КАЛЛИГРА́ФИЯ (греч. ϰαλλιγραφία  – кра­си­вый по­черк), ис­кус­ст­во кра­си­во­го и чёт­ко­го пись­ма. К. со­об­ща­ет пись­му де­ко­ра­тив­ность, кра­со­ту и об­раз­ную вы­ра­зи­тель­ность, тя­го­тея то к яс­но­сти и гар­мо­нич­но­сти очер­та­ний, то к экс­прес­сив­ной ско­ро­пи­си, то к за­мы­сло­ва­той узор­но­сти. В ев­роп. тра­ди­ции К. свя­за­на с ис­то­ри­ей шриф­та; в стра­нах Даль­не­го Вос­то­ка и ис­лам­ско­го ми­ра К. яв­ля­ет­ся ви­дом иск-ва. Ис­то­ки вост. К. – в тра­ди­ци­ях Ки­тая, где К. на про­тя­же­нии ты­ся­че­ле­тий име­ла са­мый вы­со­кий сре­ди пла­стич. ис­кусств ста­тус и яв­ля­лась сти­ле­об­ра­зую­щей сфе­рой ху­дож. прак­ти­ки, эс­те­ти­ка ко­то­рой сфор­ми­ро­ва­ла осо­бое «кал­ли­гра­фи­че­ское ви́дение», яр­ко про­яв­ляю­щее­ся во всех, в т. ч. и сов­ре­мен­ных, ви­дах кит. ис­кус­ст­ва.

Ван Сичжи. «Предисловие к [сборнику стихов, написанное в] "Беседке орхидей"». Почерк син-шу. Сер. 4 в. Копия 7 в. (с утраченного оригинала). Бумага, тушь. Музей Гугун (Пекин).

Ки­тай­ская К. как иск-во пред­став­ля­ет со­бой гра­фич. фик­са­цию жес­та в дви­же­нии (пе­ре­да­ёт­ся чер­та­ми хуа) или в ста­ти­ке (пе­ре­да­ёт­ся точ­ка­ми дянь). На­бор кал­ли­гра­фич. по­чер­ков скла­ды­вал­ся в двух ре­жи­мах: пла­сти­че­ском, ори­ен­ти­ро­ван­ном на гра­фи­ку из черт и то­чек, изо­бра­жаю­щих вхо­дя­щие в со­став ие­ро­г­ли­фов эле­мен­ты, и ор­на­мен­таль­ном, до­пус­кав­шем вве­де­ние в гра­фи­ку до­пол­нит. ор­на­мен­таль­ных сю­же­тов. Осо­бен­ность раз­ви­тия кал­ли­гра­фич. тра­ди­ции Ки­тая за­клю­ча­лась в из­на­чаль­ном и не­из­мен­ном пре­об­ла­да­нии пла­стич. по­чер­ков над ор­на­мен­таль­ны­ми. Уже во 2-й пол. 1-го тыс. до н. э. обо­зна­чи­лась триа­да ве­ду­щих ре­жи­мов: по­чер­ки мед­лен­но­го пись­ма (ва­ри­ан­ты чжу­ань-шу), сред­не­ско­ро­ст­но­го пись­ма (про­то­устав ли-шу, ус­тав кай-шу, по­лу­ус­тав син-шу) и ско­ро­ст­но­го пись­ма (ва­ри­ан­ты цао-шу). В Ки­тае бы­ла раз­ра­бо­та­на эс­те­ти­ка кал­ли­гра­фич. ин­ст­ру­мен­та­рия, обо­зна­чав­шая­ся ус­той­чи­вой фор­му­лой «че­ты­ре дра­го­цен­но­сти ка­би­не­та ин­тел­лек­туа­ла» (вэнь фан сы бао), под ко­то­ры­ми под­ра­зу­ме­ва­ют­ся кисть, тушь, бу­ма­га и ту­шеч­ни­ца. В иск-ве К. ве­ка­ми шёл по­иск не иде­аль­ных форм, но со­вер­шен­но­го дви­же­ния, ко­то­рое долж­но бы­ло дос­тиг­нуть со­гла­со­ван­но­сти с ди­на­ми­кой транс­фор­ма­ций все­го ми­ро­зда­ния. Иск-во К. раз­ви­ва­лось как од­на из прак­тик по осу­ще­ст­в­ле­нию об­щей ус­та­нов­ки кит. куль­ту­ры на «пес­то­ва­ние жиз­ни» (ян шэн). Тра­диц. кит. эс­те­ти­ка на­де­ля­ла кал­ли­гра­фич. пла­сти­ку все­ми свой­ст­ва­ми ре­аль­ной жи­вой пло­ти, раз­ли­чая в ней та­кие эле­мен­ты, как «кос­тяк» (гу), «жи­лы» (цзинь), «кровь» (сюэ) и «мыш­цы» (жоу). Че­ты­ре ана­то­мических ком­по­нен­та со­зи­да­ют «пру­жи­ну жиз­ни» (шэн­цзи), со­об­щая кал­ли­гра­фическому об­ра­зу жиз­нен­ность (шэн­мин). Экс­прес­сия кит. ско­ро­пи­си не рас­кры­ва­ет зри­те­лю пси­хо­ло­гиче­с­кие про­бле­мы ав­то­ра, но де­мон­ст­ри­ру­ет ре­зуль­тат их пре­одо­ле­ния. Кал­ли­гра­фич. про­из­ве­де­ние вос­при­ни­ма­ет­ся зри­те­лем в про­цес­се «сле­до­ва­ния чер­там» (цзи хуа): по­вто­ряе­мая взгля­дом зри­те­ля тра­ек­то­рия дви­же­ний кис­ти от­кры­ва­ет ему ду­хов­ные дос­ти­же­ния мас­те­ра.

Хуай Су. «Автобиография». Почерк куан-цао. Бумага, тушь. 777 (возможно, оригинал). Музей Гугун (Тайбэй).

Ис­то­ки кал­ли­гра­фич. тра­ди­ции вос­хо­дят к пе­рио­ду ди­на­стии Инь (Шан) (18/17–12/11 вв. до н. э.). При ди­на­стии Чжоу (12/11–3 вв. до н. э.) бы­ли раз­ра­бо­та­ны ве­ду­щие прин­ци­пы фор­мо­об­ра­зо­ва­ния и за­ло­же­ны ос­но­вы кал­ли­гра­фич. эс­те­ти­ки. В эпо­ху ди­на­стий Цинь и Хань (3 в. до н. э. – 3 в. н. э.) ак­тив­но фор­ми­ро­ва­лись но­вые по­чер­ки, воз­ник­ла ав­тор­ская К. и соз­да­ны пер­вые трак­та­ты о ней. На 4–5 вв. при­шёл­ся рас­цвет ре­гио­наль­ных школ се­мейств Вэй, Су, Лу, Си, Юй, Се и про­слав­лен­но­го се­мей­ст­ва Ва­нов, дав­ше­го та­ких ко­ри­фе­ев, как Ван Сич­жи и его сын Ван Сянь­чжи (4 в.). При ди­на­стии Тан (618–907) и в эпоху Пя­ти ди­на­стий (907–960) про­изошёл син­тез тра­ди­ций ре­гио­наль­ных школ, ко­то­рый стал ос­но­вой для твор­че­ст­ва круп­ней­ших мас­те­ров (Юй Ши­нань, Оу­ян Сюнь, Чу Суй­лян, Янь Чжэнь­цин, Сунь Го­тин, Чжан Сюй, Ху­ай Су, Ян Нин­ши и др.). При ди­на­стии Сун (960–1279) шла даль­ней­шая ин­ди­ви­дуа­ли­за­ция творч. ис­ка­ний в ра­бо­тах Цай Ся­на, Ху­ан Тинц­зя­ня, Су Ши и Ми Фу. За­да­чи ук­ре­п­ле­ния и об­нов­ле­ния тра­ди­ции бы­ли в цен­тре вни­ма­ния мас­те­ров ди­на­стии Юань (1271–1368): Чжао Мэн­фу, Ян Вэй­чжэнь, Чжан Юй. При ди­на­стии Мин (1368–1644) уси­ли­лось про­ти­во­стоя­ние ме­ж­ду по­лю­са­ми ор­то­док­сов и экс­цен­три­ков; к по­след­ним от­но­сят­ся Чэнь Чунь, Сюй Вэй, Чжан Жуй­ту, Ван До и Фу Шань. Но гл. дос­ти­же­ния пе­рио­да свя­за­ны с на­прав­ле­ния­ми умэнь пай (Шэнь Чжоу, У Ку­ань, Чжу Юнь­мин, Вэнь Чжэн­мин, Ван Чун) и сунц­зян пай (Дун Ци­чан). При ди­на­стии Цин (1644–1911) ор­то­док­саль­но­му «на­прав­ле­нию изу­че­ния про­пи­сей» (те сюэ пай) про­ти­во­сто­ит ре­фор­ма­тор­ское «на­прав­ле­ние изу­че­ния стел» (бэй сюэ пай), ли­де­ра­ми ко­то­ро­го яв­ля­лись Цзинь Нун, Чжэн Се, Дэн Ши­жу, И Бин­шоу, Хэ Ша­оц­зи, Чжао Чжи­цянь, У Да­чэн.

Чжао Мэнфу. «Дао дэ цзин» Лао-цзы. Почерк сяо кай-шу. Бумага, тушь. 1316. Музей Гугун (Пекин).

В 20 в., в ус­ло­ви­ях мо­дер­ни­за­ции кит. тра­диц. куль­ту­ры, К. вос­при­ни­ма­лась кит. ин­тел­лек­туа­ла­ми как спо­соб со­хра­не­ния нац. иден­тич­но­сти. В 1-й пол. 20 в. ка­ж­дый круп­ный мас­тер яв­лял­ся ли­де­ром од­ной из са­мо­сто­ят. школ, воз­ни­кав­ших в боль­шом ко­ли­че­ст­ве. В этот пе­ри­од по­яви­лись но­вые по­чер­ки (цзя-гу, бэй-шу), соз­дан­ные на ос­но­ве изу­че­ния древ­них ар­те­фак­тов. Про­ти­во­по­лож­ный по­люс сти­ли­стич. ис­ка­ний был свя­зан с вне­дре­ни­ем в К. жи­во­пис­ных при­ё­мов. В го­ды «куль­тур­ной ре­во­лю­ции» мао­и­ст­ский ре­жим ак­тив­но ис­поль­зо­вал К. как дей­ст­вен­ное идео­ло­гич. ору­жие. Сам Мао Цзэ­дун соз­дал ог­ром­ное ко­ли­че­ст­во об­раз­цов аги­та­ци­он­ной К. В по­след­ней четв. 20 в. проф. кал­ли­гра­фич. со­об­ще­ст­во де­лит­ся на два ла­ге­ря: кал­ли­гра­фов-тра­ди­цио­на­ли­стов (пре­им. лю­дей стар­ше­го по­ко­ле­ния) и мо­ло­дых мас­те­ров, ув­ле­чён­ных дви­же­ни­ем за «со­вре­мен­ную кал­ли­гра­фию» (сянь­дай шу­фа), экс­пе­ри­мен­ти­рую­щих с но­вы­ми ма­те­риа­ла­ми и аван­гард­ны­ми пла­стич. ре­ше­ния­ми.

Ка­ж­дая из со­сед­них с Ки­та­ем стран ис­поль­зо­ва­ла его ху­дож. опыт для фор­ми­ро­ва­ния собств. нац. куль­ту­ры К. Зна­ком­ст­во с кит. кал­ли­гра­фич. тра­ди­ци­ей про­ис­хо­ди­ло в рам­ках за­им­ст­во­ва­ния ие­рог­ли­фич. пись­мен­но­сти и кон­фу­ци­ан­ской эк­за­ме­на­ци­он­ной сис­те­мы. В си­лу мас­штаб­но­сти кал­ли­гра­фич. на­сле­дия Ки­тая его ос­вое­ние бы­ло дли­тель­ным, мно­го­этап­ным и но­си­ло из­би­ра­тель­ный ха­рак­тер. Пер­вым в этот про­цесс в 1 в. н. э. вклю­чил­ся Вьет­нам, во 2–3 вв. – Ко­рея, в 6–7 вв. – Япо­ния. Зна­ком­ст­во с кит. К. ос­лож­ня­лось тем, что вид­ные кит. мас­те­ра прин­ци­пи­аль­но не по­ки­да­ли пре­де­лов Под­не­бес­ной, по­это­му уро­вень кал­ли­гра­фич. тех­ни­ки в нац. шко­лах на­пря­мую за­ви­сел от ин­тен­сив­но­сти ста­жи­ро­вок в са­мом Ки­тае. Ко­рея, ча­ще дру­гих по­сы­лав­шая сво­их сти­пен­диа­тов в Ки­тай, зна­чи­тель­но опе­ре­жа­ла др. стра­ны по ка­че­ст­ву под­го­тов­ки сво­их кал­ли­гра­фов.

Ким Чон Хи. «Чай [буддийской школы] Сон». Стиль чхуса. 1-я пол. 19 в. Галерея Кансон (Сеул).

Пер­вый этап в ис­то­рии ко­рей­ской К. при­хо­дит­ся на пе­ри­од Трёх го­су­дарств (1 в. до н. э. – 7 в. н. э.), ко­гда ко­рей­цы по­зна­ко­ми­лись с кит. кал­ли­гра­фич. ин­ст­ру­мен­та­ри­ем и тех­ни­кой пись­ма ус­та­вом. На сле­дую­щем эта­пе, в пе­ри­од Объ­е­ди­нён­но­го Сил­ла (668–935), уро­вень кал­ли­гра­фич. по­зна­ний в кор. при­двор­ных кру­гах су­ще­ст­вен­но воз­рос, при этом от­да­ва­лось пред­поч­те­ние сти­лю кит. кал­ли­гра­фа Оу­ян Сю­ня. При ди­на­стии Ко­рё (10–14 вв.) иск-во К. раз­ви­ва­лось как в кон­фу­ци­ан­ских, так и буд­дий­ских кру­гах, где ус­пеш­но ос­ваи­ва­лись ско­ро­пис­ные по­чер­ки. В пе­ри­од Чо­сон (1392–1910) кор. К. дос­тиг­ла сво­его рас­цве­та. К 15 в. кор. ре­мес­лен­ни­ки до­би­лись вы­со­ко­го ка­че­ст­ва в про­из-ве кал­ли­гра­фич. ин­ст­ру­мен­та­рия, и пре­ж­де все­го про­слав­лен­ной кор. бу­ма­ги, ко­то­рую с удо­воль­ст­ви­ем ис­поль­зо­ва­ли и кит. кал­ли­гра­фы. На дан­ном эта­пе кит. кал­ли­гра­фич. тра­ди­ция бы­ла ос­во­ена в пол­ном объ­ё­ме, о чём сви­де­тель­ст­ву­ют ра­бо­ты прин­ца Анп­хё­на (15 в.) и Хан Хо (2-я пол. 16 – нач. 17 вв.). В 15 в. соз­да­на нац. пись­мен­ность, К. ко­то­рой раз­ви­валась в двух по­чер­ко­вых про­грам­мах: во­нпхиль (ок­руг­лые фор­мы) и панп­хиль (квад­рат­ные фор­мы). Круп­ней­шей фи­гу­рой в ис­то­рии кор. К. яв­ля­ет­ся Ким Чон Хи (19 в.). Со­еди­нив про­то­устав с ус­та­вом, он соз­дал ори­ги­наль­ный стиль чху­са. В 20 в. на­блю­дал­ся взлёт К. на нац. ал­фа­ви­те хан­гыль, ко­то­рый ис­поль­зу­ют де­сят­ки круп­ных кал­ли­гра­фов: И Гон, Хён Бён Чан, Джон До Зун, Ё Тэ Мён и др. Уни­каль­ны кал­ли­гра­фич. дос­ти­же­ния мо­на­хов буд­дий­ской шко­лы Сон (Кван Гён, Сок Ду, Вон Дам, Сок Чжон, Чжун Кван, Су Ан и др.). Нац. осо­бен­но­сти кор. К. за­клю­ча­ют­ся во вни­ма­нии к си­ле на­жи­ма кис­ти, в ощу­ще­нии ве­са ка­ж­дой чер­ты и точ­ки.

Неизвестный мастер. Поэтическая антология«Кокин вакасю». Бумага сорта караками(с золотойи серебряной фольгой), тушь. 1120. Национальный музей (Токио).

Пер­вое зна­ком­ст­во с кит. пись­мен­ностью в Япо­нии про­изош­ло в 5 в., но собств. иск-во К. по­яви­лось толь­ко в 6–8 вв., ко­гда, по­ми­мо ус­та­ва кай­сё (кай-шу), на­ча­лось ос­вое­ние кур­си­ва гё­сё (син-шу) и ско­ро­пи­си со­сё (цао-шу). Учи­те­ля­ми япон­цев на ран­нем эта­пе бы­ли пре­им. кор. мас­те­ра. Фор­ми­ро­ва­ние тра­ди­ции сё­до («путь кал­ли­гра­фии») про­шло неск. эта­пов, на ка­ж­дом из ко­то­рых ре­ша­лись раз­ные куль­тур­ные за­да­чи. В пе­ри­од На­ра (710–794) К. вне­дря­лась в при­двор­ных кру­гах для офор­мле­ния на долж­ном уров­не гос. до­ку­мен­тов и пе­ре­пи­сы­ва­ния буд­дий­ских сутр. Пер­вы­ми мас­те­ра­ми К. в Япо­нии ста­ли мо­нах Ку­кай, имп. Са­га и при­двор­ный Та­ти­ба­на-но Хая­на­ри, тща­тель­но при­дер­жи­вав­шие­ся кит. ма­не­ры пись­ма. В 9 в. бы­ли соз­да­ны 2 вер­сии нац. пись­мен­но­сти – хи­ра­га­на (скруг­лён­ная пла­сти­ка) и ка­та­ка­на (уг­ло­ва­тая пла­сти­ка), раз­ра­бо­та­ны их пла­стич. нор­ма­ти­вы. В свя­зи с этим на­чи­ная с пе­рио­да Хэй­ан (794–1185) раз­ви­тие япон. К. про­хо­дит по 2 ав­то­ном­ным на­прав­ле­ни­ям: «ки­тай­ско­му» (ка­ра-ё) и «на­цио­наль­но­му» (ва-ё). В 1-м на­прав­ле­нии япон. мас­те­ра стре­ми­лись про­де­мон­ст­ри­ро­вать свои дос­ти­же­ния в ов­ла­де­нии кит. К., ко­то­рые так и ос­та­ва­лись до­воль­но скром­ными; 2-е на­прав­ле­ние – яр­кое ху­дож. яв­ле­ние, дав­шее та­кой ше­девр нац. К., как аль­бом мон. Хон­ганд­зи «Ан­то­ло­гия сти­хов 36 по­этов» (1112), соз­дан­ный 20 луч­ши­ми кал­ли­гра­фа­ми то­го вре­ме­ни. Трое мас­те­ров – Оно-но То­фу, Фуд­зи­ва­ра-но Су­кэ­ма­са и Фуд­зи­ва­ра-но Юки­на­ри – при­об­ре­ли из­вест­ность под кол­лек­тив­ным име­нем Сан­сэ­ки [«Три сле­да (кис­ти)»]. Круп­ным кал­ли­гра­фом счи­та­ет­ся Фуд­зи­ва­ра-но Ёси­цу­нэ. Сле­дую­щий этап в ис­то­рии япон. К. (13–14 вв.) свя­зан с рас­про­стра­не­ни­ем буд­дий­ской шко­лы Дзен. Как и в Ки­тае и Ко­рее, дзен­ские на­став­ни­ки ис­поль­зо­ва­ли ско­ро­пись в со­ста­ве мо­на­ше­ских прак­тик, где она по­лу­чи­ла назв. бо­ку­сэ­ки («сле­ды ту­ши»). В 15–17 вв. К. бы­ла вклю­че­на мас­те­ра­ми чай­ной це­ре­мо­нии в ри­ту­ал чай­но­го дей­ст­ва тя­ною, в кон­тек­сте ко­то­ро­го мо­на­ше­ское бо­ку­сэ­ки по­лу­ча­ет утон­чён­ную ху­дож. ин­тер­пре­та­цию, ори­ен­ти­ро­ван­ную на за­про­сы са­му­рай­ско­го со­сло­вия. В дан­ном сти­ле ра­бо­та­ли Хонъ­а­ми Ко­эцу, Ко­ноэ Но­бу­та­да, Сё­ка­до Со­дзё и др. В 20 в. по­лу­чи­ли бур­ное раз­ви­тие разл. мо­дер­ни­ст­ские на­прав­ле­ния, ко­то­рые ис­поль­зу­ют пре­им. нац. пись­мен­ность, но так­же и кит. ие­рог­ли­фи­ку. Кон­сер­ва­тив­ное на­прав­ле­ние, за­ни­мав­шее силь­ные по­зи­ции в пе­ри­од Эдо, к кон. 20 в. ока­за­лось на гра­ни ис­чез­но­ве­ния. Нац. осо­бен­но­сти япон. К. про­яв­ля­ют­ся в ост­рой жё­ст­ко­сти и од­но­вре­мен­но сколь­зя­щей лёг­ко­сти дви­же­ний кис­ти; её от­ли­ча­ет изы­скан­ный де­ко­рати­визм, ос­но­ван­ный на ап­пли­ка­ци­он­ном со­еди­не­нии цвет­ных фо­нов и утон­чён­ной гра­фи­ке ста­тич­ных, да­же в ско­ро­пи­си, черт. Для про­из­ве­де­ний япон. мас­те­ров ха­рак­тер­на вы­со­кая эмо­цио­наль­ная на­пря­жён­ность, ко­то­рая в ус­тав­ных по­чер­ках при­во­дит к оце­пе­не­ло­сти кал­ли­гра­фич. пла­сти­ки, а в ско­ро­пис­ных по­чер­ках пе­ре­хо­дит в аг­рес­сив­ные вы­пле­ски, де­фор­ми­рую­щие кал­ли­гра­фич. фор­мы в за­ра­нее про­ду­ман­ные ком­би­на­ции ту­ше­вых пя­тен.

Обрамление центрального портала мавзолея Тадж-Махал в Агре. Сер. 17 в. Фото В. М. Паппе
Тугра (персональный знак) турецкого султана Махмуда II. 1-я четв. 19 в.
Тексты в архитектурном оформлении центрального портала Шахской мечети в Исфахане. 17 в. (поновления 18–19 вв.). Фото В. М. Паппе

В стра­нах ис­ла­ма К. (ок­руг­лый шрифт «на­схи», гео­мет­ри­зи­ро­ван­ный «ку­фи») вклю­ча­лась в бо­га­тей­шие ор­на­мен­таль­но-рит­мич. ком­по­зи­ции, со­че­та­ясь с гео­мет­рич. или рас­тит. узо­ром, ино­гда с изо­бра­зит. эле­мен­та­ми (см. илл. к ст. Ис­лам). Пер­во­на­чаль­но араб. К. воз­ник­ла на ба­зе ко­пи­ро­ва­ния Ко­ра­на, ко­то­рый счи­та­ет­ся тво­ре­ни­ем Ал­ла­ха, по­это­му на­пи­сан­ное сло­во са­мо по се­бе по­лу­чи­ло са­краль­ный смысл. Мн. пра­ви­те­ли бра­ли на се­бя обет сде­лать ко­пию Ко­ра­на и для это­го по­сти­га­ли азы К. Сна­ча­ла ара­бы поль­зо­ва­лись сти­лем хид­жа­зи, в ко­то­ром со­хра­нял­ся стиль кли­но­пис­но­го пись­ма с пря­мы­ми уг­ла­ми. По­сте­пен­но ста­ли вы­ра­ба­ты­вать­ся но­вые по­чер­ки, боль­шин­ст­во ко­то­рых бы­ло ва­ри­ан­та­ми «ве­ли­ко­леп­ной шес­тёр­ки» – шес­ти по­чер­ков, при­знан­ных ка­но­ни­че­ски­ми: насх, му­хак­как, сульс, ри­каа, рай­ха­ни, тау­ки. Каж­дый по­черк при­ме­нял­ся в оп­ре­де­лён­ной сфе­ре: напр., по­чер­ком ди­ва­ни пи­са­ли ди­пло­ма­тич. до­ку­мен­ты, по­чер­ком ри­каа поль­зо­ва­лись в бы­ту, по­чер­ком на­ста­лик пи­са­ли ком­мен­та­рии к Ко­ра­ну, а по­черк ку­фи (воз­ник­ший на ба­зе хид­жа­зи) до сих пор ис­поль­зу­ет­ся (в раз­ных ва­ри­ан­тах) в ар­хи­тек­ту­ре и де­ко­ра­тив­ном иск-ве. К К. от­но­си­лись как к точ­ной нау­ке, вы­счи­ты­ва­лась вы­со­та вер­ти­каль­ных букв, про­тя­жён­ность сло­ва в стро­ке. За эта­лон от­счё­та бра­ли ромб, ко­то­рый об­ра­зо­вы­вал­ся при при­кос­но­ве­нии ко­со за­то­чен­но­го ка­ла­ма (тро­ст­ни­ко­вой па­лоч­ки) к бу­ма­ге; про­тя­жён­ность той или иной бу­к­вы долж­на бы­ла со­ста­вить (в за­ви­си­мо­сти от по­чер­ка) два или три ром­ба. Сре­ди наи­бо­лее из­вест­ных мас­те­ров К. – вы­ход­цы из раз­ных угол­ков ара­бо-му­сульм. ми­ра: Ха­лид ибн аль-Хайй­аж, аль-Фа­ра­хи­ди (8 в.), аль-Да­хак, аль-Ишак, Ах­мед аль-Кал­би, Иб­ра­хим и Юсуф аль-Ша­рад­жи, Ах­валь аль-Му­хар­рир (9 в.), Абу Али Му­хам­мад ибн-Али ибн-Мук­ла, Иб­ра­гим ас-Су­ли (10 в.), Абу-ль-Ха­сан Али ибн аль-Бав­ваб (11 в.), аль-Кал­ка­шан­ди (15 в.). Сре­ди кал­ли­гра­фов бы­ли и жен­щи­ны – Фа­ти­ма аль-Ба­гда­ди и Шух­да бинт аль-Аб­на­ри (12 в.). Луч­шим из кал­ли­гра­фов на­зы­ва­ли Яку­та аль-Мус­та­си­ми (1203–98). Имен­но он раз­ра­бо­тал сис­те­му сти­лей К., взяв за ос­но­ву 6 са­мых из­вест­ных, с учё­том про­пор­ций ка­ж­дой бу­к­вы, а так­же раз­ра­ботал ме­то­ди­ку обу­че­ния её сек­ре­там. С рас­про­стра­не­ни­ем кни­ги в му­сульм. ми­ре бо­лее по­пу­ляр­ны­ми ста­ли ско­ро­пис­ные сти­ли по­чер­ка – ру­каа. Как пра­ви­ло, этим по­чер­ком на­пи­са­но боль­шин­ст­во ма­ну­ск­рип­тов позд­не­го вре­ме­ни.

Вост. К. вдох­нов­ля­лись мн. ху­дож­ни­ки 20 в.

Лит.: Abbott N. The rise of the north Arabic script and its Kur’a̅nic development. Chi., 1939; Ch’en Chih-mai. Chinese calligraphers and their art. Carlton, 1966; Nakata Y. The art of Japanese calligraphy. N. Y., 1976; Willets W. Chinese calligraphy. Its history and aesthetic motivation. Hong Kong, 1981; За­вад­ская Е. В. Муд­рое вдох­но­ве­ние: Ми Фу. М., 1983; Со­ко­лов-Ре­ми­зов С. Н. Ли­те­ра­ту­ра – кал­ли­гра­фия – жи­во­пись. М., 1985; он же. Жи­во­пись и кал­ли­гра­фия Ки­тая и Япо­нии. М., 2004; Bil­leter J. F. L’art chinois de l’ecriture. Gen., 1989; Chang Leon L.-Y., Miller P. Four thousand years of Chinese calligraphy. Chi.; L., 1990; Kha­tibi A., Sijelmass M. The splendour of Islamic calligraphy. N. Y.; L., 1996; Tseng Yuho. A history of Chinese calligraphy. 2nd ed. Hong Kong, 1998; Кра­со­та ко­рей­ской на­цио­наль­ной кал­ли­гра­фии в Рос­сии. [Ка­та­лог вы­став­ки]. М., 2005; Addiss S. The art of Chinese calligraphy. Phil., 2005; idem. 77 dances: Japanese calligraphy. Boston; L., 2006; Бе­ло­зе­ро­ва В. Г. Ис­кус­ст­во ки­тай­ской кал­ли­гра­фии. М., 2007.

Вернуться к началу